"Ты ложку за ложкой съедаешь всю боль, я к ней досыпаю сахар и соль..."

После теплого и даже уютного кабинета английского языка, холодные и серые коридоры казались сущей пыткой. Лиза размерено шагала по белой кафельной плитке, стараясь не поскользнуться из-за слизкой подошвы кроссовок, и в пол уха слушала Зарыковскую. Очередные истории про дурака Ильдара и нового преподавателя физики — не слишком быстро помещалась в уставшей голове. Неред думала о своем или скорее не совсем о своем. Игра Руслана продолжалась, поэтому ей стоило уже присоединиться, а сейчас было самое время проявить актерский талант. Перебив поток несуразного лепета подруги, девушка пообещала сесть с ней на геометрии, а сама направилась в курилку. Нахождение там не самый приятный способ провести перемену, но того требовала ситуация. Обойдя давно пустую и не эстетически черную клумбу, где еще пару месяцев назад росли цветы, Лиза завернула за угол спортзала и увидела компанию студентов. Некоторые сидели на скамейках, а другие стояли около урны, стряхивая туда пепел. Глаза неприятно защипало от резкого сигаретного дыма, который витал в воздухе. Пытаясь найти среди присутствующих нужного человека, девушка случайно зацепилась взглядом за рыжую макушку и чуть не попятилась назад, но вовремя остановиться, пытаясь заставить сердце не биться так бешено. Она специально проигнорировала Кашина и подошла ближе к Саше, здороваясь с ним рукопожатием. Перекинувшись парой слов и спросив нет ли у Карпова закинуть до завтрашнего дня конспект по истории, Неред решила не тянуть резину и наконец спросить то, что хотела. — Слушай, ты же нормально общаешься с Онешко? — Саша утвердительно кивнув, затягиваясь сигаретой. — Он с кем-то встречается? Парень на секунду завис, разглядывая знакомую с ног до головы, а потом как-то понимающие улыбнулся. Позади них послышался приглушенный кашель и тихое «че она только-что сказала? ». По спине прошелся мороз, и Лиза, почти с уверенностью, могла сказать, что это не от холодной погоды. Втянув ноздрями, как можно больше воздуха, девушка обернулась, встречаясь взглядом с широкой грудью Дани. Кашин приподнял бровь, стараясь не засмеяться с откровенно дурацкого выражения лица Неред. А то, что вид у нее словно у потерянного птенца — Лиза почему-то не сомневалась. — Лизешка, какая встреча! — Радостно воскликнул парень, жестом указывая Сане, что тот может быть свободным. — А чего это ты личной жизнью Юлика интересуешься? — Не твое дело, — фыркнула она, стараясь не смотреть на ярко-крашеную девчонку, пристально наблюдающую за их разговором. — Кстати, а ты не знаешь есть ли у него кто-то? — Нет, этот чувак целыми днями учится, а вечером подрабатывает в барах или круглосуточных магазинах, — ответил Даня, подкидывая в руке зажигалку с изображением кролика. Его пальцы дрогнули, выпуская игрушку на землю, когда Неред едва победно ухмыльнулась. Девушка уже собиралась уходить давая «пять» Саше, но Кашин не мог позволить ей сейчас исчезнуть, прямо перед носом. Схватив Лизу за плечо, и не обращая внимание на нервный вздох Леры, парень на одном дыхании выпалил: — Придешь ко мне на день рождения в эту субботу? Стало как-то жарко, даже при минус восемь градусов, даже с мокрыми снежинками на голове, даже с трясущимися коленками. Она крепко сжала зубы, проклиная за все неудачи Тушенцова и его дурацкие затеи ради веселья. Гребаный придурок, из-за которого Лиза сейчас умирает внутри. — Ладно, только со мной пойдет Руслан, — Даня закатил глаза, поднял зажигалку и бросил её Лере. — И это даже не обсуждается. — Что, не можешь без своего мальчика-наркоманчика? — А кто по-твоему достанет тебе и твоим корешам лучшую в городе траву? Правильно — никто, так что умерь свой пыл, Тушенцов там будет и точка, — сложив руки на груди, Неред решительно посмотрела куда-то между бровей Кашина. — И Онешко пригласи. — Он и так приглашенный, — фыркнула синеволосая девчонка, которая до этого лишь тихо наблюдала со стороны и курила пафосные ментоловые сигареты. — Лучший друг Данилы, как-никак. Сдержав в себе миллион ругательств, Лиза наигранно улыбнулась ей, делая реверанс. Теперь оставалось надеяться, что Кашин всё-таки согласится и они вместе пойдут на тусовку, где у Руслана будет больше шансов подкатить. И к тому же теперь есть полная уверенность в том, что Юлик свободен. Хотя даже после двух недель всей этой ебанутой затеи, она всё равно чувствовала свою вину. Боже, а как ей будет стыдно, когда Даня узнает о новой увлеченности Тушенцова. Он ведь наверняка наслышан об истории с Настей, и думает, что Лиза тоже была кем-то вроде игрушки. Только вот, её роль заключалась совсем в другом, более жутким, чем парень мог себе представить. — Ну, блядь, хорошо. Но без дури туда пусть даже не суется, — предупредил Кашин, посылая на прощание воздушный поцелуй. Быстрым шагом покинув курилку, Неред нашла Руслана возле входа в спортзал, какого-то измученного и запыхавшегося. Парень вытер лицо толстовкой и полез в карман трикотажных штанов, доставая оттуда телефон, а потом очень широко улыбнулся, привлекая к себе внимание нескольких студенток, проходивших рядом. — Чего такой довольный? — Спросила его подруга, заглядывая в экран смартфона. — Юлик прислал мне эскиз своей будущей татуировки. — Оу, Тушенцов, да я вижу ты нехило впустил в него свои корни, — изумилась девушка, разглядывая рисунок какого-то греческого бога в черно-белых тонах. — Кстати, мы идем в субботу на день рождения к Кувшину. — Кашину что-ли, блядь? Ты совсем рехнулась? — Там будет Онешко, — Руслан в мгновение сменил гнев на милость и хитро улыбнулся. — Так что за тобой ганж, не забудь. Всё, мне нужно идти на геометрию, пока. — Стой, а ты узнала то о чем мы говорили вчера вечером? — Да, на светофоре горит зеленый свет, — Лиза игриво подмигнула, забегая в приоткрытые двери центрального входа университета.

***

Не то чтобы находится у кого-нибудь на хате для Руслана было непривычно, но сейчас сидя на кожаном диване и разглядывая красные натяжные потолки — парень чувствовал себя неуютно и даже сковано. Раньше неделями ночевать у своей новой пассии и не возвращаться в общежитие было привычным делом. Только там у них не было шикарно обставленных комнат с баром переполняющимся выпивкой, а ещё на него не смотрели, как на мусор. Всё-таки не надо забывать, что он тут только из-за травы и Лизы. Хотя ненависть со стороны дружков рыжего немного уменьшилась, когда Тушенцов вытянул из рюкзака пакет дури и бросил на стол, где стояли закуски, со словами «С Др.». Понемногу в квартире начал собираться народ, приходили люди, которых Руслан хорошо знал и такие, что в глаза не видел. Неред постоянно крутилась где-то рядом, таская ему бутылки пива. Парень, почему-то, даже не удивился, когда она без какой-либо помощи нашла дом Кашина, ввела правильный код, и нажала кнопку лифта на нужный этаж. Нет, вдаваться в подробности совершенно не хотелось, если ей будет надо сама расскажет, а гадать какие же отношения связывают этих двух можно и попозже. Не до этого ему было, сначала стоило разобраться со своей маленькой проблемкой. Юлика всё ещё не наблюдалось ни на первом этаже, ни на втором. Но когда Руслан всерьез задумался, а не пора бы валить в общагу, как перед ним показался немного замученный Онешко. Парень держал в руках огромный пакет и просил синеволосую девушку позвать именинника. Лера (а Тушенцов на сто процентов был уверен, что это именно она) крепко обняла Юлика и мигом упорхнула в другую комнату. Закусив губу, он зажато топтался на месте, сканируя пристальным взглядом всех гостей. Увидев на диване Руслана, улыбающегося от уха до уха, Онешко, кажется, облегченно выдохнул. Уже собравшись подойти к знакомому, на него набросилась тяжелая тушка рыжего и стиснула своими клешнями. После казалось часа поздравлений, и отказов Юлика пойти в бассейн к остальным, Кашин схватил Мидлер за локоть и потащил на кухню, напоследок давая указание другу хорошенько повеселиться. Закивав головой, парень медленно отступил в сторону, направился в самый тихий угол квартиры, где стоял большой кожаный диван. Поймав привычно-насмешливый взгляд Тушенцова, он как-то расслабился, падая рядом и принимая из его руки бутылку светлого пива. Руслан был рад и немного счастлив, что не придется весь вечер тусоваться самому. А может это из-за другого сердце так стучало, что даже дышать становилось трудно? Сегодня Онешко, как никогда красив, слишком красив для обычного студента архитектурного факультета. На секунду в голове пронеслась шальная мысль: «Такому не стыдно отсосать», но тут же подавилась голосом разума, который верещал об соблюдению плана. Да, ещё действительно рано, они не достигли того уровня отношений, когда можно оставаться друг у друга ночевать и непринужденно касаться любой части тела. Но как же ему хотелось прижать Юлика к скрипучей поверхности дивана и поцеловать, властно держа за челюсть, чтоб не смог даже пошевелиться. Успокоив свою фантазию, Тушенцов решил, что пока будет довольствоваться малым: поглощать каждое движение и мимику, изучая с ног до головы будто ведя чрезвычайно не типичный эксперимент. Вокруг них стало тихо, голоса и шум переместились куда-то дальше, забирая с собой давящие напряжение и суматоху. Лиза не появлялась уже почти пол часа, а значит либо она сидит возле бара, либо с кем-то разговаривает на балконе, рассказывая свои пьяные бредни. Это был не плохой шанс завязать непринужденно беседу, в конце концов, тем предостаточно. — Что ты ему подарил? — Спросил Руслан, открывая ещё одну бутылку пива. — Какую-то хрень с Алиэкспресса, — махнул рукой парень, вспоминая содержимое пакета, который утром привез курьер. — А ты? — Лучший в мире подарок - это марихуана, — пожал плечами Тушенцов, замечая, как Онешко едва слышно засмеялся. — Мне понравился рисунок, кто это? — Честно, не знаю. Я нашел этого дядьку в учебнике философии. Думаю будет смотреться хорошо. Руслан кивнул головой, думая, что на нем всё будет смотреться хорошо. Продолжая тему татуировок они делились своими впечатлениями и некими претензиями по поводу рисунков на теле у народов древних цивилизаций, и продолжали пить пиво. Слушать хриплый голос и наслаждаться каждым произнесенным звуком стало невыносимо приятно. Юлик заламывал пальцы, распинаясь какими-то историческими фактами и понемногу пьянел, приближаясь на миллиметры ближе. Можно было сказать, что становилось жарче, ярче, глупей. Он сидел почти впритык, когда Тушенцов выхватил с руки пробегающей рядом Леры, полную бутылку Джека Дэниэлса и с горла сделал пару глотков. Внутренности обожгло, но не алкоголем, а странным зрелищем того, как Юлик едва коснулся того места, где ещё секунду назад были губы Руслана, кончиком языка и тоже выпил. Поморщился сильнее, кашляя и умоляюще смотря в глаза Тушенцову. Тот хлопнул его по спине, чувствуя под пальцами выступающие лопатки и позвонки. — Почему ты вообще здесь? — Интересуется Онешко, залипая на экран огромной плазмы. — Ты о чем сейчас? — Ну почему Даня вдруг ни с того ни с сего пригласил тебя на день рождения? Вы же вроде не общаетесь. — Я с Лизой пришел, — сквозь хмельную ухмылку проговорил Руслан, невольно сползая чуть ниже, так чтоб его голова была на чужом плече. — Она твоя девушка? — Юлик приподнимает бровь и дергает уголком рта, в надежде, что чувство ревности лишь глупая алкогольная иллюзия. — Нет, Лиза мой бро, ещё с одиннадцатого класса. — Вместе в школу ходили? — Кивнув, Тушенцов мимолетно вспоминает, как он впервые увидел подругу в растянутой мужской футболке и больших наушниках, возле ворот школы. — А мы с Кашиным познакомились на первом курсе, когда он деньги на еду забыл. Они расслаблено улыбнулись, одновременно касаясь руками бутылки, но никто не спешил отдернутся или сказать банальное «извини». Осторожно пройдясь пальцем по тыльной стороне ладони Онешко и облизав сухие губы, Руслан почувствовал, как закипает. — Теперь ты тоже мой друг, — шепотом говорит Юлик прямо в ухо, а потом вырывает Джека Дэниэлса и медленно глотает, так что янтарные капельки скатываются по его подбородку и шее. — Не сомневаюсь в этом, — отвечает парень, сглатывая полный рот слюны. — Может дунем с остальными, тебе же в прошлый раз понравилось? — Нет, не хочу тут ничего курить, — Онешко мотает головой, бросая презрительный взгляд на ошалевшую толпу. — Но если в другом месте, то я не против. — К тебе? — С надеждой спрашивает Тушенцов. — Ко мне нельзя, — с горечью в голосе говорит Юлик, вспоминая, что в квартире ждет она, со своими вечными упреками и нравоучениями. — Лучше к тебе. Руслан долго не думает, хватает бутылку алкоголя в одну руку, а другой набирает Лизе сообщение, чтоб она его не искала. Слегка взбудораженный Онешко плетется следом, надевает ботинки и парку, дожидаясь парня на лестничной площадке. Он не собирается никому говорить куда уходит — это ни к чему. Слушать о том что Тушенцов не лучшая компания для отличника и хорошего мальчика совершенно не хочется. Поэтому, когда двери квартиры громко хлопают, Юлик ловит ладонь Руслана и забегает в лифт, скрываясь за железными стенами.

***

Ещё с самого детства Юлик знал, что утро должно начинаться в пол седьмого, сопровождаясь легкой зарядкой и питательным завтраком. Специально для этого папа сделал для него график, по которому парень жил уже больше восьми лет. Воспитание и дисциплина, вот что делает из оболтуса настоящего мужчину, но видимо сегодня определенно пошло что-то не так. Открыв глаза, Онешко увидел, что на дворе непривычно темно. Отодвинув одеяло к ногам, он потянулся в поисках телефона, чувствуя зудящую боль в каждой мышце. На часах без десяти пять, а на сердце будто всё ещё полночь. Плохо соображая о том что это далеко не его квартира, а лишь небольшая комната общежития с тремя спальными местами и одним компьютерным столом, Юлик поднялся с кровати, чуть не наступая на чью-то руку. Сдержав вскрик, парень облегченно выдохнул, понимая, что это всего лишь Руслан, развалившийся на полу. Сверху он был накрыт пледом, а под головой лежала огромная плюшевая игрушка. Если хорошо приглядеться, то можно узнать в ней медведя, одетого в морячку. Непроизвольно улыбнувшись, Онешко осторожно дошел до стола, начиная поиски воды. Чуть не опрокинув сооружение, которое Тушенцов мимоходом назвал «водный», Юлик наконец-таки наткнулся на почти полную бутылку Спрайта. Голова болела ужасно, то ли от выпитого виски, то ли от выкуренной травы, но скорее из непривычки гулять на широкую ногу. Телефон неприятно брякнул, парень пролистал пропущенные звонки и сообщения, понимая, что большая половина из них была прислана абонентом подписанным, как «Котенок». Перезванивать Кате не хотелось, потому что придется слушать дофига длинные монологи о том, что он тот ещё придурок и сволочь. Но и здесь долго задерживаться нельзя, даже не смотря на то, что Руслан ему в каком-то смысле нравился. Нравились его голос, смех, глаза, лицо, татуировки и эта хитрая усмешка. А так не должно быть. И не будет, если сейчас мирно попрощаться с ним, забежать в магазин за цветами и конфетами, пока Катя не проснулась (хотя наверное она даже не ложилась), и попросить прощения. Ей бы такое понравилось, но Тушенцов, скорее всего, сказал бы, что Юлик тряпка и подкаблучник. Потерев переносицу, Онешко застыл, задумываясь сколько у Руслана было девушек. Но тот резко перервал раздумия, потягиваясь и хрустя суставами. — Господи, как же мне хуево, — простонал парень, смотря снизу вверх на Юлика. — Ты как, кстати? — Не очень, если честно, — признался он, протягивая Тушецову воду. — Страшно раскалывается голова. — Это от того, что мы мешали пиво с Джеком Дэниэлсом. Жуть, и почему жизнь ничему меня не учит? — Руслан выкинул пустую бутылку в мусорное ведро возле стола и сел на незаправленную кровать. — Хорошо, что чуваки по соседству не видели, как я тащил тебя сюда буквально на руках, — на его лице опять заиграла эта странно-притягательная ухмылка. — Они что, домой поехали? — Тушенцов слабо кивнув, из-под прикрытых век рассматривая сонного и очень милого Юлика. Вспоминая прошлую ночь, оставалось только по-глупому улыбаться и считать на шее Онешко каждый оставленный на коже след от подушки, завидуя, что они не от его зубов. Такую девственно-сладкую картину Руслан видел в своей жизни не часто, только с Настей было что-то подобное. Но он прекрасно понимал, что сам же засрал эту чистоту, втоптал в грязь и теперь до сих пор расплачивается за это в ночных кошмарах. На мгновение показалось, что для Юлика такого совершенно не хотелось, только вот зверь внутри умел переубеждать лучше. — Слушай, а можно мне таблетку какую-то, а то мозги сейчас через уши вытекут, — Онешко сел рядом, опрокинувшись затылком на прохладную стену. — Возьми у меня в рюкзаке, там по-любому должны валятся обезболивающие. Тяжело вздохнув, парень слез на землю придвигая черную сумку к себе. Покопавшись в ней, он нашел две завернутые в бумажку таблетки, и не медля ни секунды закинул одну в рот. От чего-то голова стала болеть ещё больше. Юлик заметил, как начали дрожать руки и колени, а перед глазами поплыло. Медленно повернувшись, ему показалось, что тело потяжелело в несколько раз и вместо крови по жилах полился свинец. Подняв взгляд на Тушенцова, который с ужасом посмотрел на него, губы сами растянулись в широкой глупой улыбке. — Твою мать, Юлик, ты что выпил?! — С паникой в голосе спросил Руслан, подползая на коленях к хихикающему парню. — Только не говори, что завернутую в газетку таблетку? — Онешко кивнул, хватая его руку и крепко сжимая. — Ебанный в рот, ты, блядь, обдолбался экстези, которое даже я ещё не принимал.