Слава и КПСС (Кудрово, панельки, спайсХ2)

      Однажды батл-репер Слава принял решение дунуть химки. Не то чтобы он редко принимал подобные решения, но тому был целый ряд причин, главная из которых, конечно — наличие вещества. Кроме того, бухать где-то там заебало, и хотелось мирно посидеть с пацанами. Ну и ещё, вдогонку — женщина от Славы ушла, сам он, по воле обстоятельств, сменил коммуналку в центре на однушку в Кудрово, а если вы были в Кудрово, там всегда хочется вырубить спайсухи от одного вида мамаш с детьми между уебищных домов. Но не суть.       Пишет Слава своему корешу батл-реперу Ване: давай, пригоняй ко мне, у меня ЕСТЬ. Ваня пригоняет, они включают пих-пох золотой эры, чтобы постиронично его послушать удутыми. В холодосе пельмени и сырки, у ног кошка, в общем, идиллия. Слава забивает бонг, отхлебывает пиво "Ленинградец", смотрит в окошко, улыбается.       Сидят они значит на кухне начепуренные, и Слава такой говорит:       — Ой Вань. И Ваня такой:       — Oi? Yeah, hahah А Cлава не понял, потому что залип в окно на панельную 15-этажную стену бесячего цвета, и продолжает:       — Вот чё, Вань. Мы так давно знакомы, а ещё ни разу не ебались….       Ваня вместо ответа начал расстегивать рубашку. Снял её с себя, потом рассыпал мелочь из карманов, пальцы заплетаются. Остался в носках и очках. Слава — вне себя от счастья, секс назревает, да еще и с товарищем, а ведь лучше нет влагалища, чем... О кстати. Говорит:       — Очки сними. А Ваня снял. И зря это сделал: Слава его редко без очков видел немедленно залип в его глаза. Глаза были и опухшие, но всё ещё красивые и голубые, по крайней мере, Слава так думал.       Посадил Ваню голой жопой на загаженный подоконник, трогает его одной рукой за хуй, а второй в глаза ему тыкает, у, бля, глаза у тебя есть, ого. Ваня ему говорит, мол, че ты делаешь, а Слава ему не отвечает, потому что у Славы во рту хуй. Зато причмокивает, нравится, видимо. То яйца полижет, то по блядской дорожке языком проведет, то в головку поцелует. Сосёт товарищу без рук, а руками за ебало его держит (Ваня скрючился как мог) и на глаза давит. А Ване и скрюченному норм, не каждый день ему хуй сосут.       Всё это могло продолжаться ещё примерно полминуты, но решилось в один миг: Слава выхватил со стола за ним вилку и воткнул её в лицо своего друга. Друг не очень хорошо отреагировал, но держался молодцом. Тогда Слава воткнул вилку ещё несколько раз, и Ваня перестал реагировать вообще, только смеялся немножко. Слава взял со стола нож и попытался вырезать Ване глаз — во-первых, когда он их ещё увидит, а во-вторых, постмодерновая отсылка к «Андалузскому псу», безумно интеллектуально и постиронично!       Глаз потерял свою форму, потому что Слава никогда не был особо аккуратен, и пришлось совсем его убрать. Попытка воткнуть нож во второй глаз так же не увенчалась успехом, а ещё Ваня понял, что что-то не так, потому что по лицу побежало много крови, которую он немного успел увидеть, и стал отпихивать Славу. Слава навалился на него и начал снова сосать ему хуй, а ещё немного стер кровь с его ебальника, а палец в крови вставил ему в задницу и начал им шевелить. Палец на что-то наткнулся, но это, на самом деле, не важно.       Перевернул Ваню, начал тихонько ему засаживать, а кровь из Вани всё течёт и течёт. И не только из лица! Жопа у него в крови, хуй у Славы в говне.       В какой-то момент Слава поскользнулся, пизданулся башкой о подоконник, членом об стенку (остался отпечаток) и немного протрезвел: понял, что Ваня уже не дёргается, а трогает своё лицо. Испугался, что его сейчас найдут, поймают и посадят. Решил бежать: одежду снял — она же вся в крови, это подозрительно! Ваню с подоконника утащил в ванную, быстро вымыл и там оставил. У того начались отходосы, и он тихонько вопил. Принес одеяло из комнаты, накрыл друга, укутал. Поставил рядом с ванной бутылку пиваса — может, другу пригодится.       А сам пошел куда глаза глядят: по кудровской грязи, глубоким вечером, между одинаковых панелек, голый, грустный и с шишкой на лбу. Больше их никто не видел.