"D" — Воля наших встреч

— Не особенно-то у этой девушки приветливые слуги, — фыркнул Монки, когда их всей гурьбой вытурили с территории особняка. — Но морду ты ему знатно начистил! — хлопнув Усоппа по спине, расхохотался молодой капитан. — Уметь врать и отказываться лгать о важном и ценном, довольно странно, особенно если эта ценность — родство с пиратом, — высказалась Нами, упрямо не понимающая, от чего кудрявоволосый парень так гордиться отцом-пиратом, что даже не думает врать об этом. У самой рыжей с представителями этой профессии были исключительно негативные отношения, так что о гордости или восхищении говорить не приходится. — Ваши слова не имеют особого смысла, — с непонятной тоской заметил Усопп, без ответов куда-то сбежав.       Луффи решил пройтись за ним, быть может, сказать парочку ободряющих слов, а вот у Трёхкрылой был свои идеи по этому поводу. Вызволив у ребятни своего грифона, наверное, желающего больше никогда не видеть детей в количество больше одного, Анаконда посоветовала за неё не волноваться и стремительно рванула обратно к особняку, застав интересный разговор Каи и Курахадора. По всему выходило, что слуга очень обязан родителям девушки и питает к их семье глубокую привязанность и уважение, но та странная фальшь в этом трогательном монологе никак не давала Лайс спокойно слушать то, что буквально в воздухе застывало и вешалось ей на уши лапой быстрого приготовления. — Ты, похоже, в край доверчива, — высказалась Харрмишь, усевшись на подоконнике, когда слуга скрылся за дверью. — Кто ты? Зачем проникла сюда? — испуганно спрашивала блондинка, прижимая подушку поближе к себе и не сводя испуганного взгляда с незнакомки. — По всему выходит, что именно пиратка. В отличии от твоего дорогого рассказчика, настоящая, — удержавшись от слова «лжеца», ответила голубоглазая пиратка. — Меня все Лайс кличут, а, ремарка, я никого не убиваю и деньги мне не нужны, приятно познакомиться, — с широкой улыбкой салютовала Анаконда. — Ты довольно утончённая, неужели и правда плаваешь по морям и грабишь людей? — удивилась Кая, оглядывая, как ей казалось, хрупкую женскую фигуру, пусть и куда более прочную, чем тело самой хозяйки особняка. — Как бы сказать, я пиратка, потому что мне милы принципы свободы и приключений, а не звон белли над ухом и красивая жизнь, — пораскинув пару секунд, пояснила Харрмишь. — Точно! Я отважная морская волчица, рыскающая под чёрным флагом! — придумала новое обозначение Лайс, ссылаясь на старое доброе «Ву» с арены. — Вспомнила, ты была с теми незнакомцами, что просили корабль. Они такие же, как и ты? — задавала свои вопросы хозяйка особняка. — Вот же везёт сильным. Вы может плыть, куда хотите, и творить всё, что придумаете, — с досадой протянула Кая, уже давно прикованная к постели да и вообще не блещущая крепким здоровьем. — Скорее да, чем нет. Лу, ну, парнишка в соломенной шляпе, просил корабль, Зоро, тот что в харамаки и с зелёными волосами, его старпом, а рыжая девушка и я плаваем с ними за компанию. Хотя на прошлом острове нам высказали благодарности за уничтожение Клоуна Багги, так что пока мы ходим в звании героев, а не пиратов, — раздумывая над этой ситуацией, делилась черноволосая девушка. — Кстати, не надо быть сильным, чтобы делать мир лучше, — заметила Харрмишь. — Пираты, которых считают героями! Вот так небыль! — рассмеялась Кая, тут же закашлявшись. — Эй-эй, не смейся, если тебе нельзя, — бросила Анаконда, вполне самодовольно спрыгивая с подоконника в комнату, хватая в руки лекарство и стакан воды, передавая нужные блондинке. — Ах да, будь в здравствии и не доверяй этому прогнившему изнутри изворотливому коту. Пока, — когда хозяйка особняка откашлялась, а за дверью послышались шаги, пожелала и предупредила Трёхкрылая, выпрыгивая в окно на спину своему питомцу и уносясь по безграничным небесам подальше от дома на холме.       Полетав немеренное время по бескрайним просторам неба, Анаконда увидела кудрявого парня, утирающего с щеки кровь и растерянно глядящего перед собой. Парень был напуган, чем-то очень встревожен и растерян. Опустившись с неба перед Усоппом, Лайс посоветовала ему успокоиться и объяснить причину своего такого состояния. А информация оказалась довольно занятной и Трёхкрылая сумела выдавить только смех на всё рассказанное, ведь ситуация становилась и правда ироничной. Особенно смешным казался визит рассказчика в дом на холме и попытки увести Каю от опасности, в которую никто не верил. — Вот что, Усопп, садись-ка на Эйоро и расскажи ребятам, и веди их к той скале, где Лу, давай, — не отвечая на вопросы самого выдумщика, охотно веря его словам, сказала Трёхкрылая, сама уже на своих двоих направившись к указанному берегу. — «Ну что сказать, на Корба и не в таком положении иной раз спали, » — вздохнула голубоглазая пиратка, оглядывая Монки, по плечи оказавшегося в земле и похрапывающего. — Эй, братец Лу, подъём, тут мясо для тебя, — приложив ко рту руки, чтобы звук не ушёл дальше, чем это могла позволить, произнесла Харрмишь. — Как же я славно поспал! — потягиваясь протянул Монки. — О, Ла-а, я тут такую потрясную новость узнал! — загорелся тут же желанием поговорить черноволосый капитан. — Ты о том что Курахадол — капитан Куро? Угу, я знаю, — садясь по-турецки рядом с Луффи, кивнула Лайс. — Та не! Тут вот какая история, он с дядькой-гипнотизёром хотят напасть на особняк и заставить Каю подписать какую-то бумаженцию, мол, всё состояние передать этому Курахадолу. Ну не забавная ли история! — загоготал парнишка с шрамом под глазом. — А ко всему прочему этот слуга ещё и команду сюда притащит. Расклад не из прекрасных, — вздохнула Трёхкрылая, чуя каждой клеточкой своего тела знатный махач, а периферическим зрением заодно улавливая движения знакомых. — Вы быстро! — Но-но-но он же свалился со скалы, как выжил, а?! — указывая на вполне бодрого Монки, не своим с перепугу голосом закричал Усопп. — Это не очень и важно. Парня, который в семь лет валил крокодила падение со скалы не убьёт, — отмахнулась от чужого надкола в реальности Харрмишь. — Так или иначе, Нами, есть какие-нибудь соображения? — обратилась к единственному человеку умственного труда Анаконда, предполагая, что за планом стоит подходить именно к картографу. — Может просто свалим с острова? — тактично шепнула рыжеволосая на ухо подруге и получила не менее тактичное отрицательное качание головой. — Тогда нужно просто рассказать всё жителям сейчас и тогда пираты просто уйдут ни с чем, — заключила Нами. — Точно! Так и поступим! — подхватив эту идею, трое местных мальчишек умчались по домам. — Хм… Эй, Зоро, скажи, ты слышал в детстве сказочку про лягушку, что каждый божий день голосила «Цапли летят!»? — чуть пораздумав, обратилась к тремечнику голубоглазая пиратка. — Не про лягушку, а про пастуха, кричащего «Волки!». Да, закончилось всё тем, что когда волки действительно пришли, никто не поверил, и всех овец съели, — ответил Ророноа. — Хочешь сказать, деревенскому шутнику не поверят, а приезжих и слушать не станут? — скорее уж риторически поинтересовался зеленоволосый парень, получая согласный кивок Трёхкрылой. — Именно так. Этот Куро кажется превзошёл сам себя. Усопп, твоим последователям не поверят, а с Каей ты поругался, в деревне слушать не будут… Да уж, для налёта пиратов расклад наипрекраснейший, — чуть пораздумав согласилась рыжая воришка, пожав плечами, не представляя, как редки такие стечения обстоятельств. — Эй, чего ты поник-то? Не переживай, что-нибудь придумаем, мне как раз очень хочется этому Куро начистить морду! — ударяя кулаком в ладонь, с запалом говорил Монки, отвечая честью за каждое слово, косо поглядывая на теряющее краски жизни лицо длинноносого парня. — Будем считать, ты ощутил своё бессилие, а теперь руки в ноги и рассказывай, как можно попасть с корабля в деревню покороче, — поднимаясь с места, буквально покромсав все эмоции, велела Харрмишь. — Мне уже нетерпиться проучить тех кошек, что так некрасиво помарали честь Сая и Силя! Руки чешутся, сил нет, — демонстративно хрустнув пальцами, Анаконда чувствовала, как всё её нутро требует вернутся в особняк и начистить кое-кому его физиономию, правда, Лайс бы не подумала на этого слугу, не послушай о его имени, ведь лично они до этого не встречались. — Сай и Силь? Твои знакомые? Почему ты хочешь за них отомстить? — поинтересовалась воришка, знающая один хороший закон — информация не бывает бесполезной, особенно у таких ребят, что легко уходят от всех вопросов о прошлом. — Ага. Врач и матрос. Забавные ребята, некогда крепко потрёпанные этими пирами Куро, — произнесла голубоглазая пиратка, почёсывая за ухом питомца. — Это не месть, всего лишь возвращение долга. Итак, где нужно ждать этих пиратов или мы будем и дальше копаться в моих причинах не допустить пролития невинной крови? — вопросительно приподняв одну бровь спрашивала Лайс, действительно устающая от таких расспросов. — Похоже, чем больше тебе задашь вопросов, тем больше ещё потребуется, — неутешительно заключил тремечник, до чужого гемора безразличный. — Но поглядеть на тебя в деле будет любопытно. Я не прочь немного помочь, — кивнул старпом, видимо забывая, что у него уже имеется сквозное в брюхе. — У вас странные причины мне помогать, но и на том спасибо, — кивнул Усопп, чуть поразмыслив, придумывая план похитрее для избавления от пиратской команды.       Вот только доверяться растерянному и смятому парню не стоило. У него из головы и вовсе вылетело, что он перепутал берега и шайка Куро, скорее всего, окажется там же, где и причалили лодочки Луффи и Нами. Усопп сразу же рванул туда, Монки следом, рыжеволосая бежала и вовсе впереди планеты всей, помня, что в лодке остались её ненаглядные драгоценности. А Зоро и Лайс. — Эй, раненый, может ты и правда тут отлежишься, а? — присев на корточки и подперев рукой щёку, безразлично интересовалась Харрмишь, наблюдая за тщетными попытками зеленоволосого фехтовальщика перепрыгнуть через лужу разлитого масла. — Неужели у тебя такой восторг вызывают женщины с мечами, что ты готов наизнанку ради такого зрелища вывернуться? — рассуждала вслух Анаконда, с усмешкой глядя в исказившееся раздражением лицо собеседника. — Ещё чего! Не знаешь, так и не болтай, лучше бы помогла! — используя катаны, как карабины, чтобы удержаться на скользкой поверхности, злился Ророноа. — Да как тебе сказать. Я-то очень даже знаю про твоё обещание, просто считаю глупым лезть в чужую причину жить, — подняв руку и щёлкнув пальцами, чтобы Эйоро вытащил из разлитого масла тремечника, отвлечённо говорила Трёхкрылая. — Неужели я говорю во сне? Откуда иначе тебе знать о случившемся на моём острове? — контролируя эмоции, вызванные повреждением старых шрамов, спрашивал зеленоволосый парень. — Не угадал. Небо на днях поделилось, сказало, что мы чем-то в этом похожи, — поднимаясь с места и забираясь на спину грифона, сказала Лайс. — Да брось, я не в упрёк и не усмешку. Я тоже умею уважать чужие желания и клятвы, так что удачи с исполнением того обещания. А теперь, добирайся до северного берега, надеюсь уже тут моя помощь тебе не нужна, — хлопнув Эйоро по мягкому боку, произнесла голубоглазая пиратка, решив отсрочить допрос. Что таковой будет, у Харрмишь почему-то сомнений не вызывало. — «Облака кучные, почему люди всё время такие любопытные, это ведь моя особенность!» — подумала Анаконда, резко тормозя за спинами Усоппа и Нами.       А картина была как-то не особенно красочная. Вокруг товарищей куча шипов, так они ещё и ссорятся, а Лу не видать, как звёзд днём. На самом деле очень сейчас захотелось свалить. Посидеть где-нибудь в таверне в деревне и попить сладкого чаю с жареным мясом, а не вот это вот всё наблюдать. А так же очень не хотелось попасть под выстрелы из рогатки местного лжеца. — Я так понимаю, всё плохо, да? — выхватив клинки и спрыгнув на землю перед шайкой Куро, с ноги выбив кому-то челюсть, поинтересовалась Харрмишь, на секунду обернувшись на Эйоро, вытащившего из окружения шипов кудрявого парня и рыжую девушку, заодно взмахами крыльев расчистившего дорогу. — Так, братва, до прихода наших основных сил, видимо, развлекать вас буду я, — усмехнулась Анаконда, бросив в две стороны от себя клинки и потянувшись к третьему, частенько остающемуся в ножнах. — Развлекать? Какой радушный приём, — рассмеялся Джанго, мужчина, выглядящий как главарь сия сборища и ещё тот человек со скрытыми талантами, кого очень недолюбливала голубоглазая пиратка. — Это очень мило с твоей стороны, милашка, но мы поразвлекаемся с тобой на обратном пути, а сейчас отойди с дороги, будь добра, — поправляя свою шляпу, поразительно вежливо попросил мужчина с очками-сердечками. — О, нет, вы неправильно поняли, — расхохоталась Трёхкрылая, даже запрокинув назад голову. — Я не дам вам скучать на месте. Эйоро, приведи моих дорогих друзей! — приказала Лайс, разогнавшись так, что исчезла из поля зрения, устроив настоящую бойню в центре команды пиратов. — Ого! Эта девушка поразительно сильна! — с открытым ртом выдохнул Усопп, не веря собственным глазам. — Но нельзя позволить им пройти и оставить всю шайку на Лайс, — уверенно произнёс кудрявый парень, вставая на трясущиеся от страха ноги.       Но сил Анаконды не хватало, чтобы задержать всех и вся, а Усопп и Нами были защитой куда слабее и сдерживали пиратов из шайки Куро ещё хуже. — Тут ужасно шумно! — возмутился некто, швырнув пятерню пиратов в сторону. — Кому бы тут икать по поводу шума!.. — оглядываясь за спину с ухмылкой заметила Харрмишь, облегчённо понимая, что усталость затрагивает и её тренированное тело. — Ну, а теперь можно немного и расслабиться, пришли ребята покрепче, — хрустнув шеей, произнесла Трёъкрылая, уставшая метаться от одного кинжала к другому, стрелой проносясь между неповоротливыми пиратами и раня их. — Леди, вот расслабляться не в ваших интересах, — предупредил Джанго, достав из кармана на груди метательное кольцо, приспособленное под гипнотический круг.       Харрмишь слышала, что гипноз — штука действенная, но чтобы сделать безнадёжно слабых в раз сильнее, действительно неожиданное открытие. Самое, пожалуй, раздражающее заключалось в том, что и сама голубоглазая пиратка поддалась этому незамысловатому способу воздействия на сознание. Правда, и от этого был некоторый прок, до тех пор, пока Харрмишь не отрезвило столкновение клинка с длинным лезвием-когтем, легко отбросившим её в сторону, как лёгкое перо. — А я-то гадаю, что задержало мою команду так надолго, — цыкнул Куро, даже не глядя на удивлённое лицо пиратки. — А я ведь так не люблю ждать, — выдохнул Курахадол, уже учинивший бесчинства в особняке и теперь пути назад не имеющий, равно как и способа повернуть время вспять. — Капитан Куро, это маленькая промашка, не стоящая вашего внимания, — начал оправдываться Джанго, в чьих жилах кровь стыла от одного воспоминания о гневе бывшего капитана. — Вот оно что, — поправляя сползающие очки своим необычным движением, теперь полностью обоснованным перчатками с лезвиями на пальцах, выдохнул бывший пират. — Я дам вам пять минут, если не управитесь, пеняйте на себя, — предупредил мужчина, отступив от поля боя и усевшись в ожидании на возвышенности. — «Силён. Как Эйс, или двое Лу. Чертовски сильная животина, » — прокусив губу, быстро подумала Лайс, стерев большим пальцем струю крови, стёкшую по подбородку. — «Хорошо же отрезвляет горячая дьявольская кровь, » — усмехнулась Харрмишь, чувствуя железный привкус, продолжая сглатывать густую слюну. — Слушай, Зоро, — обратилась к товарищу голубоглазая пиратка, а после резко оборвала речь, уставившись в удивлённые глаза тремечника, — ты чё смотришь, как Ван Пис нашёл?! — спросила Харрмишь. — Ясно… Такая техника потрясающе работает с небольшим оружием, — не отвечая на вопрос произнёс Ророноа, беря себя в руки и размышления. — Я восхищён, что ты даже бессознательно так дерёшься, — со странной улыбкой произнёс зеленоволосый парень, поднимаясь с места, а по взгляду очевидно, что на уме у тремечника только будущее сражение с Трёхкрылой и отказа там сказать девушке не дадут и возможности. — Так, проехали… Мне от тебя нужна одна простая вещь, будет очаровательно, если ты возьмёшь на себя вот этих двух, — Анаконда кивнула в сторону дыры, где раньше размещался нос корабля. — Надо же, нам разломали ростр, так ещё и капитан Куро в ярости… — секундой позже раздалось из черноты и на землю спрыгнуло две фигуры. — Значит на корабле был кто-то ещё? Когда ты… — вопрошал зеленоволосый парень, но пиратка отвечать не планировала ещё какое-то время. — Ох не хочешь ты знать, Зоро, не хочешь, — оглядывая ещё стоящих на ногах пиратов, с азартом протянула Лайс, оглядываясь на настороженных воришку и вруна. — Нами, Усопп, держались бы вы подальше, — предложила Харрмишь, прикидывая в голове, как бы так красиво оказаться возле брата и заехать по чужой черепушке за весь его послеобеденный сон. — «Если уж кому и повезёт против этого слуги, так только Лу. Вот уж чья удача путает карты небу, так это его, » — про себя отметила Анаконда, не желая слушать недовольство небес. — Чего? Предлагаешь всё скинуть на вас?! — для проформы возмутилась рыжая девушка, крепко сжимая своё оружие. — Ладушки! — сложив ладони вместе, кивнула Нами, не находя и повода шевельнутся, раз уж двое сильных её товарищей решили принять всё на себя. — А, так вот как слабым выжить в море, — досадно протянула Харрмишь. — А! Без разницы, Зоро, не поддавайся их уловкам, понял! — предупредила Лайс, рванув с места вперёд, проскочив мимо братьев Мяубан, представленных сильнейшими в команде, но тем не дал опомниться следом атаковавший их Ророноа, решивший форы никому не давать. — Девчонка, а ну стоять! — крикнул вдогонку ринувшейся к кораблю девушке Джанго, метнув кольцо с острым краем ей вслед.       Если Монки и можно было разбудить, то только на новость о том, что есть порция мяса неподалёку, чем и воспользовалась голубоглазая пиратка, неловко поскользнувшись на водорослях, притащенных кораблём из моря. А вот Луффи вместо мяса ухватился зубами за метательное кольцо, тут же разломив оружие и, голодный и злой, теперь действительно желал скрутить чужую шею в узел.       Пяти минут и в самом деле не потребовалось. Мяубан, несмотря на уловки и гипноз, пали под натиском трёх катан и трёх кинжалов, а от удара капитана в соломенной шляпе по затылку у гипнотизёра даже стёкла из оправ повыпадали. Терпения у Куро было в достатке, но оно оказалось бесполезно и, сетуя на шайку одних разгильдяев, бывший пират принялся за дело сам, решив рубить, так сказать, с плеча. И если всё происходящее до этого для капитана в соломенной шляпе, его старпома и сестры было забавным и весёлым, то появление Каи в сопровождении ребятни из деревни, просящей Курахадола прекратить весь творящийся ужас, стало уже не очень-то и радостным. Да, победа не была далеко от команды молодого капитана с шрамом под глазом, но вот цель, явившаяся на собственную казнь, эту победу буквально подавала на подносе шайке Куро. — Убирайся из деревни! — получив отказ на свою сделку, приказала хозяйка особняка, наставив на слугу пистолет, едва ли не выскальзывающий из её рук. — Точно же, Ла-а, наша реальность отличается от той, к которой привыкли люди из деревни. Так ты говорила, да? — поправляя шляпу на голове, произнёс довольно серьёзным тоном Монки. — Предоставь мне этого капитана, сейчас главное, чтобы эта Кая не попала под его когти, — кивнул растерянной сестре Луффи, зная, что уж душу девушки можно поручить в руки младшей, а с остальным он и его команда справятся, это его долг, как старшего. — Вот же черти! — сплюнув в сторону розовую от крови слюну и слова, Трёхкрылая спрятала в ножны клинки и ринулась в сторону блондинки, чудом проскочив под очередной атакой массового поражения Ророноа, занятого уничтожением уцелевших сил противника и мимо когтей Куро, подхватив девушку, что от неожиданности выстрелила в пустоту или куда ещё, на руки, обернувшись к бывшему пирату с оскалом. — Итак, с тобой бесполезно вести переговоры, так что мы попросту прикончим угрозу чужого мира. Ты найдёшь покой, Куро, покой за прутьями тюрьмы! — рокочущим голосом произнесла Анаконда, не теряя и секунды сбегая в лес. — А на нас значит вся грязная работа, — фыркнул зеленоволосый мечник, не считая поступок мечницы побегом, скорее уж тактически верным поступком: чем меньше она носится по полю боя, тем меньше шансов Зоро или Луффи задеть её, к тому же увести отсюда цель нападения пиратов было вернее всего. — Отпусти меня, пожалуйста! — старалась вырваться хозяйка особняка с подобной долей не согласная. — По твоей милости я сбежала с поля боя, это удар по моей чести, и эта жертва ради твоей и их жизней, так что сиди спокойно, — произнесла голубоглазая пиратка, кивая за спину, где следом бежал грифон с тремя детьми на спине. — Будет много хуже, продолжай мы мешать команде Лу. Кая, это хорошо, что ты такая отверженная, но сейчас лучше задвинь свою смелость подальше, — стараясь успокоить собственные эмоции, попросила Харрмишь, со всех ног мчащаяся к дому на холме. — На этих ребят правда можно положиться? — опустив взгляд тихо спросила блондинка, понимая, что от неё помощи куда меньше, чем вреда. — Ты обожглась доверившись Куро, но моих товарищей сплочает время и испытания, у меня нет причин не доверять хоть кому-то из них, — заверила Лайс, скакнув на полурезиновых ногах на ограду, с неё на ветку возле окна и оттуда уже в открытое окно особняка. — Моё дело быть их поддержкой, так что пока давай ты не будешь лишний раз напрягаться, а я перебинтую рану твоего слуги. Ребята, можно оставить на вас Каю? — спросил черноволосая девушка у мальчишек, которых мойо скинул на пол в комнате.       Анаконда просила небеса, снова, снова молила рассказать ей, что происходит там, где её нет, зная, что небо не будет столь милостиво, что снова промолчит, ещё и сражаясь с желанием рвануть обратно досрочно, до того, как обработает чужую серьёзную рану и не удостоверится, что никто не последует за ней. Такие желания были для пиратки почти-что непобедимы, вот только они же учили делать всё быстро и добротно, а метаться между желаемым и необходимым от неё именно сейчас, у Харрмишь в крови. — Эйоро, не спускать с них глаз! — выскакивая из открытого окна выкрикнула Лайс, бросившись со всех ног обратно, крепче стиснув зубы, сильнее сжав кулаки и продолжая наращивать темп, пусть дыхание и начинало сбиваться. — «Я чужая для вашей команды, но, Лу, дай помочь хотя бы тем, что умею, » — скрипнув зубами про себя произнесла Лайс, немного тормозя, видя в просветах между деревьями море. — Я не прощу того, кто отказался от собственного имени! — разлетелись громкие слова над островом, когда голубоглазая пиратка вылетела на берег и замерла. — Пират смеет потерять имя лишь однажды: после смерти! Как смел ты предать своё имя?! — выкрикнул Монки, вложив всю силу в последний удар и уложив Куро на лопатки. — Запомните моё имя. Я, Монки Д. Луффи, и я стану Королём Пиратов! А теперь убирайтесь и не попадайтесь мне на глаза! — с оскалом крикнул молодой пират полуживой шайке кошек, без оглядки побежавшей к кораблю. — Хорошая работа, — усмехнулась Нами, поймав не удержавшегося на ногах капитана, плавно опуская его обессилевшее тело на землю. — Ты, должно быть, сильно устал, так что отдохни немного, — усевшись рядом, порекомендовала воришка. — Потрясающе… Лу, это действительно было потрясающе, — впервые за день спокойно выдохнув, с едва заметной улыбкой произнесла Харрмишь. — О, для бешеной собаки семь вёрст не крюк? — заметил с усмешкой зеленоволосый мечник, так же разлёгшийся на горячей земле. — Тебя не слабо потрепало. Но, раз находишь силы шутить, жить будешь, — не находя энергии на пустую перебранку, заключила Лайс, тоже устало опустившись на склон и оглядывая новые ранения старпома и старую открывшуюся. — Буду признателен, если ты ещё немного поработаешь лекарем, — произнёс Ророноа, уткнувшись взглядом в голубой купол небосвода, охотно принимая помощь от товарища. — Без проблем, дай только выдохнуть немного, — попросила Анаконда, не ощущая ног и рук после всех сегодняшних событий. — Вы славно поработали, я просто не нахожу слов для восхищения, — беззаботно добавила пиратка, глядя, как беседуют рыжая подруга и брат, а Усопп попросту отдыхает невдалеке, не имея сил и говорить. — Твой вклад в нашу победу тоже значителен, Анаконда. Не разбуди ты Луффи, не помоги с братьями Мяубан, не уведи за собой ту ребятню и девушку, сложно представить, насколько сложнее было бы, — высказал признательность тремечник, чувствуя, как рука, опущенная на рану вся вымокла в, по видимому, крови. — Кстати, а за что Луффи так обозлился на Куро? — поинтересовался у единственной, кто мог что-то об этом знать Зоро, видя, как Трёхкрылая со вздохом снимает с пояса бинт и баночку со спиртом и вату, недавно заменившие упаковки со сладостями, принимаясь за чужие травмы. — Бра… Лу ненавидит таких, как Куро больше всего. Люди, не ценящие простых чувств и не ведающие их, уже не люди. К тому же Лу не может понять, как можно отречься от собственного имени из-за скуки, — отозвалась Харрмишь с пробкой от бутылочки во рту, поглощённая своим занятием, несколько расслабляющим, так или иначе, чувствуя, что на примерно такой же вопрос отвечал старший брат.       В конце концов, на ней раны быстро не затягиваются, да и обрабатывать их приходилось не реже, так что руку на такого вида ранения пиратка уже набила, да и кое-что успела углядеть за работой Бурона. Правда, знания Трёхкрылой заканчивались на дезинфекции и перевязках, ведь о простудах она не слышала, а переломов не видела уже около трёх лет. — Скажи, Анаконда, как давно вы знаете друг друга? Должно быть много лет, душа у вас словно одна, — спросил Ророноа, решив, что на этот вопрос скрытная девушка уж ответить может. — Пожалуйста, обращайся ко мне просто по имени. Я не очень рада, что прозвище «Трёхкрылая Анаконда» сохраняется за мной до сих пор, — попросила Харрмишь, промывая рану, нанесённую ещё Багги, совершенно не удивляясь, что Ророноа стоически переносит всю боль от спирта. — Мы с Лу знакомы с семи лет. Хотя расстались, когда мне исполнилось четырнадцать, а после снова встретились. С тех пор вот путешествуем, как-то так, — сокращая информацию до минимума, ответила голубоглазая пиратка, разорвав конец бинта на двое и завязывая его в большой и крепкий узел. — Позволь и я спрошу, та девочка… Она была сильной? — прекрасно понимая, что давит на больное, спрашивала Лайс. — Думаю, она бы без проблем одолела тебя, встреться вы с ней сейчас, пусть я и признаю, что ты сильна, — задумчиво протянул зеленоволосый парень, веря, что разговор останется между ними и только. — Вот как, наверное, ты прав, мне стоило меньше полагаться на Лу и усерднее тренироваться, — рассмеялась Анаконда, закончив обрабатывать чужие ранения. — Что ж, я пойду помогу Усоппу, я видела, ему тоже неслабо досталось, а тебе стоит немного полежать, а после я помогу тебе дойти до постели, — поднимаясь с места наказывала Харрмишь, собирая с собой свой наборчик местного лекаря, направившись к снайперу.       Пришло затишье. Деревенские люди, так и не узнав про нападение продолжали повседневную мирную жизнь без тревог и страха. А храбрые защитники зализывали раны в доме на холме, куда Кая пиратов практически затащила, сказав, что до выздоровления они не выйдут дальше забора её поместья. Анаконда и хозяйка дома по справочникам определяли как и кого лечить, кого чем кормить и кому какой режим соблюдать, попутно наблюдая друг за другом, ведь Харрмишь так же потрепало, а у девушки с светло-белыми волосами был режим лекарств, о котором та за беспокойствами забывала.       Монки жевал мясо в три горла, быстро идя на поправку, попутно рассказывая о своём дьявольском фрукте Усоппу и Кае с мальчишками, Нами, как самая слабо пострадавшая, изучала карты и восхитительно симулировала, а Ророноа… Лайс решила, что лучше всего привязать буйного товарища и повесила чужое оружие на свой пояс, заявив, что если кое-кому ещё дорого его обещание, то он послушно полежит, пока хотя бы немного не поправится. Так тикали часы, а мир над деревушкой не треснул, как хотел того Курахадол. Все, кто знал о случившемся, договорились, что об этом подвиге никто не узнает, так будет много лучше для всех.