"D" — Воля наших встреч

      И вот, когда наконец хозяйка дома на холме убедилась, что все живы и вполне себе здоровы, ожидаемо наступило время попрощаться с островом и тихой деревушкой, чтобы отправится дальше. Обычно говорят, что расставания приносят печаль и хоть какую-то досаду, однако покинуть этот остров молодой капитан уже попросту мечтал, а Ророноа начал думать, в каком направлении лучше вплавь добираться до другого кусочка земли. Харрмишь и Нами подружились с Каей, а от того прощаться было тоскливо, но помня упрямство хозяйки особняка насчёт зздоровья, Лайс только порекомендовала блондинке и впредь лечить людей, раз уж здоровье не позволяет их защищать, надеясь, что Кая переключится на других болеющих. — Море зовёт, — невпопад заметила голубоглазая пиратка, наблюдая с подоконника за закатом, оборвав беседу блондинки и рыжей о том, что стоит погрузить в трюм, чтобы быть готовым к путешествию и не перегружать корабль. — Опять в облаках витаешь, Лайс-тян? — дружелюбно бросила рыжая воришка. — А вы этого не чувствуете, Нами, Кая? — обернувшись к собеседницам, удивилась Трёхкрылая. — Море, эта солёная вода, холодный ветер, призывный шум поднятого паруса… Вы не ощущаете зова всех этих вещей, которому просто невозможно противостоять? — спрашивала пиратка, снова поворачиваясь на закат. — Столько романтики в твоих словах, — умильнулась хозяйка особняка. — Но я совершенно не ощущаю ничего такого, — с досадой добавила она. — Слушай, разве ты уже не плавала, Лайс-тян? — ответила вопросом рыжая девушка, когда озадаченная Харрмишь обернулась на неё. — Твои слова, я слышала их от одного бывалого мореплавателя, так что подумала, что ты уже выходила в море, — пояснила причину своего вопроса воришка. — Это не мои слова! Ши-ши-хи! — рассмеялась Харрмишь. — Но, наверное, все люди, однажды познавшие свободу моря, жаждут вновь оказаться среди волн, — неуверенно добавила Анаконда, не решаясь судить за всех.       А следующим утром Кая пригласила маленькую пиратскую команду к берегу, где их встретил Мэрри, тот самый слуга, которого Куро попытался прикончить, представив каравеллу с треугольными парусами. Этот добротно построенный корабль, как выяснилось, сделан по проекту мужчины с кудрями, похожими на овечью шерсть, и хозяйка особняка, и жители дома на холме дарят каравеллу своим спасителям. Мэрри представил каравеллу, как «Гоинг Мэри», что закрепилось за кораблём, и хотел рассказать об управлении Монки, но Нами быстро сообразила, что штурманом работает она и управление каравеллой на ней. — Всё необходимое уже погрузили, но если ещё что-о нужно, скажите, — произнесла Кая в надежде, что хотя бы голубоглазая пиратка её услышит. — «Не Лошадка Пик, но эта каравелла мне определённо нравится. Добрый, хороший корабль, » — кивнула своим мыслям Анаконда, тут же обернувшись к блондинке: — Не жаль такую милую овечку нам дарить? — спрашивала пиратка, но в глазах легко читались благодарность от всех членов экипажа и радость за именно такое прекрасное судно. — Если бы не ваша помощь, от этой деревни не осталось бы и следа, как и от нас. За такое мы должны вас хорошо отблагодарить, — честно отвечала хозяйка особняка, прекрасно запомнившая, как досталось команде Луффи и Усоппу в том сражении.       Но отчётливей всего запомнилась сплочённость мечников и капитана: Кая, несколько раз в голове прокрутив воспоминания, вспомнила, что Лайс увела её и мальчишек по чёткой договорённости, которую никто полностью вслух так и не произнёс. Это восхищало больше даже самой победы над Курахадолом, ведь, как выяснилось, все они знакомы без году неделя, зато уже хорошо работают вместе. Анаконда говорила правду, ссылаясь на веру в друзей. — Кая, постарайся не смеяться над глупостью, которую я сейчас скажу. Всем суждено потерять на этой планете, просто не живи тоской по ушедшим, такие жертвы им не к чему, — вглядываясь в чужие печальные глаза, сказала Трёхкрылая, опираясь на свой собственный опыт, надеясь, что хоть кого-то не коснётся эта печаль. — Твоя правда, Лайс, — легко согласилась хозяйка дома на холме с полуулыбкой, на что Анаконда кивнула и, завершив разговор, направилась к черноволосому юноше, восхищённо рассматривающему своё по праву судно. — Лу, как тебе твой корабль? — поинтересовалась голубоглазая пиратка, хлопнув брата по спине, заглядывая в чёрные глаза, чуть ли не наполненные слезами. — Крут! Очень крут! — кивнул своим мыслям парень с шрамом под глазом, надвинув на лицо шляпу и шире усмехаясь, не зная даже плакать или радоваться от счастья. — Ой! Остановите его, или он может сломать корабль! — обеспокоенно выкрикнул Мэрри, завидев катящийся по склону ком, состоящий из Усоппа и его рюкзака, в который, похоже, переместилось с половину дома местного врунишки. — Б-благодарю, — простенал кудрявый рассказчик, когда не сговариваясь, Монки и Харрмишь подняв ноги, действительно остановив длинноносого парня, да только отпечатав рисунки подошв на его лице. — Ты тоже уезжаешь, Усопп? — подойдя к собеседнику, спросила Кая с досадой. — Да, это было нелегко, но я решился путешествовать, — опустив на землю тяжёлую свою ношу, объявил кудрявый парень. — Когда вернусь, я расскажу сотню другую историй, которые уже не будут выдумками! — пообещал с улыбкой длинноносый врунишка, и девушка со светлыми волосами согласно кивнула. — И вам удачных путешествий! Надеюсь, мы когда-нибудь ещё встретимся, — помахал команде Луффи Усопп. — Что за чушь ты городишь? — недоумённо протянула Трёхкрылая, опустив удивлённый взгляд на сына Ясоппа, продолжая чесать подбородок своему добродушному питомцу. — Э? Мы с вами пираты, мы всенепременно ещё столкнёмся в море, — с видом, словно собеседники не поняли простейшей истины рассказал кудрявый парень. — Слушай, заткнись и дуй на корабль уже, иначе мы так никогда не отплывём! — раздражённо прикрикнул Ророноа, не желая задерживаться и секундой дольше на этом острове, на что, шутки ради, Лайс щёлкнула пальцами и Эйоро подняв на борт парня, а после и его тяжёлый рюкзак. — Ура, меня взяли на корабль капитаном! — радостно воскликнул Усопп, потащив на палубу свою поклажу. — Нет! Капитан здесь я! — раздражённо возразил Луффи, не желая уступать свой пост кому бы то ни было.       Море встретило Мэрри приятным спокойствием, дав следовать по своему пути безо всяких помех и преград. Хозяйка особняка и её слуга провожали корабль и после мужчина с белыми кудряшками сказал: — Знаете, мисс Кая, я много слышал слухов об Усоппе. Его отец — пират, ушёл в море когда мальчик был ещё мал, а мать заболела и… Его забавная привычка кричать каждое утро «Пираты приплыли!» просто способ подбодрить мать, — с простым человеческим сочувствием рассказывал Мерри. — Когда же он осиротел, стал придумывать небылицы, наверное, это было бегством от боли, жители знали об этом, как и о его хождениях к морю. Усопп понимал ваши чувства после потери родителей, поэтому решил помочь вам, — произнёс слуга. — Усопп действительно сильный человек, — восхищённо выдохнула Кая, восторгаясь своим другом сильнее прежнего.       Юноша с чёрными кудрявыми волосами оказался воистину незаменимым членом команды; и флаг нарисовал, и под флаг паруса разрисовал, и пушку освоил, с первого раза попав в скалу, торчащую из моря, жаль только готовить не умел, иначе бы и кока искать не пришлось. А так, поиск человека, умеющего не только жарить и коптить рыбёшку с мясом, стал приоритетной целью путешествия, правда Луффи желал видеть на палубе Мэри музыканта, за что огрёб, вместе с сестрой, за компанию. Ну, а ставший нудным разговор побудил Анаконду незаметно улизнуть на палубу, под тёплое солнце и тихий шелест морских волн. Вот только тишины не нашлось, а вот странного рода мужчина с тесаком наперевес и татуировкой на лице, кричащий о мести за братейника, нашёлся. — Послушай, если ты не объяснишься, я ничего не сумею понять, — заметила Харрмишь, даже не хватаясь за рукояти клинков, считая схватку бесполезной тратой сил, заломив руку мужчины за спину, от чего тот заскулил и оружие своё выронил. — Но, ранишь Мэри — ушибами не отделаешься, — предупредила Анаконда, пнув противника под колени и тот опустился на палубу. — Послушай, Лу, лишний человек в команде тебе не нужен, а то у меня есть один на примете, — произнесла голубоглазая пиратка, поднимая взгляд на вышедших из камбуза капитана и старпома, решивших узнать, что за шум творится на палубе. — Зоро? — удивлённо позвал зеленоволосого мечника по имени пленный, только подняв взгляд на пиратов. — Джонни? — так же удивлённо ответил Ророноа. — А чего это ты один, где Ёсаку? — уже с улыбкой спрашивал мечник, а со стороны казалось, что это беседа двух старых друзей. — Ёсаку, он умирает! — со слезами выкрикнул мужчина с татуировкой на лице.       Как чуть позже выяснилось, не «казалось». Трое охотников на пиратов действительно хорошо знакомы. Так же из слёзного рассказа Джонни выяснилось, что у его напарника вот уже третий день свежей кровью истекают старые раны, выпадают зубы и тот лежит, как рыба дохлая на солнце, не в силах даже говорить. Так и сидели охотники на скале, пока ту не разрушил выстрел с «Гоинг Мэри», что мужчина с иероглифом на щеке воспринял как прямую угрозу им двоим. И пока Ророноа качал головой, а Усопп и Луффи каялись в содеянном, Нами оглядела болеющего и равнодушно заключила «Цинга», велев канониру и капитану выжимать в рот Ёсаку лимонный сок из кислых фруктов, что с подсобки притащил грифон, напугавший второго охотника на пиратов. Харрмишь же, знаниями в данной области не обладающая, только развела руками, всем видом говоря, что с неё и перевязок ран с креплением переломов вполне себе хватит. Ну, а после Ёсаку резко подскочил, к великому счастью своего напарника. — Извините за все сложности и разрешите представиться. Меня зовут Джонни, — начал говорить мужчина с иероглифом на щеке. — А я Ёсаку, мы вместе охотимся на пиратов, — закончил мысль второй мужчина, закуривая сигарету. — Очень приятно познакомиться, для вас Анаконда-тян, ну, а так Лайс, — улыбаясь, представилась Харрмишь, выдернув у Ёсаку сигарету и сломав её пополам. — Та са… — хотел было воскликнуть охотник на пиратов, как вновь закашлялся кровью, упав на доски палубы. — Да, в целом, та самая. Кстати, не стоит удивляться, что Зоро теперь старпом под чёрным флагом, его просто заинтересовал капитан, — усмехнулась Трёхкрылая, присев возле больного и выдавив сок из лимона, что волей братской невнимательности оказался у неё в руке. — Отдыхайте, охотнички, — добавила голубоглазая пиратка, сунув переломанную сигарету в рот Джонни, неподвижно глядящему на сорок четыре миллиона, так ловко уложившие его без капли крови. — Хоть бы отлежался ещё, чего ради подскочил? — риторически поинтересовался Зоро, с лёгкой усмешкой наблюдая за удивлённым охотником на пиратов. — Это хороший урок нам на будущее, — заметил канонир, поглядывая на во второй раз очухивающегося Ёсаку. — Чёрт один знает, какая дрянь сумеет нас свалить в плавании без человека, знающего толк в еде и рационе, — согласился Ророноа, лишний раз убеждаюсь, что приоритет выбран верный. — Послушайте, если вам нужен повар, то я знаю одно хорошее место, — предложил Джонни, не любящий оставаться в долгу надолго.       И курс был взят на в своём роде единственный и аналогов не имеющий плавучие ресторан, пользующийся большой популярностью не только в пределах Ист Блю. Корабль с рыбьей головой на носу и ровными голубыми буквами «Барати» над входом почитался братом и сестрой с Рассвета за рай, в который их души обязательно ещё вернутся после странствия по этому бескрайнему морю, ну, а в глазах остальных был просто очень удачной находкой и отличным место для перекуса. Разве что немного подпортил восторг корабль Дозора, под командованием мужчины с пыльно-розовыми волосами, что безразлично окинул каравеллу взглядом и заметил, что флага такого ещё не видел, а вот охотников за головами в штабе примечал, да только их находки что-то не вдохновляли.       За свою вспыльчивость Джонни и Ёсаку получили Железным кулаком, которым и был славен лейтенант Фуллбоди, оказавшийся у ресторана по делам далеко не служебным, ведь следом за ним из каюты вышла девушка в платье и, как говорится, при всём параде. А «Гоинг Мэри» лейтенант всё же велел потопить. Но кораблю резинового капитана никакие пушечные выстрелы не страшны, вот только судно-то новое, необжитое ещё, без зазубрин и вмятин, так что руки со шкурённого дерева соскальзывали сами собой. — Вот кто тебя за язык тянул? — поинтересовалась Харрмишь, которую за шкирку волочили в сторону владельца ресторана, объяснять, за каким чёртом они открыли пальбу по ресторану. — А тебя? — в ответ спросил черноволосый пират, так же передвигающийся не своими силами. — Совесть… Но это не очень важно! Мы тихо примем наказание или драпаем? — спросила Лайс, чуть повернув голову к брату и не особенно заморачиваясь слышат ли их и слушают ли. — А что бы… — начал было Монки. — Драпал, как последний трус, если ты об этом, — оборвала бесполезные рассуждения Анаконда, не видя причин поддерживать чужие обманчивые мысли. — Тогда мы принимаем наказание! — гордо объявил Луффи, поправив шляпу и скрестив руки на груди. — Как скажешь, Лу, — со вздохом согласилась младшая, немного досадуя, что это не простое «нет».       Шеф-поваром и заодно владельцем ресторана был пожилой мужчина по имени Зефф, залетающий усы в косы, что, однако, нелепым не казалось. Поначалу Харрмишь с Монки перепугались, увидав деревянную ногу, но раной, нанесённой ими оказалось жалкое кровотечение, за которое платой была объявлена годовая, дармовая работа в ресторане, на что капитан в соломенной шляпе не думая согласился. — Эм, Лу, это много… — дернув брата за край безрукавки, заметила Харрмишь. — А?! Целый год?! Я не могу тратить здесь столько времени! — осознав, что ждать ещё год, отрабатывая долг, он не готов и быть готовым не собирается, закричал Монки. — Согласен на неделю! — заявил парень с шрамом под глазом. — Какой ты прямодушный! Недели недостаточно! — повысив тон возразил Зефф, после недобро улыбнувшись. — Правда, ты можешь расплатиться быстрее, отдашь мне свою ногу и катись на все четыре стороны, — схватив в руки пил, угрожающе произнёс шеф-повар и Луффи напугано сглотнул. — Простите, я тоже могу работать, — тихо вставила Лайс, но не была услышана.       В конечном счёте голубоглазая девушка была вытурена за дверь, а вдогонку ей было брошено, что та может и поработать, коли очень хочется. А дальше из полуразрушенной каюты слышались только громкие вскрики и ощущение, что Луффи отлетел к стене, и, постояв так с минуту, Харрмишь рассудила, что её вмешательство ничего не поменяет, а просто так стоять уж больно тоскливо, Анаконда пружинистыми полупрыжками, мурлыча под нос какую-то песню из репертуара Макино, направилась на кухню, где и кошачья помощь бы пригодилась, не то что человеческая. И две лишние ручки коков действительно порадовали, особенно от улыбчивой девушки, согласной поработать официанткой и чем-то, быть может, подсобить. И такая помощница, словно жившая у кухни всё время до этого, была крайне кстати. Конечно, пару опрокинутых подносов и разбитых чашек Анаконде ещё как припомнят, но в остальном справлялась девушка действительно неплохо. — Лайс, заказы на третий и пятый столики, — ненадолго отвлёкшись от готовки, крикнул один из коков, ставя блюда перед Харрмишь, тут же вернувшись к своим делам. — Уже бегу! — машинально откликнулась черноволосая пиратка, крепче сжав в руках подносы и нагружая деревянные доски готовыми блюдами, ставя одну из них на голову: так было сподручнее открывать двери.       А в зале Трёхкрылая совершенно случайно заметила интересную сцену с лейтенантом Дозора и поваром, что очень уж лебезит перед девушками, судя по его комплиментам спутнице Фуллбоди. Розововолосый мужчина хотел было блеснуть своими познаниями в вине, но его быстро опустил молодой кок, с наглой усмешкой отправившись к другому столику с девушками. Харрмишь эта сцена позабавила, и она позволила себе смешок, едва успев подхватить упавшую с подноса хлебницу. Ну, а после голубоглазая пиратка поспешила обратно на кухню за новыми блюдами. Покрутившись так ещё немного, Харрмишь перестала отмерять время или отслеживать людей, пока не увидела лицо лейтенанта в поразительной близи и не сообразила, что только что поставила тарелки с супом на их столик. — Ваш заказ, прошу, наслаждайтесь, — растеряно протараторила она, попытавшись уйти поскорее, но голубоглазую девушку остановили, больно сжав руку. — Постой, официантка, что за странная традиция подавать суп с жуками? — спрашивал дозорный громко, как будто хотел чтобы все услышали. — Что за паршивый ресторан, где в блюдах приносят не пойми что?! — продолжил он возмущаться. — Но позвольте, — хотела было возразить Лайс, но поняв, что любые слова будут напоминать нелепые отговорки, промолчала. — Простите милую девушку, в её обязанности входит только разносить блюда, — схватив Харрмишь за плечи и отведя её в сторону, спокойно произнёс парень со светлыми, как солнце, волосами, чёлка которых закрывала один из глаз, похожих на бусины из цветного стекла. — Я приготовил этот суп, — произнёс кок. — Тогда скажи мне, что это за жук в моём супе? — указав пальцем на букашку, намеренно положенную в бульон, недовольно вопрошал лейтенант Дозора. — Простите, я не в курсе. А что поделать, энтомология — не моя стихия, — извинился с самодовольной улыбкой блондин, едва успев увернуться от осколков разломавшейся тарелки, так же как и стол уже не подлежащий востановлению. — А ведь для столь прозрачного супа нужно было трижды снимать пенку, — опустившись к разбитому блюду, процедил блондин, не обращая внимания ни на восклик спутницы дозорного, ни на него самого. — Я посетитель, и плачу деньги за обслуживание, как жалкий кок смеет задирать голову и дерзить мне, — жаловался голосом победителя и покорителя Фуллбоди, наблюдая за поваром сверху вниз, ведь последний собирал разбитую посуду. — А деньги ты съесть сможешь? — задал в ответ вопрос кок, в порыве эмоций забывшись, даже не обратив внимание, что брошенные на поднос осколки, к которым потянула руки Лайс, поранили девушке палец. — Эй, я спрашиваю, деньги тебя насытят? — схватив лейтенанта за черепушку, зло спросил блондин, ударив дозорного под дых, а после так же с ноги в челюсть, что аж захлестала кровь. — Лучше пустить себе пулю в лоб, чем поссориться с коком в море, — нанеся ещё пару ударов, от чего-то именно ногами, повар отпустил не держащегося на ногах Фуллбоди и тот упал на пол, что-то продолжая шипеть под нос. — Санджи, паршивый кок, как ты смеешь избивать дорогих клиентов?! — огрев блондина по затылку, жарко возмущался ещё один из коков с серьгами в ушах. — Замолчи, дрянной кок, это не твоего ума дело! — огрызнулся Санджи, явно не чувствуя в своём поступке и доли неправоты. — Он оскорбил нашу готовку, а захочет заложить нас, так и вовсе прикончу, и не посмотрю, что клиент, — закурив ещё сигарету, так как прошлая сгорела до фильтра, равнодушно заметил блондин к нервному ику лейтенанта. — Остановите кто-нибудь Санджи! — крикнул один из коков, что всей кучей бросились на блондина, чтобы только удержать последнего от бесполезного греха на свою душу. — Мало ли у нас таких перебывало! Брось эту затею! — приговаривали коки, стараясь остудить пыл своего товарища. — Эм, Санджи, пожалуйста, не тратьте время на этого бесполезного животного, — воспользовавшись чужой слабостью произнесла Анаконда, взяв чужое лицо в свои ладони. — Не лучше ли его просто приготовить? — предложила с корыстным умыслом Лайс, замечая у входа своих товарищей и одним взглядом прося их не вмешиваться, мило улыбалась коку, чье слабостью оставались девушки. — Приготовить? — задумчиво повторил блондин, но его мысль оборвали внезапно свалившиеся со второго этажа Зефф и Монки, за бесконечным жарким спором проломившие потолок ресторана.       Хозяин ресторана, окинув всех присутствующих взглядом, облаял Луффи за очередную «провинность», обругал Санджи, за очередные вольности, но если блондину деревянным протезом досталось слегка, можно сказать с отцовской журьбой, то Фуллбоди получи от всей души и был даже послан за все четыре моря.       Но не успело всё толком и устаканиться, как пожаловал новый гость, названный дозорным, словившим свинец в затылок и навеки замолчавшим, пиратом из шайки Крига. Тот сел за свободный стол и велел тащить с кухни съестного и побольше, однако Пати, поинтересовавшийся насчёт оплаты, получив отрицательный ответ наскоро разделался с еле держащимся на ногах пиратом и, под аплодисменты всей честной публики, вышвырнул того вон, объявив, что таким негодяям тут не рады. Вот только краем глаза черноволосая девушка заметила, как курящий повар удалился куда-то много раньше окончания представления. — Ого! Кок он и впрямь первоклассный, — восхищённо протянула Анаконда, проследившая за странным парнем и заметившая, что Санджи, чьи руки прямо-таки были созданы для готовки, колдует над блюдом, что никто не заказывал, на кухне. — И вы его не остановите? Он же накормит того пирата, — заметила стоящему рядом Зеффу Лайс. — Он не может оставить кого-то голодным, и, как бывший пиратский кок, я его хорошо понимаю, — ответил одноногий мужчина. — Тогда и как бывший пиратский капитан вы должны понимать Лу, который всенепременно захочет забрать себе такого кока, — усмехнулась Харрмишь, давно узнавшая в пожилом шеф-поваре некогда одного из жестоких пиратов, продолжая наблюдать, как блондин закончил готовить несложное блюдо и, прихватив с собой приборы и стакан воды, направился через другой выход к пирату. — Я удивлён, что такая молодка имела возможность слышать обо мне. Хотя ты тоже довольно известна, Анаконда, — отозвался без всяких эмоций владелец «Барати», так же узнавший голубоглазую пиратку, в прошлом действительно сумевшей пробить его на удивление. — Это имя в прошлом. Теперь просто Лайс, если хотите Харрмишь Д. В остальном, вы недооцениваете свою известность в этой части света, — на глубоком выдохе заметила голубоглазая девушка, прерывая беседу своим скорым уходом.       Было интересно понаблюдать за коком, чьи мысли завязались в клубок нераспутываемых нитей, так что, встретившись с братом, Лайс указала ему на немногочисленную команду, ждущую его объяснений, а сама незаметно выскочила на палубу. По команде ручной мойо выловил из воды двух рыб, а Анаконда, не долго размышляя, закоптила добычу в превращённых в пламя ладонях. Позаботившись о необходимой причине пойти к Санджи и пирату, преисполненная интереса, Харрмишь двинулась в сторону прелюбопытнейших людей.