Старая Мери
21 декабря 2017 г., 16:31
Мери служила дому Селькоп сколько помнила себя. Её ещё совсем маленькой ввезли на территорию Англии вместе с матерью и отцом. Отца забрали на рудники, а мать купил кто-то очень богатый. К стыду Мери, она так и не запомнила, кем же является её хозяин. Вернее, она помнила, но не могла с уверенностью сказать, какое положение в обществе у него.
Вместе с мамой она приехала в большое поместье и стала рабыней молодой Госпожи. Госпожа обращалась с ней хорошо, к Мери относились, как к служанке, а не как к рабыне, что ужасно льстило ей.
Госпожа, когда была маленькой, часто играла с Мери. Она пыталась заплетать девочке косички и любила перебирать тёмные кудряшки волос. А больше всего её забавило прикладывать свою белую ручку к смуглой щёчке Мери и, смеясь, называть её чумазой. Но она любила Мери.
Когда у Госпожи родился первый сын, то Мери стала его няней и принимала активное участие в его обучении, ведь сама Мери перечитала много книг за свой век, благо, ей позволяли пользоваться библиотекой. Но детей помладше она не трогала, отдавая всю себя Арию.
И он это запомнил. Арий вырос с горячей любовью к Мери, он в шутку называл её матушкой, пока остальные не слышали. В эти моменты Мери покрывалась краской, отчего её личико становилось лишь чернее, и смущённо отводила взгляд.
Когда родители Ария умерли, то он долго не горевал. Объявил себя главой рода, а Мери сделал главной служанкой в доме. Где это видано, рабыня, да с правами белого человека, пусть и служанки? Но Мери заслужила своё уважение, а потому лишь неразумный молодняк точил ей кости за её спиной.
Было раннее утро, но Мери уже давно на ногах. Господин выразил желание прогуляться, а Мери должна была поддерживать воду в ванной тёплой, а также подать завтрак в тот момент, как Господин перешагнёт порог дома.
Мери ужасно любила свою работу. Она могла часами драить всего одну ступеньку в доме, чтобы та блистала. Возможно, именно за трудолюбие она сейчас и находится в таком положение. Но вот что Мери до ужаса не любила, так это когда Арий приводил в дом юношей или девушек.
Мери была достаточно образованной для того чтобы знать — белые люди не могут стать рабами. Да, исключения были, но те дети, что иногда посещали их дом, явно не были в их числе. Мери было не столько жалко детей, сколько она боялась за Господина. Если кто-то лишний узнает о его делах, то его могут казнить.
Вот и сейчас она едва не уронила стопку полотенец, завидев на пороге дома Господина с мальчишкой на руках. Она учуяла запах довольно сильного альфы, что почти перекрывал запах омеги. Она очень редко чувствовала подобные переплетения запахов. Да и этот омега… Его запах был ярко выражен, пусть и перекрывался почти весь. Неужели у мальчишки течка?
— Мери, вода в ванной горячая? — спросил Господин, снимая свои ботинки, придерживая те за пятки носками.
— Да, Господин, — ответила Мери, поклонившись и мысленно посетовав на привычку Господина снимать обувь подобным образом.
— Отлично. Помоешь мальчишку. Если он потом будет в сознании, то заставь его поесть, а то одни кости торчат, такого не возьмёт никто, — Господин уже шёл к ванной комнате, а потому Мери осталось лишь идти за ним. — А если останется таким, то уложи его в гостевой, я прикажу кому-нибудь постелить там.
Глупо было предполагать, что этого мальчика ждёт другая судьба. Всё давно решено за него, поэтому Мери остаётся лишь сделать так, чтобы никто не узнал о проживании мальчика здесь. Господин не был глупцом, а потому Мери не стала волноваться, что мальчика будут искать. Он явно беспризорник, может даже сирота.
Господин занёс мальчика в комнату, а после поставил его на пол и придержал за плечо, чтобы тот не упал. Взгляд у него был совсем отстранённый, вряд ли он понимает где он.
— И попытайся растормошить его. В любом случае, я буду ждать тебя в обеденной, — Арий тепло улыбнулся Мери и вышел из комнаты.
Мери едва смогла сдержать улыбку. Ей ужасно льстило, когда Господин говорил с ней в подобном тоне. Она подошла к мальчику поближе и осмотрела его. Первым делом нужно будет постирать его вещи. А может и выкинуть вовсе. Разве что куртку ему можно оставить, хотя она явно больше его самого. Большой синяк на лице нисколько не удивил Мери, сколько она уже перевидала детей с подобными синяками. Вот только ни у кого не было такого взгляда.
— Эй, ты меня слышишь? — Мери мягко улыбнулась мальчику и провела рукой по его голове.
Она даже немного удивилась, когда поняла, что он ниже её. Ведь и сама она была далеко не высокая. Но от мальчика она этим не добилась никакой реакции, а потому она стала снимать с него куртку. Но тут мальчишка словно ожил. Он сделал шаг назад и испуганно посмотрел на Мери, закутавшись в куртку.
— Не бойся, я тебе не причиню зла, — она вновь улыбнулась мальчику. Совсем ведь ребёнок… — Я Мери, а тебя как зовут?
— Н-Найлз, — чуть запинаясь представился мальчишка. — Где я? — он испуганно озирался по сторонам.
— Мой Господин нашёл тебя на улице и принёс сюда. Не бойся, ты в безопасности. Тебе стоит помыться, я тебе помогу. Раздевайся, — она вновь добродушно ему улыбнулась.
Найлз кивнул. Он явно пребывал в растерянности и ему ничего не оставалось, кроме как подчиниться ей. Он нехотя снял куртку и рубашку, а после одним рывком снял и штаны. Он знал, что они все перепачкались чем только можно.
Мери едва смогла сдержать вздох, увидев тело мальчика. Всё оно пестрело синяками и кровоподтёками. А на груди, с правой стороны, была припухлость, которая тоже была всевозможных цветов. Про множество шрамов по всему телу даже и упоминать не хочется. Но больше всего её удивила кровь, что размазалась на бедрах Найлза. Что же надо было сделать, чтобы порвать омегу в течку?
— Садись в ванну, — она постаралась скрыть сочувствие в глазах.
Найлз так же молча сел в ванну, обняв колени руками. Он слегка поморщился, когда коснулся припухшего места.
— Позволишь? — Мери протянула руку к больному месту.
Найлз вздрогнул, но позволил Мери дотронуться до рёбер. Мери сжала правой рукой амулет на шее и что-то прошептала. Её левая рука чуть засветилась, а после рёбра Найлза срослись. Мери улыбнулась ему и вытерла пот со лба. Магия даётся ей очень трудно.
— Вы… Вы колдунья? — шокировано произнёс мальчишка, округлив глаза.
— Да, колдую немного. Я тебе после сведу синяки, сейчас сил не хватает, — она добро улыбнулась ему, а после стала его мыть.
Прошло не так уж и много времени, а Мери уже вытирала голову мальчика полотенцем. Ко всем детям она относилась тепло, а особенно к тем, которых Господин приводил в дом. Их и так судьба потаскала и не известно, что будет дальше. Она хотела хоть как-то скрасить будущее этих детей, а Господин позволял ей нянчиться с ними, ведь своих детей у неё не было.
— Ты голодный? — Мери только сейчас спохватилась, что у неё нету под рукой одежды для Найлза. — Подождёшь тут меня? Я принесу тебе одежду, — она подхватила грязные вещи.
— Можете оставить мне куртку, она очень дорога мне, — Найлз взял её за руку, не желая отпускать её. Он не хотел оставаться тут один.
— Я её постираю, уж больно она грязная, — она улыбнулась мальчику и выскользнула за дверь.
— Мери, — женщина даже подпрыгнула от неожиданности, услышав голос Господина. — Как мальчишка?
— Взгляд такой же, но реагирует на меня и говорит, — она повернулась к Господину, смотря себе под ноги. — У него множество шрамов на теле и течка. Судя по запаху, началась совсем недавно.
— Шрамы значит… — Арий цокнул языком. Мало кто захочет взять испорченный товар. — Ладно, если его откормить немного, то может на шрамы закроют глаза. А ты куда пошла-то одна?
— Взять одежду мальчику. Я забыла взять её заранее, прошу прощения, — Мери поклонилась Господину.
— Ничего страшного. Пусть оденется и отведи его поесть, а потом в комнату. И зайди ко мне после, — Арий перевёл задумчивый взгляд в окно и пошёл наверх.
Мери же поклонилась вслед Господину и пошла в комнату к рабыням. Там она распорядилась постирать вещи Найлза и взяла одежду на смену.
Когда Мери зашла в ванну, то Найлз сидел на полу, закрыв лицо руками. Его плечи подрагивали, и с его стороны слышались тихие всхлипы. Мери тяжело вздохнула и села на колени перед ним, а после крепко обняла, поцеловав в мокрую макушку. Найлз вздрогнул, но после обнял Мери и разрыдался уже в голос.
Сколько уже истерик перевидала Мери, но отчего-то именно эта тронула её. Все остальные именно истерили, ревели навзрыд, явно не желая смиряться с тем, что с ними произошло или произойдёт, или же жалели себя. Но в этих всхлипах она слышала лишь смирение. Он явно осознал, что с ним произошло и принял это, что пугало Мери — он же совсем маленький. Мери погладила его по спине и ласково произнесла:
— Ну чего ты, маленький? Давай, успокаивайся. Сейчас всё хорошо, всё позади, — она вновь поцеловала его в макушку, слушая уже затихающие всхлипы. — Вот, молодец. Ты ведь умный мальчик, к чему эти слёзы? Сейчас всё хорошо, да? — она взяла его лицо в свои руки и посмотрела ему в глаза.
— Д-да… — кивнул он.
Мери улыбнулась ему, совсем по-матерински, а потом вытерла его слёзы кружевным платочком, что всегда лежал в её кармане. Найлз судорожно вздохнул и всхлипнул последний раз, когда рука Мери коснулась синяка на его щеке.
— Откуда у тебя столько синяков? — тихо спросила она, помогая ему подняться.
Найлз потупил взгляд. Мери и так всё было ясно. Тут или кто-то из семьи или жених-тиран. Она протянула ему вещи и погладила по голове, растрепав мокрые волосы.
— Сколько тебе лет? — спросила она, наблюдая за мальчишкой с полуулыбкой.
— Мне шестнадцать, — тихо ответил Найлз, надевая штаны.
Вообще, вся одежда висела на нём, словно мешок. И его нельзя за неделю привести в состояние, в котором одежда будет ему как раз. А это значит, что Господину надо будет купить ему нормальную одежду. Это явно его не обрадует. Правда, можно поискать одежду у братьев Господина. Надо с ним поговорить на счёт этого.
— Пойдём, я тебя покормлю, — сказала Мери, когда Найлз уже оделся.
— Я не хочу, — покачал головой Найлз, но за Мери пошёл.
— Что значит не хочу? — всплеснула руками она. — Надо, маленький мой, надо. Ты же наверняка последний раз ел давным давно, да? — она взяла его за руку и улыбнулась. — Пойдём. Дам тебе вкусных гренок и каши. А ещё есть свежий сок и фрукты. А к обеду я испеку пирог с клубникой. Любишь клубнику? — спросила она по дороге на кухню.
Найлз лишь пожал плечами. Он пробовал клубнику лишь раз в детстве, так что не помнил её вкус. Мери усадила Найлза за стол и поставила перед ним бокал сока и тарелку горячей каши. Найлз взял ложку в руку и опустил её в тарелку, отчего послышался влажный шлепок, он вздрогнул.
— Ну ты чего? — Мери тепло улыбнулась ему и потрепала Найлза по голове. — Давай, кушай.
— Я не хочу, правда, — покачал он головой, размазывая кашу по тарелке.
— Ну что же… — Мери вздохнула. — Тогда пойдём, я покажу тебе твою комнату. А потом, как ты выспишься, я отведу тебя к родителям.
Эту фразу Мери говорила всегда, чтобы проверить есть ли у ребёнка родители, и как они к ним относятся. Вот и сейчас она получила ожидаемую и предсказуемую реакцию: Найлз вздрогнул, а потом потупил взгляд, но лишь согласно кивнул. Значит, родители совсем не любят своего сына, — сделала вывод Мери и взяла Найлза за руку, чтобы он следовал за ней.
Она отвела мальчишку в комнату, уложила на кровать, и пошла к двери, потушив в комнате свечи. А после, немного подумав, она занавесила тяжёлые шторы, чтобы комната была более тёмной.
Мери вышла из гостевой и пошла в кабинет Господина, не желая заставлять его ждать. Она прошла в другой край дома, по пути смахнув несуществующую пыль с фарфоровой вазы. Она постучала в дверь кабинета и заглянула внутрь:
— Господин, — поклонилась она и зашла в кабинет.
— Присаживайся, Мери, — Арий кивнул на софу, что стояла в углу кабинета, около книжного шкафа. — Ты его накормила?
— Нет, Господин, — она покачала головой. — У мальчика или шок, или он сильно устал. Я уложила его спать, а после сразу ушла к Вам, Господин, — она вновь поклонилась ему и села на софу.
— Что скажешь про него в общем? — Арий скучающе посмотрел в окно. — Как отреагировал на то, что мы вернём его родителям?
— Ожидаемо, — Мери разгладила невидимые складки на платье. — Родители его не особо любят, видно, что он не очень хочет возвращаться домой. Сам он забитый. Могу предположить, что его бьют в семье. И насчёт его течки, — она подняла взгляд на Господина.
— А что насчёт её? Пока ничего не изобрели, что бы смягчать её у омег, — он усмехнулся и повёл плечами. — Разве что можешь этот процесс скрасить своей магией, я разрешаю, — он кивнул.
— Благодарю, — Мери склонила голову в поклоне. — Но я не совсем об этом, прошу прощения, — она встала с софы и поклонилась Господину чуть ли не в пол.
— Ничего, продолжай, — он махнул рукой, показывая, что не сердится на свою служанку.
— Как я уже говорила, у него началась течка совсем недавно, — она распрямилась и теперь смотрела себе под ноги. — Но у него была связь. И, как я думаю, без полного согласия Найлза — это имя мальчика.
— И с чего такие предположения? — усмехнулся Арий, встав из-за стола. Он подошёл к служанке и взял её подбородок пальцами, а потом поднял её голову, чтобы та смотрела ему в глаза. — Смотри мне в глаза, Мери.
— У него была кровь и совсем свежие синяки на бёдрах и запястьях, — ответила Мери, послушно подняв взгляд на своего Господина.
Мери уже поняла, что мальчишка Господину совсем не интересен. И, в подтверждение её мыслей, Арий наклонился к губам Мери и властно её поцеловал. Мери уже давно привыкла к таким выходкам Господина. Более того, они стали ей нравиться. Мери ответила на поцелуй Господина, как всегда не смело, что только раззадорило его пыл.
Арий обнял Мери за талию и прижал к себе. Мери несмело положила свои ручки ему на грудь, прильнув к Господину.
***
— Г-господин! — Мери, громко ахнув, попятилась назад и, запутавшись в подоле, упала. — Ну что ты Мери? — усмехнулся Арий, облизав свои губы. — Неужели ты против? — он присел перед ней и погладил служанку по щеке. — Я… Я же ваша служанка, — совсем растерянно пробормотала Мери. — Я же намного старше вас, Господин… — Мне всегда нравились девушки постарше, Мери. Тем более ты. Ты меня никогда не предашь. Ты всегда была моей, ты не картонная пустышка, как те, что приходят ко мне, — промурчал Арий, обнимая служанку за талию. — А что до равенства классов, так ты моя рабыня, не забывай. Я могу делать с тобой, что угодно. — Да, Хозяин, — Мери склонила голову, отдаваясь во власть своего хозяина. Как же она глупа. Она ведь всего лишь рабыня, никто не отменял ей клейма на рёбрах. Хозяин может сделать с ней всё, что угодно, и ему совсем не нужно согласие Мери. От этого понимая Мери готова была заплакать. Она ведь верила, что Хозяин относится к ней по особому, а оказалось… — Господин, Мери, — поправил её Арий. — Я не твой хозяин, я твой Господин. И ты имеешь кое-какие права. И я знаю, что ты совсем не против нашей связи, так ведь? Он вновь наклонился к губам женщины и вовлёк её в поцелуй. Мери вначале растерялась, но после несмело и неуверенно ответила на его поцелуй. А внутри она ликовала, ведь её Господин сказал ей то, о чём она боялась даже подумать.***
— Господин, я должна идти, — Мери хотела встать с софы, но Арий её не пустил, перехватив служанку за руку. — Мери, побудь со мной. У тебя такой прекрасный запах, — он вернул Мери на место и поцеловал ту в оголённое плечо. — И куда ты постоянно спешишь? У меня множество слуг и рабов, Мери. Они всё сделают и без тебя. — Господин, — Мери тепло улыбнулась Арию, заглянув в его глаза. Только в такие моменты она могла позволить себе такую вольность. — Я же обещала испечь вам сегодня пирог с клубникой к обеду. — Хм… — Арий слегка прикусил мочку уха Мери. — Ну ладно, можешь идти, — он кивнул. Мери мимолётно поцеловала его в губы, немного покраснев от своей наглости, а потом встала с софы и стала одеваться. Всё время, пока она одевалась, Господин смотрел на неё, что невероятно смущало Мери. Но она всё же оделась, поклонилась Господину и собралась выйти из комнаты. — Мери, подожди, — окликнул её Господин. — После обеда зайди ко мне и возьми со стола письмо, а после доставь по адресу. Мне кажется, я знаю, кому мальчишка придётся по вкусу. — Хорошо, Господин, — Мери поклонилась ему и вышла из комнаты.
