Никто, кроме меня

      Прошел еще один год пребывания семьи Ли в Америке. Бизнес старшего Ли процветал. Партнеров, причем добросовестных, появилось предостаточно. Да и визиты психотерапевта к его сыну совсем недавно, но всё же закончились.

***

      — Тэмин, — однажды вечером старший Ли вошел в комнату сына, — как прошел день?       — Порядок, — ответил тот.       Парень отдыхал в кресле. Он только недавно вернулся из танцевальной школы, в которую поступил около полугода назад. Танцы стали для него отличной терапией и способом забыться. Поначалу он так сильно загонял себя на паркете, что едва доползал до постели и отключался мгновенно. Кошмары перестали мучить, и Ли стал гораздо спокойнее. На лице вновь начала появляться улыбка. Танцы были единственным, что приносило ему радость. Хотя, еще было общение с Джой. Которая за прошедший год все же стала ему хорошей подругой. Единственной подругой.       Прежде всего, Джой нравилась ему тем, что проявляла искренние эмоции. С ней Тэмин мог свободно говорить на родном языке, не волнуясь о том, что его не поймут. К тому же, Джой в общении с ним всегда старалась придерживаться корейских традиций. Это стало для парня своеобразной отдушиной. Так создавалась хоть какая-то иллюзия пребывания дома. Вашингтон он полюбить так и не смог.       — Я слышал, вы с Джой недавно ходили гулять в парк аттракционов, — начал издалека старший Ли.        — Это было на белый день, — спокойно ответил тот, посмотрев на отца. — Я не смог отказать. А что-то не так?       Отец, уже сидя в кресле, устало потер виски. Его сын всё еще помнит и чтит все корейские традиции.       — Послушай, — вздохнул он, — вы с Джой так сблизились, у вас столько общего, её отец говорит, что она почти сияет после встреч с тобой… Ты не думал сделать ей предложение? — осторожно поинтересовался он. — Вы бы неплохо смотрелись вместе. Тем более что оба так завязаны на Корее.       — Предложение? — хмыкнул тот. — Она только моя подруга. А не пара. С чего мне вдруг делать ей предложение? А что сияет… — Тэмин усмехнулся. — Она обожает Корею, я кореец, думаю, тут все очевидно.       — А ты не думал, что она может быть просто влюблена в тебя? — отец слегка склонил голову набок. — Девушкам ведь много не надо. Ты кореец, она любит Корею, — повторил он слова сына. — У вас одинаковые интересы… Я уверен, что если ты предложишь ей отношения, она сразу же согласится. Неужели она не достаточно хороша для тебя?       Ответом ему был смешок.       — Пап, мы с ней дружим почти целый год. Неужели ты думаешь, что если бы я хотел отношений, я бы за это время не смог найти себе девушку? Пусть даже и Джой. Будь она хоть по уши в меня влюблена, я не буду предлагать ей отношений, пока сам не захочу этого. Хотя, дай угадаю… — он посмотрел на отца. — Не терпится объединить бизнес?       Отец покачал головой.       — Почему ты до сих пор ищешь подвохи везде? Я просто рад, что у вас с ней всё хорошо. Она смогла заставить тебя улыбаться, она нашла к тебе подход, вы почти каждые выходные проводите вместе… Вот я и подумал, вдруг вы зашли чуть дальше, — старший Ли улыбнулся. — Объединение мне бы не помешало, но я не буду делать что-то без твоего согласия.       «Хватило и прошлого раза…»       — Она хорошая девушка и мне приятно с ней общаться, — согласился Тэмин. — Но нет. Между нами ничего нет, кроме дружбы. По крайней мере, с моей стороны.       — Ну хорошо, — отец кивнул и встал. — Спокойной ночи, Тэмин. Не сиди долго.

***

      — Тэ, привет, — Джой лучезарно улыбнулась и в легком смущении опустила глаза. — Я немного задержалась, прости.       Причина была проста, и отец Тэмина был прав — девушка начала потихоньку влюбляться в Тэмина. Сегодня вечером они решили прогуляться по одному из вечерних парков, поэтому Джой долго выбирала, что же такого надеть, чтобы Тэмин хоть как-то обратил на нее внимание уже не как на подругу.       Светлые пряди были завиты и убраны от лица, легкое платье подчеркивало её стройную фигуру, а светлый клатч в руке дополнял вполне романтичный образ.       — Ничего, — тот мягко улыбнулся в ответ. — Не так уж ты и опоздала. Можем идти? Хорошо выглядишь.       Тэмин заметил перемены в образе девушки, но ничего особенного не почувствовал. Что-то будто отталкивало. Романтических чувств он к ней не испытывал.       — Спасибо, — щеки подернул легкий румянец, — идём.       Как же хотелось, чтобы этот парень рядом, наконец, обратил на нее внимание, как на девушку. Она понимала, что сильно рискует. Ведь если отношения не сложатся, то друзьями они останутся вряд ли. Но и бороться с теплым чувством на сердце она не могла.       И вопреки внутренней борьбе, Джой снова и снова наряжалась на каждую прогулку. Без лишней вычурности, скромно и со вкусом. Для Тэмина.       И Тэмин понемногу сдавался напору. Как девушки, так и отца, который продолжал иногда ненавязчиво намекать. Может, и вправду стоит попробовать. В конце концов, статус пары еще не гарантирует женитьбу. И ни к чему особо не обязывает. Отношения все равно останутся теми же. Разве что добавятся поцелуи. Но кому от них хуже? Не под юбку же лезть.

***

      — Джонг, — Вону осторожно вошел в гостиную, где главарь в очередной раз торчал за ноутбуком с неизменным бокалом виски. После исчезновения Тэмина он изменился. Причем в худшую сторону. Стал более строгим и нервным. Команда боялась его, но терпела. Джонгхен всё же в свое время очень сильно помог подняться на ноги каждому из них. Да и все уже четко поняли, что Тэмин не был очередной игрушкой, но обсуждать эту тему не решались. Себе дороже. Да, они выяснили, что Тэмина забрали люди Джихо, которые, к слову, отправились вслед за мертвым лидером. Но вот самого парня словно след простыл. — Я, кажется, нашел их.       — Кого? — вяло поинтересовался Джонгхен, делая глоток из бокала.       — Тэмина, — со вздохом ответил Вону. — И хватит уже пить.       — Ты серьезно? — оживился лидер. — Или решил поиздеваться? — глаза опасно сверкнули.       — Я похож на самоубийцу? — парировал Вону и, подойдя к главарю, вставил флешку в его ноутбук. — Открывай.       Джонг молча выполнил просьбу и тут же подорвался, чуть не смахнув бокал с подлокотника.       — Где они?       — Эй, эй, Джонги, — усмехнулся Вону, — спокойнее. Я был не уверен, что это они.       — Это они, — строго произнес главарь, который, похоже, шутки не оценил.       — Ладно, — фыркнул Вону. — Америка, Вашингтон. Имена те же. Тэмин поступил в танцевальную школу. Отец снова в бизнесе, причем очень успешно.       — Закажи мне билеты на ближайший рейс.       — Всегда, пожалуйста, — хмыкнул Вону, развернувшись к двери.       — Благодарность в виде миллиона вон тебя устроит?       — Э… — тот тормознул на выходе. — Он так… Да. Вполне.       — Скажи, как всё будет готово. Дам вам небольшой отпуск.

***

      Джонгхен стоял через дорогу от одной из танцевальных школ, привалившись к стене и зажав в зубах сигарету. Если они не ошиблись, то вскоре он должен был увидеть того, кого так долго искал.       Тэмин вышел из здания школы пять минут спустя. Направившись вниз по дороге и слушая музыку одним наушником (второй так некстати сломался еще по пути сюда), парень достал телефон из кармана легкой куртки, чтобы прочитать смс от Джой. Девушка предлагала пойти вечером в китайский квартал, чем вызвала усмешку. И вечно ведь на Азию все переводит.       Джонгхен направился за ним следом, но решил пока держать дистанцию. Судя по улыбке бывшего (а может и не бывшего) любимца, у него всё было в порядке.       Набросав короткий ответ, Ли вернул телефон в карман. Пора бы Джой уже запомнить, что по четвергам он отдыхает после танцев. Потому сегодняшнюю встречу предложил перенести.       Джонг шел за Тэмином в течение получаса, пока не понял, что они забрели в какой-то тихий безлюдный район.       — Эй, малыш, — негромко позвал он, — у меня складывается ощущение, что ты не хочешь возвращаться домой.       Тэмин споткнулся на шаге. Этот голос… Приходивший к нему в ночных кошмарах. Он снова спит? Ли сглотнул и заставил себя обернуться. Сразу за этим парень почувствовал, как по спине пробежал холод. Это лицо. Что-то смутно знакомое было в этих чертах. Неужели то самое? Заныли виски. Словно мозг боролся с воспоминаниями, мешая им прорваться наружу. Тэмин слегка поморщился.       — Что Вам нужно?       — Вам? — усмехнулся Джонгхен, подходя ближе. — Не делай вид, что не помнишь меня, малыш… — он подошел почти вплотную. — Разве такое забывают?       — Нет…       Тэмин отшатнулся на несколько шагов. Снова этот голос, звучащий прямо в голове.       «Эй, малышка…», «Будешь делать то, что скажу тебе я…»       Ли стиснул разболевшиеся виски ладонями и сгорбился, будто ожидая удара.       — Не надо…       Он посмотрел на Джонгхена с неподдельной паникой и бросился бежать. Нужно выбраться отсюда. Поймать попутку. Что угодно, только бы спастись! Голова нещадно болела, мешая нормально соображать. В мозгу с сердечным ритмом стучала только одна мысль — бежать.       — Куда же ты, малыш? — хохотнул Джонгхен, а потом ринулся за ним вслед.       Внутри снова появилось это приятное ощущение игры в «кошки-мышки». Нагнать парня не составило большого труда, он поймал его за руку. За левую. На которой не было ничего.       — Неужели так сильно хотелось избавиться от воспоминаний обо мне, — сильная ладонь на удивление мягко погладила запястье, а голос словно завораживал и был похож на тягучую патоку.       — Пусти! — Тэмин попытался вырваться. Тело охватила паника. Еще и эта боль в висках… — Отпусти! Отстань от меня!       Он вспомнил жуткую боль в теле. И стертые веревками до крови запястья. Стальной голос над ухом и пальцы, стискивающие кожу до синяков. От таких воспоминаний он был только рад избавиться. Неужели все повторится снова?       Джонгхен дернул его за руку и прижал всем телом к ближайшей стене.       — Ну что же ты, малыш? — кончики пальцев прошлись по лицу Тэмина. — Ты ведь обещал, что не сбежишь от меня больше, — глаза жадно бродили по лицу парня, словно в поисках изменений, — а сам укатил в Америку… Я искал тебя, мой Тэминни, — почти шепотом проговорил он на ухо.       Тот зажмурился и замер, будто загнанный зверь под ружьем охотника. Прикосновения к лицу были на удивление мягкими. Даже почти… нежными? Тэмин ощущал смятение. В изменившемся голосе были такие знакомые нотки. Будто полусонное бормотание. Обещал? Разве мог?       — Я не верю, — беспомощный выдох.       Стена, которую с таким упорством выстраивала госпожа психотерапевт, истончилась и дала трещину. В душе поселились сомнения. Он же помнит и этот тон: негромкий и спокойный, будто разговариваешь с маленьким ребенком или задремавшим питомцем.       — Не веришь? — снисходительно улыбнулся Джонгхен. — Малыш, что с тобой тут делали? — он подцепил двумя пальцами подбородок Тэмина. — Я не должен был оставлять тебя в тот день… Прости, — и снова очередное, не свойственное ему, извинение, а затем мягкий, но чувственный поцелуй.             «— Ты не продержишься там и пяти минут. Я это к тому, что ты остаешься один, — Джонгхен подошел и подцепил указательным пальцем подбородок любимца. — Если вдруг что, убивай любого. Я разрешаю.             Тэмин взволнованно закусил губу.             — Сюда может кто-то прийти?             — Не волнуйся, малыш, — Джонг прошелся дыханием по пухлым губам, — мы не задержимся. Но не думай сбегать, я всё равно найду тебя.             Тэмин улыбнулся и бегло поцеловал губы старшего.             — Разве по прошлому разу еще не понял, что я не собираюсь уходить?»       Воспоминание, вырвавшееся с новой вспышкой головной боли, заставило поморщиться и крепче стиснуть в пальцах ткань кожаной куртки незнакомца. Этот поцелуй был таким, что на него невозможно было не ответить.             «— Он умер. Сегодня его убили свои же.             Лицо отца виноватое и обеспокоенное, а Тэмин почти физически почувствовал растекающийся по телу холод.             — Не может быть… Ты лжешь! Ты все лжешь!»       Он забыл. Его заставили. Заставили поверить, что Ким Джонгхен, жестокий маньяк-насильник, который безжалостно мучил Тэмина, на протяжении нескольких месяцев, мертв. Он забыл. Но теперь все встало на свои места. Тело ведь не обманешь. Оно все еще помнит прикосновения рук, поцелуи, будто само тянется за ласками. Пальцы с плеч поднялись выше, обнимая за шею. Тэмин отвечал на поцелуй, не замечая, что плачет. Теперь он снова помнит.       — Эй, малыш, — Джонгхен чуть отстранился, но лицо осталось так же близко. — Ты чего? — тыльная сторона пальцев прошлась по краю лица. — Так рад встрече со мной? — мягкая усмешка и привычная маска, хотя внутри всё свернуло в тугой узел от напряжения.       Тэмин вместо ответа порывисто обнял Джонга. Сейчас он не мог выговорить ни слова. От нахлынувших воспоминаний и переизбытка эмоций он мог только сдавленно плакать, крепко стискивая в пальцах куртку старшего.       Джонгхен крепко обнял любимца (да, уже точно не бывшего) одной рукой, а второй начал поглаживать по волосам.       — Малыш, ну хватит… Ты даже у меня так не плакал… — усмехнулся он и на некоторое время замолчал, продолжая мягко успокаивать Тэмина. — Я убил всех, кто устроил ту подставу… А потом и тех, кто похитил тебя… Ведь они посмели тронуть то, что принадлежит мне. Еще и так грубо… — снова усмешка. — Я был так зол… — объятия стали крепче, и вторая рука легла на плечи, обнимая. — Хорошо, что ты не видел этого… — он снова замолчал и вздохнул, почувствовав ту же боль, как в тот день, когда понял, что потерял слишком много дорогих людей. — Как ты тут без меня, малыш?       Тэмин всхлипнул, смаргивая слёзы.       — Отец забрал меня, — пробормотал он. — Звал психиатров. Они убедили меня, что ты просто псих. Что ты умер. Заставили забыть тебя. Мне снились кошмары. Где ты издевался надо мной. Но теперь я помню. Это все неправда, я знаю.       Джонг мягко усмехнулся.       — А где же браслет, который спасал тебя от кошмаров, малыш? — он снова погладил младшего по волосам. Сказали, что умер… Заставили забыть… Убедили, что псих… — Да, я издевался над тобой… — вспомнилась их первая встреча и собственное насилие. — Да, я псих… Который искал тебя эти два чертовых года. Мою игрушку, которая слишком быстро стала драгоценностью…       — Ты же любишь меня? — всхлипнул Ли. — Правда?       Джонгхен улыбнулся.       — Правда, малыш… Правда. А ты меня? Помнишь еще? — снова подцепив пальцами подбородок Тэмина, поинтересовался он с ухмылкой.       — Помню, — парень улыбнулся сквозь остатки слёз. — Джонгхен.       Собственное имя из губ любимца прозвучало как выстрел в висок. Вспомнилась их последняя ночь — день рождения — Тэмин так старался доставить удовольствие, при этом боясь быть наказанным за своевольничество.       — И кто же сейчас наслаждается твоими поцелуями? — выдохнул Джонг в самые губы младшего.       — А такой должен быть? — ответил вопросом на вопрос Тэмин.       — Неужели не было никого? — Джонгхен дернул бровью и притянул его к себе. — Ты же у меня такой соблазнительный.       Ли вздохнул.       — Я встречаюсь с девушкой. Около месяца. Она — моя давняя подруга. Но я не целовал её почти. Разве что в щеку. Да и то сдался только потому, что отец достал. Для меня она только подруга.       — Я уже ревную, малыш, — глаза сверкнули. — Хоть чокера на тебе и нет, но я не давал разрешения другим прикасаться к тебе… — и снова поцелуй: глубокий, сводящий с ума. И руки. Сжимающие в крепких объятиях.       Отвечая, Тэмин зарылся пальцами в волосы Джонга, про себя ликуя. Вернулось знакомое ощущение защиты. То, чего ему не хватало все два года.       — Такими темпами, малыш, я украду тебя прямо сейчас и увезу с собой, — пробормотал Джонгхен сквозь поцелуй. — Меня бесит, что два долбанных года ты был неизвестно где и неизвестно с кем. Еще и браслет снял, — «недовольно» хмыкнул он.       — Я не знаю где он. Наверняка отец отнял, — ответил Тэмин. — Как давно ты здесь?       — Отец значит… — в глазах мелькнула ярость. — Сначала продал, затем украл и отобрал воспоминания… Рискует… — оторвавшись от размышлений вслух, он перевел взгляд на Тэмина. — Я прилетел три дня назад. И у меня есть номер в гостинице. На двоих, — с намеком выдохнул он в губы любимца.       Тэмин улыбнулся.       — Поехали. Отца все равно нет дома сегодня.       Джонгхен крепко сжал ладонь младшего и повёл к ближайшей остановке. Такси домчало до гостиницы почти за двадцать минут. Как только дверь в номер закрылась за парой, Джонг тут же припечатал Тэмина к стене.       — Я скучал, малыш… — и снова жаркое дыхание опалило изгиб шеи любимца. Как же этого не хватало всё это время.       Тэмин довольно выдохнул и прикрыл глаза. Он помнил эти ощущения. И не удивился тому, что возбуждение не заставило себя ждать. Было сложно признаться, пожалуй, даже себе самому, что женщины не вызывали в нем желания. Вероятно, просто потому, что Джонг приучил его к своим рукам.       И этой ночью снова были горячее дыхание, жаркие поцелуи, томные стоны, сбитое дыхание — всё, чего так не хватало обоим эти два долгих года. Два года разлуки, поисков, терзаний, мучений.       Джонгхен одаривал сладкими ласками своего любимца, как в их первый раз. Не тот, жестокий и болезненный, а другой — нежный, но чувственный. Он наслаждался каждым вздохом и неосторожным стоном Тэмина, понимая, что этот парень — единственный, кого он хочет видеть в своей постели. И оба заснули только под утро.