Мой гордый-гордый, свободный Лис!

      Клуб "Select" (Избранный) принадлежал Борису уже три года. До этого он уже пару лет обхаживал сие замечательное двух этажное здание расположенное не далеко от центра. Дом был довольно разношерстным: здесь был и салон красоты, и несколько косметических магазинчиков, офис какой-то турфирмы и еще нескольких мелких контор и т.д. В итоге Борис Зёмин выкупил строение полностью, расселил арендаторов. Сделал капитальный ремонт, и уже через полгода здание засияло зеркальным фасадом и неоновой вывеской. На первом этаже располагалось три зала. Основной зал - ночной клуб, оборудованный суперсовременными световыми эффектами и звуковой системой. Второй зал - для более экспериментальной музыки, от R&B до джаза. Третий зал - чил-аут - самый уютный, - небольшой танцпол-сцена окруженная столиками и диванчиками разделенными небольшими перилами и расположенными лесенкой, - своеобразный римский Колизей с ареной в центре и амфитеатром для зрителей. На втором этаже располагались закрытые лаундж-зоны - специально оборудованные тематические БДСМ студии.       Естественно "Select" был местом для избранных, и если в основные два зала доступ был более-менее свободным, то Колизей имел отдельный vip-вход и жесткий фейс-контроль только для "своих".       В эту пятницу Борис планировал порадовать своих гостей разнообразными стрип шоу, изюминкой вечеринки явятся театрализованные представления с элементами экшенов* и эротики. Но главное событие - это, безусловно, приезд известного японского мастера шибари* - Мэдока Симидзу.

***

      Пятница, на часах 22:30, а Криатес уже припарковался у дома Лисовского, впрочем, до назначенной встречи оставалось еще полчаса. Рома рассчитывал подъехать в клуб самостоятельно, но Дэмис справедливо возразил, что сегодняшнее мероприятие закрытое, с простой клубной картой его никто не пропустит, и что бы лишний раз не созваниваться лучше приехать "Select" вместе, машину Криатос планировал оставить на клубной стоянке. На самом деле Дэмис просто хотел побыть наедине со строптивым компьютерщиком и надеялся, что предположительно получасовой путь до места займет больше времени, если они попадут в пробку, для чего навигатор в машине был предусмотрительно отключен.       - Добрый вечер Дэмис Тэронович. – Роман открыл дверь и уселся рядом, принеся с собой в салон уже знакомый легкий травянистый аромат.       - Ты меня еще "босс" назови! Мы не на работе. Просто – Дэмис.       - Окей! "Просто Дэмис"! – хитро улыбнулся парень. – Ну и что у нас сегодня в программе?       - Просто, приятный вечер. Рома расхохотался:       - Ага, "приятный": кошмар для моралфагов и гомофобов!       - Ну, ты уж сильно не загоняйся, хотя Боря обещал какой-то сюрприз…       Подъезжая к клубу Дэмис достал из бардачка черную полумаску и протянул ее парню.       - Это еще зачем?       - Вечеринка приватная, конечно ни каких фото и видеосъемок вестись не будет, но тебе в самом начале карьеры думаю этот атрибут не помешает.       - А тебе?       - А что мне? Я выше головы прыгать не собираюсь. Все мои деловые партнеры знают о моей ориентации, если кому-то что-то не нравится, я все равно не собираюсь обращать на это внимание. А вот тебе о репутации позаботиться все же стоит.       Роман хмыкнул, но маску взял…

***

      - Ну привет, не сомневался, что ты не пропустишь сегодняшний вечер – Борис перевел взгляд на спутника Дэмиса. – Только не говори, что вы поладили? – он посмотрел на сидевшего рядом Лисовского.       - Кто это "мы"? – Дэмис скривил улыбку.       - О, ладно! Меня-то не надо пытаться провести, думаете, я не узнал Вас, молодой человек? – Борис уже обращался к Роме.       Парень ослепительно улыбнулся.       - Ах ты, старый трактирщик! Не разрушай атмосферу! – Возмутился Криатос. – Лучше расскажи, чем собрался порадовать дорогих гостей.       Зёмин развалился на диванчике и с удовольствием ответствовал:       - Ну-уу, сегодня у меня особый гость - мастер шибари Мэдока Симидзу. Сейчас, кстати, на сцене его адепты. Скоро и он сам появится. В "колизее" будет самое интересное, во втором зале – гетеро-бондаж, ну а в основном помещении – смешанные стрип-шоу. Как ты, наверное, успел заметить, сегодня весь клуб закрыт для случайных посетителей.       Дэмис удивленно вскинул бровь:       - Мэдока Симидзу? Ну порадовал.., думаю, гости оценят твои старания.       - А, то!! Ладно, пойду проверю, как идут дела в других уголках моего "царства". А вы, наслаждайтесь! – С этими словами Боря растворился в полумраке, а Роман задал Дэмису вопрос:       - Шибари – это же, японский бандаж?       - Ну, иногда шибари считают разновидностью бондажа, хотя это достаточно спорный момент. С одной стороны - практики весьма похожи методами. С другой стороны - шибари целиком и полностью автономно, а бондаж чаще всего бывает лишь частью других игр. Лично я придерживаюсь мнения, что шибари и бондаж разные практики...       Рома потягивал "кальвадос" и с интересом слушал Дэмиса, через прорези полумаски был виден блеск в его темно янтарных глазах.       - Почему?       - Хотя бы, потому что, бондаж - это не только связывание веревками... можно использовать многие возможности ограничения подвижности: скотч, шланг, хомуты и т.д. То есть, все, что лишает подвижности на практике в сессиях... А шибари - это красота веревки, искусство мастера...       - Ммм… Ты так об этом рассказываешь. А кто такой этот Мэдока Симидзу, ты лично с ним знаком?       Дэмис хмыкнул.       - Лично, нет. Но он очень известен в определенных кругах. Я бывал в Японии, он настоящий мастер… Вообще роль Мастера здесь трудно переоценить. Его такт, терпение и спокойствие, искреннее удовлетворение оконченной работой и созерцаемым творением это уже залог успеха шоу. Сама же обвязка, воздействует на биологически активные точки, что создает эффект шиа-цу - точечного массажа, и вызывает сексуальное возбуждение помимо воли модели. По эмоциям шибари - полноценный яркий экшен. Это очень интересное зрелище. Смотри сам.       В это время на сцене находилось четыре человека два довольно молодых японца и две девушки европейской и азиатской наружности. Как уже поведал Зёмин – это были адепты Мастера. С потолка свисал округлый металлический каркас с перекрещенными перекладинами, на которых находились металлические кольца. Мягкий свет был направлен на действующих лиц, звучала негромкая релаксирующая музыка. В середине стояла небольшая круглая тумба, на которой лежали веревки различной длинны. По краям арены на равном расстоянии были установлены три стола покрытые бордовой тканью, на двух из них были разложены обнаженные модели, над ними уже колдовали молодые люди, ловко обвязывая податливые тела.       Роман удобнее устроившись на мягком диванчике, устремил взгляд на сцену, на которой появились еще два действующих лица: азиатский мужчина и Борис. Азиат был очень примечательным: высокий (выше среднего роста) с мужественным, словно высеченным из камня лицом. Одет он был в традиционную японскую мужскую одежду: черные хакама* и шелковую, белую рубашку-кимоно распахнутую на смуглой мускулистой груди.       - Уважаемые дамы и господа сегодня у нас особый гость, мастер шибари Мэдока Симидзу. - Борис негромко в микрофон представил мужчину присутствующим. – Надеюсь вы по достоинству оцените его искусство.       Японец с достоинством кивнул, и губы чуть тронула приветственная улыбка, весь его образ источал силу и непоколебимое спокойствие. Размеренные беседы в зале прекратились. Мастер повернулся к Борису и что то сказал на японском, Зёмин кивнул в ответ.       - Ого, Борис знает японский язык? – Роман обратился к Дэмису, не отрывая взгляда от внушительного азиата.       - Да, весьма неплохо, как и твой скромный спутник. Кстати фамилия "Мэдока" – означает "спокойный", а имя "Симидзу" переводится как "чистая вода".       Лиситский лукаво посмотрел на "скромного спутника":       - Дааа? И это, его настоящее имя?       - Можешь не сомневаться. – Дэмис снисходительно ухмыльнулся. Роман поджал губы: ухмылка ему явно не понравилась.       - Дамы и господа! – Борис вновь заговорил. – Наш уважаемый гость обращаться с вопросом к публике - не хочет ли кто-нибудь поучаствовать в номере?       Рома вскинул брови:       - Пожалуй… я бы ему доверился, и "окунулся" в эту "спокойную, чистую воду"…       И пока Дэмис ошеломлено соображал, как реагировать на слова парня, тот уже встал, и коварно подмигнув Криатосу, начал спускаться к сцене…       Промеж зрителей пронесся одобрительный гомон, когда те узрели красивого парня, неспешно приближавшегося к мастеру. В глазах же Бори читалось искренне удивление, он кинул взгляд в сторону друга, но тот неотрывно следил за парнем, не замечая ничего вокруг.       Японец снова что-то сказал ведущему, а сам жестом показал на свободный край тумбы.       - Мастер, предлагает вам снять одежду, обнажившись до того уровня на котором вам будет комфортно. – тут же перевел Борис.       Роман подошел к центру сцены и спокойно разделся полностью, последними на край тумбы легли белые боксеры. Он решил не пользоваться предоставленной возможностью оставить эту деталь облачения. Публика восхищенно ухнула. Вместе с ней "ухнуло" сердце Дэмиса он был готов вбежать на эту чертову арену и утащить поганца хоть на край света, главное подальше от чужих похотливых взглядов!... Да! Похоже это ревность! Абсолютно незнакомое ощущение ураганом ворвалось в его жизнь! Со всеми партнерами, с которыми Дэмис встречался ранее, он не испытывал ничего подобного: если обнаруживалась измена, то просто возникало чувство брезгливости. Но Роман, с которым он даже не встречался, не занимался сексом, вызывал такую бурю эмоций, с которыми было сложно совладать… Неужели он его любит?! Вот так номер!!! В тридцать два года наконец-то "нечаянно нагрянула"!!! И, что теперь с этим делать?       Тем временем Роман уже приблизился к ненавистному (Дэмисом) японцу и тот, обняв его одной рукой за талию, второй мягко надавил на грудь, заставляя прогнуться в спине, парень с легкостью выгнулся. Дэмис знал, это была проверка на гибкость пред выбором позы для связывания. Мастер остался доволен. Как пушинку подхватив парня, он положил его на стол. Подложив под поясницу твердый валик извлеченный из-под стола, он кончиками пальцев пробежался от щиколотки до бедра шатена, что-то успокаивающе ему говоря. Взяв веревку Медока коснулся волос парня и с легкостью продел двойной конец под шеей, завязав мудреный узел на впадинке между ключиц разделив шпагат он быстро завязал по узелку на обеих концах и взяв с тумбы более длинную вязь пропустил ее под поясницей несколько раз оборачивая вокруг талии сделал узел в районе пупка. Затем соединил тройными узлами концы ведущие от шеи с шнурками от живота. Приподнял парня просунув руку под спину и принуждая сесть, мастер зафиксировал веревки между лопаток разделившись на две части на груди тройные узелки оказались на сосках. Мягко надавив на грудь японец вновь вернул шатена в лежачее положение и, согнув его ноги в коленях, обвязал лодыжки каждую по отдельности.       Сейчас Рома лежал с достаточно широко разведенными ногами, мастер, занимаясь его щиколотками, действовал профессионально: не закрывал обзор зрителям. Так что его промежность была видна всем желающим. От уверенных действий мужчины становилось тяжело в паху, внимательные черные глаза постоянно следили за Роминой реакцией, а ловкие пальцы не сильно, но жестко затягивали веревку в положенных местах, не забывая при этом иногда легко касаться кожи, что вызывало сладкую дрожь. Лисовскому было совершенно наплевать на посторонних людей в зале (тем более, что на нем все также была полумаска), кроме, пожалуй, одного "полу-грека", но о Дэмисе Роман сейчас не думал, всецело отдаваясь сильным и уверенным рукам такого привлекательного японца…       …Вот верёвка обернулась по внешней стороне бедра, затем по внутренней, обратно к лодыжке. Затем ее пропустили под уже лежащий виток за узлами, и зафиксировали привязанную лодыжку, ещё один виток вокруг ноги, но уже в обратном направлении аккуратно расположился поверх первого. Мастер пропустил верёвку между бедром и голенью, обхватив ею нижние витки и с небольшим натяжением вывел обратно и закрепил узлом. Пятки парня теперь были плотно прижаты к ягодицам, колени разведены. Вновь заставив его сесть Симидзу уже обвязывал его запястья и плечи пропуская веревку под грудью постоянно завязывая на ней многочисленные узелки: в некоторых местах они были маленькими и одинарными в других же бугорки были большими и впивались в кожу сильнее по телу медленно распространялась тягучая боль. Сознание медленно переходило в другую реальность, сильные руки перевернули его на бок и Рома слегка опустив голову, посмотрел вдоль собственного тела: член стоял колом упираясь основанием в большой тройной узел на лобке от которого двойная веревка расходилась, охватывая с двух сторон ствол и гладко выбритые яички, соединялись концы между ягодиц узлом нестерпимо давящим на анус, из-за конечной фиксации обвязки на пояснице.       Дэмис сидел на диване ледяной статуей. Он не заметил как Борис давно покинувший сцену приземлился рядом и с интересом наблюдал за происходящим: действиями на арене и реакцией друга.       - Эй! Ты вообще здесь? – Наконец не выдержал Зёмин.       - Ты почему не предупредил, что Медока захочет пригласить поучаствовать гостей? – хриплым голосом прошипел Криатес.       Боря недоуменно хмыкнул.       - Ну, ты блин даешь! Во-первых: он так часто делает, а во-вторых: кто ж знал, что твой дружок выкинет подобный финт?! Хотя по мне, так зрелище просто улетное. Он – красавчик! Судя по твоей эрекции, ты тоже разделяешь мое мнение.       - Ага, "твое", и еще ста человек!       - Да ты, похоже, ревнуешь?!! Вот так сюрприз! И давно?       - Что, давно?       - Ну, давно в твоём каменном сердце появилось это светлое чувство? – Борис явно наслаждался открытием, за более чем десять лет дружбы он ни разу не видел приятеля в таком душевном раздрае.       - Ты называешь ревность "светлым чувством"?       - Неее! Я говорил о том, что за этим стоит... Кстати, как он в постели?... видимо - очень неплох, раз тебя так проняло?       - Да иди ты! Не было у нас ничего.       - Упс! Поздравляю, ты точно вляпался! Интересно будет понаблюдать за дальнейшим развитием событий, то есть ваших отношений! – Борис с удвоенным интересом уставился на сцену…       Роман уже с трудом воспринимал происходящие, вся реальность сжалась, мир уменьшился до одного человека с внимательными черными глазами, его низкого успокаивающего голоса, непонятные слова на другом языке забирались под натянутую кожу и рассыпались мурашками по телу. Ворсистая верёвка уже не грубо, а нежно оплела руки в локтях, сведенные сзади, под ее давлением плечи сами отвелись назад, осанка стала еще более стройной и прямой, далее протекая по подмышкам она охватила грудную клетку и подчеркивая мышцы, которые также стали более рельефными и сексуальными. Его снова переворачивают на спину... Вязка затейливо переплетается по торсу, образуя сетку. Мастер куском веревки подтягивает руки к ногам, и тело выгибается, как большой красивый лук. Потом парня подвешивают над полом за специальное кольцо на металлическом каркасе, он остается парить в воздухе на долгую минуту. Дабы зрители и сам мастер, отошедший в сторону, могли в полной мере насладиться красивым зрелищем. Под мягким светом идеальное тело приобрело странные сюрреалистические очертания…       Как сквозь пелену Рома снова слышит бархатную речь Симидзу, его руки порхают по всему телу, пальцы молниеносно надавливают на различные узелки завязанные ранее. Со стороны, кажется, что мастер-виртуоз играет на живом пианино, и оно отвечает музыкой, слышной лишь им двоим. Для Ромы эта "музыка" становится все громче, сердце гулко забухало, в голове зашумело. Скользящие руки вверх по плечам, груди, надавливают узелки на твердых сосках, спускаются ниже на живот, не трогая изнывающий член, немного играют с узелками на лобке и анусе, и все в обратном порядке. По телу пробегает сильная мускульная дрожь. Он ощущает что парит в воздухе уже без помощи веревок, горячая волна разливается в паху и Рома уже не сдерживая в груди долгого красивого стона, изливается себе на грудь и живот под взглядами замерших зрителей…

***

      Очнулся Роман уже развязанный. Тишина... Спиной ощущалось гладкая, но мягкая поверхность, пошевелив рукой он догадался что лежит, скорее всего, на кожаном диване. С трудом разомкнув веки, первое, что он увидел стальные глаза Дэмиса.       - Очнулся?       - Где мы? – Рома сел оглядывая обстановку вокруг.       - Борькин кабинет… Ну и что это было?       - Что?       Криатос уже терял остатки самообладания:       - Что?!! Какого… ты полез на сцену?!!       - Тебе не понравилось зрелище? – шатен широко улыбнулся, в глазах мелькнула явная издевка. – Не мог же я остаться равнодушным к твоим восхищенным рассказам о искусстве шибари. Поздравляю, ты блестящий оратор, способный увлечь слушателя!       - Рома, я тебе сейчас двину!       - Да за что?!!       У Дэмиса внутри все кипело! Действительно "за что"? Парень ему не сват, не брат. В конце концов, он сам его притащил на вечеринку. Не мог же он знать, что вызовет такое негодование… Но, черт возьми, ведь вызвал! Мужчина попытался взять себя в руки, сделал глубокий вдох, но тут обнаглевший шатен, наконец отыскавший взглядом свои вещи, сдернул плед и сверкая голой задницей направился к креслу. Это было уже выше всех сил. Мало того, что его и так весь вечер мучила эрекция, сначала от близости в машине, затем от происходившего на сцене. Так теперь этот паршивец без зазрения совести демонстрирует свою пятую точку!       Криатос вскочил и в два шага оказался, рядом заключив парня в крепкие объятия и прижавшись каменным стояком к его ягодицам. Рома вздохнул:       - Понимаешь, Дэмис. Я еще сам для себя не решил, хочу ли иметь с тобой, что-то общее…       - Заткнись! – прохрипел мужчина, впиваясь зубами ему в шею...