Пэпэла. Часть 4

В фойе театра собралось много народа. В честь открытия нового сезона был устроен грандиозный фуршет, на который были приглашены крупные меценаты, главы округов города, театральные критики и артисты балета. Среди дорого одетых гостей ловко скользили официанты, предлагая шампанское и закуски, а в углу фойе играл небольшой оркестр. – Негоже виновнику торжества стоять в сторонке, – услышал Илико за своей спиной. Он обернулся и увидел стоящего позади него Дегтярева с двумя бокалами шампанского в руках. – Мне здесь неуютно, – вздохнул Илико. – Выступление вымотало, и я хочу одного: оказаться дома и лечь спать. – Ну уж нет, дорогой! – Роман Константинович сунул ему в руки бокал с шампанским. – Сейчас начнется самое интересное. Вон видишь ту даму в зеленом с сигаретой в зубах? Это Зинаида Рейрих из «Матен». Стерва еще та. Ни одной положительной рецензии за прошлый год. Есть у нее, правда, одна маленькая слабость: она жуткая картежница. И, как все игроки, обожает выигрывать. Ты играешь в карты, Илюша? – Нет, – пожал плечами Илико. – Жаль… Она предпочитает девочек, поэтому твое природное обаяние нам не поможет, – Дегтярев хлебнул из бокала игристого напитка и кивнул головой в сторону окна. – Отто Верлий. Главный редактор «Ноктюрна». Газета дает рецензии на все премьеры. Отто ценитель красоты и страстный поклонник Мельпомены. Вот с ним может все сложиться. Пойдем-ка, я вас представлю друг другу, – Дегтярев взял Илико под локоть, но остановился. – Погоди-ка… Неужели сама мадам Деконте собственной персоной. Не думал, что она останется на фуршет. Теперь, дорогой, включи весь свой шарм, надень самую ослепительную улыбку, и в бой! Дегтярев поправил на шее Илико яркий шарф и, взяв под руку, вывел в центр фойе, где в окружении нескольких солидных мужчин стояла дородная дама бальзаковского возраста. – Луиза, дорогая моя, – Роман Константинович отпустил Илико и, распахнув руки, пошел навстречу даме. – Роман, как я рада вас видеть, голубчик! Вы что-то совсем пропали. Про вас ничего не видно и не слышно. Здоровы ли? – любезно улыбнулась ему мадам Деконте и протянула ручку для поцелуя. – Все дела, – наиграно вздохнул Дегтярев. – Деньги любят, чтобы на них работали. А как вы сами? Как господин Деконте? – Спасибо, у нас все прекрасно. Арман сейчас в Болгарии, лечит свою старую подагру местными грязями. А я занимаюсь своей школой. В прошлом месяце был набор на курс, так я сама решила принимать экзамены. Не представляете, любезный Роман, сколько у нас талантливой молодежи! – говорила мадам, мило улыбаясь. – Кстати о молодежи. Разрешите вам представить моего протеже: Илиа Чантурия. Он недавно поступил в театр и сегодня блистал в роли Ганса, – Дегтярев чуть подтолкнул Илико вперед, и тот, улыбнувшись, поклонился мадам Деконте, приложившись губами к протянутой ему руке. – Да, да! Я заметила вас, юноша, еще в первом действии. Какая красота, какая грация! – всплеснула руками мадам. – А когда вы стали танцевать, у меня даже сердце зашлось. Никогда не видела такой легкости исполнения и такого артистизма. Мне даже показалось, что вы плакали, когда танцевали. – Возможно, мадам, – ответил ей Илико. – Я всегда стараюсь отдаться танцу полностью. – Вы знаете, Луиза, когда Илюша жил в Турции, он научился там танцевать тануру. Его даже за дервиша принимали! – похлопал по плечу Илико Дегтярев. – Очень интересно, – подняла тонкие брови мадам. – Я бы хотела на это взглянуть. Не откажете мне в такой любезности, господин Чантурия? – Зовите меня просто Илико, – поклонился он. – В любое время я к вашим услугам. – Тогда в следующий четверг. Жду вас в своей школе, Илико. Очень приятно было познакомиться, – мадам Деконте кивнула и повернулась в сторону подошедшего к ней Огюста. – Все отлично, мой мальчик, – похлопал Илико по спине Дегтярев. – Она тебя заметила, и ты ее заинтересовал. Теперь нам нужно очаровать Отто. Он не очень сговорчив, но у меня есть один козырь в рукаве. Он мне задолжал кругленькую сумму, когда проигрался на бегах. А потом я тебя познакомлю с Георгом Грейем. Вот тут придется немного поднапрячься, дорогой. Он держит почти все банки в городе и питает слабость к охоте и гончим собакам. Разводит их в своем загородном поместье. Так что, возможно, придется поохотиться с ним и напиться. Да, выпить Георг не дурак! Илико безумно устал. От выпитого шампанского его разморило, и он с трудом пытался не зевать во время разговора с очередным знакомцем Дегтярева. – Я отлучусь в уборную, – сказал Илико Дегтяреву и удалился по длинному коридору в сторону туалетной комнаты. Он уже взялся за ручку двери, как его окликнули. – Чантурия! – услышал Илико знакомый голос. Он обернулся и увидел Смирнова, шедшего в его сторону по коридору. – Не ожидал тебя увидеть, – нахмурился Илико. – Муха тоже здесь? – Сонечка тут, только она не хочет с тобой говорить, – ответил Смирнов, поравнявшись с Илико. – Это твоя заслуга, – ответил тот. – Это было подло! Прикинуться пьяным, напоить меня, чтобы выудить все мои тайны, и рассказать обо всем Соне. – А обманывать Соню было не подло? К тому же на войне и в любви все средства хороши! – усмехнулся Смирнов. – А вообще, странно. Я ожидал, что ты кинешься на меня с кулаками и набьешь мне морду. – Я очень устал, чтобы драться с тобой. Мне тяжело далось сегодняшнее выступление, и этот фуршет – довольно скучное действо, – ответил Илико. – Кстати о твоем дебюте: я всегда знал, что ты талантлив, но что ты можешь танцевать так… Признаюсь, поражен. Не ожидал от тебя таких эмоций! О Сонечке думал во время танца? – Смирнов напряженно сдвинул брови. – Нет, Смирнов. Не о ней. Наверно, тебе все еще дико об этом думать, но я вспоминал Изю, – честно признался Илико. – Да уж. Такого рода отношения между мужчинами мне неприятны, но знаешь… Ты подумай, может, именно это и есть ты? А Шнипперсон… Надеюсь, с ним все в порядке и вы еще сможете выяснить отношения, – неожиданно для Илико Смирнов улыбнулся ему и похлопал по плечу. – Но… – он многозначительно поднял палец. – Не думай, что мы с тобой друзья! – и с этими слова Сашка удалился в сторону фойе. – Илюша, ну где тебя носит? – Дегтярев пробирался в сторону Илико, раздвигая руками публику. – Пойдем, я хочу вручить тебе подарок, – Роман Константинович взял Илико за рукав пиджака и потащил в буфет. За одним из столиков сидел Мойша и ел мороженое. Завидев Илико и Дегтярева, он отодвинул от себя пиалу с десертом, вытер рот салфеткой и поднялся с места. – Давай, Мойша! Доставай! – скомандовал Дегтярев. – Я бы хотел выказать свое восхищение твоим сегодняшним выступлением, – ответил Мойша и достал из кармана маленькую коробочку. Дегтярев взял ее из рук ювелира и, протянув Илико, открыл хитроумный замок. На черной бархатной подушечке замерла бабочка с резными крылышками, усеянными мелкими бриллиантами. Ее тельце было выполнено из большого нежно-голубого камня искусной огранки. В ярком свете люстр камень искрился ледяными всполохами, делая украшение сказочным. – А что это за камень? – от восторга у Илико заблестели глаза. Он достал бабочку из коробки и поднес к глазам, чтобы лучше рассмотреть подарок. – Это сапфир очень редкого бледно-голубого цвета. Я сам сделал для него специальную огранку, – улыбнулся Мойша. – Ну, меня поблагодаришь за подарок позже, – Дегтярев махнул рукой длинному очкастому мужчине. – А у меня тут дельце одно образовалось. Вы пообщайтесь немного, а я позже к вам подойду. Дегтярев быстрым шагом удалился в сторону фойе, а Мойша и Илико уселись за столик. – Я беру свои слова обратно, – улыбнулся Мойша, помогая Илико приколоть булавку на галстук. – Какие слова? – Илико глубоко вдохнул запах рыжих волос, оказавшихся близко к его лицу. – О том, что я не чувствую твою душу, – Мойша вздрогнул и отстранился. – Сегодня, глядя на твое выступление, я увидел ее. И я хочу тебя просить об одном… Через полгода выставка молодых художников в Вернисаже. Я хочу для нее написать картину. Ты не согласишься мне позировать? – Что ж… – Илико посмотрел на Мойшу и, поймав его теплый взгляд, добавил: – Буду рад помочь.