Один к восьми миллионам

      Покинув кабинет психолога, Алекс первым делом достал телефон, чтобы написать Мите сообщение. Но тут же замер.       «Концерт!»       Алекс снова посмотрел на экран смартфона. 18:25 — сообщил он. Прошло двадцать пять минут с начала концерта. Одна надежда на то, что «Rocket Wings» опоздали с выходом на сцену, как это зачастую бывает у рок-групп.       Как бы то ни было, Алекс решил не терять больше ни секунды, поэтому быстро пробежал по лестнице вниз, на первый этаж. Немного повозился возле турникета под оценивающий взгляд охранника, ища пропуск в залежах рюкзака. — Блин! — осенило, наконец, его.       Пропуск был в заднем кармане джинс. Алекс достал его, приложил к считывающему устройству и проскользнул сквозь медленно открывающиеся стеклянные дверцы.       Парень выбежал из корпуса в одном джемпере, держа зимний пуховик в руках. До концертного зала было метров пятьдесят. Быстрыми шагами Алекс направился к зданию. Постепенно до него начали доноситься приглушённые звуки знакомой мелодии. Эта была та самая песня, которую он слышал на репетиции ребят. Ритмичная музыка и мощные голоса солистов сливались в единый поток с девичьими криками и аплодисментами.       Алекс не чувствовал холода. Он шагал точно в такт музыке. И, казалось, даже дышал в каком-то размеренном ритме, выпуская изо рта облачка пара. Вокруг была глухая темнота, освещённая парой ярких ночных фонарей, под лучами которых отчётливо виднелись крупные снежные хлопья. Снег падал на Алекса, заставляя морщиться и вытирать лицо замерзшей рукой.       Дверь корпуса, в котором находился концертный зал, была ужасно тяжёлой, из массивного дубового дерева. Алексу пришлось изрядно поднапрячься, чтобы потянуть её на себя. Мешало и то, что резная золотая ручка была просто обжигающе ледяной. Тем не менее, спустя пару секунд ему это удалось.       Изнутри повеяло теплом. Парень мигом проскользнул в парадную, как можно быстрее прячась от зимнего холода. В просторном холле, поддерживаемом несколькими деревянными колоннами, по всем четырём сторонам которых располагались зеркала, не было ни души, за исключением старушки-гардеробщицы, увлечённо читающей новости местной газеты. Услышав, как захлопнулась парадная дверь, женщина оторвалась от своего занятия и выжидающе посмотрела на парня. Алекс кивнул ей и, крепче сжав в руках пуховик, двинулся в сторону концертного зала. Женщина едва заметно вздохнула и вернулась к чтению.       Алекс прошёл несколько длинных коридоров, на стенах которых висели портреты самых успешных выпускников музыкального факультета, а также портреты преподавателей и членов администрации. Повернул налево и оказался напротив приоткрытой двери концертного зала. Внутри зазвучала какая-то спокойная и нежная мелодия, создаваемая акустической гитарой и пианино, а также еле слышно поддерживаемая барабанами. Алекс и без того был крайне взволнован, но эта музыка словно стремилась к нему, желая прикоснуться к душе. И он просто не мог не поддаться ей навстречу.       Парень медленно открыл дверь, осторожно заходя внутрь помещения, где царила темнота, и лишь небольшой луч света падал на стул, стоящей посреди сцены, на котором сидел Митя с акустической гитарой в руках и, не отрывая от неё взгляда, играл эту чудесную мелодию. Кто-то сидел в проходах, кто-то стоял за последним рядами кресел вплоть до самого выхода. Воздух был ужасно душным. Вокруг — оглушающая тишина. Все замерли. Их словно парализовало мягким Митиным голосом, когда он начал петь первые строчки песни:

Sunlight comes creeping in

Illuminates our skin

We watch the day go by

Stories of all we did

It made me think of you

It made me think of you

      Всё вокруг исчезло, растворилось в непроглядной темноте и тишине. Только луч света, Митя с гитарой в руках, его удивительно нежный и трогательный голос и Алекс, которому всё это казалось сном. Или, может, продолжением сна? Может, он ещё не проснулся и всё ещё лежит там, в библиотеке, и видит этот чудесный сон?       Алекс не понимал ни слова. И в то же время понимал всё. Это было признание. Это был ответ на все его незаданные вопросы. Самый красноречивый, самый искренний и самый интимный.

Oh lights go down

In the moment we're lost and found

I just want to be by your side

If these wings could fly

For the rest of our lives

      Алекс чувствовал, что Митя поёт для него. И хотел хоть как-то ему ответить. Дать понять, что он здесь, слышит его. Поэтому парень начал осторожно, но настойчиво протискиваться сквозь народ.       К середине второго куплета Алекс оказался в первом ряду стоящей на задворках толпы и аккурат по центру зала. Он поднял взгляд на Митю, и в этот же момент Митя посмотрел прямо перед собой в зал. На его лице ярко отразилось удивление. Чудом он не сбился с ритма и продолжил петь:

Oh damn these walls

In the moment we're ten feet tall

And how you told me after it all

We remember tonight

For the rest of our lives

      А дальше начало происходить что-то поистине невероятное. Во время проигрыша в унисон зазвучал бэк-вокал в исполнении всей группы. И в то же мгновение вокруг загорелись десятки маленьких светодиодных фонариков, которые держали в своих руках парни и девушки по всему залу. А над головой появилась проекция звёздного неба, как в планетарии.       Митя начал третий куплет практически а капелла. Тихому голосу аккомпанировал лишь синтезатор. А на экранах, что располагались по бокам сцены, пошёл видеоряд, который начинался также с изображения звёздного неба. Камера медленно опускалась вниз. И вот в кадре появилось изображение красивой поляны возле реки, где сидело двое мальчишек, увлечённо всматривающихся в далёкие яркие звёзды.       Алекса сновно электрическая волна прошибла. Он забыл как дышать, потому что, чёрт возьми, вспомнил! Отчётливо вспомнил этот момент.       Это произошло за день до трагических событий. Алекс услышал по телевизору, что Марс будет рекордно близко к Земле и его можно будет увидеть невооружённым глазом. Он тут же побежал рассказывать об этом другу, и они договорились вместе прийти на их тайное место, чтобы обнаружить красную планету. К сожалению, увидеть звёздное небо в тот вечер им было не суждено...              У парня просто не осталось слов. Вместо них в голове возникла тысяча вопросов, и ему не терпелось поскорее их задать. Но сначала последние строчки песни и взгляд, обращённый только на него:       

Oh damn these walls

In the moment we're ten feet tall

And how you told me after it all

We remember tonight

For the rest of our lives

      Музыка затихла, и зал взорвался аплодисментами. Мите пришлось обратить внимание на зрителей и поблагодарить поклонников за участие во флэш-мобе. Справа от Алекса кто-то громко завизжал: — Мы тебя любиииим!       Подруга этой крайне возбуждённой особы схватила её за плечо и начала расспрашивать: — Ты засняла? Засняла?! — Да! — Аааа! — заорали обе девицы, скача на месте и обнимая друг друга.       Алексу хотелось ретироваться от них куда подальше. На сцене было уже пусто. Зато слева от неё в первых рядах зрительного зала он увидел знакомую руку. Парень улыбнулся и с чувством глубочайшего облегчения направился к друзьям.        — Ты всё-таки пришёл! — радостно приветствовала Алекса Катя. — А я вот не сомневался, что он придёт! — самоуверенно воскликнул Коля. — Вить, гони пятихатку, — протянул руку он.       Витя недовольно нахмурился, однако выудил из кармана пятьсот рублей и с горечью вручил их приятелю. — Ну, вы даёте! Уже бизнес на мне делаете, — рассмеялся Алекс. — Макс! — прокричала Ира, смотря куда-то за плечо парня. — Это было просто супер!       Алекс обернулся и увидел позади себя рыжеволосую и Митю. Макс подлетела к подруге и утонула в её объятьях. — Реально круто, ребят! — эмоционально произнёс Коля, хлопая подошедшего Митю по плечу.       Витя картинно прочистил горло и протянул руку. Коля нехотя вернул ему пятихатку. — Вы, что, на нас бизнес делаете? — поинтересовался Митя под уставившиеся на него удивлённые взгляды.       Алекс не видел смысла затягивать с разговором, поэтому, воспользовавшись паузой, схватил Митю за руку. — Пойдём.       Удивлённые взгляды переместились с Мити на Алекса. — Эээ… а мои вещи? — растерялся блондин. — Потом заберёшь, — заверил его Алекс и потянул парня за собой к выходу. — Ну, ладно.... — пробубнил Митя, послушно следуя за парнем.       Они дошли до выхода из концертного зала — слава богу, толпа зрителей к этому времени рассосалась — и покинули его. — Кто что понял? — первым задал повисший в воздухе вопрос Коля. — Нихрена, — в унисон ответили Макс и Витя.                           Алекс вспомнил, что всё ещё держит Митю за руку, только когда они вместе вышли на морозную улицу. Осознав это, он поспешил одернуть свою руку. Не потому что это было чем-то неприятным, а потому что ему не хотелось давить на парня или чем-то его спугнуть. Алекс был перевозбуждён от неожиданно накативших на него эмоций и воспоминаний. — Уф! — воскликнул Митя, пытаясь согреть плечи руками. — Ну и дубак!       Алекс оторвался от своих размышлений и быстро накинул на Митю свой пуховик, надевая на голову блондина капюшон. — Вот, — довольно заключил он. — Так твои бешенные фанатки тебя точно не узнают. — Спасибо, — с улыбкой отозвался Митя. — Ты сам не замёрзнешь? — Нет, я парень горячий, — подмигнул он.       Мите пришлось отвести взгляд, чтобы не выдать своё смущение. Он поспешил сменить тему. — Куда мы идём?       Алекс только в этот момент понял, что совершенно не продумал никакой план действий. Что он будет говорить, с чего вообще начнёт разговор. Ну, и, конечно, где. Тем не менее, в его голову пришла одна светлая мысль, которую он поспешил озвучить. — В пекарню. Тут недавно рядом с остановкой одна открылась… Тебе же нравятся пекарни? — Ага, — ещё ярче заулыбался Митя, предвкушая горячий свежесваренный кофе и ароматную булочку с корицей.       Всю дорогу до пекарни парни шли молча. Митя шёл позади Алекса и чувствовал себя очень уютно в его пуховике, тайно наслаждаясь его запахом. Алекс пытался придумать начало их разговора. Но всё, что рождалось в его голове, казалось ему очень глупым и нелепым. Поэтому он бросил эти тщетные попытки и начал просто наблюдать за плавно опускающимися на землю снежинками.       Дойдя до пекарни, Алекс открыл входную дверь и пропустил Митю вперёд. Блондин снял капюшон, и небольшая кучка снега упала на пол. Пекарня встретила их тёплыми воздухом, спокойной инди-музыкой и в целом уютной атмосферой.       Сняв пуховик, Митя повесил его на деревянную вешалку. Затем направился за Алексом в сторону небольшого плетёного столика с корзинкой прованских сухоцветов. Заказав горячие напитки и выпечку, парни, наконец, расслабились. Митя спокойно ждал, когда Алекс начнёт разговор. — Почему ты не сказал мне, — произнёс, наконец, Алекс, — что мы знакомы ещё с детства?       Митя немного растерялся. Он догадывался, что если Алекс вспомнит его, то это будет первым вопросом. И, тем не менее, часть ответа на этот вопрос была достаточно болезненной, поэтому Митя начал с наименее сложной причины. — Не факт, что ты поверил бы мне. Ну, представь, что к тебе подходит какой-то чувак и заявляет, что вы друзья детства, хотя ты ничего такого не помнишь. Ты бы поверил ему? — Но ты бы мог привести в качестве доказательства какие-нибудь факты обо мне.       Митя вздохнул, а затем тихо продолжил: — Когда я понял, что ты не помнишь меня, я задумался, почему. Не только моя внешность, сейчас я выгляжу действительно иначе... Ты ведь не хотел вспоминать? — Митя осторожно посмотрел на Алекса. — Всего, что было связано с тем летом. — Так ты знаешь? — с нотками горечи произнёс Алекс. — Ваши напитки! — приветливо улыбнулась официантка, ставя на стол кружки с чаем и кофе. — Спасибо, — вежливо улыбнулся ей Митя. — Пожалуйста. Выпечка будет готова через пару минут, — сообщила девушка и упорхнула прочь.       Как только она ушла, Митя виновато посмотрел на Алекса. — Прости… Я хотел с тобой попрощаться в тот вечер, потому что мы собирались уезжать домой. А потом я просто увидел… — Митя тяжело вздохнул, прикрывая глаза и крепко сжимая в руках горячую кружку, — … скорую и полицию возле твоего дома, твою маму на носилках и тебя... Чёрт, ненавижу себя за то, что не смог тогда подойти и хоть что-то сказать.       Митя до боли прикусил губу, пытаясь хоть как-то заглушить разрастающееся внутри чувство вины. — Эй, — мягко вывел его из раздумий Алекс, — не бери на себя много. Мы были детьми. — Возможно, ты прав, — выдохнул Митя и слабо улыбнулся.       Алекс первым отхлебнул немного чая из своей кружки. Митя последовал его примеру. Вскоре принесли выпечку. — Ты мне лучше расскажи вот что, ты сразу меня узнал? — задал очередной вопрос Алекс.       Митя смущённо рассмеялся: — Честно говоря, да, — блондин наклонился вперёд так, что между ним и Алексом осталось расстояние буквально в пятнадцать сантиметров. — По глазам. — Ты имеешь ввиду мою гетерохромию? — не отводя взгляда, уточнил Алекс. — Ага, такие глаза невозможно забыть.       Митя отклонился назад и сделал ещё один глоток кофе. — Мало кто обращает внимание. Там всего лишь несколько карих пятнышек. — Правда? Видимо, я один из тех, кто часто всматривался в твоё лицо. — И когда же ты успел всмотреться в мои глаза? — улыбнулся Алекс. — Не думаю, что их было хорошо видно в том ночном клубе. — В первый день обучения, — откусывая кусочек булочки, ответил Митя. — Я стоял возле автомата с едой и пытался достать законно положенные мне чипсы. Но эта бездушная машина просто не хотела делиться, отжав у меня при этом пятьдесят пять рублей! Как я её только не бил и не материл. Ничего не вышло. Раздражало ещё и то, что кто-то стоял у меня над душой и пыхтел. Это и был ты, как оказалось, — усмехнулся блондин. — Ты не выдержал и долбанул по автомату со всей дури так, что с чипсами ещё и кит-кат прилетел. А я так и застыл, как вкопанный. Ты наклонился, достал чипсы с шоколадкой и протянул их мне. Тогда-то я и узнал тебя. Конечно, были сомнения. Но с каждым днём, с каждой мелочью, которую я наблюдал в тебе, я всё больше убеждался в этом… Баскетбол, например! Ты как-то прибежал после просмотра «Космического Джема» и заявил, что станешь известным на весь мир баскетболистом, как Майкл Джордан, — рассмеялся Митя. — Боже! Стыдоба какая, — закрывая лицо руками, воскликнул Алекс. — Не смей никому об этом рассказывать. — Да ладно тебе! Это мило. — Ты поэтому следил за мной во время тренировок? — Ну, вообще-то это действительно было совпадением… отчасти, — хитро прищурился блондин. — В том районе Макс живёт, и я ездил к ней в гости. А потом, чисто по случайности, увидел тебя в троллейбусе. Ну и… ох, ладно! Вечер откровений… Я проследил за тобой. Потому что мне было действительно любопытно, какой из тебя вышел Майкл Джордан. — Перестань это повторять, умоляю.       Митя снова рассмеялся, чуть не поперхнувшись булочкой. — Прости, прости… Но ты действительно круто играешь в баскетбол! Я очень рад, что ты занимаешься тем, что приносит тебе удовольствие. — Ты мне льстишь, — засмущался Алекс. — Но в любом случае спасибо… за всё.       Митя только улыбнулся в ответ.       Дальше ребята обсуждали разные мелочи, стараясь не касаться болезненных тем. Говорили о вкусах, хобби и планах на будущее. Алекс не просил Митю рассказать о прошлом, об их совместно проведенном лете. Не потому что боялся возвращения кошмаров, а потому что сам хотел вспомнить. Митя догадывался об этом, поэтому тоже ничего не говорил, ограничиваясь лишь ранее сказанным.       Парни не заметили, как за дружеским разговором пролетел остаток вечера. Они опомнились лишь тогда, когда официантка вежливо подошла к ним и оповестила о том, что пекарня закрывается через пять минут. Алекс оплатил счёт, упрямо отвергнув всевозможные поползновения Мити заплатить хотя бы пополам. После чего они не спеша вернулись в общежитие и, поболтав ещё минут двадцать на лестничной площадке, пожелали друг другу спокойной ночи.       Витя мирно сопел в кровати, когда Алекс лёг в свою и получил сообщение:        Митя, 23:54 Спасибо за вечер. Я рад, что мы всё прояснили.       Алекс улыбнулся и осторожно посмотрел на Витю, поворачивающегося на другой бок. После чего набрал ответное сообщение:       

Алекс, 23:57

Тебе спасибо, что решился и всё мне рассказал

Я это очень ценю

А теперь иди спать! Ты же сказал, что у тебя ещё зачёт

по сольфеджио в понедельник

Митя, 00:01 Уже сплю… Спокойно ночи

Алекс, 00:02

Спокойной ночи)

      Алекс нажал на кнопку блокировки и положил телефон на тумбочку рядом с кроватью. Закрыл глаза, вслушиваясь в ночной шёпот города, в звуки мимо проезжающих машин, в скрипучие шаги по снегу и еле слышное потрескивание фонарей. Алекс не принимал никаких таблеток и был твёрдо убеждён в том, что сегодня его сон не потревожит ни один ночной кошмар.