Один к восьми миллионам

      Митя сидел в своей комнате и послушно делал уроки. Лучше уж так. Лучше он будет прилежным учеником, не тратящим время впустую, чем нарваться на неприятности из-за лени. К занятым людям ведь не пристают?       Митя вновь и вновь отвлекался от алгебры на тревожные мысли, пытаясь заглушить их логичными доводами, что он сейчас в безопасности. Словно его рабочий стол и стул — это крепкая лодка, рассекающая штормовые волны. Однако за спиной ощущал голодный хищный взгляд. И хоть в комнате никого кроме него не было, этот взгляд был рядом как незримая аура, как чёрный туман, что просачивался через узкие щели деревянной палубы.       Из форточки подул сильный ветер, всколыхнув бумаги на столе. Митю неприятно кольнуло в сердце. Он не хотел делать ни единого лишнего движения, не говоря уже о том, чтобы собирать с пола разбросанные черновики. А ещё нужно было прикрыть форточку.       С первой задачей он справился довольно быстро. Затем потянулся к окну, но из-за небольшого роста ему удалось едва коснуться рамы. Митя уж было начал ругаться, как крепкая мужская рука накрыла его ладонь и слегка надавила, чтобы прикрыть окно. Мальчишка оторопел, боясь пошевелиться и посмотреть в сторону. Спустя пару долгих секунд он всё же пришёл в себя и поспешил одернуть руку. — Знаешь, — раздалось приторно-сладким шёпотом над Митиным ухом, — я бы мог воспользоваться физическим преимуществом. Я — взрослый мужчина, и завалить тебя не составило бы никакого труда, — мужчина медленно провёл пальцами по каштановой пряди волос. Митино тело покрылось мурашками. — Но… к чему лишние насилие? Давай ты будешь послушным мальчиком и просто порадуешь меня?       Митя больше не мог выносить это омерзительное тёплое дыхание над своей макушкой. Его просто трясло от отвращения. Мальчик резко развернулся к мужчине и оттолкнул его. — Отцепись от меня! — в ярости закричал он. — Или… или я всё расскажу маме!       Мужчина усмехнулся. — Валяй, — отчим навис над Митей, опираясь обеими руками о стол, перекрывая ему путь к отступлению. — Чего ты там собрался ей рассказать? Большой дядя приставал к тебе? Трогал там, где не положено? — парень стиснул зубы, готовясь дать отпор. — Митя, ты же не настолько глупый мальчик. Сколько раз ты пытался привлечь Юлино внимание своими выходками? «Я понимаю, он просто ревнует меня к тебе», — это её слова. И чем же твоё признание будет отличаться от всех хулиганств в школе? От всех проблем, что ты нам доставил? — Митя виновато опустил взгляд. — Хорошо, хорошо. Допустим, она поверила и решила со мной развестись. И чего ты этим добьёшься? Мне придётся выкинуть вас обоих из своей квартиры. И конечно, жизнь уже не покажется тем раем, какой она была до этого. Твоей маме снова придётся работать на двух работах, чтобы прокормить вас обоих. У неё больше не будет времени на себя, на отдых и развлечения. Она превратится из красивой счастливой женщины в старую, замученную лошадь. И всё из-за тебя, — Митя с испугом посмотрел на него. — Ты такой жизни хочешь для своей матери?.. Нет? — парень поджал губы, стараясь удержать постепенно накатывающие слезы. — Ты уже взрослый мальчик. Ты должен понимать, что нужно нести ответственность за своих близких. Твоё упрямство только погубит её, — уверенно произнёс мужчина и заключил щёку мальчика в ладонь, мягко стирая большим пальцем покатившуюся слезу. — Ну, же, — залепетал он, — не надо меня бояться. Обещаю, я буду нежен.        — Потом… — Митя смотрел куда-то в пустоту. — Потом он… — дальше парень не мог продолжать, не мог подобрать слова. Даже самые очевидные казались ему неподъёмным, многотонным грузом. Разве человек способен такое осилить?       Митя сморщился от бессилия и тяжело вздохнул, зарываясь пальцами в волосы. С глазами полными боли и невысказанного отчаяния он посмотрел на Ольгу. Женщина замерла, не в состоянии больше двигать рукой. Дорогой паркер с шумом упал на исписанную страницу записной книжки. Ольга опустила взгляд.       «Соберись, ты же профессионал», — мысленно давала себе пощечины Ольга, до боли в суставах сминая подол юбки под столом.       Женщина резко открыла один из ящиков рабочего стола. Быстро схватив что-то маленькое, она также резко захлопнула ящик и поднялась с места. Ольга подошла к одному из шкафчиков, расположенных позади Мити. Парень развернулся, растерянно наблюдая за ней. Ольга присела на корточки и раскрыла сжатый кулак, в котором оказался маленький серебряный ключик от нижнего ящика. Женщина открыла дверцу и достала из ящика стеклянную бутылку с прозрачной жидкостью. Митя аж побледнел, увидев на стекле надпись чёрным маркером «100%». — Это что, новый врачебный метод? — ошарашено уточнил он.       Ольга закрыла дверцу и вернулась на место. — Можешь считать, что так, — спокойно ответила она, ставя на стол две маленькие стопки. — Оль, ты серьёзно? Это же чистый спирт, — Митя не был против алкоголя, но перспектива обжигать им горло не особо радовала.       Ответом ему было звонкое откручивание крышки и журчащий звук разливаемой по стопкам горючей жидкости. Закончив с этим, Ольга молча отставила бутылку и придвинула одну из стопок Мите. — Пей.       Митя посмотрел на стопку как на ядовитую змею. Но, увидев, как уверенно держит вторую рюмку его тётя, собрался с духом и последовал её примеру. — Ну, — робко начал Митя, — за наше здоровье! — и первым чокнулся с женщиной.       Ольга уверенным жестом опрокинула стопку и сразу же зажмурилась. — Ой, мамочки! — вскрикнула она, хватая ртом воздух.       Митя принял свою дозу «лекарства». И сразу ощутил, как с молниеносной скоростью по его горлу растеклась огненная лава. Глаза налились слезами, всё лицо покраснело, а лава тем временем начала осаждать трахеи, а затем и лёгкие. Он схватился за бешено стучащее сердце, на полном серьёзе полагая, что умирает. Отвлекло его мягкое прикосновение к плечу. Через мутное марево он разглядел Ольгу, которая пихала ему в рот печеньку. — Эх, ты! Закусывать надо! — Да я даже понять ничего не успел, — морщась от спиртового душка и активно жуя печеньку, оправдывался Митя. — Сейчас пройдет.       И вправду, секунд через десять пожар в груди и горле стих. После всплеска адреналина всё тело обмякло, стало воздушным и невесомым, как сахарная вата. Голова слегка закружилась, но сознание оставалось ясным и чистым. — Да, так лучше, — пребывая в туманной неге, согласился Митя. — Тогда продолжим? — Угу.       Ольга взяла паркер обратно в руку и приготовилась писать. — Давай так. Тебе не обязательно рассказывать дословно, что с тобой происходило. Достаточно объяснить то, что ты в тот момент чувствовал… Можешь описать это метафорически, например. — Метафорически? — тупо повторил Митя, задумавшись. — Помнишь, когда мы были на Кавказе, в одно утро я проснулся, и прямо перед моим лицом, на стене, ползла огромная сколопендра? — Конечно, помню. Ты на весь дом визжал.       Парень усмехнулся и продолжил: — Ну, вот это что-то похожее, — Митя снова погрузился в воспоминания. — Сначала это ощущалось точечно. Будто по моей шее ползло что-то омерзительно склизкое, отвратительное. Хотелось стряхнуть эту дрянь, но руки были такими тяжёлыми, словно в железных оковах. Не пошевелится. И каждую секунду я чувствовал это склизкое движение по своему телу, заползающее туда, куда бы мне меньше всего хотелось, чтобы оно проникло. Хотелось выть и орать навзрыд. Но на грудь как будто положили камень, не позволяющий воздуху поступать в легкие. Просто-напросто нечем кричать. Я чувствовал, что умираю. Очень медленно и мучительно… Конечно, он всё делал постепенно. Не знаю, на что конкретно рассчитывая. Что я привыкну? Смирюсь с происходящим? Или, упаси боже, что мне это начнёт нравиться? Я помню его взгляд, полный помешательства. Тогда-то я и понял, что он глубоко больной человек, что он вообще не способен воспринимать реальность такой, какая она есть. Что каждое его действие лишь приближает мою ненависть к нему. А он в это время искренне верил, что будет иначе. — Ты испытываешь к нему сочувствие? — Нет, — Митя ясно дал понять это тяжёлым взглядом. — Он был болен — это факт. Но никто не давал ему право своей болезнью отравлять мою жизнь. — Справедливо, — согласилась Ольга. — А что насчёт сегодня? Ты ведь неспроста решил пройти через это. И здесь не столько дело в любви, как мне кажется. В прежних отношениях проблем, насколько я знаю, не было, — Ольга поджала губы, упоминая так называемые прежние отношения Мити. — Это было совсем другое, — горько усмехнулся Митя. — И что конкретно было по-другому, за исключением того, что твой бывшей козлина, каких поискать ещё надо, — прозвучало абсолютно непрофессионально, но когда речь заходила о Митином бывшем, как правило, всех начинало трясти. — Я себя им наказывал, — неожиданно выдал шатен. — За что? — удивилась Ольга. — Ох, вот поэтому я и не хотел идти к психотерапевту! — вздохнул Митя. — Есть вещи, которые никогда не поймут люди, которые через это не прошли.       Взгляд Ольги выражал лишь одно — поясни. — Я знаю, что это не моя вина. Но это не отменяет того, что со мной сделали… Сейчас, возможно, приведу жёсткий пример, но постарайся понять. Допустим, человек совершенно случайно возвращался ночью домой. И в тёмном переулке на него напали гопники, в результате чего нанесли настолько серьёзную травму, что ему пришлось ампутировать ногу. Виноват ли он в случившемся? Конечно, нет. Но отменяет ли это, что он теперь на всю жизнь инвалид? И да, можно бесконечно разглагольствовать о том, что и инвалиды могут жить хорошо и счастливо. Но правда в том, что даже самый порядочный человек, пусть и на долю секунды, но будет испытывать к нему неосознанное отвращение или, что ещё хуже, жалость. Так заложено природой. У сломленного существа меньше шансов на обретение достойного партнёра. И кто бы что ни говорил, а инвалид лучше всех будет читать истинное отношение к себе во взглядах прохожих. — То есть, правильно ли я тебя понимаю, ты ощущаешь свою неполноценность из-за случившегося, считаешь себя недостойным хорошего партнера? — Да, — признал Митя, отводя взгляд. — Но всё же ты пришёл, — Ольга слегка наклонилась к парню. — Не знаю, что именно произошло. Может, ты оттолкнул Алекса? — Митя удивленно посмотрел на неё. — Кое-что не сходится в теории, верно? Так старательно отпугивал всех достойных партнёров, но кое-кто оказался понастойчивее, — хитро улыбнулась она. — Что же «инвалиду» делать, если вдруг кто-то очень достойный всё же обратит на него внимание и будет смотреть с симпатией, а не презрением? — Не знаю, — искренне не понимал Митя. — Принять с благодарностью, балбесина, — Ольга игриво поддела пальцем Митин кончик носа, на что тот нахмурился, — и попробовать посмотреть на себя его глазами. Вот тебе первое домашнее задание, — женщина подняла указательный палец. — У тебя два варианта. Попробуй написать о себе от лица Алекса, как он предположительно видит тебя. Ну, или ещё проще — спроси его самого. На самом деле мы познаем себя на протяжении всей нашей жизни. В том числе и через наше окружение. Человеку свойственно гиперболизировать, обманываться на свой счёт, заострять внимание на том, на что другие никогда бы не обратили внимание. Даже рассматривая себя изнутри, зная о себе каждую мелочь, мы все равно не способны увидеть картину целиком. Для этого нужны другие. Поэтому мы и живем в социуме, а не в дикой природе. И имеем величайший дар — общение, через который заново можем рассмотреть себя под совершенно иным углом. И принять то, кем мы являемся на самом деле. Ну, что, попробуешь? До нашей следующей встречи. — Угу. — Ну, вот и славненько! — Ольга отложила ручку, захлопнула записную книжку и убрала вещи в сумку, после чего поднялась и предложила. — Тебя подвезти?       Митя улыбнулся, только глаза его отнюдь не выражали радости. — Ты в своём уме? Выпила стопку чистого спирта и собираешься за руль? Вот так, блин, всегда! Оль, тебе вообще пить нельзя! — начал заводиться парень. — Ладно, ладно, не кипятись, — слегка пошатываясь, Ольга достала из кармана дублёнки телефон. — Я Славе позвоню, он нас заберет. — Ты ему сказала о нашей встрече? — Да. — И как ты объяснила её причину? — Ничего не объясняла. Мой муж не задаёт лишних вопросов… Алё, зай! — залепетала в трубку Ольга. — Ага, вот только перегар от спирта всё же придётся объяснять, — пробубнил Митя.       «Чёрт, спирт!» — пронеслось вспышкой в его голове. Костя точно прибьёт их, когда узнает, что они устроили несанкционированную попойку в его кабинете.       «Он заметит, если я разбавлю водой?» — страх перед праведным гневом врача-перфекциониста подталкивал Митю на безумные поступки. Парень уж было схватился за чайник, чтобы подлить водички в стеклянную бутылку, как Ольга завопила, отнимая телефон от уха: — Эй! Ты чего творишь?! — Он ведь узнает, — пролепетал Митя в отчаянии. — Ах, да пусть! Я сама с ним разберусь, если узнает. Не парься, я не выдам, что ты был со мной. — Правда? — Честное пионерское, — Ольга приложила левую руку к груди. — Ладно, — выдохнул Митя и поставил чайник на место. — Лучше помоги мне прибраться, пока Слава не подъехал.       Митя согласно кивнул, и они вместе начали технично наводить в кабинете идеальный порядок.              Парень сидел на заднем сидении чёрного джипа. Супруги обсуждали предстоящую поездку к матери Славы, у которой вскоре намечался юбилей. Митя смотрел в окно на яркие огни большого вечернего города, отражающегося в стеклах машины. Он так глубоко погрузился в собственные переживания, что на какое-то время забыл про Алекса. Но едва вспомнил о нём, как сердце пропустило удар.

Митя, 16:36

Ты дома?

      Ответа не последовало. Митя понимал, что в молчании Алекса нет ничего необычного, но упрямое беспокойство никак не отпускало. Воображение начало рисовать пугающие картинки. Поток беспричинного страха был прерван внезапно накатившим на него сном, что было неудивительно, учитывая, что почти всю ночь Митя не спал.       Проснулся он от ощущения руки, мягко тормошившей его за плечо. — Мить, мы приехали. Иди домой и хорошенько отдохни.       Сонно моргая и морщась, парень разлепил глаза и спустя пару секунд осознания, где он находится и что вообще происходит, промурлыкал тихое «угу», после чего открыл дверцу машины. — Увидимся, — бросил он напоследок. — Конечно, — мягко улыбнулась Ольга. — Не забудь, что Рождество отмечаем вместе. — Ага, — всё ещё пребывая в легкой прострации, протянул Митя. — Пока. — Пока, — попрощался Слава. — Хорошего вечера, — добавила Ольга.       Митя захлопнул дверцу и дождался, пока машина уедет. Затем достал смартфон, чтобы узнать, сколько он проспал в дороге. На экране высветилось уведомление об одном непрочитанном сообщении. Митя открыл его. Алекс, 16:42 Нет, но скоро буду. Тебе взять что-нибудь поесть? Ты обедал?                    Митино сердце наполнилось теплотой и нежностью от искренней заботы парня. Он быстро набрал ответное сообщение.

Митя, 17:10

      Если это ещё актуально, я бы хотел чего-нибудь домашнего

Хотя понятия не имею, откуда ты это достанешь :D

       Алекс, 17:11 Я тебя понял)       Митя усмехнулся, отмечая неясность в ответе Алекса. Но, честно говоря, он будет рад чему угодно, что принесёт парень. Главное, что скоро они увидятся. С этими приятными мыслями Митя неспешно направился в сторону общежития.              Парень проходил глубокую фазу сна, держа в руках телефон, когда раздался стук в дверь. Митя нехотя разлепил глаза и, убедившись, что стук ему не приснился, резко подскочил с кровати и направился в коридор.       Всё было, как утром. Алекс стоял в расстёгнутом пуховике, с розовыми от зимней прохлады щеками и протягивал Мите пакет, от которого доносился аппетитный аромат. Митя не стал ничего говорить. Толкнув дверь ногой, он схватил Алекса за пуховик, быстро втащил парня внутрь и впился в него жадным поцелуем. Алекс поначалу растерялся, затем обнял свободной рукой партнёра за талию, ближе прижимая к себе и чуть замедляя темп поцелуя, делая его более нежным и чувственным. Митя забрался обеими руками под его пуховик и, завершив поцелуй, уткнулся носом в шею парня, вдыхая его аромат. — Пахнешь мужским гелем для душа. — Если бы я пах потом, вряд ли бы тебе понравилось, — усмехнулся Алекс, зарываясь пальцами в Митины каштановые волосы. — Кто знает, — задумчиво протянул тот. — Мне кажется, у тебя даже пот идеально пахнет. — Неожиданный фетиш, — снова усмехнулся Алекс, целуя Митю в макушку. — Пойдём лучше есть, пока еда не остыла.       Шатен слегка отстранился от парня, чтобы посмотреть ему в глаза. — Ты и вправду принёс домашней еды? — Ага. — Где ты её достал? — Секрет фирмы, — увильнул Алекс. — Ладно, ладно, добытчик, — улыбнулся Митя, отлипая, наконец, от парня. — Пойдём на кухню.       На ужин было нежное пюре с домашними котлетами и свежим салатом из овощей. — Ты просто боженька, Алекс! — не сдерживал восторгов Митя, продолжая активно набивать рот едой, жмурясь и мыча от удовольствия. — Да уж, в такой ранг меня ещё не возводили, — отреагировал Алекс, спокойно расправляясь со своей порцией. — Как ты провел день?       Митя внезапно стал серьёзнее. Собравшись с мыслями, он посмотрел на парня. — Встречался с Олей... с Ольгой Сергеевной, — поправил себя он, чтобы Алекс понял. — С психологом? — уточнил тот. — Ага. — Она и в новогодние каникулы работает? — Нет, — Митя вздохнул. Ему стоило давно всё объяснить Алексу. — Она моя тётя. Не родная, конечно. Сестра моего отчима и Константина Сергеевича, который тебе руку на место вправлял.       Сказать, что Алекс был удивлён — ничего не сказать. Он так и замер с вилкой в руках, пытаясь переварить услышанное. — Это, — наконец, произнёс он, — немного неожиданно. — Прости, я должен был сказать тебе раньше, — виновато признал Митя. — Ладно, проехали… И как прошла встреча? — Мм, самое запоминающееся, пожалуй, это то, что мы пили чистый спирт в Костином кабинете, за что, я предчувствую, нас ждёт смертная казнь. — Это вы так Новый год отмечаете? — недоумевал Алекс. — Нет, это у нас так сеанс психоанализа проходит. Ольга не только психолог, но и психотерапевт, и психиатр по образованию.       Алекс аккуратно положил вилку на тарелку, после чего серьёзно посмотрел на парня. — Ты объяснишь, что всё-таки происходит?       Митя опустил взгляд, пытаясь подобрать нужные слова. — Я не хочу давить на тебя. Если сейчас не хочешь об этом говорить — не надо, — вмешался в его размышления Алекс. — Просто я пытаюсь понять, как мне лучше себя вести.       Митя мягко улыбнулся и взял его за руку, внимательно всматриваясь в зелёные глаза. — Просто будь рядом… Сейчас я действительно не могу всего тебе рассказать. Более того, я и сам себе не могу признаться в случившемся… — Когда? — Когда мне было двенадцать.       Алекс закрыл глаза, крепче сжимая Митину ладонь. Он ведь ничего ему толком не объяснил, но Алекс каким-то образом понимал, о чём идёт речь. — Что я могу сделать? — тихо спросил он. — Ну, по правде говоря, я получил от Оли домашнее задание, — Митя улыбнулся и успокаивающе провёл большим пальцем по ладони Алекса, ощутив его напряжение. — Она хочет, чтобы я увидел себя другими глазами… со стороны. Поэтому я должен спросить тебя: что ты обо мне думаешь? Или вернее сказать, каким ты меня видишь?       Алекс серьёзно задумался. Отвёл взгляд и слегка наклонил голову. Выдержав долгую паузу, за время которой в его голове пронеслась куча мыслей, он, наконец, произнёс: — Каким я тебя вижу? Очень красивым в первую очередь, — Алекс посмотрел на парня, любуясь им. — Такую банальность тебе, наверное, говорили тысячу раз. Но от тебя и вправду сложно отвести взгляд.       Мтины щёки налились румянцем, он поспешил закрыться руками от пристального взгляда изумрудных глаз. — Это смущает. — Я просто стараюсь быть объективным, — усмехнулся Алекс. — Ладно, ладно. Тогда о твоём характере… Я искренне считаю, что ты ходячая катастрофа, — Митя удивился такому откровению. — Ты как будто намеренно ищешь проблемы. Зная, например, как твои опоздания на репетиции бесят твою группу, ты всё равно делаешь это на регулярной основе. И это не случайность. Тебе просто нравится доводить людей и смотреть на их реакцию. То ли это нехватка острых ощущений, то ли… я не знаю, что, — вздохнул парень. — Мне бы хотелось, чтобы ты поменьше нарывался на неприятности. И тебе это на пользу пойдёт, и я спать спокойнее буду. Ведь я не всегда смогу быть рядом, чтобы тебя защитить, — Митя уже было открыл рот, чтобы возразить. — И не надо мне тут про то, как ты можешь сам за себя постоять. Охотно верю. Но ситуации бывают разные. Однажды ты рискуешь влипнуть так, что перевес сил будет не на твоей стороне. Что же касается остального, то тут у меня нет претензий, — улыбнулся Алекс. — Несмотря на твою мнимую самоуверенность, ты очень отзывчивый человек, который всегда готов прийти на помощь, ничего не требуя взамен. Ты хорошо меня понимаешь и очень тонко чувствуешь моё настроение. У тебя всегда есть правильные слова для того или иного случая. Даже если они и звучат как нечто несерьёзное. Ты со всей страстью отдаёшься любимому делу и это то, что я глубоко уважаю в тебе. Ты очень талантлив. Прекрасно играешь на гитаре, а твой голос… он меня просто покорил. Вот, говорю уже как твоя фанатка, — Алекс попытался за шуткой скрыть смущение. — Я правда думаю, что в тебе всё прекрасно. И это тот редкий случай, когда внутреннее содержание не противоречит внешнему, как бы ты ни пытался скрыть это за маской дерзкого паренька. Я очень рад, что встретил тебя. Дважды, — усмехнулся Алекс. — Что ты со своей наглостью ворвался в мою жизнь, путь это и раздражало поначалу. Потому что ты помог мне отпустить прошлое. И за это я очень тебе благодарен. Но не только из благодарности я хочу быть с тобой. Ты и вправду мне симпатичен... Знаешь, недавно поймал себя на мысли, что уже чувствовал это раньше. Как дежавю, — он пристальнее посмотрел на Митю. — Я не хочу тебя ни с кем делить. Даже не думал, что могу быть таким собственником. — Действительно можешь, — усмехнулся Митя. — Сейчас, когда ты сказал об этом, я начинаю понимать, почему каждый раз получал отказ, когда предлагал подружиться или поиграть с кем-нибудь ещё во дворе. — Я был настолько ужасен?       Митя рассмеялся. — Даже если и так, я был не лучше. На самом деле я предлагал это чисто формально, полагая, что это ты, может, захочешь пообщаться с кем-то ещё. Но в душе я всегда ждал твоего отказа и радовался тому, что всё твоё внимание принадлежит только мне. Так что, — Митя улыбнулся, — в чём-то мы с тобой действительно похожи.       Алекс неосознанно потянулся к нему, заключив бледную щёку в ладонь, и мягко поцеловал. Это был легкий, почти целомудренный поцелуй, пропитанный нежностью. — Уже поздно, ты почти не спал, — тихим голосом начал Алекс, слегка отстраняясь от парня. — Тебе нужно отдохнуть, а я лучше пойду.       Митя крепче схватил его за запястье, притянул к себе и почти шёпотом произнёс прямо в губы: — Не уходи. — Не уверен, что смогу сдержаться, — тем же шёпотом отозвался Алекс. — И не надо, — только и успел сказать Митя прежде, чем наброситься на парня с горячим поцелуем.       Атмосфера вокруг них просто искрилась от напряжения. Уже не понятно было, то ли Митя первым потянулся к Алексу и обвил его широкие плечи, садясь на парня сверху, то ли Алекс первым притянул шатена к себе, кладя ладонь на его поясницу. Трудно было сконцентрироваться на чём-то одном. Парень чувствовал упругие ягодицы на своих коленях и чужое возбуждение в районе паха. Его мысли уносило прочь водоворотом страстного влажного поцелуя. — Мить, точно всё будет в порядке? — обеспокойно уточнил Алекс, отрываясь от поцелуя, пальцами аккуратно поправляя непослушную чёлку шатена. — Не попробуем — не узнаем, — ответил Митя, снова впиваясь нетерпеливым поцелуем в покрасневшие губы партнёра.       Алексу было этого более чем достаточно, чтобы ответить на этот чувственный поцелуй и перейти к более активным действиям.