Сильный ветер

      – Пришёл узнавать про своих новых друзей?       – Мы не друзья, – в первую очередь уточнил я. – Просто поговорили разочек.       – Вроде, вы так друзьями и становитесь? – Бору снисходительно посмотрел на меня, и отвернулся к себе. Честно, говорить с ним снизу вверх было самую малость непривычно, и тем более, когда к росту Бору прибавлялся рост не кого-нибудь, а самого Ила.       Сидя у него на плече, Бору писал что-то на стене. Очевидно, это была некая часть той его идеи, но я отлично помнил слова Марвита о том, что пока Бору не переведут в первую часть – а это будет очень не скоро, – его как бы нельзя допускать к такой работе. И что тогда он делает прямо сейчас? Пока Мейриона и Каракар не видят, решил немного побаловаться?       – Кто – мы? – усмехнулся я, и всё-таки спросил. – И чем ты занимаешься?       – Каракар разрешил, – хмыкнул Бору. – Так, на пробу. Чтобы они могли посмотреть, как это выглядит, и что я вообще хочу сделать.       – Мне тебя не отвлекать? – уточнил я, и Бору вздохнул.       – Ладно. Прервусь ненадолго. Чего тебе?       Очень хотелось поинтересоваться, не хочет ли он слезть с Ила – а то как-то неловко, всё-таки, – но это было бы уже слишком нагло, наверное? А потому ладно. В конце концов, они работают. Илу потом заново наклоняться, усаживать Бору у себя на плече. Бору там тоже уже устроился, и зачем ему слезать, терять удобное положение, и только чтобы поговорить с каким-то дурачком. Пусть лучше сидит.       – Мне просто интересно, – сразу пояснил я. – Ты знаешь, что с тем парнем? И такое вообще бывает? Слабая нервная система.       – О, боже, – Бору закатил глаза. – Кажется, я даже знаю, к кому он обращался.       Ил похихикал, и мне даже стало интересно, что же у них там такое, – но Бору продолжил:       – Нет. Нервная система не может быть слабой или сильной. Что это за бред? Как вы себе это представляете?       – Я не представляю даже что такое нервная система, – сообщил ему я. – Что ты от меня хочешь?       – Ну да, – хмыкнул Бору. – На что я надеялся. Но проще говоря, нельзя говорить о сильной или слабой нервной системе. Надо говорить о том, нормально она работает или нет.       – Ага.. – протянул я. А на вопрос мне ответят? А, хотя я же ещё не спросил..       – А помочь ему можно? – тогда озвучил я. Пока Бору не разговорился об этих их эскулапских штучках, нужно было пользоваться моментом.       – Сомневаюсь. Можно лишь порекомендовать ему вести определённый образ жизни. И потом надеяться, что это сможет помочь.       – Но.. Как же эта твоя рука? Ты вылечил Акделю тяжёлую рану. Неужели сложно наладить ему.. Что там у него?       Бору двинулся телом, склоняясь ближе ко мне. Кажется, я серьёзно задел его этими словами? Но выглядело довольно угрожающе.       – Во-первых, – Бору показал мне палец. – Я говорил, что ненавижу лечить людей? Во-вторых. Я ещё мог помочь Акделю или даже Хартлу. Они наши сокомандники, и мы как бы считаемся друзьями. Почему я должен стараться, и страдать, – это Бору выделил, – ради какого-то даже незнакомого мне парня? Я не знаю.       – Прости, – сник я. – Я помню, что тебе тяжело, но.. Дело же в этой печати?       – Да. И я не собираюсь снова жертвовать собой ради чёрт пойми чего.       – Но ты можешь выдать ему хотя бы рекомендации?       – А потом ты говоришь, что вы не друзья, – Бору раздражённо закатил глаза. – Почему ты так переживаешь из-за него, если вы "просто поговорили"?       – Ну, – я сам растерялся. – Почему бы не помочь, если я могу что-то сделать?       – Ну да, приятно помогать, когда конкретно ты ничего не делаешь и никак не страдаешь, да?       – Я могу что-нибудь для тебя сделать, – предложил я, но не то чтобы уверенно. Да и слова Бору немного меня задели. "Ничего не делаю"? Нет, конечно, с ним я сравниться не мог. Если брать тот же случай с Акделем. Бору чуть не умер, леча его, а я сходил туда, там поговорил, потом сюда, тут поговорил.. И сейчас я, технически, подвожу всё к тому же. Предлагаю Бору вылечить человека, пожертвовав своим здоровьем и временем, хотя, ну..? По факту, и правда – кто мне тот парнишка? И почему я так переживаю? Просто потому что он красивый? Это даже не смешно. С моей стороны было бы разумнее позаботиться о Бору.       – Ага, – фыркнул он, уже отворачиваясь. – Лучше переставай быть таким добрым. Или хотя бы не втягивай в это меня.

******

      – Что делаете? – приблизившись, Пунпон склонилась над Орхид.       – Ты мне свет загораживаешь, – сразу завозмущалась она, и Пунпон спешно отдалилась.       – Красиво, – напосследок отметила она и развернулась ко мне. – А ты что тут делаешь?       – Сижу, – хмыкнул я. – И ниточки мотаю.       Хотя Орхид пару раз показывала мне, как вышивать, я всё ещё был очень плох в этом, а потому никакую работу мне поручать было нельзя, даже самую мелкую. Ну, зато я мог заниматься такой вот ерундой? И потом Орхид сможет посвятить больше времени работе, а не всякой мелочи. Раньше освободится, раньше пойдёт отдыхать. И всё у всех будет хорошо.       Немного потоптавшись на месте и забрав что-то, Пунпон ушла. А я, засмотревшись на руки Орхид, ловко обращающиеся с иглой, вдруг задумался:       – А ты разве не уборщица?       Кажется, этот вопрос мы ещё с Марвитом пытались прояснить? И, кажется, он сам был в замешательстве, не зная, на какую именно роль переходит Орхид: уборщицы или портной. Ну вот, Орхид шьёт одежду. Но..?       – Уборщица, – согласилась Орхид. – Но в свободное время помогаю с пошивом одежды.       – Руки.. – неловко начал я. – Не страдают?       – Нет, – Орхид недоумённо глянула на меня. – Я же не целый день полы драю. На кухне сильно портятся руки, и то только первое время. У девочек облазит кожа с пальцев и ногти ломаются. Потом кожа привыкает, видимо? Ничего страшного.       Вытащив вторую руку из-под ткани, Орхид внимательно осмотрела свои пальцы.       – Хотя вот я расцарапала себе палец иглой. Но это обычное дело у нас, так что.       – К этому пальцы не привыкают?       – Не путай постоянное воздействие горячей температуры, например, и царапанье иглой.       – Как иглой можно поцарапать? – фыркнул я. – Это же не нож даже.       Орхид показала мне свой палец, на котором, хотя и как следует вглядевшись, я смог рассмотреть содранную то тут, то там кожу. Просто участки были такими маленькими, что называть это царапинами было нельзя. На мой взгляд, да.       – Подцепляешь иглой и.. Не знаю, ладно, как это выходит. Но вот, руки портной.       – У поваров всё-таки похуже, – вспоминая, протянул я. Постоянно облезшая кожа по всем ладоням, ещё всё разбухает от постоянного воздействия воды.. Ладно, быть стражником не так уж и плохо. Да, ходить в доспехах целыми днями было тяжеловато, но зато руки целые и красивые. Главное: при работе в Шахтах надевать перчатки. Хотя с каких пор красота рук является чем-то необходимым.. С другой стороны, сейчас, из-за постоянной работы в перчатках у меня отрасли ногти, и из-за этого пальцы выглядели такими длинными и тонкими. И последнее время я, чуть выдавался отдых, только и делал, что любовался своими руками. Не хотелось бы потерять такое приятное времяпровождение? А потому руки нужно было беречь..       Поизучав свои пальцы прямо сейчас, я посмотрел на Орхид, которая продолжала увлечённо вышивать. С другой стороны, работа служанок куда интереснее. Пусть и руки будут страшные..       – Не скучаешь по той части? – спросил я. – Пёрышко? Остальным?       – Нет, – спокойно отозвалась Орхид. – Мы же можем видеться. И в целом ничего не поменялось как будто?       Я задумчиво покачал головой. Да, Пунпон только что была здесь, хотя казалось бы – что она тут делала? Далековато от части, в которой она осталась. Или их уже тоже перевели, а я просто не в курсе? Хотя об этом бы сказали. Да и они бы сидели здесь сейчас всей своей компанией, если бы были тут все вместе..       – Ладно.       – Что-то случилось? – Орхид коротко посмотрела на меня, но быстро вернулась к работе.       – Да так. Наша команда, скорее, распадётся. Ну, которая старая. И я уже не с ними, по сути, но мне неприятно за них. За нас.       – Вы же не умираете, – Орхид неловко глянула на меня. – Сможете видеться. На выходных, или когда там.. Ничего страшного в этом нет.       – Я понимаю, – вздохнул я. – Просто.. Хотя, наверное, я единственный, кто переживает? Что вдвойне иронично, учитывая, что я уже к ним как бы и не отношусь. И тогда какое мне дело вообще до них..       Надо будет потом извиниться перед Орхид за то, что ей приходится выслушивать всё это.. Но мне просто нужно поделиться с кем-то своими мыслями. Журу и остальным говорить о таком я как будто не могу, а поэтому.. Единственная моя подружка будет страдать вместе со мной.       – Смешно будет, если им вообще плевать, или они даже будут рады? Бору, наверное, только рад и будет? А Хартл с Акделем вряд ли заметят разницу..       – Да, – протянула Орхид. – Знаешь, возможно, прозвучит странно, и ты не это хочешь услышать сейчас. Но на самом деле, не стоит так переживать. И вообще не из-за чего. Как правило, это беспокоит только тебя, а остальные даже не замечают, что что-то не так, и.. Выходит, ты только зря переживаешь. Обидно, знаешь ли?       Орхид возмущённо посмотрела на меня. Кажется, она хорошо понимала, о чём говорит?       – Когда ты бегаешь, пытаешься всё устроить, и чтобы всем было хорошо, а потом оказывается, что это было нужно только тебе. Тебя же об этом никто не просил?       Кажется, Орхид передразнивала кого-то? Но я, в целом, понимал, о чём она говорит. И даже мог перенести всё это на то, что происходит здесь сейчас. Вот взять случай с теми парнишками и Бору, да? Никто не просил меня им помогать, а я уже побежал к Бору, договариваться с ним. Было не совсем так, но допустим. Предположим, Бору бы согласился помочь. Потом бы так же заболел. И что бы это кому дало в дальнейшем? Ну мальчик бы поправился. Сказал бы нам "спасибо". Потом мы бы никогда не встретились. А Бору бы пострадал. Я бы в итоге оказался виноват в его плохом самочувствии. Бору-то не получает удовольствия от помощи другим людям. И вот он бы пострадал, можно считать, ни за что, за "спасибо". А я бы ходил, довольный и счастливый. Да, приятно помогать другим, когда ты ничего для этого не делаешь.. Ладно, кажется, я ушёл в своих мыслях немного не туда.. Но в целом, ситуации похожи.       – Поэтому.. – Орхид, похоже, было неловко меня поучать, но поделиться размышлениями хотелось. – Дружеский совет: просто забудь. У тебя теперь новая команда, и лучше уделяй больше времени им. Старое, ну.. Пусть старым и останется. Оно тебе уже ничего не даст.       Я задумчиво покачал головой. С Орхид я был немного не согласен – как можно забыть старое, – но в целом.. Совет "меньше переживать о будущем" был вполне себе неплохим? В конце концов, и правда. Кроме меня никто не переживает, так почему я должен? Может, всем по отдельности будет даже лучше, так почему я должен волноваться? Это ничего и не изменит, тем более, а потому.. Да. Старое пусть старым и останется.

******

      – Вы закончили у себя?       – Мы ещё вчера вечером начали, – хмыкнул я. – Наши главные решили, что пусть лучше мы поработаем ночью, чем потом будем весь день носиться, как бешенные.       – Не понял, в чём смысл, – протянул Хартл, – но ладно.       – Думаю, они думали, что если мы начнём вечером, желание поскорее отправиться спать будет отличной мотивацией для нас? Но мы быстро со всеми разобрались.       Ну и не сказать, что у нас было много работы. Наверное, мы изначально не запускали свою часть настолько, чтобы там требовалось аж несколько дней на уборку. Но теперь мне было интересно – а что же было в других частях? Что люди оттуда вот так устали. Или это только особый случай этих четверых людей?       – А вы что делали? – к счастью, у меня было, у кого узнать.       – Бегали туда-сюда, как ненормальные, – Хартл устало схватился за лицо. – Господи, вот лучше бы мы были в составе какой-нибудь части. А не числились какими-то там этими. Которые туда сходят, это принесут, потом отправятся туда, возьмут там это, отнесут туда, вернутся обратно..       – То есть, вы просто посыльными были?       – Чтобы ты знал, – вздохнул Хартл, – я так устал, что даже не буду возмущаться. "Просто посыльные"?       – Не устал, – Акдель игриво посмотрел на меня.       – Устал, – остановил его Хартл, и обессиленно уронил голову себе на плечо, – это было последнее, что я сказал. Всё. Я сплю.       – Сколько ещё всего наговорит Хартл после слов "Это последнее, что я сказал"? – спросил Бору, и мы все уставились на Хартла. Можно было легко заметить, как у него подрагивают губы.. Но он и правда больше ничего не сказал. Вероятно, это стоило ему больших трудов? Ну или он правда устал.

******

      Вероятно, во второй части было какое-то торжественное мероприятие в честь возвращения Брунлейва, и поэтому Марвит задержался. Или я много думаю, когда считаю, что он пришёл бы ко мне сразу, первым же делом после возвращения..? Но просто я бы пошёл к нему сразу, как только выдалась возможность. Хотелось верить, что и Марвит сделал бы так же.       Ну, так или иначе, я знал, что они вернулись, но не мог уйти с поста, а потому ждал, что Марвит сам придёт ко мне – как более свободный из нас. Но он не приходил, а потому, только получив освобождение, я сам пошёл к нему. Меня приглашать не надо..       – Ну что, – аж дрожа, спросил я. – Как.. Самочувствие?       – Нормально, – отозвался Марвит. – Я жив, как видишь.       Я самую малость даже растерялся.       – Ты.. – и у меня даже начал заплетаться язык. – Издеваешься? Это всё, что ты скажешь?       – А что ты хочешь слышать? – спросил он, быстро стушевавшись. – Эм.. Как прошла поездка?       – Ну вроде того, – мне больших усилий стоило говорить спокойно. Но Марвит и правда меня выбесил. Его не было полтора оборота, он приезжает, и всё, что он мне говорит – это "Ну я жив"? Да я и сам вижу, спасибо? А поделиться приятными впечатлениями? А рассказать, как всё прошло? Я не знаю, ещё что-нибудь? Какой противный, а..       – Прости, – вздохнул Марвит. – Мне просто неловко. Что я так плевался, когда мне только сказали про Эльфегорт. А в итоге всё прошло не так уж и плохо? Но всё равно я не поменял своё мнение о том, что это было пустой тратой времени. И вот я приехал. Могу об этом рассказать тебе, например. И ты, вроде, завидуешь мне?       Марвит посмотрел на меня, будто неуверенный в своих словах.       – И вот, я буду рассказывать тебе, как мне там не понравилось. Ты точно хочешь такое слушать?       – Да какая разница? Это же ты. Я хочу слушать всё, что ты хочешь или можешь мне рассказать.       Марвит тяжело вздохнул, опуская взгляд. Кажется, я смутил его? Но уж простите, как есть.       – Спасибо. Эм, знаешь. Мы только приехали, я хочу помыться и побыть наедине. Зайдёшь вечером?       – Конечно, – кивнул я.       Марвит говорил, что ему неловко говорить мне такое, но я никогда не понимал проблемы. Хотя бы он прямо говорит, что не хочет говорить со мной в конкретно данный промежуток времени, а не вообще больше никогда. Ничего страшного в этом нет.       – Можно принести еды? – напоследок уточнил я. – Сейчас пошёл сезон крабов..       И Реру может очень вкусно их приготовить.. Но об этом я тактично умолчу, потому что нам с Реру общаться не положено..       – Давай, – Марвит неловко поджал губы. – Эм, спасибо.       Мне просто показалось, что такие вещи нужно обозначать заранее. Вдруг Марвит не захочет? Или поест перед тем, как я приду, а я принесу еду, и он будет сытый, и нам обоим будет неловко. Лучше задать вопрос и не сделать ерунду, чем решить, что ты самый умный, а потом сидеть и загоняться.

******

      – Человеческий алкоголь?       – Глазки-то как сразу загорелись, – хмыкнул Марвит, и я улыбнулся. Я изначально шутил, и то, что и Марвит пытался, меня радовало. Хватит нам этого напряжения.       – Но вообще, – посерьёзнев, продолжил он, – это тебе. Подарок.       – А?       Я всё отлично понял, но просто не мог в это поверить.       – Ты.. Привёз мне что-то от людей?       – Да, – Марвит был преступно невозмутим. – Это, можно считать, общепринятое дело. Привозить друзьям из поездок что-то. Хотя мне всегда было неловко это делать.. Я и сейчас не хотел. Но отец напомнил и, можно считать, настоял.       О, отец Марвита знает обо мне? Ну, хотя бы что мы просто общаемся, я уже не говорю про наши отношения. Это неожиданно..       – Надо будет передать ему спасибо, – пробормотал я. – А вы пробовали?       – Нет. Но мне сказали, что оно вкусное. Я специально попросил не сладкое. Ну, чтобы вообще был смысл его пить. Надеюсь, тебе понравится.       Бутылка, которую мне вручили, как будто сама по себе должна была быть подарком – даже без учёта алкоголя внутри. Вроде, это называлось эмалью? И наверняка у способа такой росписи, или лития металлом по нему, или что это вообще..       .. было своё название, – я знал, эльфегортцы очень любят украшение и творчество, а поэтому почему бы и не завести названия для всего, – только я его не знал. Но в любом случае я собирался поставить эту бутылку куда-нибудь на видное место и по возможности не трогать. Не надо пачкать такую красоту грязными ручищами своими мерзкими..       – Спасибо, – я посмотрел на Марвита. – И твоему отцу.       – Я передам, – вздохнул он, неловко отворачиваясь, и тогда я спросил:       – Было что-нибудь интересное?       Начнём, пожалуй, допрос. Марвит уже сказал, что ему неловко начинать разговор, но мне же интересно? Так что я могу поддержать. И начать. И вообще всё-всё, но лишь бы он говорил.       – Ну, для меня по большей части нет. Мы были обычными сопровождающими, всё-таки. Охрану в Анхеле обеспечивала местная стража, поэтому от нас требовалось только сопровождать принцев, когда им хотелось куда-то выйти. Ну и никому не мешать в свободное время.       – Свободное время, – не без иронии протянул я. – И что ты делал?       Хотелось посмеяться, что Марвит не знает, что это такое. Но это глупо – у него и здесь было свободное время, которое он успешно занимал. Просто.. Мне было сложно представить, какое занятие можно найти себе в другом месте. Там и гулять-то свободно нельзя, наверное?       – Бродил по Анхелю, как правило, – Марвит вовремя остановил мои мысли. – Это очень старое поместье, да и.. Насколько я знаю, эльфегортцы любят размах в архитектуре. И все эти залы, гигантские лестницы, расписные потолки, лепнина.. Пока всё осмотришь, изучишь. Можно случайно с ума сойти.       – Звучит интересно, – вздохнул я. – А Анхель похож на Редхильдс?       – Абсолютно нет, – Марвит покачал головой, и я расстроился ещё больше. Если бы замки были похожи, можно было бы утешить себя, что ну что я там не видел? Каждый день здесь хожу, можно считать, что и Анхель видел. Но если там всё не так.. Хотя на что я вообще рассчитывал. Марвит же только что сказал. Залы, гигантские лестницы, расписные потолки, лепнина. Где всё это я видел тут? Простите, я такой идиот..       – И там очень светло, – продолжал Марвит. – Всё выполнено из белого камня. Украшено золотом. Очень тяжело воспринимать.       – Но всё равно хотелось бы посмотреть..       – Я делал зарисовки, – Марвиту как будто было неловко признаваться в этом. – Я, конечно, не так хорош, но.. В целом, я думаю, чтобы сложить впечатление, этого хватит.       – Ты и рисовал там? – обрадовался я. – Молодец.       Я был рад, что у него было время на себя и он использовал его с толком. Он и здесь это делал, да, – рисовал карты, – но.. Всё равно же какая-то смена обстановки и деятельности? Это всегда хорошо.       – Да, – протянул Марвит. – Всё равно по большему счёту мы сидели без дела. И великое счастье, что Анхель большой и там много.. Скажем так, мест для посещения. Не заскучаешь.       – А в город вы выходили?       – Да. Но не часто. Господин Брунлейв не хотел, чтобы нас видели люди.       – Почему? – удивился я.       – Думаю, опасался, что может быть неординарная реакция.       Какая..?       – Что говорить, если члены императорских семей порой не могли сдержаться от взглядов и комментариев. А это люди воспитанные и сдержанные. Что бы там натворили обычные люди, которых ничего не сдерживает, страшно представить.       – Вас, – сразу напрягся я, – кто-то обидел?       – Нет. Но я слышал, как одна принцесса говорила, что мы такие красивые, и можно было бы раздавать нас как.. Ну, знаешь? Когда птиц или хорьков с интересными окрасом продают дороже, чем обычных.       Я втянул голову в плечи, не зная, как реагировать на такое. Вообще-то.. Не то чтобы это было новым явлением для меня. Под водой было распространено дело, когда серебряные или переливающиеся пряди волос у людей вырывали и отдавали Морогену для создания украшений. Но одно дело – забрать у человека прядь волос, или отдать целиком его? Что это вообще за бред?       – Это она о тебе такое сказала?       – Нет. Вроде, – тут же Марвит задумался. – Не знаю. Да и какая разница. Господин Брунлейв тоже заметил отношение к нам, как к потешным животным. Кому такое понравится?       – Эти люди, – рыкнул я. – Отвратительно..       Хорошо, что они никогда мне не нравились. Вернее, даже не так: я знал, как нужно к ним относиться. Неспроста же? Всё было не просто так..       – Да, – вздохнул Марвит. – Поэтому я обрадовался, что, ну.. Господин Брунлейв не изменил своего отношения к ним. Возможно, стало даже хуже? Но однозначно он не собирается сближаться с остальными семьями.       – Но отношения с Маригнана же..?             – Нам нужны напарники среди людей, – Марвит как будто заверял меня. – Хотя бы одни. Господин Брунлейв считает и их странными, но.. Хотя бы не такими жуткими, как другие.       – Да хоть бы они не оказались хуже, чем другие, – фыркнул я, но тут же мне стало стыдно. Ведь если так подумать, мне они хоть раз сделали что-то плохое? Господин Лесар помогал мне рисовать. И хотя это мелочь.. Но и Скарел, и все остальные люди – хотя как будто их было много.. – ничего плохого мне не делали. И странно вот так категорично относиться к ним..       – Хотя.. Когда они были тут, они вели себя довольно уважительно по отношению к нам. Вроде бы, – осёкся я. Не хотелось ничего утверждать, не зная, что пережил Марвит.       – Кстати, да, – задумчиво отметил он. – Эльфегортские девушки, ну, служанки, тоже хорошо ко мне относились. Ну, думаю, их обязывает их среда? Ну ещё эльфегортцы славятся своим тихим шовинизмом.       – Чем? – сейчас я уже решил поинтересоваться.       – Идеей своего превосходства. Ни один уважающий себя эльфегортец или кьялонец не свяжет свою жизнь в иностранцем. И речь даже не только про брак, а вообще. Правящие семьи понятное дело, вынуждены поддерживать хорошие отношения с другими. Но взгляды есть взгляды.       – Если они людей ненавидят, то как относятся к нам?       – Ну, на то их шовинизм и тихий.       – То есть, это нормально – когда человек вежливо с тобой общается и как будто всё нормально, но на самом деле он тебя за равного себе не сччитает?       – Я этого не говорил, – заметил Марвит. – Для кого-то, думаю, да, нормально. Но не все же они такие?       – Кто-то – ещё хуже? – в такую полу-шутку поинтересовался я, и Марвит усмехнулся.       – Ладно, – отмахнулся я. – О тебе же говорим.       – Мы, вроде, закончили обо мне? – удивился Марвит, но тут же задумался. – А, ну хотя.. Господин Брунлейв настаивал на том, чтобы мы не покидали Анхель. Но господин Тиарнис всё равно как-то взял меня с собой.       – А их он, то есть, спокойно отпускал? – не понял я.       То есть, своих детей Брунлейв спокойно выпускал, а стражникам и прочим – запрещал? Не логичнее был бы расклад прямо наоборот?       – На прогулки с господином Лесаром – да. И когда господин Тиарнис немного освоился в городе, он взял меня с собой. Мы тогда ушли в тайне, можно считать. Удивляюсь до сих пор, как нам за это не попало.       – Молодец, – я даже разулыбался. Но это же правда было отлично? Марвит аж сбегал из Анхеля.       – Это так странно, – продолжал Марвит. – Я как будто оказался на севере. Кругом одни бесцветные..       – На тебя нормально реагировали? На вас, в смысле. Вы там очень выделялись, наверное..       Это у нас такие цвета никого не удивят и внимание не привлекут. А если в Эльфегорте все выглядят, как бесцветные, Марвит и Тиарнис там были очень не к месту..       – Не то слово, – Марвит усмехнулся. – Но то была столица. Ну, главный город империи. Так что люди были предупреждены о том, что в городе проходит прим люцифернианцев. Внимание к нам, конечно, было, но не так, чтобы в нас тыкали пальцами, кричали..       – Но всё равно вы там чужие.       – Обычное явление, – Марвит пожал плечами. – Ну, в любом случае буду надеяться, что это последняя поездка Мейриона куда-либо. Ну или по крайней мере больше они не будут тревожить меня.       – Какой ты.. – я устало схватился за голову. – Ладно..       – Да, хватит, – согласился Марвит. – Садись. Я так скучал по нашей еде. И тебе. И по дому. Никогда бы не думал, что буду так рад просто быть здесь.       Усмехнувшись, я прошёл за стол.       – Где ты всё это взял? – оглядывая блюдо, спросил Марвит. – Опять..?       – Это особый случай, разве нет? – я развёл руками. – Зато как красиво.       – Даже есть жаль, – Марвит так соглашался со мной. – Кто готовил?       – Только не злись, – сразу обозначил я. – Реру.       – Вы общаетесь.. – отметил Марвит, но эмоциональный окрас этой его фразы определить я не мог.       – Да, эм.. Не хочу тебе врать.       Может, за честность меня простят?       – Ну она молодец, – признал Марвит.       – Я её не просил. Может, она на радостях от возвращения господина Брунлейва..       Марвита что-то рассмешило. Но он прямо расхохотался, и я испуганно замер. Что это за реакция вообще?       – Что такое?       – Кто-то рад нашему возвращению? – кое-как смог проговорить Марвит. – Ну ты выдал..       – Я рад вашему возвращению, – пробормотал я. – Но хочешь, не верь.