Утерянная Сила

      Закончив повествование о том, как всё-таки закончилось их нелёгкое противостояние и о том, что Итасу, эдакая дрянь, существо абсолютно непобедимое, однако, если того не провоцировать, совершенно сонное и безобидное, Флер внимательно посмотрела на Стайнера. — Ты ничего не чувствуешь после активации тотема? — напряжённо спросила девушка. Тотем должен был что-то сделать, она это прекрасно знала, ведь сила должна возвращаться постепенно, а не резко в одну секунду после активации всех тотемов. — Не знаю, как объяснить мои ощущения… — Оборотень задумался. — Я не чувствовал раньше ничего подобного. — Браун встал с кровати и посмотрел на подругу. — Почему я в бинтах? — спросил вервольф, проведя пальцами по забинтованной руке. — Я не смогла полностью закрыть раны, они магические и блокируют другие воздействия подобного «необычного» рода, в том числе и исцеление. — Флер выглядела немного рассеянной и опечаленной. — Лучше приляг, пока твои болячки не затянутся, хорошо бы вообще не вставать с кровати, — объяснила девушка, но оборотень её не слушал. Приложив немного усилий, он разорвал бинты, однако никаких ран уже не было. — Э-это и есть воздействие тотема? — удивлённо пролепетала дракониха, пока Стайнер натягивал на себя свитер. — Не знаю, наверное. — Как ни в чём не бывало, Браун пошёл на кухню за чашкой кофе, будто бы такая неестественная скорость регенерации не была чем-то необычным. Да, оборотни, конечно, восстанавливаются быстрее кого-либо, но, учитывая то, какие серьезные были получены им вчера ранения, это было при любом раскладе не нормально. Когда Стайнер переступил порог кухни, его радостно встретил Агнер. — Теперь ты обратишь меня в оборотня? — с улыбкой поинтересовался Норберг, ожидая положительного ответа. — Конечно, как только мы прибудем в мой клановый особняк. — Вервольф был удивлён, что парень ещё не передумал, ведь ни для кого не секрет, что нередко оборотни уступают в силе вампирам или драконам. — Кстати, Флер, почему ты не телепортировала нас сразу в особняк? — Браун заварил кофе и сел за стол. — Боже… Почему я не догадалась сразу? — Сжав кулак, девушка ударила им в стену, отчего раздался треск и из-под обоев посыпалась мелкая бетонная пыль. — Я же так все свои камни потрачу, а добыть-то их нелегко. — Невозможно было понять, какие именно чувства испытывала Флер, но, судя по тому, что обои слегка отклеились от стены, можно предположить, что она… скажем так, раздосадована. — Ты же могла сразу нас телепортировать сюда, в Финляндию, да хоть в сам курган, — нахмурившись, сказал вампир. — И только потому, что ты «не догадалась», мы прошли такой путь? — Торн тоже был раздражён и, тяжело вздохнув, посмотрел на подругу с откровенным укором. — Я не могу телепортироваться туда, где не была раньше. Это ведь и ежу понятно, — как можно спокойнее постаралась объяснить Флер, а после подозвала к себе друзей.       Все собрались около дракона, и она кинула камень на пол. Он разбился, а компания перенеслась в особняк «Клеймённых Огнём».

***

      Все упали точно в то же место, куда упала Флер с Агнером при первой телепортации. В это время большая часть оборотней находилась за обеденным столом, и, как только они завидели компанию из четырёх существ, в которой находился их вожак, сразу встали с мест и бросились к ним, окружив и без устали задавая вопросы, совсем забыв про обед. Естественно, их коснулась активация тотема и, по словам многих из оборотней, они обрели магические силы. Многие научились метать огонь и создавать лёд; лишь несколько без обучения научились сложным техникам, вроде магии исцеления и прочего. — Продолжайте обедать, на все вопросы я отвечу позже, мне нужно отдохнуть. Давен, подойди ко мне.       Стайнер подозвал к себе одного из оборотней, остальные же вернулись на места и продолжили трапезу. Вожак отвел вервольфа в сторону и обратился к нему:  — Сегодня вечером будет церемония обращения. Вон тот человек, — Браун махнул рукой в сторону Агнера, — Агнер Норберг, скоро станет нашим братом. Приготовь всё к обряду для принятия его в нашу стаю, а мне необходимо уладить некоторые проблемы. Я буду у себя в кабинете, если возникнут вопросы.         Браун удалился наверх, его друзья пошли за ним. Кабинет Стайнера находился на третьем этаже, куда он и поднялся. Открыв дверь, можно было наблюдать следующую картину: маленькая комната, как раз на одного человека, с незаправленной просторной кроватью в углу, рабочим столом с ноутбуком и кучей бумаг рядом с кроватью, пара книжных шкафов, простой диван с лежащей на нём мятой майкой, и полки с различными вещами, от пустых бутылок алкоголя до всевозможных фигурок героев из каких-то игр. По полу были разбросаны вещи Брауна, а на рабочем столе находилось много мусора — в общем и целом, царил беспорядок. Вполне обычная обстановка для парня, Агнеру она даже показалась уютной. Флер спокойно села на диван, а Торн предпочёл стоять в самом чистом месте — рядом с небольшим девственно-чистым мусорным ведром в углу комнаты. — Сегодня будет важный для тебя день. — Вервольф посмотрел на Норберга, который рассматривал фигурку персонажа из какой-то страшной игры, с решётками на голове, окровавленным торсом и большим мечом в руке, на одной из полок, стоящих у книжного шкафа. — Поверить не могу, уже сегодня вечером я стану одним из оборотней, — тихо сказал Агнер. В голове парня крутились многочисленные вопросы, он с нетерпением ждал вечера. — Скажи, Стайнер. — Норберг повернулся к Брауну и смотрел на него взглядом, полным искреннего любопытства, и с тысячей вопросов в голове, будто у ребёнка, впервые увидевшего дальние звёзды и луну через телескоп. — Как будет проходить обращение? Это больно? — Парень старался избирательнее решать, что же всё-таки узнать, и выбрал лишь эти два вопроса, надеясь на то, что получит все остальные ответы на собственном опыте, когда станет оборотнем. — Может быть — немного. Точно не знаю, я ведь был рождён оборотнем, — задумался Браун. — Ладно, ребята, идите прогуляйтесь, мне нужно решить пару проблем, — сказал оборотень и выпроводил компанию за дверь, а после сел за свой рабочий стол. Нужно было оповестить все базы и дать им дальнейшие указания, чем Стайнер и занялся.

***

      Время близилось к вечеру, которого Агнер ждал с нетерпением. Флер и Торн общались с оборотнями из стаи «Клеймённые Огнём», а Норберг бродил по окрестностям особняка, наблюдая зимние пейзажи. Почти сразу же после того, как Стайнер закончил свои дела, к нему в кабинет вошёл Давен. — Всё готово, — сказал вервольф и стоял на пороге, ожидая ответа вожака. — Отлично, приступим на закате. — Браун потянулся в компьютерном кресле, а Давен ушёл обратно.       Немного посидев, Стайнер тоже решил, что лучше спуститься и проверить всё. Вервольф пришёл в круглый зал, на стенах которого были начертаны руны и заклинания; на полу был начертан знак стаи клеймённых, на небольшой возвышенности, примерно в центре зала. Из наконечников мечей на знаке торчали металлические пластины с цепями, ещё две пластины находились на углах огненного щита. Эти цепи служили для связывания рук и ног, о чём нетрудно догадаться. Рядомо своеобразным «алтарём» лежала большая волчья шкура. Вскоре сюда привели Агнера. — Ого, а тут круто. — Норберг оглядывался по сторонам, а после подошёл к Стайнеру, которой стоял на возвышенности. Давен, пришедший с Агнером, протянул вожаку бутыль с каким-то отваром. Ни сказав ни слова, вервольф осушил её до дна, парень же спокойно прошёл к цепям. Похоже, Давен уже сказал ему, что нужно делать, за что Браун был только благодарен. — Снимай всю одежду и надевай на себя волчью шкуру. — Браун зевнул, вертя в руках пустой флакон от отвара. После секундного удивления парень полностью разделся, отбросил одежду в сторону и накинул на спину и голову волчью шкуру. Именно с этого момента молодому человеку начало казаться, что это, возможно, не самая лучшая его идея, однако, он не готов отступать.        Стайнер заковал руки и ноги Агнера в цепи и встал перед будущим вервольфом. Кроме них в зале остались Давен, Флер и Торн. — Согласен ли ты обратиться в вервольфа? Не передумал? — с усмешкой спросил Браун, хотя уже заранее знал ответ. — Конечно, да. — Голос Норберга слегка дрожал от волнения. — Тогда приступим, — тихо сказал Стайнер и подошёл к Агнеру вплотную.       Слегка наклонившись, он открыл рот и укусил парня в область между плечом и трапециевидной мышцей. Клыки, как по маслу, вошли в плоть, но Норберг даже не крикнул и не вздрогнул, хотя по телу пробежали мурашки. Вервольф сделал несколько глотков крови, а после отошёл назад на пару шагов и вытер рукавом губы. Агнер с ожиданием смотрел на Стайнера, который начал принимать звериную форму. Медленно его челюсть вытянулась и превратилась в звериную пасть, торс вырос в длину и ширину, руки и ноги стали длиннее, превратившись в звериные лапы, пальцы удлинились и на их концах выросли длинные, острые, как лезвие ножа, когти. Всё тело обросло шерстью, и в конце зверь издал оглушительный рёв.       Норберг смотрел на всё это заворожённым взглядом, затаив дыхание. Флер испугалась этой сцены и отвернулась. Стайнер подошёл к Агнеру и полоснул себя когтями по руке, открыв кровотечение. Парень припал губами к ране оборотня и сделал несколько глотков крови, после чего Браун вновь принял человеческий облик.       Давен бросился к вожаку, дабы помочь ему забинтовать раненую руку, а тело Агнера медленно начало меняться. Казалось, что кожа срасталась с волчьей шкурой на его спине. Через несколько секунд он почувствовал, что у него вырос хвост. Медленно тело обрастало шерстью, и он принимал такой же звериный облик, какой принял Стайнер несколько минут назад. Его лицо начало менять очертания на морду оборотня, клыки в пасти выросли и заострились.       Кажется, парень потерял контроль над своим телом, он рычал, пытался махать лапами и убежать, но цепи были крепки и не давали Агнеру сделать и шагу. Оборотень рычал и выл, от чего многие присутствующие морщились. Многие из них были оборотнями от рождения, потому не могли представить, что испытывает сейчас лежащий на алтаре юноша, что ещё больше вгоняло их в смятение.       Давен к тому времени забинтовал вожаку руку, и вместе они наблюдали за Норбергом, который только минут через десять снова принял человеческий облик, но, кажется, был без сознания.       Торн и Флер давно ушли наверх из этого чёртового зала. Стайнер снял цепи с рук и ног Агнера и с помощью Давена одел его, а после они понесли обращённого наверх, и только через полчаса парень очнулся. — Ох, чёрт… — промолвил Норберг и встал с дивана. Он окинул взглядом свои руки и ноги, а после принюхался. — Я не знал, что у оборотней настолько хороший нюх… С помощью обоняния я могу определить, сколько тут существ и где они находятся… — Кажется, Агнер был шокирован и одновременно рад новым способностям, однако, всё ещё не мог прочувствовать их полностью — он только-только очнулся, и глаза его до сих пор были будто затуманены слабой обморочной дымкой. — Удивлён? — усмехнулся Стайнер. — Ещё как… — прошептал парень в ответ. — Кстати, теперь в тебе течёт моя кровь. Можешь считать меня братом или чем-то вроде того, — объяснил Браун. — Ты рад? — добавил он с усмешкой. — Конечно! А когда ты меня примешь в свою стаю? Мне же нужно сделать татуировку? — спросил вервольф с огоньком в глазах. — Да хоть сейчас. Иди к Давену, он тебе сделает татуировку, и ты можешь считаться членом моей стаи. — Браун отправился на кухню, дабы хорошенько перекусить, а Агнер тем временем отправился искать Давена.

***

      Он нашёл его на улице у особняка, и, как только оборотень услышал, что Норберг хочет стать членом стаи «Клеймённые Огнём», и что Стайнер одобрил это, сразу же повёл его в свою комнату, которая по совместительству была некоторым подобием собственного тату-салона для членов стаи. Работал мастер быстро и, на удивление, совершенно безболезненно, и через некоторое время Агнер обзавёлся татуировкой с огненным щитом и скрещенными на нём ледяными мечами.       С небывалой радостью парень спустился вниз, все только приступали к ужину и Норберг занял свободное место рядом с вожаком. Когда все собрались, Стайнер встал. — Братья мои, сегодня наша стая пополнилась. — Браун махнул рукой в сторону Агнера и тот незамедлительно встал, смущённо что-то пролепетал и посмотрел на вожака. Сегодня он прочувствовал всю гамму возможных в принципе эмоций из существующего диапазона. — Агнер Норберг. Уверенно могу заявить, что он заслужил полученную силу и место в нашей стае, проявив храбрость в бою. Агнер спас мне жизнь и был предан мне ещё до того, как оказался в наших рядах. — Все вервольфы аплодировали, только Флер сидела на стуле и молчала, пустым взглядом смотря в тарелку. — Так же, после печального ухода Герды с поста моего заместителя, я должен назначить себе нового помощника. Как вы могли догадаться, им также станет Агнер. И пусть он только сегодня стал вервольфом, я помогу ему научиться всему необходимому. — Обеденный зал снова разразился аплодисментами, все были рады пополнению в стае в виде столь ценного брата. Никто не сомневался в том, что вожак принял верное решение — несмотря на то, что новенький и был им мало знаком, они знали, что абы-кому Браун такой пост не доверил бы. — А теперь приступим к ужину. — Стайнер сел на своё место, вместе с ним на стул опустился и Агнер. — Ч-чёрт… Вот так просто я взял — и стал твоим заместителем? — пролепетал он, находясь в состоянии искреннего удивления и шока. — Ага, — кивнул Браун, откусив большой кусок от стейка.       Снова это был отличный повод для пира. Все оборотни веселились и те, кто близко сидел к Агнеру, без устали задавали ему вопросы. — Эй, новичок, что ты чувствовал во время обращения? — спросил кто-то из толпы, пытаясь перекричать веселящихся вервольфов. — Ну, когда выпил кровь Стайнера, я почувствовал тепло, которое быстро расползалось по всему телу… — Норберг задумался и отхлебнул из кружки спиртное. — А потом покалывание по всему телу и лёгкую эйфорию. После этого мой разум помутился, словно я залпом опустошил бутылку коньяка, и будто куда-то провалился. Я даже не помню, что со мной было в звериной форме.       Агнер рассказывал всё это с гордостью и радостью в голосе. Он ощупал пальцами раны от укуса своего вожака и слегка улыбнулся. За последнее время он получил много шрамов: от копья Они Итасу на животе, вырезанный круг усиления для Стайнера на спине и теперь следы от укусов Брауна — ему казалось, что такие боевые шрамы делают его более брутальным, придают нотку авантюризма. Буквально пару месяцев назад Норберг даже не мог представить, что его жизнь станет настолько интересной, но от этого не менее опасно.       Воспользовавшись тем, что толпа веселилась и шумела, Торн подошёл к Флер и повёл её куда-то, взяв за руку. — Пошли, нужно поговорить, — коротко сказал вампир и повёл за собой подругу. Они вышли на улицу, и только когда Торн проверил, что их не подслушивают, он продолжил: — Что с тобой? Ты весь день какая-то не такая. — Конечно, Эрден беспокоился о своей подруге, с которой был вместе уже больше сотни лет. — Я боюсь Стайнера. Ты видел, как он принимал звериный облик? Это было ужасно. — Из глаз девушки потекли слёзы, её руки дрожали, и выглядела она подавленно. — Ты ведь уже не раз видела, как он принимает звериную форму, так почему ты испугалась только сейчас? — недоумённо спросил кровосос, совсем не понимая, в чём всё-таки дело. — Я не знаю. У меня было ощущение, что я стояла прямо напротив него, вместо Агнера, и видела всё это… Торн, мне страшно. А что, если Эрссер говорил правду? — Дракониха бросилась рыдать в плечо своего друга, который лишь тяжело вздохнул и обнял её. А что ещё ему оставалось делать? Девушек слишком трудно понять, даже спустя тысячу лет в облике вампира. Без остановки Флер продолжала свои рыдания около десяти минут, а потом успокоилась. В любом случае, парень был готов к любому исходу, потому что уже неоднократно и не первое десятилетие вышагивает следом за этой беспокойной девушкой. — Мне нужно кое-куда сходить. Не жди меня, возвращайся на ужин, — спокойно сказала она и ушла в покрытый снегом лес, в сторону города. Эрден тяжело вздохнул и пошёл обратно в обеденный зал, сел на своё место и приступил к трапезе.       До двух часов ночи оборотни распивали спиртное и ели всевозможную мясную пищу. Потихоньку они начали расходиться по комнатам, хотя некоторые остались пировать до утра. Стайнер долго не мог уснуть, хоть и прилично выпил. Вервольф думал о том, что ему придётся многое рассказать Агнеру, научить его быть своим заместителем. Кое-как к утру Браун уснул, но долго ему поспать не удалось. Через пару часов он встал и пошёл вниз, дабы опохмелиться и приступить к тренировке своего заместителя. Норберг уже ждал его внизу с бутылкой спиртного, что осталась ещё со вчерашнего пиршества. Опустошив половину за пару глотков, Браун осмотрелся. — А где Флер? — спросил оборотень, громко зевнув. — Сказала, что ей надо куда-то сходить и ушла, — раздался голос с дивана. Это был Торн и, кажется, ему было не слишком уютно лежать под отрубившимся пьяным оборотнем, но ничего поделать он не мог. — Нужно меньше алкоголя брать на такие пиры. Пошли, Агнер. — Стайнер позвал за собой Норберга и тот незамедлительно отправился за вожаком. Они поднялись в тренировочный зал, что находился на третьем этаже. — Зачем ты укусил меня перед началом ритуала? — поинтересовался Агнер. — Я должен был выпить твою кровь, чтобы твоё тело не отвергло мою кровь, иначе бы обращение не произошло. И, естественно, нужно было запустить слюну с ДНК вервольфа в твою кровь. Конечно, не слишком гигиенично, но больше ничего не остаётся, — усмехнулся Стайнер. — Ах да, извини за эти шрамы от укуса, — неловко пробормотал оборотень и отвёл взгляд. — Всё хорошо, я не обижаюсь, — улыбнулся Агнер.       Молодые люди стояли друг напротив друга в просторном тренировочном зале с кучей больших зеркал и даже небольшим обустроенным спортзалом в углу. — Первым делом мне нужно научить тебя принимать звериную форму и выходить из неё. Есть какие-то соображения по этому поводу? — спросил Стайнер, но быстро получил отрицательный ответ. — Постарайся почувствовать звериную кровь внутри, собери всю эту силу и выплесни её вместе с яростью. Звучит сложно, но на самом деле — проще простого. — Агнер взял табуретку, стоящую у стены и сел на неё, в ожидании превращения Норберга. — Я попытаюсь. — Парень сосредоточился и вскоре начал трансформацию. Она завершилась вполне успешно — и уже через минуту вервольф стоял перед зеркалом и рассматривал себя. Он проводил длинными когтистыми пальцами по своему покрытому шерстью телу и заворожённо наблюдал за собой в зеркало. «Неужели он настолько помешан на оборотнях?» — усмехнулся Стайнер. Но у каждого свои тараканы в голове, и Браун решил просто закрыть на это глаза. — Ладно, давай, превращайся в человека, — сказал парень и встретил озадаченный взгляд звериной морды. — Просто представь, как ты превращаешься в человека. Успокойся, дыши глубоко и медленно, тогда у тебя всё получится. — Браун наблюдал за таким же успешным превращением Агнера обратно в человека. Тот и слова не мог вымолвить от удивления. — Как же шикарно, — прошептал оборотень, несколько секунд смотря на себя в зеркало. — Что дальше? Научишь меня драться в звериной форме? — с нетерпением спросил Норберг. — Извини, но мы сюда пришли только затем, чтоб научить тебя трансформации. Кстати, можешь посещать этот спортзал когда тебе вздумается. Насчёт драк поговори с другими братьями, а сейчас я буду объяснять тебе твои обязанности и скину на тебя сложную волокиту со всякими бумагами, которой занималась Герда. — Вместе с огорчённым другом Стайнер вышел из тренировочного зала и направился в свою комнату. — Когда отправимся ко второму тотему? Жду с нетерпением. — Улыбка так и не сползала с лица жизнерадостного Агнера. — Устроим отдых на недельку и отправимся, — спокойно ответил Браун и принялся рассказывать заместителю всё, что тот должен знать.

***

— Ты ещё не передумала, Флер? — Эрссер снова стоял спиной к своей дочери, в том самом зале суда, куда она пришла впервые на разговор с ним. — Я не знаю. Мне страшно, но я не могу отступить. — Неужели во Флер зародились сомнения? Девушка не могла предать своих друзей и прекрасно это понимала, ведь она была не из робкого десятка, не из тех, кто отступает из-за страха. Она обещала им, обещала самой себе. — Кровь важнее друзей. Ещё не поздно, пока вы не активировали все три тотема. Пожалуйста, Флер. — В голосе пожилого дракона проскользнула тонкая, но уловимая для девушки нотка меланхоличной грусти.       Девушка ничего не ответила. Она развернулась и вышла из зала суда. В голове снова закопошились мысли, сотни, тысячи мыслей разного рода — как лучше поступить, как будет правильнее поступить, и что будет, если свернуть с намеченного пути. Ей было тяжело. На хрупких плечах будто бы висел огромный мешок сомнений, тянущий её ко дну.