Кофе, ёндон, фамильяры и любовь

Pov Тэхён Я проснулся с ужасной головной болью ранним утром, но еще больше меня поразило чувство одиночества, которое раньше посещало меня довольно редко. У меня есть родители, с которыми я хоть и не живу, но люблю их и любим в ответ. У меня есть друзья, всегда готовые помочь и развеселить. В конце концов, недавно у меня даже питомец появился. Хотя Рэльфа в квартире я не нашел. Кольцо, которое, по идее, символизирует моего фамильяра, отсутствовало на безымянном пальце. С постепенным восстановлением моей памяти я вдруг понял, что прошло около суток с той ночи, когда мы с Юнги смотрели «Властелина колец». Рыжеволосого так же нигде не было. Не обратив внимания на то, что еще слишком рано, я позвонил другу, который ответил через несколько гудков. — Доброе утро, — бодро сказал он в трубку. — Почему я ничего не помню с того момента, как уснул в зале? — как можно спокойнее спросил я, при этом сильно волнуясь. — Ты пьешь хуже моей сестры. Еще надеешься что-либо помнить после бутылки соджу? — с сарказмом ответил мне Юнги, а мне стало стыдно. Я действительно быстро напиваюсь и вырубаюсь. — Я, кстати, уже подошел к твоему дому. Завари кофе, пока я поднимаюсь. Парень бросил трубку, а я, туго соображая, поплелся на кухню и стал искать все необходимое для варки. Кофе нашелся сразу, а вот турку пришлось искать несколько минут. Пока я рылся в нижних ящиках, послышалось щелканье замка двери, а вскоре сам рыжеволосый пришел ко мне. — Вспомнил что-нибудь еще, алкоголик? — усмехнулся он. Я сидел на корточках, поэтому парень довольно легко заставил меня пригнуться, а второй рукой открыл одну из дверц тумбы и достал турку. — Будто ты не пил, — обиделся я. — По сравнению с тобой — нет, — улыбнулся Юнги. — Но ты не переживай, не было ничего плохого. — А что могло быть, например? — дернулся я. Рыжеволосый ведь мог что угодно сделать с пьяным мной. — А ты догадайся, — ухмыльнулся друг, а я смутился, представив нечто весьма пикантное… Через некоторое время кофе был готов, и я успокаивающе держался за кружку, принимая ее тепло. Мысли рассеянно блуждали по разуму, не давая сосредоточения. Поднять взгляд на невысокого парня я не смог, чувствуя напряженность и некую усталость. Однако усталость прошла, когда я вспомнил про одну важную вещь. — Юн, как твоя сестра? — встревоженно спросил я. — Пришла в сознание сегодня ночью, идет на поправку, — равнодушно ответил Юнги. — Хорошо, — обрадовался я. — Подумать только: у тебя теперь есть племянник. — Радости от детей никакой, — дернул плечами рыжеволосый. — А ты любишь детей? — Люблю, — улыбнулся я. — Хочу троих детей. — Ужас какой, — ответил Юнги, но я заметил странную улыбку на его губах, которую он пытался скрыть. — А ты бы не хотел детей? — спросил я. Парень молчал, обдумывая ответ. Я наблюдал за ним, отмечая красоту его лица, его темно-карие глаза, гладкие губы… — Я хотел бы детей, если бы моя пара этого хотела. Я любил бы их в такой же степени, как и она, — ответил он, повернув ко мне голову. Я бесшумно встал и подошел к сидящему на стуле Юнги, который наблюдал за каждым моим шагом, но не двигался. Он ждал моих действий. Оставаясь решительным, я подошел вплотную и смотрел на парня сверху-вниз. Мои ладони обхватили его лицо. — Могу ли я быть твоей парой? — тихо спросил я, смотря ему в глаза. Он так же, не отрываясь, ответил вопросом на вопрос: — А ты хочешь? — Да, — твёрдо сказал я. Руками я обхватил шею вставшего Юнги и поцеловал его. Мои чувства к нему хоть и самому мне непонятны, но ясны. И пусть счастье длится не всю жизнь, зато оно обретется лишь вместе с этим человеком.