Собачье счастье

До свадьбы оставалось всего ничего. Вороны с приглашениями для старост были разосланы по всем деревням. Замок кипел в предпраздничной суете. Всё намывалось и натиралось. Мила прошлась с жесткой щёткой по всему каменному полу, вычищая вековую грязь и гоняя пауков там, где эти насекомые строили целые династии, не ведая людского беспокойства. Никогда ещё Клиган-холл так не блистал. Словно старый солдат-калека принарядился на свадьбу, начистив старые стоптанные сапоги до блеска и надев лучший мундир, поточенный молью. Почти все было готово. Сандра, съездив на ярмарку, купила рулон кремового шёлка и три мотка кружев. Вместе с кухаркой они уже почти закончили платье. Девушка кружилась по комнате в свадебном наряде, не веря, что через несколько дней наденет его для Сандора. Платье было без корсета, простое и милое, как и сама невеста. Под пышной грудью, заключённой в облегающий, расшитый цветочной вышивкой лиф, умелыми руками Милы была пришита кружевная лента и от неё платье ниспадало мягкими складками до самого пола. Плащ для Сандора тоже пошили новый. Все же лорд женится и накрывает своим плащом будущую жену. Так что, купив лучшего шерстяного сукна и шелковых ниток, Сандра сама вышила на плаще герб своего будущего мужа. Плащ был так велик, что им можно было обмотаться дважды. Мила с замиранием сердца считала дни, когда эти двое сочтутся законным браком. Как она их любила! Дали же боги радость на старости лет! У самой не было в жизни ничего хорошего, так хоть на них поглядеть да порадоваться! Совсем скоро замок наполнится шлепаньем детских босых ножек по каменным плитам. Мила размечталась, как будет варить варенье для внуков – иначе она даже не воспринимала будущих детей Сандора. Мейстер Патрик лишь тихонько посмеивался над кухаркой, но и его старое сердце наполнялось тихой радостью. Будущие супруги перестали делить ложе по обоюдному согласию. Коротенький целибат перед брачной ночью. Но это не мешало ему ловить девушку по углам замка, прижимать к стене, задирать ей юбки и нагло лапать на правах будущего мужа. Им обоим нравилась эта игра. Он теперь называл ее не иначе, как леди Клиган. Сандра немного смущалась, но считала дни, когда он сможет назвать ее так по-настоящему. Клиган же не совсем верил в происходящее, но чувство того, что это правильно, что так и должно быть, не покидало его. Вспоминая свою прошлую жизнь, где царила лишь глухая тоска и безнадёжность, где он плескался в море вина и кровищи, Сандор сам не верил, что боги, кажется, решили дать ему шанс на обычное счастье. Где-то далеко позади осталась хрупкая тонкая девушка с медным волосами. Она теперь только смутно волновала его. А Сандра, милая нежная Сандра, была рядом. Ее тело было источником тепла и удовольствия, с ней ему давно не снились кошмары. А между тем к пиру все было почти готово. Целый обоз провизии прислали деревни в подарок молодым. Под руководством скрупулезного мейстера Патрика все было пересчитано и снесено в погреба. На очередном совете, он доложил лорду, что запасов хватит на несколько свадеб. Мейстер Патрик, хоть и сетовал на возраст и здоровье, а все же заметно ожил с появлением Клигана, обзавёлся записной книжечкой и почувствовал себя наконец нужным. Мила уже приготовила корзину разноцветных лент, купленных в деревне специально для украшения мрачного замка. Одно только портило предсвадебную эйфорию. Дождь. Он шёл уже неделю. Дороги раскисли, замковый двор превратился в озеро. Мейстер Патрик ворчал, что пора высылать за приглашёнными лодки, иначе они не доберутся до замка в срок. Ранним утром, когда дождь немного поутих, Сандра надела высокие сапоги, взяла корзинку и отправилась в лес насобирать грибов, чтоб порадовать своего жениха грибными пирогами. Мила похихикала над рвением невесты доставить своему будущему мужу гастрономическое удовольствие. Сандра, высоко задрав подол и оголив длинные чуть полноватые ноги, прошлепала через двор и вышла через главные ворота, направившись в сторону леса. Клиган спустился к завтраку и, не обнаружив своей невесты, поинтересовался у Милы о пропаже. — Дык в лес ушлепала ваша голубка. По грибы да по ягоды. С самого утра. — Своенравная девчонка, — забубнил Пёс и принялся за завтрак. Начинался день полный новых забот, закружив всех обитателей замка в рутинной круговерти дел. К обеду Пёс занервничал. В душе зародилось смутное беспокойство. Он Пёс – он что-то чует. Сколько нужно времени, чтоб сходить в лес и обратно?! Клиган ходил мрачнее тучи. Не выдержав беспокойства, он пошёл на конюшню, примерить на Неведомого новую сбрую и проехаться с ним до леса. Неведомого в стойле не оказалось. Холод пополз по спине и недоброе предчувствие, до этого лишь смутно беспокоящее, теперь проявилось в полную силу. Пёс оседлал серого жеребца по кличке Туман. Он вывел животное во двор и кликнул одного из стражников: — Эй, Роки! Собери людей. Человек пять. Возьми собак. Надо прогуляться в лес. — Да, милорд, — мужчина не стал расспрашивать хозяина. Лорд Клиган вселял немой ужас одним своим видом. Расспросы ни к чему хорошему не приведут. Пёс, в душе которого уже клубился страх и ярость, выехал на Тумане из ворот и пустил коня галопом в сторону леса. Следом скакали его люди, гончие лаяли, предчувствуя охоту. Въехав в густой лес, Пёс спешился, прислушался в шёпоту деревьев, к своему чутью, втянул носом лесной влажный воздух. Вновь собирался дождь. Плохо. Собаки будут бесполезны. Но он сам уже взял ее след. Пёс полностью положился на свои инстинкты. Он шёл, продираясь сквозь кусты напрямую – нюх вёл его. Пёс лучше других знал, как пахнет его женщина. Выпечка, корица, очаг, полынь – столько запахов для неё одной. Она пахла домом и счастьем. Где-то позади он слышал крики людей, лай собак и ржание лошадей. Взгляд охотника наткнулся на разломанную корзинку, вокруг рассыпались грибы, некоторые были раздавлены и втоптаны в землю. Сердце упало и он все понял, он уже был готов. Пёс нашёл ее через десяток шагов под кустом шиповника. Сандра лежала на боку, будто прилегла вздремнуть. Он приблизился на ватных ногах, потянул за плечо и с трудом перевернул ее на спину. Воин отшатнулся. — Седьмое пекло, девочка.... Пёс сквозь пелену своих слез видел перед собой синее лицо, которое он целовал ещё вчера в румяные щеки и пухлые губы. Вокруг белой шеи туго намотана ее же коса. В широко распахнутых глазах застыл ужас. На виске чёрным провалом зияла дыра , рядом лежал окровавленный камень. Клиган сидел на коленях над ее распростертым телом, он притянул ее к себе и укачивал, как ребёнка. Глухо стучала кровь в ушах, душили слезы, хотелось завыть по-собачьи над телом, отдавая последнюю честь, но ничего этого он себе не позволил. Услышав позади гомон, он обернулся и коротко отдал приказ. — Везите ее домой. Пусть Мила займётся ею. Люди застыли на почтительном расстоянии, переминаясь с ноги на ногу. Кто-то принёс попону, накрыли и завернули тело. Пёс встал с земли и не оглядываясь, вскочил в седло Тумана. — Милорд, позвольте с вами? — Я сам. Он пришпорил коня и помчался по следу ублюдка. Он с детства знал эти леса, знал все тропы и дороги. Солнце ещё не село, а Пёс уже настиг Флэта. Тот нёсся на Неведомом, словно за ним гнался весь ад. И был прав. Ад, кипящий в душе Клигана, готов был выплеснуться наружу. Туман покрылся пеной и хрипел, Неведомый же скакал во всю мощь, не зная усталости. Пёс сократил расстояние, заставляя свою лошадь из последних сил нагнать добычу. Флэт оглянулся и похолодел. И тут Клиган пронзительно свистнул. Неведомый остановился, как вкопанный, и взвился на дыбы, скидывая незадачливого седока. Флэт упал с огромного жеребца и Неведомый уже был готов растоптать врага, как хозяин приказал ему остановиться. Он спешился и подошёл к упавшему всаднику. Тот катался на земле, корчась от боли. — Милорд, прошу, ...отправьте меня на Стену, ....помилуйте! Я был не в себе....., что-то помутилось. Я вывел Неведомого на прогулку...а тут она – юбки свои подоткнула и под кустами ползает...Прошу...милорд...— Флэт скулил и плакал. Пёс с отвращением скривился. — Ты – труп, — прошипел воин. Он тут же выполнил своё зловещее пророчество. Закинув тело конюха в седло Тумана, Пёс пересел на Неведомого и отправился в замок, где его ожидало самое скорбное зрелище, что он когда либо видел. Спустился вечер, в комнате Сандры горели свечи, очаг не зажигали. Мила омыла тело девушки и переодела ее в свадебное платье. Сандра лежала на большой кровати с руками сложенными на животе. В неверном свете свечей ее лицо не казалось синим. Девушка будто спала. Мила украсила голову Сандры живыми цветами , заплела ей косу. Сандор вошёл в покои и застыл на пороге. Мила, выходя из комнаты, погладила его по плечу – простой жест участия, но мужчину передернуло. Он смотрел на свою невесту и не верил своим глазам. Присев рядом, он погладил ее по щеке. Клиган вздрогнул, когда дверь отворилась и в комнату вошёл мейстер Патрик. — Милорд. Примите мои соболезнования, — прошелестел старик. Клиган будто не слышал его. — Милорд, мы не хотели вам говорить, чтоб не отягощать вашу горечь утраты, но Мила считает, вы должны знать. Сандра была беременна. Сандор поднял глаза на мейстера, не веря своим ушам. Старик скороговоркой продолжил пока его не прервали: — Срок небольшой, всего две луны. Она приходила ко мне пару недель назад с недомоганием, и стало понятно, что она от вас понесла. Сандра просила не говорить вам. Хотела сама, на свадьбе. Простие, милорд. Мейстер тихо вышел, оставив хозяина наедине с его утратой. Клиган склонился над девушкой, погладил ее живот, ощущая руками нежное кружево. Боги! Он ведь почти поверил, что это происходило с ним! Видно, такому как он, не положено иметь тихую семейную жизнь, очаг, нежную жену и детей. Он то думал, все происходящее с ним – награда за его муки и скитания, а, оказалось, что это изощренное наказание богов за его кровавый путь. Вновь скрипнула дверь и вошел отец Сандры. На его челе залегла глубокая печаль. Он, пройдя вглубь комнаты, скорбно похлопал Сандора по плечу, будто утешая на свой мужской манер. Клиган, покашляв, встал, желая оставить отца для прощания с дочерью наедине. —Ты не будешь возражать, если Сандру положат в фамильной крипте? —собственный голос казался ему чужим и неуместным. —Это честь, милорд...— отозвался Марис, неотрывно глядя на дочь. — Какая ещё, в пекло, честь!— взорвался Пёс. — Я не уберёг твою дочь! Она погибла от рук недоноска, что изуродав и изнасиловав ее, бросил под кустом! Нечего сказать – велика честь!! — он был взбешён, взгляд заволокла ярость и отчаяние. Потом, словно выдохшись, мужчина, сгорбившись, сел на стул у смертного одра своей невесты и будто впал в оцепенение, обхватив руками голову. Марис не решался нарушить его скорбь. Тихо, будто издалека, зазвучал голос Пса: — Она будет похоронена в крипте, как Сандра Клиган. Ты, если хочешь, можешь уйти, я заплачу тебе, сколько скажешь. Ярость схлынула, оставив после себя опустошённую и разореную душу. — Милорд, с вами дочка была счастливой. Мне не в чем вас винить. И я останусь здесь, если позволите. Ведь тут будет лежать моя девочка — сдерживаемые слезы, покатились в седую бороду кузнеца и Пёс, чтоб самому не заплакать, быстрыми шагами вышел из покоев. Похороны, что назначили на следующее утро, прошли тихо. Серый, хмурый день моросил дождем на простой деревянный гроб, что несли двое скорбящих мужчин. Следом шли Мила и мейстер Патрик – вот и вся похоронная процессия. Клиган ушёл в себя. Отец Сандры держался прямо и отчужденно. Каждый по-своему переживает горе. Мила рыдала от всего сердца, она принесла цветы к последнему пристанищу девушки. Мейстер хранил молчание, скорбя по славной девушке, давшей крылья израненной душе, и гадал, чем обернётся для них эта трагедия. А обернулось все довольно предсказуемо. Клиган запил беспобудно. Он почти поселился в крипте и частенько оставался там ночевать. Если ему надо было отлить, он делал это прямо здесь – на пустующее место захоронения брата. В его воспалённом мозгу, отравленном алкоголем, пульсировала мысль, что он опять все упустил, испортил! Уродливый тупица! Неужели так сложно?! Другие же как-то умудряются сохранить и жену, и кучу детей!!! Даже Нед, мать его, Старк! Вырастил толпу спиногрызов! Сберёг жену, замок! Сам, правда, подох, но оно того, верно, стоило. И Пес бы радостно подох, если б знал, что Сандра с ребёнком будут жить. А вот интересно, кто там был бы? Девочка или мальчик ? Хорошо бы, девочка! И мальчик хорошо! Да какая уже,в пекло, разница?! Он же был так близко к тому, чтобы стать нормальным...он урвал так мало счастья у этой чертовой безрадостной жизни. Значит, пёс не заслужил! Значит, не про него честь. Допив очередную бутыль вина, Пес не выдержал сражения со своими мыслями и забылся тяжёлым сном в причудливой позе, оперевшись на могильный камень Сандры, запрокинув на него голову и оглашая крипту могучим храпом. Его инстинкты отключились и он не слышал, как к нему подошёл человек и только, когда тот стал трясти его за плечо, Клиган очнулся и схватил назойливую руку. Он зарычал подобно настоящему псу. Резко притянув руку к себе, мужчина увидел кузнеца. Тот без тени страха стоял, согнувшись над своим лордом, и терпеливо ждал, когда к нему вернётся ясность мысли, и хозяин отпустит его руку. — Чего тебе? — голос лорда Клигана сорвался на шёпот от долгого молчания. — Милорд, уже скоро целая луна, как вы тут. Наверху все волнуются. — Ты приперся меня поучать? Лучше садись, выпьем! Разве ты не должен скорбеть по ней? — Я и скорблю. Только ее не вернуть. — Ты должен меня ненавидеть, старик! Я ее не сберёг. И внука твоего не сберег. — Прекрати себя жалеть! - повысил голос кузнец. — Там без тебя все разваливается. Твои воины опустошают винные погреба и сжирают все припасы, словно саранча. Неведомый нихрена не ест! Скоро сдохнет, если так и дальше пойдёт. Хватит тут сидеть и обссыкать фамильный склеп! Иди и займись делом, иные тебя еби! — к концу своей речи Марис почти кричал, что было крайне неучтиво по отношению к лорду Клигану, однако возымело определённое действие. Мужчина встал, пошатываясь, приблизился к кузнецу. Взяв его за ворот, притянул к себе и, обдав застарелым перегаром, прошипел ему прямо в лицо: — Мне насрать! Пусть пекло поглотит этот ебучий замок вместе со всеми его обитателями. Если даже Иные припрутся сюда и выебут тут всех, мне будет насрать! И Клиган получил по морде. Больно. Искры вспыхнули перед глазами, осветив на мгновение вековой мрак крипты. Он зарычал и хотел было, прихлопнуть старика, но его тело, ослабленное длительными возлияниями, голодом и, возможно, даже помешательством, смиренно осталось стоять на месте, опустив голову. Марис подставил своё плечо и Пёс безвольно повис на нем. Шаг за шагом, они выбрались из подземелья на свет. Клиган зажмурился от ослепительно яркого серого дня. Он вдохнул полной грудью свежий воздух, отпустил Мариса и побрел на кухню. Дико хотелось жрать. Мила не поверила своим глазам, увидев на пороге грязного лорда Клигана. Она всплеснула руками и скорее стала накрывать на стол. — Ах, Матерь всеблагая, услыхала ты мои молитвы! Ничего, хозяин, все наладится...главное вы теперь с нами... без вас совсем плохо! — причитала Мила, кружась по кухне, накладывая Псу лучшие куски. Он молча ел, обгладывая кости и облизывая пальцы. В дверях послышался хохот, брань и лязг оружия. — Ну-ка, милая, наливай нам вина да подавай ту свинку, что вчера кружилась на вертеле! — один из солдат, вышел вперед и, браво подбоченясь, встал в проеме. — Ты, видать, скучала по мне, раз замерла с открытой пастью! — дружный ржач воинов оборвал один взгляд Клигана. Он повернулся к весёлой компании и угрожающе прошипел: — Вон. Воины нестройной толпой ринулись прочь, но их догнал рык в спины: — Через час всем построиться во дворе в полном снаряжении. Сандор велел приготовить ванну в ее комнате. Войдя в покои, он закрыл глаза и принюхался. Сандра будто вышла ненадолго. Небрежно брошенный халат, отдёрнутая штора, огарки свечей в подсвечниках – все создавало иллюзию жизни. Слезы задрожали в глазах, но он отогнал от себя все печальные мысли. В замке бардак, у него в голове бардак – нужно наводить порядки. Сандре бы не понравилось, что он так сдал. Нужно собраться в кучу и продолжать делать все, что нужно. Вымывшись, как следует, переодевшись во все чистое, Клиган вновь почувствовал себя человеком. Очень несчастным, опустошенным, но все таки человеком. Через час, как и было велено, сотня воинов построились во дворе нестройными рядами. Пёс, осмотрев своё маленькое войско, остался очень недоволен. — Меня не было месяц. Считайте, ваш командир был тяжело ранен. За это время вы превратились в жалкое подобие воинов. Вы пьёте, жрете за мой счёт, но случись беда, вы ни на что не годитесь. С сегодняшнего дня каждое утро марш-бросок, бегом, в полном снаряжении. Начинаем сейчас. И они побежали. Во главе со своим командующим лордом Клиганом. Каждый день, изо дня в день. В дождь, в снег, по раскисшей земле, по колено утопая в студёной жиже. Солдаты проклинали своего лорда, роптали и прочили ему место в самом глубоком пекле. Ленивая сытая жизнь закончилась и началась жесткая муштра. Пёс стал ещё нелюдимее и злее, чем, когда выезжал из Королевской Гавани. Все приказы отдавались односложно, за невыполнение или неповиновение светило суровое наказание. Он безжалостно гонял своих людей, приказал в тренировочных боях сражаться боевыми мечами. Поначалу были десятки раненых. Мейстер Патрик сбился с ног, штопая незадачливых воинов и врачуя их раны. Мила взяла на себя обязанности септы и ходила за больными. Со временем раненых поубавилось, лиги давались всё легче. В кои-то веки Пёс был доволен. Сотня его людей были в отличной форме, появилась наконец дисциплина. Сам того не ведая, Клиган бежал от себя. Вновь и вновь заставлял своё тело работать на износ, чтоб гнать от себя скорбные мысли, чтоб перестать жалеть себя и очиститься от горя.