Миссия по спасению Мира!

Глава 43

Шаг в темноту

«Ад и рай — в небесах», — утверждают ханжи.

Я, в себя заглянув, убедился во лжи:

Ад и рай — не круги во дворце мирозданья,

Ад и рай — это две половины души».

Омар Хайям

— Ушли? — тихо спросил Саске у Аризы, выжидающе глядя. Та прикрыла глаза, сосредотачиваясь на сенсорике, и через пару мгновений кивнула. Охранники, что неотступно сторожили их камеры, исчезли где-то в глубине коридоров; даже стол, где недавно лежали схемы и карты, сейчас пустовал. — Пора действовать. Ты со мной?       Девушка, оцепенев, взглянула на него. Мысли о побеге бросали её в дрожь. Она уже пыталась и прекрасно помнила, что за этим следует. Но Саске своим решительным холодным взглядом вселял уверенность в успех, несмотря на то, что перспектива побега казалась туманной. — Нам нужно снять эти бинты, попробовать сложить печати, — прошептал он, начав шерудить цепями. Будь здесь сейчас смотрители, они бы тот час пресекли такую выходку.       Наблюдая за ним некоторое время, Ариза внезапно замерла, почувствовав себя странно. Её дыхание сбилось, глаза быстро заморгали, будто сознание стало проваливаться куда-то вглубь. Девушка резко опустила голову, судорожно втягивая воздух. Внутри будто что-то сместилось, переключилось, оставляя позади боль и страх.       Когда она снова подняла голову, её взгляд стал иным — пустым, холодным, лишённым малейшего трепета. Сердце, только что бешено колотившееся в груди, теперь билось ровно и размеренно, словно ей больше не грозила никакая опасность. — Угу, — спокойно, почти отстранённо промолвила она, взглянув на Саске с холодным, непривычно уверенным выражением лица, будто молча говорила: «Я сделаю всё, что в моих силах».       Они начали ёрзать на своих местах, пробуя всевозможные способы, что только приходили в голову. Саске попытался резко дёрнуть руки вниз, чтобы бинты сами спали, но те были слишком туго затянуты.       Заметив на стене невысокий выступ, попробовал приподняться, чтобы хоть как-то зацепить им край бинта и разодрать его, однако тяжёлые кандалы на ногах не позволяли даже встать на колени.       Сейчас, без доступа к чакре, они могли полагаться лишь на грубую силу, но её явно было недостаточно. — Проклятье! — прошипел парень, а после глянул на подругу.       Ариза, стиснув зубы, пыталась тереть запястьями о цепь, надеясь стереть часть бинтов, ослабить их, однако ткань была настолько толстой, что чтобы её стереть нужно было часа два.       Бросив прежнюю попытку, она принялась стягивать массивные кандалы с ног: зацепившись пальцами правой ступни за левый стальной браслет, девушка начала давить от себя, но лишь поцарапала себе ногу железякой. Браслет был слишком узким, и чтобы вытащить стопу, нужно было оторвать себе пятку.       «М-да… всё-таки они сделали работу над ошибками после моих прошлых попыток», — цокнула она себе под нос. Поначалу всё, чем её пытались сдержать — это просто цепями. После первой попытки добавили кандалы, потом две гири по сто килограмм каждая, следом завязали руки, когда поняли, что она может и одной рукой печати складывать. И так за три года она обросла таким количеством металла и печатей на себе, что даже шевельнуться было проблематично. — Хах, теперь понятно, почему ты не сбежала, — горько усмехнувшись, прошептал парень. Он набирался сил, чтобы снова продолжить борьбу с кандалами, однако долго этот «праздник» жизни не продлился. Уже через полминуты они услышали топот шагов, направляющийся к камере, и голос, который невозможно было с кем-то спутать: — Ну что, как поживают подопытные экземпляры? — Всё в порядке, господин Орочимару. Целы, здоровы, вроде как не жалуются, — произнёс кто-то вдалеке, завершив фразу усмешкой.       Подростки тут же переглянулись и замерли, стараясь больше не издать ни звука. Страх тут же зародился в их сердцах и свёл на нет все попытки.       «Уже?» — промелькнуло в мыслях Саске, и он заметил, что девушка, сжав зубы, опустила голову и зажмурилась, словно не хотела принимать реальность.       Они сами не знали откуда, но оба предчувствовали, что расстаются. — Прости меня… — поникнув промолвил Учиха. За эти дни он уже опробовал всё, что знает, однако ничего не получалось. — Если бы я знал…       Девушка на это лишь вздохнула и несогласно покачала головой.       В это время шаги становились всё ближе и всё громче.       Учиха пытался придумать план побега, обдумать различные варианты, но в голову не приходило ни одной здравой идеи. Он заметил, что все его попытки по итогу сводились к бесполезным размышлениям о жизни, о возлюбленной, о воспоминаниях из детства. Будто внутри он уже сдался. Саске пытался отбросить эти мысли. Сконцентрироваться на текущем моменте. Рассудительно и хладнокровно обдумать ситуацию, спрогнозировать варианты развития событий, но вновь и вновь ловил себя за тем, что рассуждения уступали место чувствам и ему просто хотелось поговорить с Аризой ещё чуть-чуть.       Он попытался прорефлексировать: почему он думает именно так, почему ему не хочется размышлять о побеге? И выводы, к которым он пришёл, были совсем не жизнеутверждающими.       Заглянув в себя, парень не находил больше смысла для своего существования. Обидчики были убиты; для деревни, в которой он жил — он теперь враг, для мира — преступник. В Кэйхацу его обратно не возьмут, а в Акацуки он сам не пойдёт. И сейчас всё, что его ещё держит на этом свете — это брат и клон Аризы.       В это время звуки шагов были уже совсем близко, и Саске понял, что Змеиный саннин вместе с остальными охранниками остановился прямиком перед дверью их камеры. Однако входить они не спешили.       Прислушавшись к разговору, он услышал, что один из смотрителей начал отпрашиваться в отпуск, и те отошли в сторону, давая им ещё несколько минут.       Однако размышлять о своём спасении было уже поздно: их время вышло, и сейчас будет лучше всего, если он просто попрощается с Аризой. — Я верю в тебя, Ари, — прошептал он, и девушка подняла на него удивлённый взгляд. — И всегда верил больше, чем в кого-либо ещё. — Я ещё ни с чем не справилась… — с трудом промолвила она и отвернулась. — Как-то Безымянный сказал мне, что мы можем сделать всё правильно и всё равно потерпеть поражение. Не всё в этой жизни зависит от нас, — посмотрел он на неё и слегка загадочно улыбнулся. — Кто бы знал, что жизнь — такая запутанная штука.       В её взгляде он прочитал лишь: «О чём ты?». — Если все эти догадки о нём правдивы, — глядя в одну точку Саске слегка весело усмехнулся. — То от этого даже как-то забавно становится. Получается, я встречался с самим Безымянным, ахах… — Саске… я не… — устало повторила она, и внезапно их отвлёк громкий резкий стук железной палкой по прутьям решётки их камеры: — ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ ТАМ! — грубым низким голосом прокричал один из охранников, смерив их озлобленным взглядом, и Ариза, резко вздрогнув, съёжилась и опустила голову, сгорбившись, словно от этого окрика её уверенность мигом рассыпалась в прах. — Спокойней, пускай общаются, — внезапно заступился за них Орочимару. — Но… — Они же не отвлекают нас, — хитро продолжил саннин. — Ладно, — всё, что оставалось ответить смотрителю, и он, прищуренно зыркнув на подопытных, отошёл обратно.       Убедившись, что охранник отошёл, Саске перевёл взгляд обратно на подругу и заметил, что Ариза беспомощно обхватила себя руками и тихо покачивалась вперёд-назад, словно сильная Ариза куда-то в мгновение исчезла, уступив место прежней перепуганной девчонке.       «Что-то с ней не так», — подумал Учиха, но решил не затрагивать эту тему, а постараться отвлечь её. — Знаешь, я тут вспомнил разговоры с ним, особенно, когда он был в женском теле, и… действительно вижу эту схожесть между вами, и сейчас она настолько очевидна для меня, что вызывает лишь смех. — Но… — А я такой наивный… думал, что Лидер обратил на меня внимание лишь из-за моих выдающихся способностей, потому что я Учиха, и таких почти не осталось. И только попав в Кэйхацу, я понял, что я не один там Учиха, и далеко не самый гениальный. Дело было вовсе не в этом. Меня ещё в детстве удивляло, почему такой великий шиноби тратил своё ценное время на Наруто — неудачника, что даже кинуть сюрикены в мишень не может. Вначале я думал, что это потому что Узумаки — сын Четвёртого, что это нужно для укрепления связи, но это слишком неправдоподобно. И только сейчас до меня дошло, что Безымянному просто нравилось быть с ним, как и тебе, Ариза… — шёпотом говорил он, едва слышно.       Прикрыв глаза, она быстро и нервно покачала головой в несогласии, а после мельком бросила взгляд на решётку — там спиной к ним стоял Орочимару с Кабуто и о чём-то общались с тремя охранниками. Её руки не прекращаясь дрожали, а сама девушка громко и прерывисто дышала, будто схватив паническую атаку. — У меня есть вопрос, Ари… — отвлёк он её от мыслей. — А? — Готова ли ты пожертвовать мной, если это необходимо для твоей миссии?       Она, перестав качаться, с шоком уставилась на него и, несмотря на сшитый рот, выдавила: — Какой… миссии? В смысле… п-пожертвовать? — девушка не верила своим ушам и будто хотела подтвердить услышанное. — Я посмотрел кассету, которую записала Система… последний день жизни оригинала. Ты там несколько раз упоминала и про Рикудо, и про миссию. И даже про то, что считала клан Учиха сомнительным, — усмехнулся он, глянув в сторону девушки, что молча таращилась на него, будто не до конца понимая реальность происходящего. — Только спустя десять лет знакомства я наконец-то понял, почему ты всегда так привлекала меня. То, что я больше всего ненавидел в тебе, было и тем, что больше всего любил. Твои секреты, тайны, какие-то загадки: они не только бесили меня, но и сводили с ума.       «Что он говорит? Что, если нас могут услышать?!» — ужасная мысль проскочила в её голове, и она тут же повернулась в сторону решётки убедиться, что Орочимару не слышит их. — Не надо об этом, Саске… не сейчас, — прошептала она в ответ. — Так ты бы пожертвовала мной? — Я должна была тебя спасти, а не жертвовать тобой. — Это не ответ. — Я не знаю, — ответила она настолько громко, насколько могла, недовольно посмотрев на Саске. — Я не хочу… никем из вас… жертвовать. — Однако, как ты видишь, Безымянного здесь нет, и спасать нас он не торопится… — Почему ты думаешь, что я — это он? — спросила она практически губами, и Учиха чтобы ответить ей, наклонился максимально близко, насколько мог. — Потому что мне не раз говорили, что он просто клон, а на вопросы о том, где же его оригинал, молчали. И что-то я больше не припоминаю ни одного человека в этом мире, кто мог бы создать таких клонов, кроме тебя.       «Если ему так спокойней, то пусть так думает», — мысленно подметила она, и внезапно они услышали звук открывающейся двери. — Ну, что, всё? Забираете их? — громко спросил один из смотрителей. — Пока только Объект ноль, — произнёс Кабуто. — Понял вас! — ответил он и, открыв дверь, пригласил внутрь. — Сейчас приду, подождите меня здесь.       Охранник пошёл к столу доставать железные колодки, а Орочимару в это время вошёл внутрь и встал перед девушкой.       Объект ноль встретила его появление сухим, почти бесстрастным взглядом. Её глаза не отражали ни ужаса, ни презрения. Просто ровная пустота, как затхлый воздух в камере. И всё же в этой кажущейся безжизненности Орочимару угадывал странную, несгибаемую стойкость, словно под тонкой коркой льда нетерпеливо пульсировала река расплавленной воли.       И это будоражило его. Уголки губ дрогнули, он присел перед ней и, высунув длинный язык, облизнулся. Его хищный взгляд скользил по ней, словно ему хотелось чего-то уже сейчас. — Наконец-то… ещё немного, и твоё тело будет моим… — осклабился он и будто издевательски провёл пальцами по её волосам. — Не трожь её! — гаркнул Саске, но Орочимару на это лишь усмехнулся, продолжив своё: — Ты была прекрасной куноичи, Саито… умная, сильная, отважная… но… — наклонился он к её уху, — всего лишь пешкой на чужой шахматной доске. Фигуркой, которую все переставляют…       Ариза на это, лишь поджав губы, опустила голову. Сил отвечать ему не было, да и не хотелось. — Рано радуешься, Орочимару. Ариза не отдаст тебе своё тело так легко, — прищурившись посмотрел на него Саске. — Тогда я заберу твоё… — произнёс учёный, и в это время в камеру вошло несколько охранников. Саннин, ухмыльнувшись напоследок, загадочно попрощался и скрылся за углом, а смотрители начали отстёгивать Объёкт №0. Куда они собирались её увести, парню оставалось лишь догадываться. Однако он точно знал, что времени у них осталось крайне мало.

***

— Только не говори, что ты привёл меня сюда, чтобы поговорить? — голос Хитоши был холоден. Звон его слов эхом разошёлся по пустому каменному залу, в котором не было ничего, кроме двух каменных тронов и массивного стола, будто выросшего из пола, как жертвенный алтарь.       В воздухе стоял слабый запах влаги, плесени и старой земли, вперемешку с металлической ноткой — как перед грозой. Где-то в глубине послышался глухой капе́ль, нарушивший тишину лишь на миг, прежде чем снова уступить её напряжённому разговору. — Нет. Нам нужно обсудить кое-что важное, — проговорил Тоби, пристально глядя в глаза собеседника. Он сидел, сложив руки, спиной к выходу, за которым начинались длинные извилистые туннели, уходящие вглубь тайного логова, как корни старого дерева. — В последнее время Кэйхацу усилили охрану каждого джинчуурики, не дают… — Они нам не помеха, — грубо перебил его Хитоши. Его мангекё шаринган ярко светил во мраке, что казался густым, вязким, будто в помещении было что-то ещё, или… кто-то. — Оставшиеся джинчуурики не только сильны, но и хорошо защищены. Как ты их планируешь устранять? — Ты забыл нашу договорённость? Ты занимаешься джинчуурики, я — разбираюсь с Кэйхацу.       Между ними витало гнетущее напряжение, напоминающее натянутую до предела тетиву, которая ещё не выпустила стрелу лишь потому, что не настало время. — Тогда поторопись. Кэйхацу мешают… Их надо устранить. Всех до единого, — низким голосом проговорил Тоби. — Доверь это моему плану, — на лице Хитоши отразилась хитрая улыбка, и в этот момент из-под земли появился Зецу. — Какие новости? — хмуро спросил его Тоби. — Итачи схватил джинчуурики Шестихвостого. Но… — начал Белый Зецу. — Что «Но»? — Они не собираются помогать нам сейчас вытаскивать из него биджу, — договорил за него Чёрный. — Как это понимать? — тон голоса Обито изменился. — Орочимару похитил Саске. Итачи и Джеро не планируют стоять в стороне. А учитывая, что туда направляются и коноховцы… Полагаю, там скоро будет очень жарко, хи-хи-хи, — весело проговорил Белый Зецу.       На этой фразе Хитоши встал и вышел из-за стола, чем сразу же привлёк внимание Обито: — Что ты планируешь делать? — Твой план с привлечением Саске на нашу сторону провалился. Теперь им займусь я. По моим сведеньям, Учиха Саске является лучшим другом Наруто — а значит, с его помощью нам не составит труда выманить мальчишку и вытащить из него Девятихвостого, — проговорил он, взяв лежащий на стуле сложенный плащ. — Ты не ответил, как планируешь разобраться с Кэйхацу и… с Безымянным, — спросил Тоби, и в помещении ненадолго повисла гнетущая тишина. — И вправду, хороший вопрос… — подал голос Чёрный Зецу. — Численность их участников растёт с каждым месяцем. — Сколько их там — это не важно. Из них всего несколько человек представляют реальную угрозу нашему плану. Нужно поторопиться с поимкой джинчуурики и воссоздании армии белых Зецу. Тогда уже ничего не сможет остановить нас.       Проговорив это, Хитоши накинул чёрный плащ с красными облаками на плечи и двинулся в путь. Обито и Зецу молча проводили его глазами и исчезли в облачке шуншина.

***

— Двое стоят у входа, трое — за углом, дальше по туннелю. В глубине — пятеро, в лаборатории. Не шиноби, обычные сотрудники, угрозы не представляют. Однако дальше… к центру логова. Их там много… очень много, — проговорила Кэори, слегка опираясь на массивный ствол дерева, и перевела взгляд на Наруто. Парень сидел в позе лотоса и закрыв глаза концентрировался на чакре. Его лицо было спокойным и безмятежным, будто он растворился в окружающей природе. Девушка отвела взгляд обратно на убежище и, сложив печать, нахмурилась, продолжив сканировать местность.       Логово Орочимару пряталось в сердце горной гряды, там, где скалы теснились друг к другу, образуя мрачные ущелья и крутые обрывы. Густая чаща обвивала подножие гор, словно живой заслон, затрудняя проход и скрывая всё, что находилось внутри. Среди этих диких, заросших деревьями склонов, почти незаметно для глаза, торчал тёмный каменный вход — узкий, низкий, заросший мхом и оплетённый корнями, словно сама природа пыталась запечатать его навечно. — Готово! — вскочив, Узумаки ударил кулаком в ладонь и бодро улыбнулся. — Как там? — Я нашла Саске. Он находится в левом крыле. С ним всё в порядке, он в целости и сохранности сидит в камере, рядом пять смотрителей. — Отлично! А клон Ари? Где он?! — М-мм… что-то не чувствую её, а… постой… неужто… ох-тыж… — Что! Что такое? — взволнованно спросил Наруто, но довольно тихо. — Её чакра стала совсем другой. Орочимару явно поработал над ней. Одним экспериментом так человека не изменить, — поджала она губы, напряжённо посмотрев на Наруто. — Вот же змей, — оскалился парень. — С ней всё в порядке? — По чакре да, но насчёт психики не ручаюсь… — Я вас обязательно вытащу, ребят, — произнёс парень и вытащил свой меч из ножон.       «Не просто так с ним Ариза дружила, хороший он парень, простой, ответственный, порядочный, — подумала Кэори, наблюдая за тем, как Наруто готовится к проникновению в логово. — Удивительно, что у него нет девушки, таких разбирают ещё щенятами». — Ну всё! Погнали! — полностью подготовившись, повернулся он к Учихе. — Слушай, Наруто… — А? — А давай как закончится всё, м-м… сходим на свидание? — Э? Чё? — вылупился он на неё, и его глаза, казалось, на секунду стали круглыми, как пять рё. — Ч-что ты сказала? — щёки Наруто немного покрылись румянцем. Он не понимал, почему она решилась на это именно сейчас. — Подумай, не торопись с ответом, — улыбнулась девушка и, хитро прищурившись, кивнула в сторону логова: — А сейчас… нам пора за дело, — ответила она и переместилась шуншином.       Наруто же немного постоял и, собрав мысли в кучу, пошёл следом. Предложение девушки крепко засело в голове, но он решил обдумать его позже.       Охранники, что стояли за входом, были тихо нейтрализованы за несколько секунд. И, как подобает истинным шиноби, они незаметно прокрались внутрь, избегая остальных столкновений.       Туннели логова были узкими с грубо обработанными стенами покрытыми слоем копоти и солёных потёков. Когда-то прочные деревянные балки, поддерживавшие потолок, теперь начали гнить и прогибались под тяжестью горной породы. С потрескавшейся древесины сыпалась сухая труха, а в некоторых местах с них медленно капала вода, образуя на полу тёмные пятна сырости и отражённый блеск от тусклого света.       Запах ударил в ноздри — не просто резкий, а густой, затхлый, живой. Смесь хлорки, прогорклого эфира и сладковатой вони разлагающейся плоти. Казалось, здесь годами что-то варилось, сгорало или медленно разлагалось, а за ближайшей стеной до сих пор покоился незахороненный эксперимент.       Свечи, освещающие проход, корчились в своих ржавых железных держателях, отбрасывая на стены хаотично сжимающиеся тени, слишком уж похожие на человеческие силуэты. Кэори, будучи привыкшей к этой обстановке, оставалась спокойной. Для неё это было обыденностью — убежища Орочимару не отличались оригинальностью. Однако Наруто, впервые за долгое время, почувствовал, как по спине побежали мурашки. Страшно гнетущая, удушающая атмосфера пропитала эти коридоры, будто сами стены дышали болью. Это чувство ему было не в новинку — он уже сталкивался с ним однажды, когда оказался в подземелья Корня. Но здесь было хуже. Гораздо хуже. Единственное место, которое он бы мог сравнить с этим — было Дзигоку. — Что-то мне здесь не по себе, — прошептал парень, сглотнув ком в горле. Благодаря режиму Отшельнику он ощущал всё, что здесь происходит. — Это Ад, Наруто, Ад наяву. Но сегодня, мы покончим с этим, раз и навсегда, — произнесла девушка глухо, но твёрдо, и звон её слов эхом разнёсся по коридору. Миновав заброшенные камеры, гулкие пустые помещения и лабораторию, где в тусклом свете Наруто успел разглядеть колбы с мутной жидкостью в человеческий рост и обрывки бумаг с безумными формулами, они вышли в узкий зал.       Потолок здесь был выше чем в остальных помещениях, что добавляло чувство ложной свободы, но стены по-прежнему давили, не давая расслабиться. Впереди расходились два туннеля: один вёл влево, туда, где дрожащий свет свечи едва освещал начало пути; другой уходил направо, в плотную, глухую тьму, откуда не доносилось ни звука, ни движения — лишь ощущение тревожной тяготы.       Они переглянулись, будто молча принимали решение. — Я пойду направо. К Аризе, — внезапно произнесла Кэори. — А ты иди налево, там ты встретишь Саске. — Что? Почему? — Наруто, у тебя нет шарингана. Если в темноте будут ловушки и враги, ты их попросту не увидишь. — Понял, — кивнул парень, бросив взгляд на туннель ведущий направо. Там не было ни одной свечи, лишь кромешная тьма. — Как найдёшь Саске, не возвращайся сюда. Идите дальше по коридору — он потом повернёт и выведет вас прямиком к залу с Аризой. Ты понял меня? — Да, — серьёзно кивнул Узумаки. — Тогда до встречи, — сказала она с уверенной ухмылкой, махнув рукой на прощание, прежде чем стремительно скрыться в правом туннеле, словно растворившись во тьме. Наруто на мгновение задержал взгляд в том направлении, мысленно отметив, что ему точно хотелось бы увидеть её снова, а затем, не теряя решимости, вытащил меч и побежал вперёд, вглубь подземелья.       Путь до Саске был практически свободным, что показалось парню чертовски подозрительным. Он чувствовал, что где-то в глубине есть ещё враги, но тот факт, что Орочимару не поставил больше охраны, казался ему странным.       «Неужели он правда думал, что мы не придём за Саске?» — мелькнуло у Наруто в голове, и, остановившись перед развилкой, он осторожно выглянул за угол.       Там сидело несколько охранников, которые, выпивая что-то из чашек для саке, играли в карты.       Решив, что момент как нельзя лучше подходит для его коронного приёма, Наруто усмехнулся, сложил печати и применил хенге но дзюцу, превратившись в изящную гейшу с традиционной укладкой из чёрных волос, белоснежным гримом, алыми губами, распахнутым ярким кимоно и лукавой улыбкой.       Сделав растерянный и потрёпанный вид, он быстро вышел из угла и направился в сторону охранников: — Мальчики, вы не подскажете случаем, где здесь выход… — Наруто это выговорил настолько сексуально, насколько умел. Каждый его жест источал кокетство, а в глазах плясала искра озорства.       От смотрителей тут же послышались вздохи удивления, и спустя мгновение на нём скрестились все взгляды. — А ты здесь как оказалась-то? — встал один из них, когда она подошла ближе. Остальные же вопросительно переглядывались между собой. — Ох, я гейша господина Орочимару, он мне сказал встретить гостей, но я, кажется… заблудилась, — как хитрая лисица, произнёс Наруто. — Так-с, сейчас разберёмся, — стоило охраннику отвести от него взгляд на секунду, как Наруто, развеяв хенге, тут же ударил его со всей силы. Охранник пулей влетел в стол, разбросав остальных смотрителей, как кегли. — Ах ты подонок! Схватить его! — крикнули остальные, рванув на Узумаки. Но парню хватило и трёх секунд, чтобы разделаться с остальными. — А это было оригинально… Наруто, — внезапно послышался голос из клетки. И в нём он тотчас узнал Учиху. — Саске! — воскликнув, Узумаки вышиб железную дверь одним ударом ноги, а после подбежал к другу. Лицезреть его избитого и скованного цепями было в новинку и парень замешкался, не зная, с чего начать и что сказать.       Во время его боя с воскрешённой Аризой, Наруто отчётливо услышал, что Саске хочет уничтожить Коноху и до боли беспокоило его. — Так и будешь стоять, усураконтачи, или всё-таки освободишь меня? — усмехнулся парень, и Наруто проскрипел зубами. — А ты дашь слово, что не будешь уничтожать Коноху?! — Пока не планирую, но обещать не могу… — Рргх, ладно! Сейчас нам надо разобраться с Орочимару! Так что поговорим об этом позже, — произнёс Наруто, начав разрывать цепи. — Как хочешь, но не думай, что я так просто изменю своё мнение, — освободившись от цепей, Саске встал и с помощью серии печатей освободился от фуиндзюцу подавления чакры. — Зачем тебе это, Саске? Ты ведь уже отомстил старейшинам, убил Данзо, почему ты никак не можешь успокоиться? — проговорил Наруто, чем спровоцировал Саске на агрессию: — Успокоиться?! — Саске, толкнув друга к стене, сжал его горло своим предплечьем. — В чём именно мне, по-твоему, нужно успокоиться, Наруто?! Поубавить свою ненависть к деревне? С чего бы это? Я не Ариза, чтобы делать из себя жертву. Я отомщу им за всех, кого потерял! — Саске, Коноха не виновата в том, что произошло с Аризой, Итачи и твоими родителями. В этом повинна лишь узкая группа лиц, и то они все уже на том свете. — Ты забыл про Цунаде, Наруто! Она ещё жива, так что… — Бабуля Цунаде не виновна, Саске! — воскликнул Наруто, оттолкнув бывшего товарища. — Она должна была не допустить всего этого! Это её оплошность! — Давай не сейчас, Теме! Клон Аризы прямо сейчас ждёт нас. Наше промедление может стоить ей жизни!       Саске, смерив его хмурым глазом, вышел из камеры. На короткое время они решили отложить свой конфликт, но оба знали, что непременно вернутся к нему в будущем. — Следуй за мной, — махнул рукой Наруто, побежав вперёд, и Саске последовал за ним.       Через несколько минут стремительного бега по извилистым, затхлым коридорам они вырвались в просторный подземный зал. Помещение было высоким, с широкими каменными колоннами, теряющимися в полумраке под самым потолком. Источниками света служили многочисленные свечи, установленные в кованых держателях вдоль стен и на железных штативах — их пламя мерцало неровно, отбрасывая по залу пляшущие тени.       Заметив Аризу, сидевшую на коленях в центре зала, они без колебаний рванули к ней. Подбежав ближе, сразу бросилось в глаза: её руки были закованы в тяжёлые металлические цепи, натянутые в стороны так сильно, что плечи были словно вывернуты наружу. А ноги прикреплены к полу массивными фиксирующими конструкциями — так плотно и жёстко, что она не могла даже пошевелиться, не то что подняться.       Тусклый свет свечей падал на её лицо, обнажая шрамы, потёки засохшей крови и ссадины. Глаза были полуопущены, будто она едва держалась в сознании.       Наруто подскочил первым. Он схватил её за плечи и аккуратно встряхнул: — Ари-чан! Эй, очнись, Ари! Это я, Наруто… — произнёс парень, а после оглянулся, в поисках Кэори. Он был уверен, что она уже должна была добежать до сюда, однако её нигде не было.       Подруга слегка поморщилась, с трудом открыла глаза и медленно подняла взгляд. Он был затуманен болью и истощением, но стоило ей увидеть его лицо — в её глазах что-то дрогнуло. По одному взгляду Наруто понял, как сильно она по нему скучала. — Н-наруто? — едва выговорила она, и Узумаки, что заметил зашитый рот подруги, чуть ли не бросило в бешенство. Он крепко сжал кулаки. Его сердце бешено колотилось, а внутри всё кипело от ярости. Мысли были лишь об одном — Орочимару. Сжав до скрипа зубы, он едва сдерживал себя, чтобы не сорваться с места и не разнести всё к чертям. — Мы пришли вытащить тебя, Ари-чан! — Беги-те… отсюда… — с трудом выговорила девушка, и Саске хотел уже что-то сказать, как внезапно их перебил до боли знакомый голос. Маслянистый, тягучий, словно змеиное шипение: — Какая трогательная встреча… команда номер семь снова в сборе… ну… почти, — прозвучало с насмешливой мягкостью, от которой мороз пробежал по спине. И, обернувшись, они встретились лицом к лицу с Орочимару.