Миссия по спасению Мира!

Глава 44

Звёздный час

«Личный эгоизм — это

родный отец подлости».

Максим Горький

      Отбив смертоносную атаку, Кэори отпрыгнула в дальний угол зала и, выдохшись, присела на колено.       Помещение, в котором она застряла, было широким и просторным, с высоким потолком и гладким, отшлифованным каменным полом. По краям зала встраивались массивные цилиндрические колбы, уходящие вверх почти до самого свода. Внутри них, залитые тускло-зеленоватой жидкостью, покоились неясные силуэты: то ли неудачные эксперименты, то ли заготовки для будущих. От каждой колбы тянулись провода и трубки, переплетаясь у стен в хаотичную сеть, создавая ощущение, будто само помещение дышит через эти искусственные сосуды.       Отсюда до Объекта Ноль оставалось всего чуть-чуть, но дальше девушка пройти не могла, из-за преградившего её путь Кабуто. Он будто бы специально – полностью подготовившись, дожидался там именно её. — Вы знали, что я выжила… — устало прошептала она, вспомнив, как была предана своими же товарищами. И если бы не техника заморозки, то она точно бы отправилась на тот свет. — Верно, — с плохо скрываемым чувством собственного превосходства произнес Кабуто, и Кэори заметила его оскал в зелёном свете колб. — На тебе стоит проклятая печать Неба. Если бы ты погибла, Орочимару-сама узнал бы об этом. — Как вы поняли, что я собираюсь предать вас? — спросила Кэори и, выхватив меч, рванула с места, бросаясь на помощника саннина. Она была уставшей и изнурённой, однако не могла больше ждать. Каждая секунда промедления могла обернуться гибелью её товарищей — и она это прекрасно знала.       Кабуто резко вытащил кунай, и в следующее мгновение их клинки яростно столкнулись. — Мы с Орочимару-сама уже давно подозревали о твоих истинных намерениях, хоть ты это отчаянно скрывала, — от резких и мощных ударов металла искры разлетались в разные стороны, а в уголках зала то и дело вспыхивали короткие всполохи света. — Вы растили меня как свинью на убой! Думаете, я была слишком тупа, чтобы понять это?! — крикнула она и с яростью пнула Кабуто. Отлетев, парень впечатался в стену, отчего с потолка посыпалась пыль и мелкие камешки. А девушка, начала тяжело дышать, пытаясь восстановить дыхание. — Я и сам так вначале полагал, зная, что ты Учиха, — усмехнулся Якуши, вытерев кровь с подбородка. — Однако… Орочимару никогда не говорил об этом. Он хотел кого угодно рассматривать в качестве своего сосуда, но только не тебя… — Ты лжёшь! С самого детства я слышала лишь одно и то же: мол, я выжила при резне клана Учиха, и вы забрали меня к себе, чтобы спасти. Но это ведь враньё! — Значит, теперь ты всё знаешь, — в голосе Кабуто послышались хитрые нотки, и он, вытащив из подсумка тёмно-фиолетовую боевую пилюлю, съел её. Это была уже вторая таблетка за их бой и Кэори понимала, что такими темпами она выдохнется, а он нет. — После того как Джеро предал вас, он проник в секретный архив Конохи и всё разузнал. Моё настоящее имя — Акари Учиха, и я никогда не жила в Конохе!       Кэори тут же активировала вторую ступень проклятой печати — по её телу прошла волна чакры, и из спины с хрустом вырвались два массивных щупальца, устремившись на Кабуто с чудовищной скоростью. Ещё мгновение — и они пронзили бы его насквозь, но тот успел вызвать своих змей: из рукавов выскользнули две толстые чешуйчатые твари, обвившие щупальца и сдерживающие натиск.       Несколько секунд они стояли в напряжении, будто застыв в силовом клинче: каждый пытался подавить другого. Но Кэори, не теряя времени, сложила свободными руками печать и выдохнула огненный шар, послав его прямо в лицо врагу.       Взрыв, столб дыма и жар, отразившийся на стенах. Пламя прокатилось по залу, и от его внезапного напора начали лопаться ближайшие колбы с жидкостью — стекло разлеталось на осколки, а мутное содержимое с шипением растекалось по полу. И если бы не иммунитет Кэори и Кабуто ко всем видам ядов, ничем хорошим это для них не закончилось бы. — Хах, — послышался рядом насмешливый голос, и прежде чем Учиха успела обернуться, что-то резко ударило её в лицо.       Удар был настолько сильным и внезапным, что она отлетела в другую сторону зала и проскользив по полу, расцарапала себе первую половину тела об разбросанное стекло. — Чёрт, — прошептала она, приложив ладонь к глазу. — Моё лицо только зажило.       Драка с воскрешённой Аризой, что разукрасила ей всё лицо, была всего два дня назад и, на её лице всё ещё были швы и незажившие синяки.       Когда пелена дыма рассеялась, Кэори заметила перед собой, Кабуто, что расслабленно и горделиво стоял в пяти метра от неё, не особо спеша нападать. И она заметила, что все ожоги и раны на нём стремительным образом затягивались из-за высокой регенерации. — Значит, Джеро тебе всё рассказал. Впрочем, это было предсказуемо… — Ответь мне, как именно я оказалась у вас?! И где мои родители?! — Кэори с трудом приподнялась, на дрожащих руках, но не сумела встать. Все тело было в глубоких царапинах, в нескольких местах были сломаны кости. Она понимала, что сейчас ей лучше потянуть время, в ином случае тело не успеет восстановиться. — Хах, ты права, мы и вправду нашли тебя не в Конохе, — загадочно протянул он. — А где? — спросила она, но он будто назло молчал. — Отвечай мне! — Кэйхацу… — Что? — Ты дочь членов Кэйхацу. Когда Орочимару узнал, что у них есть ребёнок Учиха, то решил выкрасть его. — Ч-что?.. К-к… как?.. — голос Кэори сорвался, и слова словно застряли у неё в горле. Она пыталась что-то сказать, но будто бы разучилась. В голове застучали тысячи мыслей одновременно, но ни одну она не могла ухватить. Мир на мгновение поплыл перед глазами — стены, колбы, лицо Кабуто — всё слилось в мутное пятно. — Это получилось не сразу, но вполне успешно… — продолжал он. — Э-тто невозможно… — Могу даже предположить, что твои родители живы… — Они… они бы… п-пришли за мной… — с трудом выговорила она. — О… Мы сами так думали, даже готовились к их появлению… — Нет… не может быть… — Но, как видишь… за тобой никто так и не пришёл, — он хитро улыбался, а в его голосе можно было точно прочитать злорадство. Он тянул слоги, будто наслаждался её реакцией. — Они бы… они… — Полагаю, что родители просто тебя не любили… — начал он медленно идти в её сторону. — Нет… нет… — её растерянные глаза бегали по помещению, и она начала отползать назад. Сил противостоять больше не было. — Ведь они даже не искали тебя… — Но… — прошептала Учиха, начав глубоко дышать, к её глазам подступили слёзы. — Больно, наверное, жить никому не нужной и всеми брошенной, Кэори…       Девушка, поджав губы, промолчала, глядя в пол, ей нечего было ответить на это. Ведь это было правдой. — Но ничего… сейчас я избавлю тебя от боли! — вытащив кунай, он рванул на неё.

***

— Какая трогательная встреча… команда номер семь снова в сборе… ну… почти, — прозвучало с насмешливой мягкостью, от которой мороз пробежал по спине. И, обернувшись, они встретились лицом к лицу с Орочимару.       Он стоял в пятидесяти метрах от них, расслабленно и слегка сутуло. Длинные чёрные волосы спускались на плечи, контрастируя с мертвенно-бледной кожей. А жёлтые хищные глаза с вертикальными зрачками внимательно следили за каждым их движением.       Этот безумный учёный выглядел так же, как и много лет назад, когда они впервые встретили его в Лесу Смерти. Только если тогда они ещё были неоперившимися птенцами, что только-только столкнулись с жестокостью этого мира, то сейчас это были уже опытные шиноби, которые действительно представляли угрозу.       Однако Орочимару смотрел на них, как тогда: как на маленьких глупых детей, что даже в подмётки не годятся такому великому шиноби, как он.       Увидев Орочимару, Наруто побагровел, верхняя губа поползла к верху, оголяя сжатые крепко зубы в зверином оскале. Кулаки сжались до побелевших костяшек, а всё в теле напряглось как струна. Ни к кому на свете Узумаки не испытывал такой всепоглощающей ненависти, как к нему. — Успокойся, Наруто. Ненависть сейчас нам не поможет, — внезапно произнёс Саске, и Наруто бросил колкий взгляд. В нём читалось, что он хочет прямо здесь и сейчас разорвать санина. — Хм, я полагал, Рей придёт с вами… интересненько, как она там поживает… — Она умерла, — серьёзно ответил Узумаки, и Саске тут же повернулся в его сторону: — У-же? — Значит, мои прогнозы были верны. Её техника длится три года, как и моя, — усмехнулся он. — Эт-то лову-шка… — с трудом произнесла Ариза, глядя на стоящих впереди неё товарищей. Только она знала о том, как долго и как тщательно Орочимару готовился к их сражению.       Парни обернулись на неё и, взглянув на её изувеченное шрамами тело, на уставший потухший взгляд, оба почувствовали одно и то же. — Не волнуйся, Ари-чан, положись на нас, — Узумаки чуть улыбнулся и поднял палец вверх. — А она права… вы действительно в ловушке, — усмехнулся Орочимару. — Освободите меня… я помогу вам, — выговорила она сквозь сшитый рот, а после начала дёргать цепями, пытаясь высвободиться, однако две огромные каменные глыбы, что лежали по бокам в противовес, не давали ей этого сделать. — Ты всегда не верила в нас, Ари? — неожиданно спросил Саске, и в его тоне слышались ноты разочарования. — Ты смотрела на нас, как на беспомощных детей, которых вечно нужно спасать, — добавил Наруто, и она поняла, что никто не будет её освобождать.       Орочимару рассмеялся — негромко, с хрипотцой, как зритель, увидевший жалкий финал плохой пьесы.       Девушка же отвела глаза. Сердце кольнуло от осознания, что сейчас единственный слабый и беспомощный в этом помещение человек — это она сама. И впервые в жизни внутри неё появился вопрос: «А, может, действительно пора довериться им? Ведь прошло уже столько лет». — Хм… интересно взглянуть, насколько сильнее вы стали по сравнению с моей Аризой-тян? — Твоей? — разозлившись, повторил Наруто. — Не говори о ней так, будто она твоя вещь! — Она и есть моя вещь… Она — мой будущий сосуд, и я вправе распоряжаться им, как пожелаю.       Наруто всего затрясло, зрачок сузился до тонкой линии, и он тяжело задышал, с трудом сдерживая себя. Его клон, которого он оставил в соседнем помещении, сейчас собирал природную чакру, и они хотели его дождаться.       Орочимару же, никуда не торопясь, стоял спокойно, почти лениво, но за этой внешней расслабленностью чувствовалась хищная настороженность. Наруто и Саске не сводили с него глаз — каждый мускул их тел был напряжён, а дыхание стало тише. Казалось, само пространство между ними наполнилось электричеством: один неверный шаг, одна фраза — и всё взорвётся в мгновенный, беспощадный бой. — Я вытрясу из тебя, всю твою гниль, сволочь, — произнёс он, и через мгновение вокруг его глаз появилась оранжевая пигментация. — Хах, режим мудреца… Неужто Джирайя обучил этому? Надеюсь, мы сможем немного поиграть, прежде чем я прикончу вас… как клопов. — Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся Саске, активировав мангекё, а после бросил короткий взгляд на Наруто, что уже к тому моменту вынул меч, напитав его чакрой. Они поняли всё без слов и в следующую секунду сорвались с места.

***

      Прибыв на место, команда Какаши застыла у границы густой чащи, где среди корней и тени прятался едва заметный вход в логово Орочимару. Воздух был тяжёлым, пропитанным сыростью и каким-то чужим, гниловатым запахом.       Но главное — в глубине, сквозь толщу земли и камня, доносились глухие звуки сражения. Там, внутри, гремели удары, а по земле проходили такие вибрации, будто само подземелье содрогалось. — Наруто и Саске уже внутри, — доложил серьёзный Неджи, глядя своим бьякуганом с высокого дерева, на котором они стояли. — Саске?! — переспросила Сакура, и в её голосе прозвучала неподдельная радость. — Значит, с ним… значит, с ним всё в порядке! — Он вместе с Наруто? — уточнил Какаши. — Да, они сражаются против… против… — Неджи замешкался. Никогда ранее он не встречал человека с настолько странной чакрой. — Орочимару… — договорил за него Ямато, и парень в сомнениях кивнул. — Не удивительно, — произнёс Хатаке, а после посмотрел на Хьюгу. — Ариза с ними? — Хм… кажется, да… в том же зале, только скована цепями, — спокойно проговорил он, но в его тоне звучали тревожные нотки. — Однако… она очень изменилась, — добавил он, внимательно посмотрев на капитана.       Какаши, услышав это, кивнул и призадумался. Он помнил цели Орочимару и вполне догадывался, зачем и для чего, он мог её сковать. И эти догадки не предвещали ничего хорошего. — А Кэори! Кэори с ней? — внезапно спросил Ясуши, глядя на Хьюгу своим шаринганом. — Ты можешь как-нибудь увидеть её… своими глазами? — Сейчас посмотрю, — прищурившись, Хьюга начал осматривать логово, а после, развернулся к новому товарищу: — Я не знаю, она это или нет, но какая-то девушка сражается сейчас в правом корпусе, и… кажется, она Учиха. — Учиха? Значит, точно Кэори! Скорей всего, она сражается с Кабуто… — предположил парень. — Кабуто, говоришь, — произнесла Шизуне. — Нам уже доводилось с ним сражаться. Серьёзный противник. Можешь доложить обстановку, Неджи-кун? Сколько противников нас ждёт внутри? — В целом, я не вижу препятствий. Главный вход чист, дальше коридоры тоже пустые. Шиноби особо нет, либо не представляют угрозы. — Как-то слишком подозрительно, — произнесла Сакура. — Это одна большая ловушка, — подал свой голос, молчавший до этого Шикамару. Выслушав информацию, он моментально сложил в голове картину происходящего: — Он не просто подозревал, что мы придём за Саске, он на это и рассчитывал, — высказал он, потерев свой подбородок. — И что нам делать? — спросил Ясуши. — Вначале идти к Саске и Наруто. И желательно всем. — Пора выдвигаться, — кивнув Шикамару, заявил Какаши, а после обратился к молчаливому Шину: — Останься здесь с ним, — кивнул он на зелёноволосого пленника, что довёл их до сюда. — Глаз с него не спускай. — Хорошо, — согласился он, и они обменялись с Шиджу презрительными взглядами.       Какаши, развернувшись к остальным, подал знак, и те, спрыгнув вниз, помчались к логову. Незаметно, словно тени, они проникли внутрь и заметили у входа двоих лежавших без сознания шиноби, связанных верёвками. — У них нарушена циркуляция чакры, это точно гендзюцу, — подсказал Неджи. — Значит, Наруто и Кэори зашли так же, как и мы, — подытожил Ямато. — Пойдёмте дальше и будьте бдительны. Тут повсюду могут стоять ловушки, — хмуро проговорил Какаши, и они направились вперёд.       Завернув за угол, они выбежали в большой просторный зал, что заканчивался двумя туннелями, но тут же затормозили. В центре помещения стоял не кто иной, как сам Кимимаро — сильнейший приспешник санина. — Ты же сказал, что здесь всё чисто! — возмутилась Сакура. — Я не заметил его, потому что совершенно не вижу его чакру, — серьёзно произнёс Неджи, внимательно глядя на нового врага. Тот же не атаковал и не двигался с места, а просто молча ждал, когда они подойдут ближе. — Это специальная техника скрытия чакры, — пояснил Ясуши. — Я ей тоже владею. — Орочимару-сама предупреждал меня, что однажды ты можешь предать нас, Кенджиро, — подал голос лидер пятёрки звука, глядя на Ясуши. — Я так понимаю, ты не в курсе был, что я не добровольно сюда попал, — заявил парень, глядя на своего бывшего капитана. Более трёх лет он работал под его командованием, даже не подозревая, что однажды всерьёз придётся с ним сражаться. — Как много мусора ты привёл сюда, — высокомерно хмыкнул парень, и из его руки выросла кость. — Вы же не думаете, что я пропущу вас до Господина? — Кто это вообще? — спросила Сакура. — Кимимаро, верная пешка Орочимару, — проговорил Хатаке, подняв свою повязку и достав из подсумка кунай. — Давно не виделись, Какаши. Немало лет прошло с нашей последней битвы, — поприветствовал его Кимимаро, но Хатаке лишь хмыкнул в ответ. Перед глазами пронеслись воспоминания той давней битвы трёх Санинов. — Нам надо оставить здесь кого-нибудь одного и пойти дальше, нельзя на него тратить много времени, — произнес Шикамару. — Не получится, — внезапно заявил Ясуши. — Кимимаро — сильнейший подчинённый Орочимару. Никто из нас не справится с ним в одиночку. — Неджи, Ямато, возьмите его на себя. А мы направимся дальше, — скомандовал Хатаке. — Я останусь с ними, — высказался Ясуши. — Я знаю все его техники и приёмы, так наши шансы значительно возрастают. А вы отправляйтесь в путь, нечего стоять и ждать.       Ребята кивнули и рванули с места.

***

      Не имея возможности сдвинуться и как-либо вмешаться, Объект Ноль с замиранием сердца наблюдала за битвой лучших друзей с Орочимару. Каждый их выпад и попытка достать змееныша заканчивалась ничем: он не только превосходил их по скорости, но и был безумно живуч, выматывая их и заставляя расходовать чакру напрасно. И она точно знала: это не Наруто и Саске были слабей своих каноничных версий, а Орочимару был гораздо-гораздо сильней.       Шаринган, который она много лет назад увидела в его глазах. Шаринган, который он всё-таки смог раздобыть в этом мире… позволил ему выйти на совсем иной уровень силы.       И, глядя на всё это, в её душе начинал подниматься целый вихрь противоречий — эмоции сталкивались, сменяя друг друга, не давая покоя. Она понимала, почему её не освободили товарищи. Но от этого боль не утихала. Впервые в жизни Наруто и Саске могли продемонстрировать в первую очередь ей, что они стали сильней, что теперь они будут защищать её, а не наоборот. — Саске, давай! — прокричал в разгар битвы Наруто и, создав в руке расен-сюрикен, повернул его в сторону друга. Тот же, сидя на колене в другой стороне зала, тут же активировал мангекё шаринган и поджёг его аматерасу. — А теперь сожри это! — прокричал Наруто, с размаху, бросив его в Орочимару.       Прогремел громкий взрыв, с потолка посыпались каменные глыбы, а после последовал сильный поток ветра вместе с большими камнями. Они устремились прямо в неё, но, к её счастью, пролетели мимо. Нервно выдохнув, она сглотнула и вновь посмотрела на друзей.       Она прекрасно знала… Парнями двигала засевшая в глубине души обида, негодование оттого, что в её глазах они всегда были слабыми и нуждающимися в защите. Потому для них это был их звёздный час, и в нём для Объекта Ноль не было места.       Но она не могла судить, правильно ли они поступают или нет. Может, они действительно стали сильней и она будет путаться у них под ногами?       Но в то же время она чувствовала в себе силы сражаться наравне с ними. Девушка ощущала каждой клеточкой тела, насколько Орочимару своими экспериментами сделал её сильней. И если бы не мощнейшая печать подавления чакры на её теле, то она непременно бы разорвала эти цепи.       «Я поклялась убить его… ещё давно в детстве. После всего, что он с нами сделал… я не хочу просто смотреть со стороны… это мой враг, не их. Это я должна отомстить ему», — пронеслось в её мыслях, и перед глазами промелькнули воспоминания четырёхлетней давности: — Зачем ты пришёл? — спросила Ариза у Орочимару, лёжа на больничной койке после отборочных боёв на экзамен чуунина. Если бы не Саннин со своим верным подданным в лице Кабуто, то она бы тогда непременно прошла в третий этап, но судьба свернула на иную тропу, и история не терпит сослагательного наклонения. — Да так, чтобы кое-что проверить… — он убрал с её шеи волосы, посмотрев на то место, где должна была находиться проклятая печать. — Интересненько… — Если пришёл убивать — убивай. Нет? Так проваливай нахер отсюда, — грубо бросила она, и это было крайне смело для её положения. — Не хочешь забрать те громкие слова в Лесу Смерти назад? — ехидно спросил он. — Нет. Однажды… я убью тебя, — бросила она, и он неспешно наклонился и хрипло прошептал ей на ухо:       «Ты будешь хорошим подопытным экземпляром», — прошептал он, и исчез в облачке дыма. — Незавидное у тебя положение, — внезапно раздалось рядом, вытаскивая её из воспоминаний.       Объект Ноль резко распахнула веки, которые до этого крепко зажмурила от боли, и повернула голову в сторону источника звука.       Всего в двух метрах от неё стояла женщина — точь-в-точь как она сама, только старше лет на десять. Та же осанка, те же седые волосы, но уже другие черты, в которых читалась тяжесть прожитых лет и сила, которой она ещё не обладала.       Девушка свела брови к переносице и глухо выдавила: — Опять ты… Безымянный…