Песни горбатых китов

      В доме было довольно тихо, несмотря на воскресенье, дом, где по логике в эти дни должны собираться все братья, сейчас пустовал и был похож на неполную чашу. Пол в этот день, да и сами комнаты были по особому холодны, так безразлично и чёрство безучастны ко всему. Бесчувственная серость нагнетала обстановку ещё острее. А за окнами бушевала погода: с деревьев слетала последняя листва, чёрные угольные ветки раскидистых деревьев размахивались под силой ветра, а небо было холодным и серым с редкими проблесками грязно белых лучей.       На третьем этаже, в кухне, хозяйствовали второй сын вместе с сестрой. Укё резал мясо, а Эмма делала нарезку. Они мило общались, перекидываясь типичными фразами. Правда, Эмма смутилась, когда разговор ушёл в совершенно иное русло — Укё начал интересоваться её сестрой и спрашивал об их отношениях. — Укё-сан, не кажется ли Вам, что лучше спросить у На-чан, всё же, я не могу разглашать всех её секретов, к тому же, — сказала девушка, откладывая нож, — она не будет этому рада. Извините, но я не хочу усугублять отношения с сестрой.       Эмма вымыла руки, цепляя вафельное полотенце и быстро обтирая руки. Ей не особо нравилось поддерживать сплетни: она знала, что есть то, что нужно хранить внутри и не показывать другим. Личную неприкосновенность и право на семейные тайны ещё никто не отменял. Если честно, Хината немного побаивалась свою сестру. Она много слышала разговоров о том, что та с особым остервенением дралась в школе. Никогда не выходила победительницей, но вмазать могла, за что получала. Эмму даже передёрнуло от этого. — О, ты так рано проснулась.       С лестницы спускалась помятая и явно заспавшаяся Наоми, она почёсывала голову, скользя ладонью по перилам. На ней были вчерашние джинсы и красная безразмерная кофта с огромным воротом и рукавами, спадающая на бёдра. Волосы покоились в этом вороте, мелкими вьюнами струились под кофту. Сейчас она была без очков, но с лёгким макияжем.       Укё смог рассмотреть её, силясь вспомнить что-то в далёком прошлом. Он явно видел её где-то. Он вглядывался в эти черты лица, рассматривал глаза и губы, так и не сумев вспомнить. Девушка потянулась, разминала руки и уселась в столовой за один из стульев. Взгляд Шираиши сразу же упал в экран смартфона.       Вчера вечером Джун сообщил, что они уже нашли помощника — сын подруги его матери. Он долго извинялся, повторяя всё те же банальные фразы. Девушка на это лишь смеялась, говоря, что сама не горела желанием быть на побегушках у очередной куклы. Ночь она посвятила тому, что рыскала на просторах интернета в поисках подработки и — о боже! — нашла её. В книжный магазин нужен продавец, конечно, деньги небольшие, но это лучше чем ничего. Она записала номер и сегодня собиралась позвонить, но как только думала о работе — вздрагивала. Она не привыкла к труду в каких-либо его проявлениях. Да уборка в комнате и та давалась ей с большим усилием. — Если хочешь, то можешь нам помочь.       Девушка подпёрла голову рукой, листая страницы в интернете. Взгляд был сосредоточенным и ужасно серьёзным, она искала что-то так долго и безумно усердно. — Спасибо за предложения, но я, пожалуй, откажусь, — не отрываясь от телефона, сказала она.       Укё впал в осадок, он-то надеялся, что так они смогут больше сблизиться, но она явно не желала идти на контакт. В своей голове он уже составил чёткий образ этой особы, он его не радовал. Она явно была циничной и плюющей на всё с высокой колокольни, к тому же, ленивой и безалаберной. Эмма одёрнула его в этот момент за рукав. — Простите её, просто она не умеет готовить, да и вообще не дружить с бытом в доме.       Мужчина кивнул, хоть и был недоволен. Хотя и понимал, что она с пятнадцати жила одна и потеряла всю свою семью: дядя толком не заботился, так что этого можно было ожидать — очередная эгоистка привыкшая тратить деньги на всякие побрякушки. — Сестрёнки, с добрым утром! — воскликнул Ватару, — Так здорово, у меня теперь две сестры. — Ничего хорошего не вижу, — вставила Наоми, — Теперь у тебя не просто две сестры, а два лишних рта в семье. Имей в виду, мы можем съесть шоколад в холодильнике и не оставить тебе ни дольку.       Глаза у девушки загорелись. Если честно, она не особо любила избалованных детей, какими бы хорошими они не были. Ватару был отражением её, а значит, бесил больше (мы ненавидим в людях те привычки, которые есть в нас самих). Её раздражало, что если он получал это внимание, о котором требовал и не стеснялся заявлять, а она — нет. Хотелось убить себя из-за этого. — Ты такая бука, но всё же моя семья. Братец Маса-нии говорит, что нужно любить родных какими бы они не были, потому что они — семья.       Девушка скривила ухмылку. — Твой братец обманул тебя. Родных не обязательно любить — их можно ненавидеть, презирать. Потому что истинные семейные ценности заключаются в деньгах… — Наоми!       На неё крикнул Укё, который сейчас был по истине зол. Шираиши даже вжалась в стул от этого нечеловеческого рыка, который был больше похож на зов естества, нежели на простой оклик, предупреждающий о том, что она подаёт неправильный пример. Пожав плечами, она продолжила копаться в телефоне. Ватару сел рядом. За десять минут вся семья была в сборе. — Наоми, хочу тебе представить Юске — одиннадцатый сын семьи Асахина, студент Университета Мейдзи. — Хай.       На девушку смотрел красноволосый янки с большими глазами и достаточно интересным лицом. Наоми не сразу вспомнила его, но вот недовольная моська и косой взгляд навеял воспоминание о парочке «бандитов», что возомнили себя революционерами не иначе. Старались построить свои законы в её районе и частенько ввязывались в драку с «китайцами», тоже бандой из другого района. Они очень шумели — полицейские не раз разнимали их. Однажды, она самолично вызвала полицию: эти дубины шумели под её окном, а в тот день она была не в духе.  — А это двенадцатый сын семьи Асахина — Футо, он работает под псевдонимом Асакура. Певец и актёр, так же модель некоторых брендов одежды.       Этого персонажа она знала уже лучше. Он иногда присутствовал в агентстве у Джуна: Наоми частенько бывала там, чтобы убить время и взглянуть на новую коллекцию. Она обожала наблюдать за работой мастеров, иногда принимая в этом участие — визажиста всё же. Девушка иногда подготавливала моделей: наносила грим, подкрашивала глаза и предавала ровный тон лицу. Однажды она и этому подростку помогла: он, наверное, не помнит.  — Эй, ты же девушка Джуна.       Шираиши поперхнулась, а недоуменные взгляды быстро метнулись в её сторону. Этого японка никак не ожидала, что ещё за глупости? Сейчас она очень хотела двинуть кулаком по смазливому личику парня, жаль, что стол такой большой — не дотянуться. — Умереть захотел? — девушка явно была зла. — Не смей такое произносить вслух, никогда.       Она снова уткнулась в телефон, ощущая на себе пронзительные взгляды. Её в край взбесила ситуация, мало того что жить с этими, к тому же ещё и в душу лезут. Наоми довели до ручки с утра пораньше, а ведь на часах даже нет девяти. Она почувствовала острое желание выпить, но наличие огромного количества братьев не позволило сделать этого в доме. Тогда, нужно завалиться к Деи и выпить у неё. А работа… ну, она же не волк, в лес не убежит!       Подняв голову, девушка поймала два изучающих взгляда — Иори и Канаме, девушка фыркнула, переводя усталый взгляд с одного брата на другого. Так и хотелось встать и свинтить, в принципе, ей ничего не мешало это сделать. Так что, встав со своего места, она направилась к выходу. — Ты ничего не съела! — вскрикнул Укё. — Я не голодна. Пойду к подруге, вернусь поздно — не ждите!       Фигура растворилась в арочном проходе. Братья взглянули на сестру, желая узнать у неё о причинах такого поведения. Конечно, они двоюродные сёстры, но воспитывались-то одинаково — почему же одна такая милая и рассудительная, а вторая столь эгоцентрична и порывиста; Эмма лишь улыбнулась, склонив голову набок. — Это Наоми, она всегда такая.       Слишком просто кинула девушка, кажется, не веря самой себе. Она оправдывала в своей голове сестру, но так трудно было всё время оправдывать её и делать невиновной в глазах окружающих. Наоми не смогла пережить своё прошлое, постоянно утопая в этих событиях с головой — Эмма же смогла преодолеть своё горе, так почему же после стольких лет того же не может сделать она? Может, всё же, шатенка и впрямь эгоистка? Наверное, пора завязывать с вечными оправданиями и попытками сделать её несчастной. — Просто, вы не знаете ее, так как я, она может и кажется плохой, но на самом деле, она очень хорошая. Да Наоми спокойно мимо бездомного щенка не пройдет, а старушкам помогает ходить в магазин. Её просто пугает новая обстановка, она забилась в свой панцирь и сидит там. Не наседайте и всё изменится.       После этих слов, Эмма больше не произнесла и словечка — хранила молчание как рыба. Даже многочисленные расспросы не смогли развязать её язык.

***

— Бесят они меня! Все разглядывают как куклу с витрины, — скоро щупать начнут. А я с ними даже дня не прожила. Ты бы видела этих «братцев», меня в дрожь бросает. Не спорю, они довольно привлекательны, по сути, мне ничего не сделали. Но такая концентрация парней в доме…       Шатенка рухнула на пуфик, хватая с небольшого столика бутылку с красным вином из Франции. У Деи таких бутылок целый погреб — родители не бедствуют. Наоми частенько захаживала в гости к девушке, после чего в погребе исчезало две бутылочки дорогих вин. Блондинка на это реагировала спокойно, сваливая ответственность на брата, тот прикрывал. Одна бутылка на каждую — погреб не опустеет. — Я бы тоже была недовольна на твоём месте, но и ты должна быть более терпеливой. Их наверняка особо тоже не радует наличие эгоистки со своими тараканами в доме. К тому же, представь какого сейчас твоей сестре? Она видит всё это и понятия не имеет, как действовать — разрывается между тобой и отцом.       Блондинка сидела на ворсистом ковре, прижав колена к груди и крутя бокал в руках. На ней были домашние штаны с пандами и безразмерная футболка, на ногах забавные носки. Дея могла произвести неверное впечатление о себе, но тем лучше было собеседнику узнавать её с другой стороны: дружелюбная, неконфликтная и достаточно смышленая. Училась на экономиста сама: родители и брат не помогали, да и дела которые касались учёбы, были сугубо личные для неё. — Эй, ты не забыла, что ты моя подруга? Какого защищаешь их?!       Фыркнув, Наоми присосалась к горлу, одним залпом опустошая бутылку на четверть. Она поперхнулась, ставя бутылку на стол, давясь красно-гранатовой жидкостью. Неприятно запершило и зачесалось в горле, прокашлявшись, она взглянула на Дею. Блондинка потупила взгляд, сводя брови вместе. Шатенка взглянула в зеркало: красное лицо и глаза с лопнувшими сосудами. Отлично! — Да, с твоим здоровьем — хлебать как лошадь, — вздохнула девушка, — Подруга, тебе пора завязывать с алкоголем, а то ещё одна пересадка сердца не поможет.       Шираиши усмехнулась, делая глоток вина. Её всегда веселили оговоры подруги — просто реакция защитная на неприятные воспоминания от этих слов. Взор зелёных глаз устремился на дисплей — несколько пропущенных от сестры и дяди. Перезванивать не хотелось, так что она проигнорировала их, продолжая разговор с подругой об отношениях братьев и Эммы.