окончательный сюжет

у тэхена под бледной и тонкой кожей — юнги, со своими черными, как смоль, волосами — уходит, приходит — непостоянно. у него в голове их история — придуманная — счастье, другая жизнь. потому что просить его, давай притворимся, хен — чушь, глупая ложь; позволять обвивать себя руками со спины — перед глазами — море, балкон на восьмом этаже, у тэхена уже перехватывают сигарету из пальцев. босые ноги мерзнут, юнги всегда шепчет ему на ухо, что хотел бы иначе. он дает тэхену лишь ветер в его светлых волосах, секунды счастья, соленый воздух — тэхену он не нужен. юнги разучил его дышать. юнги знает, что он у тэхена не один, ведь мы же просто трахаемся — разрывает тэхену сердце. он цепляется за юнги — у них все красиво, до предельного эстетично, в светлых тонах — синяки на тонких запястьях, долго сходящие засосы, опухшие губы — срисовано с картинки; только у них нет конца, потому что оба без начала. они пускают в друг друга космическую пыль через сладкие поцелуи до дрожи по всему телу — лечить друг друга они так и не научились. тэхен говорит себе, что не должен — ощущение тоски, желание кого-то рядом — все замыкается на юнги. он убегает от самого себя, возвращаясь в никуда — темнота красит его бронзовую кожу звездами, пускает кровь, ломает все, что можно; он никогда не думал о том, что — юнги ведь просто ему никто? — ему будет больно. юнги раскладывает его на клавиши на своем переносном синтезаторе, что всегда пылится в самом дальнем углу его комнаты — они даже не живут вместе, да и тэхен был там всего несколько раз — зачем? раскручивает на винтики, прячет в нотной тетрадке, где тэхена душит. душит то, что в глазах юнги не увидишь — любовь, преданность. тэхену бы найти ту ниточку, за которую ему нужно дернуть — занавес поднимается, а он бы все понял, но юнги прячется от него, пропадает на недели; тэхен не видит смысла писать ему — у них же ничего. возвращается, когда кажется, что можешь жить без. ломает построенные сотни раз тэхеном стены — в обломках тэхен потом ищет себя и не находит — остается где-то между небом и землей. ему хочется забыть все; глупые встречи, секс на втором свидании, которое таким не оказалось, моменты обещающие многое, поступки забирающие все; юнги казался кем-то необыкновенным, им хотелось восхищаться — сейчас лишь стереть, сжечь все, что связывает ему руки. но он не делает ничего. тэхен боится остаться один. потерять даже то, что ему не принадлежит, но всегда останется чем-то постоянным; он и так — оставлен на берегу перед самой бурей — в его изгибах прячется что-то, что он не замечает — песок в волосах, мокрые волосы — он до сих пор где-то не здесь. тэхен не говорит нет, потому что одному холодно — юнги дает то, что ему так нужно — пару часов, несколько дней — рядом с ним он должен умирать, но тэхен почему-то — через кашель, слезы, болезнь — живет.