Deathbeds

      Прошла уже неделя с того момента, как я находился в больнице. Луи навещал меня, постоянно контролировал мои сновидения, держал в курсе важных событий и рассказал, что Зейн предложил ему солидную работу. — Это прекрасно Луи! — весело отреагировал я. — Отличная новость. Мне кажется, мы с тобой всем обязаны Зейну, — усмехнулся я. — Может подарить ему что-нибудь? — Я думаю, что не существует таких вещей на свете, которых нет у Зейна Малика, — засмеялся Луи. — А вообще, хорошая идея, к тому же, у него в эту субботу день рождение, в честь которого он устраивает вечеринку у себя дома. Он пригласил всех. Я бы очень хотел, чтобы ты был с нами, Гарри, — расстроенно добавил он.       Я погладил его по коленке: — Не грусти котёнок. Я сделаю всё, что в моих силах для скорейшего выздоровления.       Он нежно обвил меня руками и лёг мне на грудь, мечтательно засматриваясь в мои глаза. — Лу… — позвал его я, чтобы вернуть в реальность, хотя у самого встал от одного его прикосновения.       Это очень хорошо было видно через тонкое одеяло. Он посмотрел на этот бугорок и снова повернулся ко мне, провокационно соблазнительно улыбаясь. — Помочь тебе снять напряжение? — с долью похоти в голосе шепнул он мне на ухо.       Я не успел ничего ответить, как его рука оказалась на одеяле и принялась ощупывать через него мой член. Я лишь напряжённо смотрел на эту процедуру, но не выдержал: — Луи, в комнату могут войти в лю…       На середине слова, он повернул мою голову к своей пальцем, и теперь уже поглаживал мой член под простынёй, миновав нижнее бельё. От одной мысли что это рука Луи, член затвердел ещё сильнее.       Его рука действовала с идеальным тактом, как будто это была моя собственная. Он то ускорялся, то замедлялся, а я всё не мог оторвать от его глаз. Когда финал был близок, я притянул его к себе поцелуем и излился ему в руку. — Блять, Луи…- выдохнул я и укоризненно посмотрел на него, но тон этой претензии был далёк от ругательного. — Как самочувствие? — нежно произнес он, как ни в чем не бывало. — Прекрасное, — вздохнул я с облегчением.       Медсестра вошла буквально через мгновение, после наших непристойностей. Нет, Луи, ты не котёнок, ты просто нахальный койот. Кто бы мог подумать — подрочил мне прямо в больнице под шум нарастающих шагов медперсонала, каждый раз обходивших нашу палату стороной. Я бы со стыда сгорел, если бы кто-то из врачей или медсестер зашел бы в разгар похотливых шалостей Луи. И всё же Луи был для меня причиной бороться.       Я начал по-настоящему вспоминать интересные моменты своей жизни, как будто проживал её заново. Все воспоминания казались очень реалистичными и отчётливыми, будто это происходило со мной вчера. В один из такого этапа «прозрения» мне снился страшный сон: я находился на заднем дворе своего колледжа вместе с Тейлор и Ником, и смотрел на парня лежащего у меня в ногах. Он был весь в крови и смотрел на меня сквозь слёзы. Но вместо того, чтобы помочь ему встать, я начал избивать его. «Помогите! Помогите!» — кричал он. В этот миг я проснулся. — Помогите! — доносилось из соседней палаты.       Этот голос принадлежал старичку, который не мог самостоятельно встать на ноги. На его голос сразу же сбежались дежурные медсёстры, а я начал предпринимать попытки вернуться в реальность. Меня пробрала дрожь.       Что это был за сон? Почему я избил того парня и кем он был, а самое главное, что он мог такое сделать, чтобы я начал его избивать? На следующее утро я всё подчистую выложил Луи.       Луи был довольно умен для своих неполных девятнадцати и умел грамотно изложить свою позицию, аргументировав её при этом. Вообще, с каждым днём я находил в нём всё больше и больше хороших качеств, что несомненно не переставало радовать меня. Поэтому я часто прислушивался к его мнению и советам, потому что для меня они были в приоритете.       Когда я рассказал ему события той ночи, он нахмурился и начал смотреть в окно, будто подбирая слова, я заметил, что он немного нервничает и стал потихоньку поддаваться его настрою тоже. — А что если, — начал он, но тут же запнулся. — Что если ты, скажем, был немного другим человеком до амнезии? — Ну это понятно, но что ты имеешь ввиду? — недоумённо спросил я. — Ты хотел жениться на весьма сомнительной девушке, в твоих лучших друзьях был парень, который при любом удобном моменте использует шантаж и манипуляцию… Понимаешь, Хаз, ты мог являться совсем не тем, каким ты воображал себе. — Но и что с того? Так или иначе, я так и не смогу узнать это. — Сможешь, — уверенно сказал он. — Как? — Тейлор. — Нет, Луи, даже не думай об этом — да я лучше в гроб залезу! — Боюсь, что да, Гарри, она — единственный способ. — Уж лучше я поговорю с Ником, чем с ней!       Луи выдохнул, покосился в сторону, и, вновь направив свой взгляд на меня, тихо сказал: — Это невозможно. — Почему? — замер я. — Ник мёртв. Разбился на мотоцикле.       Около пяти минут мы сидели, не нарушая молчанье. Вопросы в моей голове так и не исчезли, более того, появились новые. Даже не уверен, кому из нас больше хочется знать обо мне всё, мне самому или Луи. Он так хочет докопаться до истины, что мне страшно, ведь если он узнает, что ему возможно знать не стоило, захочет ли он быть со мной после этого?       Первым молчанье нарушил Луи: — Послушай, если не хочешь говорить с ней, я сам с ней поговорю…       Вот чёрт! А я думал ты скажешь: «если не хочешь говорить с ней, то не говори». Понимаю, что он не отстанет, пока не услышит моего вразумительного ответа. — Не надо, я сам, это же моё прошлое… — Хорошо, молодец, — нежно протягивает Луи, целуя меня в висок. — Я горжусь тобой!       В комнату входит медсестра, информируя нас об окончании часов приёма. Молча киваю. Луи целует меня и уходит, оставив фрукты. А я всё никак не могу отделаться от тревожных мыслей. Вдруг, с мрачным осознанием, понимаю, что не знать этого было бы отлично, и всё, что я делаю сейчас — это просто иду на поводу у Луи. Как глупо.       Это я о Тейлор, совсем не хочу с ней видеться. Но раз уж так, то пускай же тайное станет явным, и мы, наконец, узнаем, что же произошло в тот день, а после этого, и всё остальное. Но мне совсем непонятны мотивы Луи, и его внезапный ярый интерес к моему прошлому меня пугает. «Я знаю, это была не случайность.»  — Луи.