Тёзки

- Эй, ты чего такой злой-то? – поинтересовался Сонёль, бесцельно перемешивая остатки риса в неглубокой чашке. – Что-то случилось? - Да нет, просто этот рыжий… Айщ, как же это бесит! – Ухён откинулся на спинку стула и с неким раздражением оглядел только что прибывших в столовую студентов. – Он не может сделать всё сам? Он же ботаник, ему положено. Носит странную мешковатую одежду, очки; глаза даже меньше, чем у меня (да, можешь теперь издеваться над ним, раз такой распрекрасный). Весь такой забитый, вечно сидит отдельно, ни с кем не общается, а на меня смотрел так, как будто я самый жалкий человек на свете! Ему же наверняка важны оценки? Вот и сидел бы себе и дальше один, сделал бы всё, а я бы пока поставил новый рекорд в игре. Но нет же, мы так не можем. Вот с кем ты в паре? - Эх, ты, видимо, опять всё прослушал, - вздохнул младший, отодвигая поднос в сторону. – Я ни с кем не в паре. Скоро в нашем университете будет какая-то общая аттестация, они хотят повысить престижность. Поэтому ко всем отстающим студентам по мере возможности приставляют отличников. Из той же группы, как правило. Мне-то никто не нужен, я не настолько хреново учусь, но вот тебе явно нужна помощь. И твой ботаник просто не может сделать всё сам. Нам хмыкнул и, упрямо не желая отказываться от своих слов, продолжил немного обиженным тоном: - Он всё равно мог мне сказать. Наверняка же понял, что я прослушал. Он должен был мне всё объяснить, а не сидеть с этим надменно-безразличным лицом. И учусь я плохо, потому что мне лень. Вот так вот. - Ладно, я понял, тебя не переубедить, - отмахнулся от друга Ли. – Как там твой Сонгю поживает? - Сонгю поживает замечательно, - улыбнулся старший, мгновенно смягчившись. – Мы вчера переписывались. Он сначала как-то неохотно отвечал, но потом, видимо, смирился. Я узнал о нём много нового. Мы просто заговорили об интересах. Сонгю, оказывается, такой образованный… Я думал, что он увлекается только модой и всякими тусовками, но он как-то очень резко о них отзывался. Наверное, не по своей воле этим занимается. Нет, серьёзно, у него такие мудрёные увлечения, что я даже не помню их названий. Сплошная наука. Не знал бы, кто он, подумал бы, что это кто-то типа рыжего. Но он так грамотно обосновал свой интерес, что мне самому захотелось про это почитать. И я впервые обрадовался, что так хорошо знаю корейский. Если бы я неграмотно писал, он бы, наверное, и общаться со мной не стал. - Ну да, ты же у нас великий поэт. До сих пор не понимаю, почему ты не пишешь песни. Был бы у вас творческий тандем. - О, кстати, Сонгю же увлекается музыкой. У нас есть общий интерес, это же здорово? Оказывается, он тоже раньше ходил в музыкалку. Один вечер, а столько нового… - Ты, конечно, не обижайся, но мне сложно в это поверить, - признался Сонёль извиняющимся тоном. – Я слышал парочку его песен, выпущенных для реклам, и это… Ну… Короче, он далёк от музыки так же, как моя мама. Тебе повезло, что ты не слышал, как она поёт. Я, конечно, не профессионал, но у меня есть уши. Ты поёшь в разы лучше. - Ну, может, голос у него и не очень, но разбирается он в этом неплохо, - с некой гордостью в голосе заметил Нам, кидая завистливые взгляды на столик, за которым сидела самая популярная компания университета. – И всё равно он практически идеальный. Я узнал его с совершенно другой стороны, и мне это нравится. - Ты же уверен, что это он? А то ещё напутаешь что-то, это на тебя похоже. - Конечно, он. У них совпадают расписание (он поделился там со мной кое-какой информацией), год рождения, ибо дата не указана, и место обучения. И почему это Сонгю не может быть всесторонне развитым человеком? - Может, может. Я даже не спорю. Слушай, пошли отсюда, эти первокурсники в очереди уже как-то совсем недобро на нас косятся. И мне нужно заглянуть к Мёнсу на тренировку… В общем, обещай мне, что будешь повежливее со своим рыжим, ладно? - Да, да, хорошо. Иди уже. Сегодня Ухён особенно торопился вернуться домой. Захлопнув входную дверь, парень на ходу скинул кеды и лёгкую куртку и кинулся к ноутбуку. Дело в том, что только утром он отправил Сонгю одно очень важное сообщение, а выйти в интернет с телефона не получилось из-за непредвиденных глюков последнего. Страница открылась на удивление быстро, и Нам, глубоко вдохнув, зашёл в «личные сообщения». Newclear: «Кстати, а у тебя есть девушка? Ты, наверное, популярный…» Newclear: «Ну, ты же общаешься со многими людьми.» KimSungGyu: «Популярный? Только если в определённых кругах. Но девушки у меня нет. И парня тоже.» KimSungGyu: «Это маленькое уточнение, раз уж ты интересуешься моей личной жизнью. Я просто бисексуал.» KimSungGyu: «Обычно я это не афиширую, но тебе ведь всё равно?» У Ухёна перехватило дыхание. Это было совершенно в стиле Кима: без смайликов (это, кстати, оказалось заразным и полностью нейтрализовало пагубное воздействие эмоционального Сонёля), коротко, прямо, с сухим пояснением, чтобы не выглядеть слишком откровенным. Он бисексуал. Он написал, что он бисексуал! Нам несколько раз прокрутился на стуле, пытаясь осознать происходящее. Он никак не мог поверить, что это всё не сон, что это происходит на самом деле. Сонгю нравятся парни? Как всё могло так удачно сложиться? Получается… Получается, у них есть шанс? У него есть шанс? Пораскинув мозгами, Ухён решил, что сдаваться надо сейчас, ибо лучшего момента может и не представиться. Сделав глубокий вдох, он положил пальцы на клавиатуру и, решившись, начал быстро печатать. Newclear: «Я не имею ничего против. Мне на самом деле тоже нравятся парни.» Newclear: «Пожалуй, даже больше, чем девушки.» Newclear: «В общем, я гей.» Боже. Что. Он. Только что. Сделал? Нам быстро свернул окно браузера и отъехал в другой конец комнаты, закрыв лицо руками. Это наверняка была шутка, Сонгю сразу поймёт, что ему пишет очередной фанат, вычислит его по айпи – и прощай спокойная жизнь. Что же теперь делать?