Тёзки

Естественно, всё пошло не так, как Ухён планировал. Они действительно встретились и даже посидели в этом кафе некоторое время, пока младший пытался сформулировать признание и просто набраться смелости. А потом… Потом Сонгю поманил его к себе пальцем, вынуждая перегнуться через столик, и, чуть привстав, преспокойно чмокнул в губы. Нет, вот как это называется? У Нама было настолько непередаваемое выражение лица, что Ким даже рассмеялся, снова присасываясь к своему стаканчику с кофе. Вот так вот быстро и просто, а Ухён опять выглядел нерешительным дураком. Видимо, в их отношениях так будет всегда. Однако место для подробных объяснений оказалось уж совсем неподходящим. В столь позднее время поток клиентов обычно почти иссякал, и сейчас молодые официантки без зазрения совести пялились на своих единственных посетителей, хихикая друг в дружку и перешёптываясь. - Ко мне? – еле слышно предложил Нам, даже слыша стук своего сердца. – Родителей сегодня и завтра не будет. Сонгю просто кивнул и, закутавшись в шарф, который всё же взял с собой, позволил другу вести себя. В квартире всё было уже по-другому. Ухён сам вжал старшего в стенку, настойчиво целуя, покусывая чужие губы, пробуя их на вкус, и безошибочно узнал всё ту же проклятую карамель, которая так долго не давала ему покоя. Ким великодушно позволил углубить поцелуй и даже с подозрительной лёгкостью уступил Наму инициативу, и тому вдруг подумалось, что это всё очень похоже на кино, где за подобными сценами обычно следовали постельные, к которым он был… мм… немного не готов? Точнее, совсем не немного. К сожалению, Цезарем Ухён не родился, поэтому даже размышлять о чём-то и добросовестно что-то делать одновременно он не мог. - Охренеть, ни на чём сосредоточиться не можешь, - выдохнул Сонгю, решительно отпихивая одногруппника и проходя дальше в квартиру. – Что за волшебный человек? Это твоя комната, да? Иди сюда. Чувствуя себя снова в чём-то провинившимся, хозяин квартиры осторожно пошёл на голос и с удивлением обнаружил кучу вываленных книжек и тетрадок на своём письменном столе и сидящего на кровати старшего. - Ты же не забыл, что завтра зачёт? Я принёс тебе свои конспекты, - пояснил тот, но сразу же нахмурился, заметив странное выражение лица Нама. – Эй, ты же не думал, что мы переспим, правда? Ты серьёзно? Потом Ким долго насмехался, обзывая Ухёна ребёнком, сетуя на вред телевидения, напоминая, что даже до поцелуев-то они еле дошли, и именно тогда младший открыл для себя, что у них, оказывается, и до этого были некие романтические отношения. Впрочем, необходимость в словесном признании отпала. Больше половины ночи Нам зубрил материал под чутким контролем своего всё ещё куратора (хотя этот зачёт не был таким уж важным и вообще ни на что не влиял), а затем они оба улеглись спать. Конечно, небольшая кровать Ухёна вместила их, но с трудом, поэтому ещё примерно час продолжалась борьба за лучшее место, в которой были задействованы как угрозы, так и всеми любимая щекотка. А закончилось всё временным перемирием и объятиями. Так былые соперники и уснули. Утром младший даже слишком долго смеялся над недовольным и сонным лицом одногруппника, наивно не опасаясь расправы, поэтому в университет они всё-таки опоздали. Завидев эту парочку, Сонёль сразу же пристал к другу с вопросами, но, узнав, что ничего не было, как-то совсем расстроился, велел больше не хвастаться ему совместным сном (нет, правда, бред же) и тут же позвонил Сонджону, чтобы пожаловаться. Нам обожал своих друзей. Теперь всё стало как-то легче, проще. Чуть задержаться при случайном касании, улыбаться, едва столкнувшись с чужим взглядом в коридоре или даже на паре, ходить вместе, всегда ходить вместе. Даже тот крохотный кабинет с кучей пыли и непонятной документации, которую Сонгю приносил, уносил, заносил в электронную базу данных, копировал с помощью ксерокса или уничтожал (как оказалось, ничего сложного), превратился в довольно романтичное место. А ещё у Кима всегда были с собой ключи от служебного входа в клуб и от знакомой подсобки, которая по ночам предсказуемо пустовала. За неимением более пригодного места для свиданий они частенько наведывались туда, даже прикупив и спрятав несколько одеял и две подушки. Приближалась аттестация, но в их тандеме никто особо не волновался. Имея конкретную мотивацию, Ухён делал неплохие успехи, а старший в свою очередь получал за это дружное одобрение преподавательского состава. Также не стоило забывать, что именно эти обстоятельства когда-то подтолкнули их друг к другу. Наверное, со стороны эти отношения смотрелись очень забавно. Самым смешным, пожалуй, смело можно назвать случай, когда вся компания советчиков Нама собралась у него в квартире, а Сонгю чуть припозднился и притащил с собой большой подозрительный пакет. И после этого развернулся достаточно двусмысленный спор (примерно такой: «- Зачем мне это? Мне прятать негде. – И что? Тебе они нужнее. – Это почему это? Ты же их купил. Значит, они твои. – Вот именно. Покупаю их я, а ты все запасы переводишь. – Но ты же всегда их носишь с собой! – Теперь твоя очередь. Мне надоело. Если мои родители увидят, их мнение обо мне изменится. – А моей маме, думаешь, понравится? Куда нам столько? В мою комнату часто заходят, а тут прямо склад, блин! Как я оправдаюсь? – У меня, между прочим, есть горничные, если ты не забыл. И они обо всём докладывают родителям. А я же должен быть таким серьёзным. – Раньше ты же их как-то хранил? – Вот именно, теперь твоя очередь. – Ой, не так уж и много мне обычно надо. – Да неужели? Имей в виду, Нам Ухён, если я оставлю их у себя, ты от меня ни одной штуки не получишь. Выкручивайся, как хочешь. – Как будто тебе от этого хуже не будет. – Справлюсь как-нибудь. – Они же маленькие, кругленькие, никто не заметит. – То же самое могу сказать и тебе.»). Дону заржал прямо сразу, Сонёль и Сонджон сидели с широченными лыбами, иногда коварно переглядываясь, а Ховон лениво закрывал последнему уши. Так, для вида. Потом, договорившись о честном разделении имущества пополам, спорщики обратили внимание на остальных и с неким недоумением пояснили, что разговор-то был про конфеты. Теперь пришла очередь Хои смеяться, тогда как парочка младшеньких Ли, похоже, совсем разочаровались в жизни. Чан же оставался в неизменном состоянии. К слову, Сонёль вообще оказался очень бесцеремонным другом. Он упорно продолжал выпытывать у Ухёна пикантные подробности (и, скорее всего, не из собственных интересов, а чтобы развращать макне), притом очень назойливо. - Признайся честно, ты же снизу? – каждый раз спрашивал он доверительным шёпотом. – Я знаю, что хён тебя притесняет. Я хочу тебе помочь. - Сонёра, признайся честно, ты же встречаешься с Мёнсу? – спокойно парировал старший и с неким удовлетворением смотрел на уведомление о прерванном вызове. И как этому ребёнку ещё не надоело? Хотя Ким никогда особо не рвался доминировать в их отношениях. Он с поразительной ловкостью каждый раз указывал нужное направление, а потом делал шаг назад, позволяя партнёру взять всё в свои руки и нести ответственность за это решение. А вот при всех покомандовать очень любил. Наверное, чтобы никто даже не сомневался в его лидерстве. И Дону тоже иногда бывал полезным. Он знал старшего гораздо дольше и, если выдавалась свободная минутка, с удовольствием рассказывал какие-нибудь смешные истории из их общего прошлого. Так у Нама появлялось ещё больше секретной информации, которую он тщательно хранил. Правда, в такие моменты Сонгю всегда появлялся почти сразу, неодобрительно качал головой и утаскивал за собой смеющегося басиста, обещающего непременно закончить с этим случаем как-нибудь в следующий раз. А ещё Ким никогда не говорил о своих чувствах, даже демонстрировал их поступками крайне редко, и после каждой встречи оставалась давящая недосказанность. Было как-то странновато. Но у Ухёна тоже имелся свой козырь в рукаве: хозяин клуба устраивал порой свободные вечера, когда каждый желающий мог что-то продемонстрировать публике, а у Нама в блокноте, тщательно скрываемом ото всех, как раз совсем недавно появились неплохие строки, к которым оставалось только подобрать музыку. Неплохой шанс, не так ли? Следующая глава, скорее всего, будет заключительной, но всё ещё может измениться. Надеюсь, вы меня поймёте в любом случае))