From Darkness To Light

      Прошло два дня, прежде чем Сомбра достаточно окреп для того, чтобы покинуть медицинское крыло. Доктор настоятельно рекомендовал длительный отдых и обильное питание для восполнения утраченной энергии.

***

      Принцессы и принц, которые в последнее время часто пребывали в библиотеке, были безумно рады, когда он зашел к ним. И после того, как они восторженно обменялись новостями, королевская семья попросила его следовать за ними.

***

      — В чем дело? — спросил Сомбра по дороге к тронному залу.       Селестия кивнула на хорошо укрепленный щитами контейнер, в котором парило сердце маяка. Сомбра моргнул.       — Я думал, оно… — он замолк.       — Уничтожено? — усмехнулась Твайлайт Спаркл. — Его нашли на окраине Империи, и оно всё ещё светилось. Видимо, взрыв, которому мы стали свидетелями, был высвобождением накопленной в нем силы!       — Как? — Сомбра подошел ближе. Словно почуяв своего создателя, сердце мягко запульсировало под пологом щита.       — Не знаю, как ты сделал это, Сомбра, — Селестия улыбалась, глядя на него. — Но ты создал собственный магический артефакт.       Сомбра выглядел ошеломленным.       — Я… я понятия не имею, как… — наконец выдал он, подняв брови и покачав головой в искреннем удивлении.       — Его прямые функции ещё не изучены, мы подумали, ты хотел бы разобраться с ним сам, — его реакция заставила Кейденс улыбнуться. — Мы тоже были шокированы, ведь верили, что видели, как оно разбилось!       Сомбра продолжал пристально глядеть на артефакт. Он вспомнил о воплощении Кристального Сердца, и её слова о том, что она была символом любви Империи, а он стал символом её силы.       «Она как-то повлияла на это?» — подумал единорог, но кивнул, хотя всё ещё был удивлен.       — Это ещё не всё, — Луна взяла коробку со стола, расположенного ближе всех к сердцу маяка. — Кажется, новость о том, что ты потерял брошь, каким-то образом просочилась наружу, и сегодня утром пришло это.       Она телекинезом поднесла коробку Сомбре, и тот с любопытством открыл её. Внутри была вторая брошь, красиво вырезанная из сверкающего драгоценного камня, и она была ещё более потрясающей, чем её предшественница. Казалось, что она сочетает в себе светлые и темные оттенки, едва улавливая свет.       — Это… — Сомбра моргнул, рефлекторно проверяя кристалл даром, которым наделила его кьютимарка. — Кристалл полуночного моря? Его чрезвычайно сложно найти. Такой кристалл способен сохранять магические заклинания довольно большой силы.       И снова его знания поразили Твайлайт Спаркл.       — Для меня это просто блестящий камушек, — невозмутимо сказал Шайнинг Армор, спокойно кивая. Кейденс закатила глаза, а Сомбра усмехнулся, глядя на выражение лица друга.       — Кто?..       — Здесь не сказано, — Луна протянула ему бирку, прилагавшуюся к коробке. Сомбра внимательно изучил витиеватую подпись.       «Нашему принцу» — вот и всё, что было написано. «Нашему» было написано чуть жирнее, чтобы акцентировать внимание.       — И это тоже вернули! — Селестия протянула ему шелковый шарф, ставший неотъемлемой частью костюма Сомбры. Последний раз он видел его на шее Шайнин Си. Селестия повязала его на шею хозяина, а Твайлайт Спаркл заколола новой брошью.       — Идеально! — заключила она.       Сомбра посмотрел на свое отражение в ближайшем огне. Кристалл броши поймал свет и слегка изменил цвет.       — И правда… — тихо произнес он, и Твайлайт снова уловила, как много скрывалось за этой простой фразой.       — И это не всё! — Кейденс кивнула на кучу коробок, аккуратно сложенных у стены.       Сомбра удивленно оглядел их.       — Ты думал это много, но подожди, тут ещё письма! — Шайнинг пихнул Сомбру в бок.       — Милостивая…милосердные… да вы все! — наконец выдохнул Сомбра, заставив всех принцесс дружно захихикать.

***

      У Кейденс была просьба, которую она озвучила после того, как они закончили с письмами.       — После чумы мы устроили неофициальное собрание, чтобы проинформировать всех о случившемся и поблагодарить тех, кто помог нам от неё избавиться.       — Понятно. Вам нужен отчет о стражах? — предположил Сомбра.       — Нет, — усмехнулась Кейденс. — Лайт Шеилд об этом позаботился. Я хотела бы, чтобы ты присоединился ко мне в следующем собрании.       Сомбра выглядел слегка озадаченным, поэтому она продолжила.       — В предыдущие разы, когда ты спасал империю, да и просто когда речь шла о тебе, пони надеялись увидеть тебя. Ты был либо опасно болен, либо занят, поэтому я хочу, чтобы в этот раз ты ко мне присоединился! — она любезно улыбнулась и добавила. — Народ Империи будет счастлив тебя увидеть, и ещё многое предстоит обсудить.       К её облегчению, Сомбра согласился. Кейденс чувствовала, что это позволит ему привыкнуть к публичным выступлениям и светским раутам. Поэтому она и ждала. Коронация должна была стать грандиозным событием, особенно потому, что Сомбра занимал немалое место в сердцах пони, которых привлекла история его искупления, казавшаяся невозможной. Те, кто ненавидел его за прошлые преступления, теперь уважали его за неустанные усилия защитить их. Даже несмотря на то, что всё и все было против него, Сомбра не сдался.       И чума была переломным моментом. Когда он торчал под проливным дождем, несмотря на то, что едва встал на ноги из-за болезни, отказывался уходить, пока пони не выслушают и не поймут инструкции, которые позволят им спасти близких. Некоторые пони писали, что кричали на него, ругались, а один даже назло дернул его за хвост, но прогнать упрямца не удалось. В конце концов, они осознали, чего он пытался добиться, и выразили благодарность.       Но даже так ему всё ещё требовалось максимально возможное время. А коронация становилась всё ближе и ближе…       Если Сомбра и почувствовал её волнение, то ничего не сказал. Без сомнения, он понимал, что это необходимость.       И вот они стояли вместе у главного входа замка. Снаружи была установлена сцена, на которой уже стояли Твайлайт с друзьями, Лайт Шеилд с командиром, а также меткоискатели и Брайт Спарк, которые сыграли жизненно важную роль в сохранении спокойствия своих сверстников.       — Готов? — спросила Кейденс.       — Можно и так сказать, — усмехнулся Сомбра. Толпа по-прежнему заставляла его судорожно искать спасения бегством, но после бала он рассудил, что быть в центре внимания не так уж и плохо. Сомбра настолько привык держаться особняком с тех пор, как вернулся, что отказаться от них оказалось достаточно сложно. Внезапное провозглашение принцем и выставление на всеобщее обозрение было чем-то вроде шока. По натуре он был замкнутым, и все мысли держал при себе. Хоть это и начало меняться…       Когда он объяснил это Кейденс, она понимающе кивнула.       — Всё поменялось так быстро, неудивительно, что ты чувствуешь себя не в своей тарелке. В конце концов, всё наладится, когда вторжение закончится…       Сомбра был одет в полное обмундирование Империи, как бы ненароком обращая внимание на то, что он является главной силой Империи в борьбе с захватчиками. На Кейденс было одно из самых красивых её платьев, а парикмахер с участием Рэрити уложил её локоны в кристальную прическу.       Стражи открыли двери, и шум толпы захлестнул их. Они ступили на временную платформу.

***

      В ожидании толпа сплетничала и недоумевала. Ходили слухи, что свет, который не давал монстрам убить их, исходил от Сомбры, что он создал копию Кристального сердца, чтобы питать свет, и рухнул от магического и физического перенапряжения! Но самым популярным и обсуждаемым был слух о том, что у его высочества есть подружка! Кто же был этой счастливицей? Это по-настоящему будоражило умы пони.       Но сплетни отлетели на задний план, и облегчение пронеслось по головам всех пони, увидевших, что Сомбра идет рядом с принцессой Кейденс. Они подошли к микрофонам. Командир стражи встал рядом, так как ему тоже было, что сказать.       Брайт Спарк поймала взгляд Сомбры, пока он шел, и помахала ему копытом. Он наградил её широкой улыбкой. Единорог также заметил Шайнин Си на краю сцены. Её грива была собрана украшенной драгоценными камнями заколкой, изображавшей сияющую волну, словно отображая имя хозяйки. Она заворожила его своей красотой, и Сомбра почувствовал, как розовеют его щеки от удовольствия, когда её глаза нашли его, а на лице расцвела прелестная улыбка.       — Доброе утро всем вам! — просияла Кейденс. Сомбра последовал её примеру и пожелал всем хорошего дня. Толпа с огромным удовольствием приветствовала принца и принцессу! Казалось, немало облегчения им принесло лицезрение Сомбры в полном здравии. И не менее радостно стало от того, что он пришел к ним на этот раз, а не отсутствовал в силу обстоятельств.       Сомбра видел широкие улыбки пони, видел, как многие приветливо махали копытами, пока он стоял на сцене. Он повторил жест Кейденс и помахал им с нежной улыбкой.       Многие окликнули его, спрашивая, как он себя чувствует. Действительно ли он был ранен?       Немного испугавшись, Сомбра поспешил заверить, что с ним всё в порядке. Он видел, что Кейденс так улыбается, словно ожидала то количество внимания, которое обрушилось на Сомбру. Она заметила, пусть это и было тщательно скрыто темной шерстью, что он покраснел.       Шайнин Си тоже видела это, и её сердце сжалось от радости, когда она увидела, насколько Сомбра счастлив от такого приема. Его уши так мило дернулись, и ей резко захотелось их прижать…       Она отбросила внезапное искушение и сосредоточилась на происходящем.       Как только народ убедился, что их драгоценный Сомбра и вправду полностью здоров, Кейденс приступила к объяснению произошедшего. Тьма, накрывшая Империю, на самом деле оказалась куполом, созданным тварями. Таким образом они пытались поймать и осушить как можно больше пони. К сожалению, им это частично удалось. До того, как началась эвакуация, многие пони пострадали. Но по сравнению с тем, каким исход мог быть без вмешательства, это всё равно считалось победой.       — А что это был за свет? — спросил кто-то из толпы. Кейденс кивнула Сомбре, предоставляя ему взять слово, поскольку он лучше всех разбирался в ситуации.       Он вызвал в воображении воспоминание и спроецировал его перед собой, чтобы наглядно показать публике. Толпа замерла, наблюдая, как брошь в виде сердца увеличилась в размерах и превратилась в настоящий артефакт, а затем ярко засияла фиолетовым светом, освещавшим улицы.       — Значит, всё это время ты один заставлял его светить? — спросила уронившая челюсть на пол кобылка.       Сомбра кивнул.       — План был основан на концепции неестественной тьмы, ставшей жертвой неестественного света. А что есть темная магия, как не свет, порожденный тьмой?       Твайлайт одобрительно кивнула. Ей понравилось объяснение Сомбры. Не обошел темную магию, но сумел немного романтизировать её!       Командир привлек внимание Кейденс, показывая, что хочет сказать пару слов. Она кивнула.       — И это ещё не всё, — отчеканил он ровным и громким голосом, когда подошел к принцессе, и все аплодисменты Сомбре утихли.       — Наши попытки найти столь многих из вас и скоординировать такую масштабную эвакуацию были бы невозможны, если бы не заклинания его высочества. Благодаря заклинанию на карте, мы получили возможность координировано перемещаться от дворца и обратно, к баракам и вашим домам без необходимости останавливаться и совещаться, куда нам следует идти.       Он повернулся к Сомбре и Кейденс, отступил назад.       — Я хочу поблагодарить вас, как и все мои солдаты! Ваши тактические заклинания спасли жизни не только горожан, но и многим из нас!       Лайт Шеилд улыбнулся, когда его командир отсалютовал принцу.       Толпа была поражена. Значит, свет и охрана — это всё дело копыт Сомбры? Они затопали копытами и радостно зааплодировали, когда Сомбра отсалютовал в ответ! Когда его спросили, как ему в голову пришла идея неестественного света, Сомбра на минутку задумался, пытаясь придумать объяснение.       А потом решил использовать тот же метод, которым рассказал Стилл Вайру свою историю. Сцена и стилизованные фигурки пони.       Появился отряд стражей, а также Сомбра, командир и карта. Единорог воспроизвел заклинание, от которого над головами стражей зависли кристаллы, тут же появившиеся на карте, демонстрируя таким образом способ, которым они координировали отряды. И как эта магия связана с ним.       — Ой, эт очень мило! — тихо прокомментировала Эпплджек.       — Словно сказка! — улыбнулась Рэрити.       Пони покивали и заговорили между собой.       Сомбры улыбнулся, когда закончил демонстрацию, и погасил заклинание.       — До сих пор с большинством атак можно было справиться при помощи грубой силы или массовых заклинаний. Но эта совершенно другая. Они снова изменили тактику. И лучшим решением было доверить стражникам доставить вас во дворец, чем спасать вас в одиночку!       Командир кивнул. Вместо того, чтобы героически заниматься спасением жителей в одиночку, Сомбра использовал свою силу и тактический талант с пользой. Он ещё раз обратился к принцу, когда тот закончил свою речь.       — После разговоров с пони, которых вы помогали вести, для меня честь представить вас к награде. Без вашей помощи никто из нас не знал бы, как защитить Империю от тьмы!       Лайт Шеилд встал рядом со своим командиром, передал ему коробку. Суровый единорог открыл её, обнажая резную металлическую брошь.       Она представляла из себя кристалл со стилизованным щитом и мечом, перекрещенными перед ним. Сомбра вспомнил, что уже видел такую на униформе Шайнинг Армора, когда они вместе работали на тренировочном полигоне, а также на униформе командира.       — Это почетный знак, который носят лучшие из лучших, те, кто доказал свою преданность и верность этой Империи. Вы доказали их в каждой встрече с врагом, раз за разом впечатляя нас несгибаемой волей к защите Империи, как бы рискованно это не было. С великой благодарностью от имени всей гвардии, я передаю вам эту награду, ваше высочество!       Сомбра был искренне удивлен, но и чрезвычайно польщен. Он склонил голову перед командиром, и другой пони приколол значок к шарфу.       Командир и Лайт Шеилд отступили назад и снова отсалютовали Сомбре.       — И это ещё не всё! — командира информировали о помощи шестерки друзей, и он знаком велел им встать рядом с Сомброй. Пинки Пай улыбалась и подпрыгивала на месте от волнения.       — Принцесса Твайлайт Спракл и её друзья оперативно организовали эвакуацию ещё прежде, чем его высочество добрался до казарм!       Все зааплодировали, и шесть подруг выглядели очень довольными. Пинки Пай широко улыбалась, даже покрасневшая Флаттершай смогла кивнуть толпе.       — О-о-о, да! — улюлюкала Рэйнбоу Дэш, одаривая толпу самой крутой улыбкой. Пинки откуда-то достала пати-пушку и выстрелила конфетти!       — Но и это ещё не всё! — Кейденс поманила меткоискателей и Брайт Спарк вперед, а старшие пони снова сели. — Вы четверо помогли занять напуганных жеребят во время атаки! Мы все благодарим вас за вашу тяжелую работу!       В качестве особого угощения принцесса подарила каждой по пакетику кристальных конфет, ставших в последнее время особенно популярными и сделанных на заказ.       — Я предвижу гиперактивность! — прошептала Рэйнбоу двум старшим сестрам, которые уже выглядели слегка встревоженными.       Меткоискатели и Брайт Спарк широко улыбались, садясь на место и прижимая пакетики к груди.       Те, кто приложил копыто к созданию новой броши, незаметно улыбнулись в толпе. На Сомбре она смотрелась просто великолепно.       Как только Сомбра сошел со сцены, Брайт Спарк крепко обняла! Он некоторое время говорил с ней и Си, которая снова заставила его улыбаться, просто поинтересовавшись его самочувствием.       — Скоро увидимся, — пообещал он ей, и Си кивнула, слегка покраснев.

***

      Остаток утра Сомбра провел за чтением писем из огромной стопки, образовавшейся, пока он отдыхал. Единорог свернулся калачиком на груде пуховых подушек в тронном зале. Кейденс сидела рядом, занимаясь различными делами.       Все пони, пришедшие поговорить с ней, бросали любопытные и восхищенные взгляды на лежащего в углу принца. Увидев, что они смотрят на Сомбру, Кейденс подговорила их поговорить с ним, ведь единорог нисколько бы не возражал!       Пони были рады поговорить с ним, и помимо чтения Сомбре пришлось разговаривать с важными шишками.

***

      Его беспокоило количество отчетов о травмах и прочих повреждениях, которые Кейденс получала от местных жителей. Когда последняя пони поклонилась и вышла из зала, Сомбра положил письмо и подошел к принцессе. Увидев усталость на её лице, он попросил стражника принести немного знаменитого чая, который так обожал. Кейденс благодарно улыбнулась.       — Утро выдалось напряженным, нужно много обсудить и решить… — она посмотрела на стопку свитков и писем. А потом краем глаза увидела копыто Сомбры. Он протянул его, словно просил передать несколько свитков ему.       — Тогда позвольте мне, — подтвердил он её мысли. — Я знаю, что совет относится ко мне снисходительно из-за этого безумного вторжения, но пока всё мирно, я могу немного попрактиковаться.       — Но…       — Я сижу и читаю письма с благодарностями, пока вы работаете. Это не справедливо, — ответил Сомбра, слабо улыбаясь. Кейденс кивнула, и они разделили стопки бумаг и свитков. Попивая чай, случайно прерываясь, чтобы показать друг другу важные моменты, они разбирались с ними.       Кейденс слышала, как он вздохнул над очередным письмом, и подняла глаза.       — Что такое? — спросила она. Он указал на кучку писем, разложенных вокруг него полукругом.       — Так много зданий повредилось из-за нападений, а ведь сражался с ними. Чувствую себя ответственным за причиненные разрушения. Я должен что-то сделать!       Кейденс покачала головой.       — Ничего не поделаешь. Ответственность за это должны чувствовать монстры, а не ты. Они же взрываются на всю улицу, и ты ничего не можешь с этим сделать.       Единорог кивнул и вернулся к письмам. И вдруг к нему в голову пришла мысль.       — У меня есть идея, — пробормотал он. Кейденс приподняла бровь.

***

      Его предложение звучало глупо, но учитывая его талант к работающим глупостям, Кейденс согласилась. Многие магазины нуждались в поставках, а предприятия были загружены до предела, и не имели возможностями нагнать спрос.       Сомбра предлагал им взять себя в качестве тяглового пони для перевозки товаров. Она слышала от Шайнинг Армора, что Сомбра за короткое время отбуксировал целую кучу древесины на детский фестиваль!       Она должна была отметить, что идея Сомбры довольно странная, но действительно полезная.

***

      Итак, Сомбра вышел из дворца, направляясь к одному из первых поставщиков, занимающихся древесиной и стеклом.       Один из них был ему знаком, так как именно у него Сомбра позаимствовал дерево для киосков. Владельцу магазина понадобилось некоторое время, чтобы осознать, кем оказался его новый клиент, и спросить дежурное «могу я вам чем-то помочь?».       — Вообще-то… — начал Сомбра с веселой улыбкой.

***

      Хозяин был поражен, но доволен. С помощью силы Сомбры объем работы значительно уменьшится. Ему не хотелось заставлять принца заниматься таким тяжелым трудом, но Сомбра настаивал, что титул не сделал его менее сильным.

***

      Тому же пони, в прошлый раз столь ошеломленному силой Сомбры, было приказано пойти с ним, чтобы показать дорогу. И снова он был поражен тем, как легко Сомбра тянул тяжелые грузы и не выглядел прилагающим усилия. И все владельцы магазинов на какое-то время выпали из реальности, удивленные появлением совершенно невозмутимого Сомбры с тяжелой тележкой.       В благодарность за то, что Сомбра выделил время для помощи им, пони предлагали ему еду и напитки, а также не обделили помощника. Услышав, что наследный принц отсутствует в замке и собирается помогать с ремонтом магазинов, многие пони срочно вышли за покупками, чтобы посмотреть на это.       Для Сомбры эта работа была легкой, и к всеобщему любопытству, нисколько его не утомила.       Единственная досадная ситуация случилась, когда Сомбра случайно зацепился краем седельной сумки, пока выпутывался из тележки, но он лишь пожал плечами. Он не заметил, как одна из владелиц магазинов, составлявших большую часть толпы, наклонила голову и улыбнулась.

***

      На следующее утро Сомбра получил ещё один пакет. Открыв его, он увидел седельную сумку черного цвета с золотой окантовкой и, конечно же, на клапанах сумки была его кьютимарка. Он снова поразился тем, как чутко жители Империи подмечали подобные вещи. Они сделали ему подарки взамен тех вещей, которых он лишился…       Он прочитал прикрепленное письмо, улыбнулся и тут же написал ответ. Завтра он доставит его лично.

***

      Позже той же ночью произошло ещё одно нападение, на этот раз, помимо магической энергии, они получили информацию и план.

***

      На следующий день Сомбра появился в стекольных мастерских. Они были также поражены, но не могли отрицать, что помощь действительно пригодится.       Сомбра снова заметил, что их беспокоит соотношение его титула и работы, которую он выполняет. Но он процитировал владельца лесопилки:       — Я сложен как полубог, почему бы это не использовать с пользой?

***

      Сомбра только что закончил с последней поставкой для второго из двух основных поставщиков стеклянных изделий, и собирался уже отвезти пустую тележку обратно в магазин, когда тщательно спланированный план пришел в действие.       Тень тщательно выбрала несколько уединенных переулков, но не на главной торговой улице, а скорее в ответвлениях. Там было несколько магазинчиков, в основном дизайнерских вещей высокого класса. Едва пони успели закричать как тень заставила их замолкнуть, накинув заклинание, словно одеяло, и полностью овладев их телами, как делала до этого. Это было просто.       Почувствовав присутствие Сомбры неподалеку, тень послала свою марионетку ко входу на маленькую аллею.

***

      — Эй! Помогите! Пожалуйста, помогите! — вопль ужаса достиг ушей Сомбры, и он остановился, увидев, как к нему по переулку бежит кобылка.       Он моргнул, заметив, что она очень огорчена. Она выглядела испуганной до безумия, слезы собирались в уголках её зеленых глаз.       — В чем дело? — спросил Сомбра, выскальзывая из упряжки и подбегая к ней.       По сигналу тень послала импульс, который заставил Сомбру выругаться и застонать от боли в голове.       — Монстры! — прорычал он. Кобылка кивнула, её глаза наполнял страх и что-то ещё…       Он по-доброму улыбнулся ей.       — Не волнуйтесь, — мягко произнес единорог. — Всё скоро закончится, и вы будете в порядке.       Он помчался по аллее, с которой прибежала кобылка, и с каждым шагом голова болела всё больше и больше. Сомбра знал, что кобылка бежит за ним следом, переживая за своих собратьев.       Он увидел, как существо загнало пони в угол. Сердитый рык вырвался из груди.       Тень обернулась.       — О, маленький принц. К сожалению, я занят…       — Оставь их! — выплюнул Сомбра. — Это наша с тобой битва!       — Хочу отдать тебе должное, — засмеялась тень, чуть подплыв ближе. — Ты отложил наши планы маленьким световым шоу. Жаль, что придется уничтожить тебя, прежде чем он расцветет во всей красе!       — Я бы не был так уверен, — сплюнул единорог. — Твои планы сгорят, и я в этом поучаствую!       — Какие смелые слова, маленький принц. Но скажи мне, сможешь ли ты расправиться с собственными поданными, чтобы сделать это?       — Что? — Сомбра замотал головой, заметив, что все пони внезапно встали вокруг него с пустыми взглядами.       Он выругался, когда один из единорогов внезапно выстрелил в него магическим снарядом. Сомбра отпрыгнул назад, полы плаща распахнулись вслед его движению. Он вскинул щит, отразив ещё несколько снарядов. В голове гудело. Их очень много…       Тень отплыла за спины пони.       — Это уморительно! Ты спасешься сам, заявив, что не причинишь им вреда, или ударишь в ответ, чтобы спасти их? Что ты выберешь, маленький принц?       Она рассмеялась, а Сомбра почувствовал, как сердце упало. Что ему делать?! Атаковать их? Не может же он вечно прятаться за шитом…       Но потом он заметил своё отражение в одном из окон, и увидел блеск броши-сердца. Сомбра коснулся его копытом и закрыл глаза.       Улыбнулся, отчего тень пришла в ярость.       — Ой, перестань вести себя как великомученик, извращенный ублюдок! — взорвалась она. — У тебя есть два выхода, так выбирай! Доверенные тебе подданные или ты сам?!       — Ни то, ни другое, — усмехнулся Сомбра. — У меня есть третий вариант.       Он снова закрыл глаза и призвал заклинание, но оно было не атакующим.       — Лжец, ты же в отчаянии. Что ты там колдуешь, если не заклинание спасения своей никчемной шкуры?       — Не свою… — Сомбра снова усмехнулся, открывая глаза. Тень нахмурилась. О чем это безумец бормочет?       Сомбра увидел, как единороги готовят следующий залп, и глубоко вздохнул. Удар после их выстрела застал бы их врасплох, но…       Он отбросил страх и приготовился.       Челюсть тени упала на пол, потому что Сомбра дождался, когда снаряды сорвутся с рогов, глубоко вдохнул и опустил щит.       Заклинание озарило улицу фиолетовым светом, волной вырвалось из тела. Там, где тени использовали его слабости, он мог использовать их.       Заклинание окутало пони вокруг, но их атака достигла цели. Сомбра рухнул на землю, седельные сумки отлетели на несколько метров. Из них вывалились свитки с подробным описанием его работы в компаниях и письмо с благодарностью.       Но времени их поднимать не было, ведь пора было действовать! Сомбра закрыл глаза, притягивая к себе сгустки одержимых, как делал раньше…       Тень ухмыльнулась. Сомбра пытался подняться на ноги, но пошатнулся и сгорбился от боли.       — Тяжело, правда ведь? — она появилась перед ним и зависла в воздухе, сверкая глазами. Схватила искривленным копытом за подбородок и заставила Сомбру посмотреть на себя. — Я рассчитывал, что ты так сделаешь, поэтому добавил немного новизны в заклинание.       Она посмотрела на брошь и рассмеялась.       — Скоро у тебя будет сердце не из кристалла, а из камня!       Она отпустила его и улетела обратно. Сомбра взглянул на свои копыта, чувствуя подступающую тошноту, и заметил, что они окаменели. И с каждой секундой камень продвигался вверх, к груди и крупу.       — В этом мире полно удивительных существ. Ты слышал о кокатрисе, а? Он превращает свою жертву в камень.       Не в силах пошевелиться, Сомбра уставился на тень, параллельно пытаясь остановить окаменение. Но магия лишь замедляла его, не высвобождая из камня.       Паника подступала. Что же делать?!       Тень запрокинула голову и рассмеялась в злорадном ликовании. Видеть мучения Сомбры было прелестно!       — Ч-что происходит? — первая очнувшаяся пони зашевелилась и, увидев тень, вскрикнула.       — Да, дурочка, — захохотала тень. — Ваша безопасность куплена жизнью вашего драгоценного принца. Скоро он превратится в каменную статую.       — Нет! — всхлипнула кобылка. По её щекам уже текли слезы.       — А теперь пришло время обеда, — усмехнулась тень, подбираясь ближе.       Сомбра наблюдал за ним, понимая, что это единственный шанс.       Понимая, что так он ещё быстрее окаменеет, он перестал замедлять распространение камня, и выстрелил магией в тень.       — Крять! — вскрикнул он, и кобылка свернулась калачиком на земле, визжа от испуга.       Магия ударила в голову тени, но прежде чем она взорвалась, Сомбра увидел смесь гнева и триумфа на её лице.       — Победа за мной, — были её последние слова, прежде чем магия Сомбры стерла её с лица земли.       Сомбра вскрикнул от боли, чувствуя, как камень ползет вверх, и изо всех сил пытаясь его замедлить.       — В-ваше высочество! О, милостивая Селестия, — кобылка вскочила и ахнула, увидев, с какой скоростью распространяется камень.       — Не подходи, я не хочу, чтобы он перекинулся на тебя, если такое возможно, — сказал Сомбра максимально спокойно, но она слышала напряжение в его голосе.       — Нужно что-то сделать! — кобылка была на грани паники. Сомбра попытался пошевелиться, но боль пронзила его тело, так что пошевелить копытом не вышло. Пони начали просыпаться, и паника распространялась на каждого. Как и все одержимые, они видели, что делают, но не могли остановиться. Как только они осознали, что чудовище сделало с их принцем, их беспокойство и волнение превратилось в ужас. Кто-то побежал за стражами или хоть кем-нибудь, кто мог помочь, остальные сгрудились вокруг Сомбры.       Он и сам был далек от спокойствия, но старался не демонстрировать страха, чтобы не породить настоящую панику. Усиление магического поток на какое-то время почти отогнало заклинание, но стоило прервать концентрацию, и всё вернулось чуть ли не с большей скоростью, чем до этого. Камень уже подползал к браслету на его ноге.       Но стоило ему коснуться его, как драгоценный камень засиял, и камень отступил, словно тот причинил ему боль. Сомбра уставился на браслет с удивлением, чувствуя знакомое присутствие в голове.       — Не сдавайся… ты не один.       Он узнал голос Кристального Сердца.       — А что мне ещё делать? –подумал Сомбра, а потом спросил. — Погоди, а как ты?..       — В нашу последнюю встречу я припрятала в драгоценном чуть больше энергии, чем тебе было нужно, на всякий случай. Но недостаточно много, чтобы сдерживать такое заклинание. Хотя бы выиграет время. Хотела бы я дать в тот раз больше, но этого не предвидела…       — Никто не смог бы предугадать такое. Я постараюсь найти выход, я не хочу бросать их, не теперь!       Это Сомбра знал точно.       — Не бойся, доверься им. Они заботятся о тебе, мы оба это знаем. Они не увидят, как ты страдаешь в одиночестве. Сомбра почувствовал, как страх отступает. Стало легче дышать.       Пони, проснувшаяся первой, увидела свечение драгоценного камня и моргнула.       — Оно останавливает окаменение… — прошептала она.       — Да, но это ненадолго, — Сомбра проглотил бурлящую в животе панику, пытаясь снова мыслить ясно.       — Почему оно не может остановить его полностью? — спросила кобылка.       — У меня недостаточно магии, заклинание могущественно, а мои силы на исходе.       «Они любят тебя, помни, и через них ко мне…к тебе. Не бойся» — мягко прошелестел голос Кристального Сердца.       Сомбра посмотрел на драгоценный камень. Беспокойство сжимало грудь, но он знал, что должен сделать.       Он встретился взглядом с кобылкой и теперь узнал в ней ту, кто привел его сюда.       — Вы видели, что я не в себе, не так ли? — прошептала она с наворачивающимися на глаза слезами. — Поэтому сказали, что я скоро буду в порядке, вы знали…       Сомбра кивнул. Пони вытерла слёзы и, увидев по взгляду, что он хочет что-то сказать, повернулась к остальным и жестом попросила замолчать. Снова повернулась к Сомбре, изо всех сил сопротивляющемуся заклинанию.       — Ваше высочество, всё, что угодно, просто скажите нам!       Он смотрел на них, тревога и вина сжимали грудь, но драгоценный камень в браслете слабо пульсировал, словно ободряя его.       Сомбра закрыл глаза. Он чувствовал себя виноватым за свою просьбу и поклялся, что отплатит им как угодно, если сможет выбраться.       — Я думаю, есть способ остановить окаменение, — запинаясь от боли, проговорил он. Боль заглушала его голос, а когда он говорил, даже его заклинание ослабевало, и холод пробирался в кости легкими покалываниями. — Но для этого нужно больше магической силы, чем то, что у меня есть. Я истратил большую часть, а остальное не могу применить, потому что окаменение отделяет её от меня. Да и её не хватит теперь…       Кость пробило болью, и Сомбра рвано вздохнул. Ему становилось всё хуже и хуже, и теперь все это видели.       — Пожалуйста, простите меня за мою просьбу, но мне нужна ваша магия…       Через закрытые веки он видел яркое сияние, и в нерешительности открыл глаза. Каждый единорог в толпе улыбался ему, а их рога уже горели.       — Вам нужна наша магия и всё, сир? — спросил один из близко стоящих единорогов с улыбкой. — Тогда расскажите, как нам передать её вам!       — Вы сможете её адаптировать? — задал вопрос жеребенок. — Будет ли обычная магия работать с темной? У вас и правда особенная магия, а моя обычная…       Взгляд жеребенка на его магию заставил Сомбру почувствовать себя лучше. Он улыбнулся малышу, и эта улыбка подбодрила его.       — Магия есть магия, и мы такие, какие есть. Меня этому научила маленькая умная пони.       — Круто! — глаза детей заблестели. — Значит, вы можете использовать нашу магию?       — Да, могу, — кивнул Сомбра. — Уже дважды магия аликорнов использовалась для помощи мне. Принцессы подарили мне часть своей магии после происшествия на стадионе.       — Тогда вы тоже потратили много магии. Какие же заклинания используют эти твари?! — спросила их мать.       — Огромные и сложные. Все заклинания одержимости, под которыми вы оказались, потребовали от меня больших усилий, чем я рассчитывал. Теперь-то становится понятно, что это было предостережением, которое я должен был увидеть, но я не смог…       — Пустяки, сир! — жеребец поймал взгляд принца и кивнул. — Если это поможет вам, то настал наш черед спасать вас так же, как вы спасали нас!       — Отлично, все! — первая кобылка сплотила их вокруг себя. — Этот драгоценный камень как-то сдерживает, отвлекает окаменение, верно? — она улыбнулась Сомбре, который ошеломленно кивнул.       — Приготовьтесь, — мягко произнесла она. Сомбра кивнул, сосредоточился на камне, выровнял дыхание.       Тем не менее, когда объединенная магия более дюжины единорогов поразила его тело одновременно, он чуть не потерял контроль над заклинанием. Направляя её через ощущения, как он делал это со своей магией, Сомбра закрыл глаза.       Голос Кристального тела затих, несомненно, она исчерпала себя, пытаясь достучаться до него, но Сомбра знал, что должен делать!       Он собрал магию, которую давали ему единороги, и мысленно представил её разноцветным сияющим облаком, а заклинание, которое обездвиживало его, как серый кристалл. Он взял магию единорогов, объединил её со своей, превратив в светящиеся стрелы. А затем выстрелил в сердце серого кристалла, молясь, чтобы этого хватило! В реальном мире встревоженные граждане увидели, как светится камень в браслете, а затем свет распространился и окутал застывшего принца. Они прикрыли глаза, когда свет стал слепить, а потом раздался треск и, к их радости, спотыкающийся цокот копыт! Пони открыли глаза и увидели, как Сомбра делает нерешительные шаги вперед. На его лице была смесь потрясения и облегчения.       Они дружно зааплодировали, их облегчение и счастье отражались на лице Сомбры. Пони сгрудились подле него, радуясь, что принц в безопасности.       — С-спасибо… — наконец выдавил Сомбра. — Я не знаю, как вам отплатить, всем вам…       Одна из пони подошла к нему с седельной сумкой, водрузила её на законное место.       — По сравнению с тем, сколько жизней вы спасли, и что для нас сделали, это меньшее, чем мы могли отплатить вам! Мы любим вас, сир, и не позволим пропасть! — твердо сказала она. Остальные кивнули и выразили согласие возгласами.       Сомбра не мог говорить, только кивал. То, что они испытывали к нему столь сильную привязанность, было равноценно сбывшейся мечте.       Та же пони улыбнулась ему, кивнув на сумку.       — Я правильно угадала с декором, ваше высочество?       — Так это была ты! — Сомбра открыл сумку и выудил письмо, протянул ей. — Вот.       Кобылка открыла и прочитала его. Улыбка, расцветшая на её лице, была полна восхищения, когда она подняла глаза.       — Я увидела, что ваша старая сумка порвалась, и подумала, что вы заслуживаете чего-то особенного. Поэтому сделала эту. У неё толстая двойная подкладка, так что не должна порваться. Работа, которой вы занимаетесь, очень тяжелая…       — Она прекрасна, — улыбнулся Сомбра. — Спасибо!       Стражи, за которыми побежали другие пони, наконец, добрались до них, поклонились принцу и спросили, все ли с ним в порядке.       — Всё хорошо, причиненный вред устранен, — Сомбра посмотрел на собравшихся граждан. — Всё благодаря их щедрости. Они спасли меня.       Стражи кивнули, выражая искреннюю благодарность пони за заботу о принце Сомбре.

***

      Но когда он шел обратно, внезапно пришла мысль. Что, если Сердце сказало о его ФИЗИЧЕСКОЙ форме, когда подпитывало его силу собственной? Нужно было переговорить с принцессой Луной…

***

      Он оставил ей сообщение, и, конечно же, когда заснул, очутился в темноте. Она уже стояла там, мягко улыбаясь.       — Чем мы можем тебе помочь? — спросила она.       Сомбра нервно вздохнул и ответил.       — Мне нужно вернуться к воспоминанию тысячелетней давности.       — Ты имеешь в виду?..       — Да, в ту ночь, когда я изменился, — кивнул Сомбра, видя обеспокоенное выражение её лица. — Мне нужно кое-что увидеть.       Луна не стала спокойнее, и Сомбра поспешил это исправить.       — Не волнуйся, я не причиняю себе вред или что-то в этом духе. Мне нужно изучить заклинание, изменившее мою внешность, у меня есть теория.       Удостоверившись, что это не очередная абсурдная форма наказания, Луна кивнула. Стоило Сомбре открыть глаза после магического вихря, как его желудок сжался. Знакомые стены тронного зала и… отец.       Хоть это и было всего лишь воспоминание, видеть его всё равно было больно. Но в тоже же время ему было радостно.       Небольшая часть его умоляла отвернуться и не смотреть на то, что будет дальше, но Сомбра твердо остался на месте, решительно наблюдая за разворачивающейся сценой.       К моменту, как заклинание было освобождено, а отец исчез и детская версия его превратилась во взрослую, Сомбра понял, что был настолько напряжен, что это было физически больно. Он почувствовал, как его окоченевшие конечности вернулись к жизни после тяжелого усилия, и, спотыкаясь, двинулся вперед, кое-как восстановив равновесие.       Теплое крыло легло на спину, и он услышал голос Луны.       — Замечательно, что ты не пытался уклониться, а просто смотрел вниз. Но ты не должен причинять себе боль таким образом. Ты столкнулся со своим прошлым…       Сомбра взглянул на неё. На его лице были нерешительность и растерянность, и Луна видела, что он понимает, о чем она, но всё же старается отрицать это.       — Поверь нам, мы знаем, что такое наказывать себя. Что значит погрязнуть в темной жалости к самому себе. Но ты должен положить этому конец. Мы можем наказывать себя целую вечность, но это было бы оскорблением того, чему мы оба научились!       Сомбра неуверенно кивнул и закрыл глаза. Крылом Луна почувствовала, что он вздрогнул, когда снова взглянул на уже пустую комнату.       — Что теперь? — спросила Луна.       Сомбра глубоко вздохнул.       — Я… я не могу объяснить…       — Мы знаем, — улыбнулась Луна и отступила назад, давая ему возможность сотворить любое заклинание, которое он замышлял.       Сомбра благодарно улыбнулся ей в ответ, затем повернулся лицом к комнате. Он закрыл глаза, магия потрескивала у его копыт. Луна с удивлением и изумлением наблюдала за тем, как туманные образы пережитого появлялись в воздухе. Вскоре они стали множиться, показывая каждое мгновение застывших во времени, рассеченных и просачивающихся усиков магии, которые начали собираться в клубок в центре комнаты.       — Осторожнее, Сомбра… — пробормотала Луна, видя, как объем изображений увеличивается.       Сомбра быстро просачивался сквозь них в поисках нужной ему нити. Но как только он её разъединил, масса нитей вздрогнула и начала сливаться.       — Стой! — крикнула Луна, но было слишком поздно. Нити слились, приняв форму пони, и бросились на Сомбру. Пони прижал его к земле, копытом коснулся сердца, и Луна увидела как время замедлилось и уже не шло, а ползло, медленнее, чем она ожидала.       Сомбра и существо встретились взглядами. По началу Сомбра был напуган, но затем выражение на его лице стало… приветливым? Существо из памяти же сменило злость на удивление.       — Пришло время мне понять тебя… Прости, что это заняло так много времени, — тихо сказал Сомбра. Лицо формы памяти исказилось в чем-то, похожем на горе и нужду. Луна поняла, что Сомбра игнорировал то, что больше всего пострадало, его собственную веру в себя. Он превратил себя в то, что сам считал монстром в том возрасте.       Форма памяти склонила голову, а затем рухнула и обняла Сомбру передними ногами.       Вспышка ослепила Луну, и сквозь шум в ушах она услышала его крик.

***

      Она очнулась в башне на верхних этажах дворца. Стоя на потолке.       — Ч-что во имя сестры?! — закричала принцесса, хлопая крыльями, чтобы выпрямиться, прежде чем вылететь из двери и ринуться вниз по ступенькам в поисках Сомбры.

***

      Сомбра проснулся с сильной болью в груди, смешанные чувства бурлили в ней. Конечный результат заклинания настиг его, и Сомбра сгорбился в кровати. Так много всего пронеслось в голове, количество старых эмоций захлестнуло…       Он почувствовал чужое присутствие. Его призрачное тело, форма памяти, прислонилась к нему.       Сомбра закрыл глаза, прикусив губу так сильно, что потекла кровь.

***

      Луна пинком распахнула дверь и заметила тень, пытавшуюся удержать Сомбру, пока он боролся с воспоминанием о заклинании, так резко изменившем его жизнь.       Она взглянула на нее, и слабо светящиеся красным глаза, казалось, умоляли о помощи. Это чувсво укрепилось, когда тень протянула к ней копыто, всё ещё сохраняя выражение мольбы на месте лица.       «Она знает, что он всё ещё напуган, — поняла Луна. — Хоть он и принял воспоминание, он всё ещё боится…»       Принцесса поспешила вперед и села напротив Сомбры на кровать.       «Мы здесь, и я имею в виду не только королевское мы», — подумала она.       Пока единорог искал ответ в конструкции заклинания, он запутался в их нитях, а затем увидел сияние. Оно расчистило ложные пути, позволив ему увидеть нить, связанную с моментом, который он искал. В момент, когда родилось это заклинание. Заклинание недоверия, гнева. Созданное магией, управляемой эмоциями и инстинктами, оно означало опасность. Он сам вызвал эту тьму, подсознательно ища способ избавиться от унизительного и беззащитного прошлого. Он создал его, чтобы убрать страх, просочившийся в его кровь, и стереть сердце.       Вот он, недостающий кусочек. Противостояние той части его, что была потеряна, и той, что возродилась.       Стоило Сомбре признать, что это две стороны одного и того же, заклинание раскрылось в его сознании, словно распустившийся цветок. Его одновременные сложность и простота противопоставлялись друг другу. Это было свирепое волшебство, потрясающе сложное творение…       Именно сложность структуры истощала его силу, силу Кристального Сердца. Вот почему ей пришлось добавлять магию, вот почему ей вообще пришлось помогать, чтобы аликорны смогли его оживить. Он создал заклинание, совершенно ничего не зная о темной магии, и она поглотила так много сил, что им потребовалось немало усилий, чтобы призвать его душу и тело. И оно будет продолжать нуждаться в чужой энергии.       Луна открыла глаза и увидела форму памяти, благодарно улыбающуюся. Она растворилась, вернувшись в сердце своего создателя. Сомбра резко вдохнул, освобождаясь от заклинания. Он часто дышал, как будто долго бежал, хотя на самом деле лежал с совершенно несвойственной ему неподвижностью.       — Сомбра… — Луна похлопала его по плечу, заметив, как его растерянный взгляд фокусируется на ней с явным усилием…       — Принцесса… — прохрипел он. А потом резко пришел в себя.       — Что за?! — он тут же замолчал, прикрыв рот копытом. — И-извините! — выдохнул он прежде чем скатиться с кровати так быстро, что Луна могла поклясться, как видит оставшийся после него цветной след. Пока она наблюдала за размазанным серо-черным пятном, дверь ванны хлопнула и, кажется, зажурчала вода из крана?       Несомненно, Сомбра включил его, чтобы заглушить звук рвоты, но Луна догадывалась, что заклинание будет иметь отдачу, пускай и в такой неприятной форме.       Она быстро телепортировалась на кухню и прихватила с собой кучу закусок, прежде чем вернулась.

***

      Когда Сомбра, наконец, смог подняться и убедиться, что ноги не подгибаются, он, шатаясь, подошел к раковине.       Наполнив стакан и осушив его раньше, чем закрыл кран, он посмотрел на себя в зеркало. И уставился на отражение.       Его шерсть блестела по-другому. Как будто… очень слабо светилась.       «Ты становишься похож на отца всё больше и больше», — раздался в его голове голос.       — Что? — Сомбра развернулся, осматривая причудливую ванну и чувствуя, что голова ещё кружится.       -«Это я, хозяин. Сердце маяка».       Челюсть Сомбре пришлось искать на полу. Созданный им артефакт разговаривает?!       — Как…? — прошептал он.       «Когда ты, наконец, встретились лицом к лицу с вашим прошлым, хозяин, ваша убежденность и решимость дали мне часть этой силы, позволив мне… стать больше».       — Моя сила?       «Именно. Я чувствую другое сердце, наблюдающее за тобой. Она рада, что вы сделали этот шаг и проявили сострадание к себе».       — Ты чувствуешь её? — тихо спросил Сомбра.       «Да, и через меня она может почувствовать вас. Это легче, чем связываться с вами напрямую».       — Тогда ты можешь передать ей часть моей силы? — спросил Сомбра. — Я знаю, что она истощила себя, чтобы помочь мне, но она сказала, что любовь — это то, что держит её на плаву.       «Если вы того пожелаете, хозяин».       В мгновение ока перед ним возникло сердце, сияющее завораживающим фиолетовым светом. Сомбра улыбнулся, поднял копыто, чтобы коснуться его, и закрыл глаза. Он передал ей воспоминания о том, как он видел Шайнин Си на собрании, и что он чувствовал, глядя на её улыбку. И те чувства, что переполняли его при взгляде на себя из прошлого…       Волна бледно-фиолетового света пробежала по его телу, вниз к копыту, коснулась сердца и устремилась в него. Оно засияло и исчезло.       «Она назвала меня «другом», — голос Сердца Маяка был… счастливым. Сомбра понял, что теперь он приобретает мужскую интонацию. До этого невозможно было сказать, кому он принадлежит, два голоса как будто накладывались друг на друга.       «Она говорит, что эта любовь очень сильная, потому что очень честная… и что любить себя иногда может быть труднее, но и полезнее всего.       Сомбра почувствовал искреннее облегчение и гордость.       — Спасибо, — пробормотал он, наблюдая, как сердце снова исчезло.       — Сомбра? Если ты закончил говорить сам с собой, выходи, мы приготовили чай, который успокоит твой желудок!       Сомбра подпрыгнул, чувствуя, что краснеет. Он открыл дверь и оказался лицом к лицу с удивленной Луной.       — Надо было оставить кран открытым, правда? — пошутил единорог. Она взглянула на него, усмехнулась и подошла к столу в углу комнаты. Он последовал за ней, сел и взял чашку чая, которую она подтолкнула к нему.       — С кем ты разговаривал? Мы не вполне понимали, о чем шла речь.       Сомбра постарался объяснить, что Сердце Маяка превратилось из простого артефакта в живой. Теперь оно было чем-то сродни Кристальному Сердцу.       — Впечатляет. Оно растет вместе с тобой. Кажется, у этой Империи теперь два стража!       Сомбра кивнул, слегка улыбаясь. Он по-прежнему казался очень бледным.       — Ты знал, что это произойдет? — спросила Луна. Сомбра поморщился, вздохнул.       — Я знал, что оно не будет зло. В конце концов, эта тьма родилась из моей обиды. Но, признаюсь, я удивился, что она показалась мне… — Сомбра взглянул на принцессу. — Она просила о помощи, верно?       Луна кивнула.       — Когда ты боролся с этими чувствами в прошлый раз, ты был один, очевидно, часть тебя не хотела, чтобы это случилось снова.       — Мне жаль, что я постоянно тебя во что-то втягиваю… — вздохнул Сомбра, уставившись на поверхность стола.       В следующую секунду обутое в голубую алмазную туфельку копыто ткнуло его в нос, заставив скосить глаза.       — Хватит!       — Э? Но… — нос получил очередной тычок.       Поэтому он заткнулся и не произнес ни слова. Луна опустила копыто на стол.       — Мы с тобой прошли одной тропой, лишь причины, по которым мы это сделали, отличаются. Мы отвернулись от самых близких нам пони из-за страха и ревности, гнева и печали. Поверь нам, мы были в этом терновом ложе.       Сомбра кивнул, и Луна продолжила.       — То, что нам есть с кем поговорить об этом, для нас большое облегчение. Ибо, хоть наша сестра и простила нам наши преступления, всё же это оставило большой шрам на нашей груди. И не только поговорить, но и свободно изучить магию, которая сыграла немалую роль в нашем изменении, сняло тяжкое бремя с нас!       — Темная магия? — спросил Сомбра. Луна снова кивнула.       — Нас давно беспокоит, что мы потеряли контроль. Сестра предложила переговорить с тобой, раз уж ты ко всем нам привык…       — Другими словами, когда я перестал походить на непослушного жеребенка, — рассмеялся Сомбра. Луна улыбнулась.       — Ты действительно вел себя очень упрямо!       — Никаких аргументов, принцесса… — выдохнул он, но нос единорога снова оказался атакован. — Эй!       — Мы решили, что тебе больше не нужно нас так называть. Для тебя мы — Луна, понятно?       — Но, при… — ещё один тычок.- Пр…- и ещё один.       — Луна? — её копыто остановилось в паре миллиметрах от его носа, а затем опустилось.       Она кивнула, и Сомбра вынужденно улыбнулся.       — Сестра говорит, что она уже говорила тебе то же самое!       Сомбра задумался и вспомнил, что Селестия действительно говорила звать принцесс по имени без титулов.       — Почему ты хотел увидеть это заклинание? — наконец спросила Луна.       — Ну, — тихо вздохнул Сомбра, а лицо его исказила тревога. — С тех пор как Кристальное Сердце дало мне остаток сил из-за моего растворения, мысль об этом у меня и вертелась. Она сказала, что я истощаю свою магию так часто и быстро, что она пожирала запасы, которые Сердце дала для моего пробуждения.       — Пока мы тебя понимаем, — кивнула Луна. — Что конкретно тебя беспокоит?       — Это всё уже происходило какое-то время, а учитывая, сколько энергии я использовал в последнее время… Все эти заклинания требовали ОЧЕНЬ МНОГО магии для создания. Я вот к чему: каким должно было быть количество силы, предназначенной для поддержания моей физической формы, если оно позволило мне столько колдовать и лишь сейчас получить последствия? Было ли это связано с тем высокоуровневым заклинанием, которое я использовал в прошлом? Думаю, Кристальное Сердце может иметь достаточно силы, чтобы пополнить, даже скорее продлить его на некоторое время…       — Значит, ты хотел увидеть это заклинание, — закончила за него Луна.       — Это имело смысл. В конце концов, это, возможно, самое сложное и тяжелое заклинание, которое я когда-либо создавал. И я был прав. Смотря на это сейчас, этим вечером, я понял, насколько оно сложно.       Он вздрогнул, заставив Луну нахмуриться. Он снова был напуган.       Ослепленный ничем иным, кроме как гневом и горем, я объединил заклинание старения, отбросившее меня на много лет вперед, и заклинание изменения внешности, повлиявшее на мой вид во взрослом возрасте. Любое другое заклинание старения просто сделало бы меня старше, а это превратило в… это, — Сомбра указал на себя, а затем продолжил. — Что-то настолько большое…       — Должно быть потребляет много энергии, — кивнула Луна, улавливая мысль.       Сомбра вздохнул.       — Я надеялся найти способ это исправить.       — В смысле исправить? — переспросила Луна.       — Ну, может быть, изменить его энергопотребление, чтобы оно требовало меньше подпитки? Когда мы разберемся с угрозой на небе, что случится, если я снова себя истощу? Я не могу позволить себе паразитировать на Кристальном Сердце…       — Но Сердце обретает свою силу через любовь, стоит ему только попросить граждан помочь тебе, и они не будут колебаться. Оно может питаться их чувствами достаточно, чтобы надолго удержать тебя здесь!       Сомбра мягко улыбнулся.       — Она сказала то же самое, когда мы встретились.       — Она? Ах, да, мы помним, Кейденс говорила нам, что ты встретился с образом Кристального Сердца. Мы впечатлены, такого раньше никогда не случалось!       — Я знаю, но меня беспокоит, что мне придется брать её силу, чтобы поддерживать свою жизнь. Это эгоистично.       Луна покачала головой, перегнувшись через стол, чтобы положить копыто ему на плечо.       — Здесь нет места вине, Сомбра. Если бы ты скрыл это обстоятельство, их сердца разбились бы, увидев, как ты исчезаешь…       Она указала копытом на кристальную булавку в виде сердца.       — Они подарили это тебе, чтобы показать, насколько важное место в их сердцах ты занимаешь! Помни об этом.       Сомбра молча кивнул.       — Молодец! — она села и улыбнулась. Заметив, что единорог выглядит сонным, Луна предложила ему вернуться в постель. Похоже, ночные события утомили его.       Когда за ней захлопнулась дверь, Сомбра свернулся калачиком под одеялом и тут же уснул.

***

      Он проснулся с легкой головной болью и вспомнил прошлую ночь. Наконец-то у него появилась возможность изучить заклинание, превратившее его в того, кем он был сейчас. Продвинутое заклинание, созданное из чистой магии, высвобожденной и потерявшей контроль. Он не знал, что его магия управляется эмоциями и инстинктами.       Тогда он почти ничего не знал. Это заклинание было его сложнейшим колдовством, если не считать печально известного изгнания пони из дворца.       Сомбра надел плащ, заколол его новой брошью-сердцем. День был погожий, и он решил оставить доспехи в комнате. Он упростил заклинание, позволявшее ему призывать их отсюда в любое время, но для этого потребовалось попотеть. Доспехи были прочными, но тяжелыми. В жару было легче обходиться без них, если это возможно.       По дороге в столовую Сомбра встретил Селестию. Они остановились, чтобы поболтать, и Сомбра вкратце рассказал о том, что узнал прошлой ночью.       — Интересно. Ты создал что-то настолько грандиозное в столь юном возрасте, — задумалась Селестия. Сомбра вздохнул.       — Едва ли я понимал, что делаю, принцесса…       Нос ткнуло белое копыто в золотой туфельке.       — Луна… — вздохнул единорог. Лицо Селестии каким-то образом сохраняло невозмутимое выражение, хотя уголок рта так и норовил дрогнуть в улыбке.       — Прости, Селестия, — копыто отступило назад, и тихий смешок сорвался с губ принцессы.       — Она и правда зашла ко мне сегодня утром, чтобы напомнить об этом! — улыбнулась Селестия. Сомбра усмехнулся и покачал головой.       — Как я уже сказал, едва ли я тогда осознавал, что делаю, — вздохнул единорог. — Я не понимал сложности своей магии. Это заклинание было последствием детского приступа гнева, ничем более.       Селестия покачала головой.       — Луна показала мне, что ты пережил, Сомбра, и это не было простым детским приступом гнева или вспыльчивого характера. Это было результатом того, как ты был несправедливо напуган миром, и ты был слишком юн для этого. Доброта, которую к тебе проявили, не исправила это, потому что было слишком поздно.       — То, что было после… это самая ужасная ошибка в моей жизни, — тихо сказал Сомбра.       — Не кори себя. Теперь это прошлое, и оно прошло, — твердо сказала Селестия. Сомбра кивнул, отметая вопрос после нескольких секунд хмурого и беспокойного взгляда.       Селестия попрощалась с ним и проводила в столовую.

***

      Там его встретили друзья. Когда он назвал Кейденс «принцессой», она телепортировалась к его стулу и ткнула его в нос, к великому удовольствию Шайнинг Армора.       — Луна… — вздохнул второй раз за утро Сомбра. Когда Кейденс снова появилась на своем месте, все королевские персоны, к которым он ещё не обратился, подняли копыта.       — Даже не надейтесь, — фыркнул Сомбра.       — Ой-ой, — хихикнул Шайнинг Армор, а Сомбра лишь покачал головой.       — Эй, если тебя это утешит, то мы собираемся научить этому Твайли, чтобы ты точно перестал так делать, — усмехнулся Шайнинг Армор.       — Чего? — не поняла Твайлайт, отчего её друзья смеялись до изнеможения.

***

      Позавтракав, Сомбра покинул дворец, отправившись в патруль по городу. Воздух полнился шумами Империи. Пони зазывали покупателей с прилавков, магазины выставляли товары на витрины. Многие обменивались приветствиями, а также здоровались с ним. Сомбра отвечал каждому, в том числе и на вопросы. Он заметил впереди какие-то леса и узнал под ними одно из мест, куда совсем недавно доставлял товары.       Подойдя ближе, он увидел двух пони, пытающихся поставить на место массивную деревянную балку, служившую каркасом. Его покроют кристаллом, чтобы фасад здания был в стиле империи. Один из пони споткнулся и балка выпала из их копыт. Они ринулись её подбирать, но удивились, когда она вдруг зависла в нескольких метрах от земли. Проследив глазами за магической аурой, они увидели принца.       — Сюда? — спросил Сомбра, направляя луч туда, где, как он предполагал, должна была лечь балка. Они кивнули, и он с легкостью водрузил её на место.       — Большое спасибо, ваше высочество! — вздохнул с облегчением жеребец. — Если бы она повредилась, мы бы получили нагоняй.       — Пустяки, — усмехнулся Сомбра. — Не берите в голову, я просто не хотел, чтобы кто-нибудь пострадал.       Они кивнули и помахали на прощание, когда он потрусил прочь, направляясь к следующей остановке маршрута.       Блуждая, он изучал пони, занимавшихся своими делами. Как же, несмотря на нависшую над ними черную пропасть в небе, им удавалось оставаться веселыми…

***

      Утро было мирным, большую часть времени он провел в беседах с горожанами, предлагавшими ему угощения со своих прилавков. Они выглядели довольными, когда он принимал подарки и выказывал видимое наслаждение угощениями. Сомбра также заглянул в Историческое сообщество, чтобы увидеться с Квил Пэтал и узнать, как у неё идут дела с реликвиями Клаудспарка, которые он нашел.

***

      В полдень он ушел, довольный тем, что история его отца не канет в лету.       — Ваше высочество, — он моргнул от неожиданности и увидел, что рядом с ним идет страж.       — Добрый день, — ответил Сомбра с улыбкой. — Какие-нибудь новости?       — Пока ничего не произошло, сир, с момента разрушения купола всё тихо, за исключением нападения на вас.       — Этого и следовало ожидать, монстры стерли меня с лица Эквестрии, а это было их главной целью с тех пор, как я дал им отпор! — вздохнул Сомбра.       — Не волнуйтесь, империя не увидит вашего исчезновения, сир, — решительно сказал страж. Сомбра улыбнулся и поблагодарил его за усилия. Молодой гвардеец расплылся в довольной улыбке, ибо восхищался Сомброй. Он был сильным, выносливым, не отступал от боя. В общем, обладал всеми качествами, которыми он сам хотел бы приобрести в будущем.       Они подходили к вокзалу, когда вспыхнул яркий свет. Сомбра замер, глядя на магический импульс, вспыхнувший в небе.       Затем, не говоря ни слова, он влетел в двери вокзала.

***

      Этой вспышкой была одна из теней, применившая простое заклинание, чтобы ослепить любого рядом стоящего. Она нырнула в поезд, промчалась сквозь вагоны, пока не достигла кабины машиниста.       Там, вместо того, чтобы овладеть машинистом, она использовала извращенную магию, чтобы разогнать двигатель и запустить его. Машиниста же тень просто вырубила, заперев в кладовом отсеке. Пони не смог бы освободиться от заклятия, даже если бы знал как! Поезд тронулся как раз тогда, когда Сомбра и страж выскочили на платформу. Сомбра, не колеблясь, превратился в свою призрачно-теневую форму и нырнул к поезду, уцепившись за ступеньку заднего вагона. Сбитый с толку молодой страж мог только стоять и смотреть, как поезд трогается со скоростью, с которой поезда обычно не ходят. Колеса двигались странной магической силой. Он помчался туда, где последний раз видел своего капитана, это было очень плохо!

***

      Сомбра тем временем взбирался на крышу поезда, сопротивляясь сильному ветру. Чем дальше они удалялись от империи, тем холоднее становилось. Империя, как и его старый дом, была подвержена странной погодной аномалии. Вскоре после выхода из её территорий, начался снегопад. Нынешнее население на девяносто процентов составляли злые ветра.       Сомбра не обращал внимания на холод. В конце концов, он родился в месте гораздо более холодном, но не об этом нужно было сейчас думать!       Тень, удовлетворившись маршрутом поезда, на всех парах несущегося к свободе и новым жертвам, скользнуло к пассажирским вагонам. От своих предыдущих кормильцев она знала, что поезда ходят редко, только если запланирован визит важных пассажиров или торговых рейсов. Так что этот небольшой состав был редкой удачей, которую она до сих пор не могла достать. В основном из-за стражей в очках. Но, воспользовавшись отсутствием Сомбры и заклинанием, она оглушила достаточно пони, чтобы ввести стражу в замешательство и сломать их эффективное построение.       В первом же вагоне она сорвала дверь с петель, заставив и без того перепуганных пассажиров заорать от ужаса. Они пятились назад, столпившись в противоположном конце вагона. Тень ползла вперед с хищной ухмылкой. Раздался треск, и она остановилась, тихонько зашипев. Пассажиры испугались ещё больше — что происходит?!       Кусок крыши с люком рухнули между ними и приближающейся тенью, рассыпавшись сверкающими осколками, а за ними на полу очутилась вторая черная тень.       Пони почти что закричали вновь, когда она взглянула на них, но они увидели красные глаза, обрамленные зеленым свечением.       — Сомбра! — едва не закричала кобылка от облегчения, узнав принца. Все пони империи знали его как своего любимого защитника, возглавлявшего сопротивление с самого начала.       Он одарил их быстрой улыбкой, прежде чем снова взглянуть на тень.       — Собираешься учинить драку здесь, маленький принц? Тц-тц, ты покалечишь своих драгоценных пони, если сделаешь это…       Она рванулась к нему. Сомбра поднял щит позади себя, так что пони не пострадали от удара, когда тень настигла его. Он, однако…       БАМ. Сомбра почувствовал, как заныли ребра.       Отбросив боль, он сбросил с себя тень и прыгнул вперед, когда она снова нырнула к нему. Сомбра материализовался, застигнув врага врасплох, ударил его копытом по лицу. Тень с грохотом швырнуло на сидение, да так, что у того отошло мягкое покрытие. Она поднялась на ноги, закручивая перед собой огромную черную шаровую молнию. Рефлекторно Сомбра активировал щит, чтобы остановить её…       Молния отскочила от щита и срикошетила в нападавшего. Тень пригнулась и нырнула вперед, когда взрывная волна проделала в поезде огромную зияющую дыру. Холодный воздух тут же ворвался внутрь вместе с хлопьями снега. Грохот колес по рельсам почти оглушал.       — Сдавайся, маленький пони! — кашляла тень. — Ты не можешь драться со мной здесь, рискуя жизнями своих граждан!       Сомбра поймал взгляд проводника и приказал:       — Иди к кабине машиниста и останови поезд!       Он закрыл глаза и снял браслет с ноги. Тень, движимая кипящим желанием уничтожить этого назойливого дурака, швырнула ещё больше молний. Сомбра изо всех сил пытался отразить их, пока работал над вкладыванием заклинания в драгоценный камень. Тень продолжала осаждать барьер, даже когда он закончил.       Заклинанием отбросив тень назад и выиграв пару мгновений, пока она изо всех сил пыталась уцепиться за край покореженной стены, чтобы не улететь в метель, Сомбра бросил браслет тому же единорогу-проводнику. Он крикнул ему, что заклинание, записанное в камне, сработает, как только единорог использует свою магию на нем. Испуганный пони поймал бесценный браслет и зашатался. Почему его высочество говорит такие вещи?!       Сомбра посмотрел мимо тени и увидел, что в данный момент они мчатся по мосту через огромное озеро, вода которого, несмотря на отрицательную температуру, никогда полностью не замерзала…       Он застал тень врасплох, как только она восстановила равновесие, оттолкнувшись от земли и врезавшись в нее, окружив их обоих щитовым пузырем. Крики наполнили вагон, когда пассажиры увидели это. Щит, защищавший их, опустился, и несколько смельчаков подошли вплотную к краю, но снег не позволил ничего увидеть.       Помня об инструкциях Сомбры, проводник ворвался в вагон машиниста, освободил его из шкафа. Теперь оставалось только высвободить заклинание внутри браслета.       Драгоценный камень запульсировал, вспышка темной магии пронеслась по поезду. Толчок, и они заметили, что начинают замедляться. Машинист помотал головой, чтобы прийти в себя, и заметил пони, держащего браслет.       — Где принц? — спросил он. Проводник побледнел и объяснил…

***

      — Мы должны его найти! — крикнул кто-то из пассажиров. Они начали говорить один за другим, и их разговор из лепета превратился в гомон. Проводнику удалось заставить их замолчать, втолковав им, что необходимо развернуть поезд и вернуться в империю. Найти Сомбру самостоятельно не представлялось возможным!       — Т-так х-холодно! — дрожала одна кобыла. — А вдруг он замерзнет?!       — Не замерзнет, — пискнул другой пони. Когда его спросили, почему он так уверен, он объяснил, что ему выпала честь поговорить с Твайлайт Спаркл на балу, и она рассказала о том, где родился принц Сомбра и как он устойчив к холоду.       — Он крепкий, он сможет выжить, — говорил пони с уверенностью. Тем не менее, не стоило медлить с отправкой спасательного отряда.       После небольшого ремонта, состоявшего в заделывании дыры в вагоне, поезд дал задний ход, стремясь как можно скорее вернуться в Империю!       Пони нашли седельную сумку Сомбры, брошенную на пол вагона, и решили доставить её обратно во дворец.

***

      Несмотря на то, что к холоду Сомбра был привычен, легкие всё равно слиплись от ледяной воды, окутавшей их, когда они упали в озеро. Даже со щитом, яростный и жгучий холод всё равно цеплялся за шерсть.       Тень запаниковала, когда Сомбра выстрелил в неё магией, и превратилась в детскую форму, чтобы у заряда было меньше шансов поразить её.       Взрыв лопнул пузырь, и Сомбра почувствовал, как осколок ядра порезал ему щеку, а ледяная толща воды взяла тело в тиски. Он зажег рог, вернувшись в свою обычную форму. Ещё одна выдающаяся способность шайров — они отличные пловцы. Сомбра вспомнил, как однажды в наказание его собственный отец бросил его в озеро недалеко от поселения, смеясь над несчастным дрожащим Сомброй, лихорадочно гребущим к берегу. Отвращение прилило к горлу. Его родной отец тоже был монстром. В конце концов, ему удалось достичь берега. Плащ прилипал к телу, а мокрая ткань, казалось, весит несколько тонн.       Он едва успел найти укрытие среди ветвей, как услышал крик. Детский крик!

***

      Малышка Фростфлэйк и её брат-близнец вместе с другом играли в догонялки, бросаясь друг в друга снежками. Фризфрейм, братец Фростфлэйк, как раз бросил снежок в сестру, но промахнулся и попал в дерево. Кобылка хихикнула и высунула язык, метнулась на ближайшую полянку.       Там она нос к носу столкнулась с устрашающе выглядящей штукой. Она напоминала волка, но его шерсть была черной и огненно-оранжевой. От его пасти шел пар, а во рту блестел ряд острых зубов, объятых оранжевым пламенем. Фростфлэйк в ужасе закричала. Её брат и друг резко остановились, увидев, что к ней кто-то приближается.       — Сестричка! — брат протянул ей копыто, за которое она тут же уцепилась, и вытянул из-под щелкающих когтей. Тварь яростно зарычала и снова бросилась на детей. Они прижались друг к другу, широко раскрыв глаза от страха.       Зарычал кто-то ещё, и большое пятно, по форме похожее на пони, выскочило из-за деревьев, бросилось на существо и сбило его на землю в полуметре от испуганных малышей. Они дрались, рыча и кусаясь. Всё, что дети могли разглядеть — это красный плащ и серо-черный мех своего спасителя.       — Пойдем за папой! — взмолился Фризфрейм.       Фростфлэйк остановилась, когда они отбежали до деревьев, и смогла наконец хорошенько разглядеть защитника.       — Не может быть… — прошептала она, поняв, кто это был. Она помчалась дальше за братом.

***

      Сомбра вздрогнул, почувствовав, что сильный жар от тела существа обжег его копыта. В какой-то момент пришлось оттолкнуть тварь. Холодный снег унял боль, но существо оказалось достаточно вертким.       Единорог заметил согнутое полусгнившее дерево и решил пойти ва-банк. Телекинезом он вырвал его, стряхнув осыпавшиеся корни, и развернул, пока существо атаковало его. Сомбра ударил его стволом в грудь. Там, где дерево соприкоснулось с тварью, остались угольки. Казалось, зверь хочет броситься на Сомбру и перегрызть ему горло, но затем он моргнул, развернулся и сбежал.       Сомбра закрыл глаза, роняя дерево. Свое предназначение дробящего оружия оно выполнило. Что ж, какие-то повреждения он этой зверюге нанес, всё же он видел что-то вроде трещин в панцире, когда она падала.       Но что это, во имя Эквестрии, было? Почему зверь сбежал? Сомбра смутно чувствовал что-то, но холод и усталость всё же порядком истощили его. И нельзя забывать, что его окунули в прорубь, и шерсть уже начала покрываться коркой. Он услышал быстро приближающиеся шаги, по крайней мере, нескольких пони точно. Он открыл глаза: действительно, на поляне были пони.       Но какого же было его удивление, когда веревка обмотала левое переднее копыто!

***

      Когда дети объявили о монстре громким криком, родители быстро им поверили! В последнее время они часто замечали в лесу странное существо, и несколько пони просыпались с шишками и легкими ожогами, начисто лишенные сил как физических, так и магических!       Но история стала ещё более диковинной, когда дети добавили, что появилось второе существо, напавшее на огненного волка.       — Это был пони, и он был огромным! — сказал Фризфрейм, широко раскрыв глаза.       — Я знаю, кто это был! Я видела его в газетах, которые мама приносила! — плакала маленькая кобылка. Все пони обернулись к ней. Она закашлялась, внезапно чувствуя, что этого не надо было делать, и пробормотала. — Э-это был Сомбра…       Как и предполагалось, имя экс-тирана вызвало панику.       — Нет-нет-нет, это н-не может быть он! Я думала, принцессы должны были, я не знаю, контролировать его! Каким-то образом! — запаниковала пони.       — Угомонись! — мать близняшек попыталась вспомнить, что писали в газетах. — Это правда, принцессы разбудили его, но ещё была чума…       — У нас нет времени на теории! — вмешался мэр Голдфайр, бледно-желтый единорог с пламенно-белой гривой. — Мы должны поймать и удержать его, прежде чем он натворит неприятностей! Вероятно, эта сволочь скрывается от стражей Империи!       Большая часть народа с готовностью согласилась с этим, но некоторые, включая маму близняшек, не были уверены до конца. В газетах не упоминалось, что Сомбра пытался сбегать. Они упоминали, что он спас Империю от смертельной болезни и что он действительно может защитить их от тварей, пришедшей из трещины в небе!       Но мэр и его сообщники уже шли вперед, неся веревки, которыми обычно удерживали более крупных диких животных в лесу.       — Подождите! — дети бросились за ними вместе с обезумевшими матерями. Сомбра ведь спас их, разве мэр не должен быть с ним добр?

***

      Они пришли как раз вовремя, чтобы увидеть, как огненный волк врезался в дерево. Он встал, напрягся, чтобы уже наброситься на стоявшего напротив раненного жеребца, но почему-то развернулся и побежал прочь.       — Это он, — покачал головой мэр. Для него было по-настоящему шокирующее увидеть столь мощного и внушающего ужас пони воплоти. Когда они обошли его, Сомбра уронил дерево, которое он, видимо, использовал в качестве оружия, и его магия иссякла. Великан выглядел уставшим и, кажется, был ранен, его голова опустилась, тяжелые бока вздымались от напряжения…       — Сейчас! — прошипел мэр, и они побежали к нему, раскручивая веревки. Нужно было поймать его, пока он слаб, иначе он побил бы их!

***

      Сомбра вскрикнул от удивления, потеряв равновесие, и отшатнулся. Веревка натянулась и остановила его. Ещё одна прилетела справа, но когда он уклонился, другая веревка зацепила его правое копыто. А затем опутало и задние ноги.       Вспомнив о том времени, когда стражники были одержимы и поймали его в магические цепи, Сомбра сместил центр тяжести, отпрянул назад, выдергивая веревки, связывающие его передние ноги. Ударив копытами о землю, он закрыл глаза, пытаясь придумать, что делать.       — Тебе некуда бежать, чудовище! — обратился к нему жеребцовый голос. Сомбра открыл глаза, выбрав того, кто, как ему казалось, говорил с ним. Он был центром толпы пони, разгневанные жеребцы размахивали веревками как лассо.       — Отвали! — сердито рявкнул Сомбра. — Ты вообще понимаешь, что делаешь?!       — Да, в наш мирный дом вторглись монстры. Один сбежал, а второго мы загнали в угол.       — Ты думаешь, что я… во имя Селестии! — огрызнулся Сомбра.       — На нем нет ошейника… — прошептал один из жеребцов. — В газетах говорилось, что у него был какой-то ошейник, который Селестия использовала, чтобы избавиться от его магии…       — Очень похоже на экспонат в музее, — кивнул мэр.       — Значит, ты сбежал из Кристальной Империи, да? — громко обратился он к Сомбре с гневом в голосе. — Несомненно, стража ищет тебя, пока мы болтаем!       — Какой ты проницательный! — ответил Сомбра. — И как только они сюда доберутся, ты будешь шокирован!       — С чего это вдруг? Они без сомнения, дадут нам награду за то, что мы остановили тебя прежде, чем ты начал свои темные делишки! Будь благодарен, что мы намерены передать твою живую шкуру, а не труп!       Это несколько обеспокоило Сомбру. Они определенно не знали о том, что происходит в Империи, и он понимал, что шансов убедить их в его безвредности, особо нет. Но наказание за нападение на члена королевской семьи будет суровым, поэтому он попытался остановить их.       — Ради своего блага, уйди с моего пути. Ты даже не представляешь, какие будут последствия, если ты мне что-то сделаешь!       — Думаешь, принцессы тебя защитят? Уверен, ты уже сделал то немногое, ради чего тебя сюда притащили, а сейчас абсолютно бесполезен!       — А ты попробуй найти кого-то, кто сможет разобраться с монстрами! — рявкнул Сомбра. — Даже ты не мог не увидеть трещину в небе!       Мать и дети, наконец, догнали их, и жеребята увидели, как мэр пытается удержать Сомбру с помощью своих сообщников.       — Подождите! — маленькая кобылка чуть ли не визжала. Мэр, нахмурившись, посмотрел на неё.       — Он избил огненного волка, пожалуйста, не делайте ему больно!       — Он такой же монстр, как и волк, — холодно сказал мэр. — И на него он напал только для того, чтобы она ему не мешала!       — Идиоты, — простонал Сомбра. Краем глаза он увидел, как один пони вытаскивает стрелу из колчана, к наконечнику которой был прикреплен шприц. Сомбра видел, как она разрезала воздух, пока мчалась к нему, и с трудом сумел телепортироваться на несколько метров в сторону. По иронии судьбы игла попала в пони, стоящему позади него. Снотворное вырубило его за секунду, и это дало Сомбре окно для побега!       Инстинкт заставил его бежать к озеру, нужно было вернуться к железнодорожным путям. Но не успел он пробежать и нескольких секунд, как что-то щелкнуло по его левой задней ноге, с глухим стуком повалив его на заснеженную землю. Незаметно для него брошь-сердечко, всё ещё находившаяся в его шарфе, расстегнулась. Ошеломленный, он обернулся, увидев ещё одну веревку, опутавшую его ногу. Эта казалась более грубой, и натягивалась каждый раз, как он пытался вырваться. Стоило ему схватиться за неё зубами, как из-за деревьев выскочила другая, на этот раз обвив его шею с помощью единорожьей магии.       Он замер. Это было ой-ой как плохо.       — Эти веревки используются для ловли крупной дичи и больших существ. Как же они полезны в охоте на самого большого монстра в этом лесу, — усмехнулся мэр, глядя на разъяренного единорога, и потянул за веревку, сжимая ею шею жеребца. Этим он вынудил его встать на ноги, чтобы избежать удушения.       — Что ж, готовься к последствиям, — сказал Сомбра. Что-то в его голосе заставило пони задуматься, не упустили ли они чего. Сомбра не пытался ни на кого напасть, только защищался. До сих пор все его усилия сводились к попытке сбежать, поскольку от разговоров было мало толку.       Но ведь мэр был их защитником, не может же он быть опрометчивым?       Жеребята чуть не заплакали, когда увидели, как мэр накинул петлю на шею Сомбры. Они выросли в этом лесу и знали, обходятся с монстрами, у Сомбры не было и шанса.       Фризфрейм видел, что веревка, обвившая ногу Сомбры, уже была мокрой от крови.       — Это ужасно, — прошептал друг близняшек Сноубол.       — Он ничего не сделал! — закричали они в унисон.       Но мэр их не послушал. Веревок становилось всё больше. Если Сомбра попытается освободиться сейчас, он истечет кровью.       — Возвращайтесь в деревню и принесите ошейник. Мы не можем рисковать!       Один из жеребцов кивнул и помчался прочь. Дети обратились к матери, она же окрикнула мэра.       — Сэр, ни одна из газет не упоминала о том, что он жестокий или неконтролируемый. Я думаю, мы не поняли ситуацию!       — Не беспокойтесь, мадам, — мэр практически проигнорировал её. — Как только мы подавим его магию и заключим в изолятор, мы придумаем план по его возвращению в Кристальную Империю.       — Он не пытается причинить кому-то вред! — возразила она.       — Тогда почему же он пытался сбежать? — парировал мэр.       — Потому что вы и ваш взвод головорезов на него напали! Вы пытались его связать!       — Потому что я не намерен давать этому монстру хотя бы шанс навредить кому-либо из моих жителей! Мы должны принять все меры предосторожности! — Голдфайр впился взглядом в Сомбру. Тот стоял как вкопанный, веревки обвязывали его ноги и шею, а одна из них всё ещё цеплялась за землю у дерева.       Пони открыла рот, чтобы ещё раз возразить, но тут подоспел жеребец, принесший артефакт, о котором говорил мэр.       Даже несмотря на то, что магия Сомбры ещё не восстановилась из-за холода и травм, Сомбра чувствовал, что сила, заключенная в ошейнике, гораздо новее, чем могло казаться. Что-то здесь было не так.       Инстинктивно он попытался отстраниться, когда к нему приблизился мэр с черным металлическим ошейником.       — Нет смысла сопротивляться! — выплюнул Голдфайр и потянул за веревку, которую всё ещё удерживал магией. Сомбра зарычал от боли. — Всё, что ты сделаешь — это навредишь себе.       — Вы думаете, я не сталкивался с вещами похуже? — фыркнул Сомбра. — Боюсь, вы ошибаетесь, это не войдет даже в тройку смертельных опасностей, которые я пережил!       Мэру понадобилось приложить усилие, чтобы застегнуть ошейник на шее Сомбры. Он понимающе ухмыльнулся и отступил, когда Сомбра рухнул на снег, сгорбившись от боли.       Ошейник вспыхнул ярко-оранжевым светом, а затем угас, оставив попавшего в ловушку его сдерживающей магии пони кашлять и задыхаться от боли. Веревку у земли перерезали, и теперь Сомбру удерживали веревки в копытах жеребцов.       Дальше хуже, ведь Сомбре пришлось идти рядом с толпой, угрожавшей ему побоями в случае неповиновения. В какой-то момент он поймал взгляд кобылы, присматривавшей за детьми, и он был полон раскаяния и как будто бы извинялся.       — Мне очень жаль, — искренне произнесла она. Сомбра смог всепрощающе улыбнуться ей, прежде чем один из жеребцов потянул веревку и заставил его опустить голову.       «Борьба меня ни к чему не приведет, — в отчаянии думал он. — Чему ты учил меня, отец?»       Сохраняй спокойствие и позволь их ярости идти мимо тебя. Предоставь доказательства как можно убедительнее, и будь искренним.       «Я попробую, отец. Но ситуация дерьмовая. Единственная моя надежда — стражи и правда меня ищут…»

***

      Он сдержался, когда его привели в подвал. Ему для этого потребовалась вся имеющаяся решимость, но инстинктивно Сомбра всё же отпрянул, увидев прикрученные к полу цепи.       — Знаешь, — с иронией усмехнулся мэр, — мы хотели поймать огненного волка и удерживать его тут, когда он впервые напал на наш дом. Но когда мы поняли, что цепи на нем расплавятся, мы, ну, забросили их.       — Думаешь, за меня вы получите награду? — напрямую спросил Сомбра, пока его заковывали. Начинать драку сейчас было рискованно, и оставалось лишь сохранять спокойствие.       Веревки спали, и Сомбра вздрогнул, чувствуя как кровь идет по онемевшим и стертым конечностям.       — Разорвать эти путы будет непросто, — объявил мэр. — Так что ты будешь отвечать на мои вопросы.       Сомбра фыркнул, но продолжал смотреть невозмутимо. Это, казалось, нервировало мэра, ожидавшего очередной вспышки гнева.       — Как ты сбежал из Империи? И как сломал ошейник, который сделали принцессы?       Сомбра тихо вздохнул и заговорил негромко и лаконично.       — Я не сбегал, я был в вагоне угнанного поезда. Существо, напавшее на него, заблокировало его управление магией. Единственным способом остановить поезд до того, как он сойдет с рельс, было избавлением от врага. К сожалению, у меня было мало времени, чтобы что-то спланировать, так что мне пришлось импровизировать и выпрыгивать из дыры в вагоне в озеро.       — Правдоподобно, — фыркнул мэр. Сомбра и глазом не моргнул.       — А что касается ошейника, — его голос вдруг стал веселым. — Селестия сама его сняла, кажется, по её мнению, в нем больше не было нужды. Не стесняйтесь подвергнуть её суждения сомнению, когда сюда прибудет стража!       — Ты думаешь, я в это поверю? Как ты смеешь так фамильярно отзываться о принцессе?!       — Она сама мне сказала к ней так относиться! — рассмеялся Сомбра. — Ну, точнее, это была идея Луны. Она настояла на отказе от формальностей, и тыкала меня в нос каждый раз, как я называл её принцессой! С Луной спорить не советую, кстати, она крайне решительна.       Пони были поражены легкостью его тона. Честно говоря, не было похоже, что он всё выдумал. Выражение лица, которое он сделал при упоминании Луны, его слова — выглядело так, что он действительно с ними дружил.       — Ты думаешь, я глупец?! — мэр отказывался доверять его словам. Этот монстр не мог быть другом принцесс.       — Вообще, на данный момент, да, — коротко ответил Сомбра. Мэр вспыхнул, потерял над собой контроль и лягнул Сомбру в челюсть, сбив прикованного единорога с ног.       Слабое рычание застряло в горле Сомбры, и мэр поспешно отступил, прежде чем он попытался его укусить или что-то в этом роде.       — Как я уже говорил, бойтесь последствий, — предупредил Сомбра ещё раз, прежде чем новоиспеченные тюремщики оставили его одного в почти полной темноте. Они сняли с него плащ, и хотя это злило его, Сомбра больше беспокоился о том, что снова потерял брошь-сердце.       Голова болела. Он лежал в тускло освещенном подвале. Источником света, позволявшим ему хоть чуть-чуть видеть, была свечка, зажженная безопасным магическим пламенем.

***

      Молодой пегас, ровесник Твайлайт Спаркл, наблюдал, как мэр и его сообщники ведут в город пленника, и не мог поверить своим глазам. Он читал все газеты, которые удавалось получить, и искренне уважал Сомбру. Там говорилось, что Сомбра помог защитить Империю, когда разразилась чума. Он был крепко сложен и до сих пор отбивался от тварей, неужели он действительно был злом?       Жеребец заметил, что мэр держит что-то в копытах, и понял, что это плащ Сомбры. Богато украшенная ткань, подчеркнутая золотом.       Мэр становился всё более и более одержим монстром в лесу, а теперь, когда он захватил Сомбру, что он собирается делать?

***

      Сомбра даже не подозревал, что брошь в безопасности. Мать близняшек, Сноукон, подобрала её и тайно спрятала в седельной сумке. Вечером того же дня, дома, она вынула её и положила на стол, чтобы починить. Она невольно залюбовалась прекрасным драгоценным камнем, его идеальной огранкой, напоминающей Кристальное Сердце. Рядом с ней она положила шарф, в котором остался штырек от брошки.       — Что это, мама? — близнецы забрались к ней на колени, пока она прикрепляла сменный штифт.       — Это брошка с плаща Сомбры. Она отвалилась, когда его поймали, — пробормотала она.       — Какая красивая! Выглядит как настоящая! — воскликнул Фризфрейм.       — Ага, как из книжки! — кивнула Фростфлейк.       Чем дольше Сноукон смотрела на камень, тем сильнее чувствовала странное желание прикоснуться к его мерцающей грани. Поддавшись искушению, она увидела проекцию. Камень-сердце был спрятан в коробке, протянутой Сомбре. Он выглядел удивленным, но счастливым.       Он распознал породу камня, и чей-то знакомый голос что-то пошутил, отчего Сомбра засмеялся.       Луна, её манера речи была узнаваема. Она говорила, что не знает, кто принес эту брошь, потому что всё, что при ней было — это записка.       Сомбра перевернул её, и троица, очарованная воспоминанием, отчетливо увидела, что в ней написано «нашему принцу».       Затем Селестия набросила на шею единорога шарф и закрепила его брошью. С этого ракурса они видели принцесс, и они улыбались, искренне улыбались Сомбре. Даже Шайнинг Армор. Ракурс снова изменился, когда Сомбра повернулся, чтобы увидеть себя в отражении окна. То, с каким искренним счастьем он изучал новую брошь, поразило их троих. Он не выглядел как тиран.       — Идеально! — заявил голос молодой кобылки.       — И правда… — мягко ответил Сомбра. В воспоминаниях он выглядел совершенно другим: счастливым и нежным.       — Ух ты… камень может сохранять воспоминания? — спросил Фризфрейм, когда изображение погасло.       — Похоже на то, он же сказал, что этот камень может удерживать магический заряд? Некоторые драгоценности так умеют, но они очень редкие, — объяснила им мама.       — Он был по-настоящему счастливым, и принцессы там тоже были… — заметила Фростфлейк.       — Я так и знала, он нам не враг. Я должна показать это мэру, как только взойдет солнце!       — Почему они его ранили, мамочка? — спросила её дочь.       — Они просто напуганы, милая. Признаться, поначалу он меня тоже напугал, но если бы он был так плох, как говорит мэр, он бы попытался навредить нам. Он ведь даже копытом вас не тронул, правда же?       Дети покачали головами, повторяя, что он лишь повалил на землю монстра, чтобы они могли убежать.       Сноукон уложила детей в постель, и во снах они видели огненного волка и единорога, борющегося с ним. И эти сны привлекли внимание некой принцессы…

***

      Хейлсторм, уже знакомый читателю пегас, названный так в честь погоды, в которую родился, столкнулся с дилеммой. После того, как он видел мэра, уносящего чужой плащ и допрашивающего Сомбру, он не мог уснуть. То, что случилось с единорогом, казалось несправедливым. Поэтому он выскользнул из окна, используя все свои навыки скрытности, и направился к подвалу ратуши, где держали Сомбру. Он хотел просто посмотреть на него…       Но когда он пролез через приоткрытое окно, ему пришлось спрятаться за цветком в горшке, потому что он услышал голоса. Прислушавшись, он понял, что они приглушенные, и любопытство взяло верх. Пегас пошел на звук.       — Не подходи! — это говорил Сомбра.       — Как будто ты можешь мне помешать. Представь, ты, монстр, наконец-то принесешь хоть какую-то пользу.       — Разве ты ничего не понял? Я не представляю угрозы!       — Ха-ха, горбатого могила исправит! Не смеши меня. А теперь мне нужна твоя магия.       — Не связывайся с ней! Ты не знаешь, с чем имеешь дело! Темная магия опасна! — звон цепи заглушил голос Сомбры.       — В твоих копытах может быть, но видишь ли, извращенная ошибка природы, я действительно собираюсь использовать её с пользой! — холодно рассмеялся мэр.       — Уничтожь эту вещь, ты не сможешь её контролировать! Она сведет тебя с ума!       Послышались звуки борьбы, гневное рычание и крик боли. Молодой Хейлсторм вздрогнул, услышав его. Кричал Сомбра…       Казалось, прошла целая вечность, прежде чем крики стихли.       Пегас услышал приближающиеся шаги и быстро нырнул под стол. Отсюда он увидел проходящего мимо мэра. На шее у него было что-то, светившееся оранжевым.

***

      Как только мэр ушел, Хейлсторм спустился по лестнице. Дверь была заперта, но Хейлсторм, как и любой жеребенок, выросший в маленькой деревне, знал все способы незаметного проникновения в здание. В подвал вела большая старая вентиляция. Туда он и подлетел, ослабил крышку и протиснулся внутрь.       Он сдвинул ржавую крышку на другом конце шахты и очутился внутри тускло освещенной комнаты. Опустившись на пол, он заметил Сомбру. Огромный единорог был без сознания, его тело спутали цепи. Ошейник снова был на нём, хотя время от времени по нему пробегали искры, словно он был сломан.       — Эй, -тихо позвал Хейлсторм, подкрадываясь к Сомбре, — п-просни… аааа!       Он вскрикнул, когда Сомбра резко открыл глаза и вскочил, гремя цепями.       — Всё хорошо, я друг! — успокаивающе произнес пегас, застенчиво улыбаясь. — Я хотел узнать, в порядке ли ты?       — Я… моя голова… — Сомбра помотал головой, морщась. — Что… что он со мной сделал? Что это была за штука?       — Я слышал, что ему нужна была твоя магия, — заговорил Хейлсторм. Это, казалось, выдернуло Сомбру из состояния дезориентации.       — О нет, нет-нет-нет! — он замотал головой. — Мы должны забрать у него этот камень, он не знает, какие беды на свою голову сыпет!       — Что ты имеешь в виду? — Хейлсторм озадачился. Сомбра снова сел и посмотрел на юного жеребца, прежде чем приступить к объяснениям.       — Этот огненный волк, вы ведь так называете эту штуку? Ваш мэр его создал. Селестия знает, где он нашел этот камень, но это мощный катализатор магии, я его чувствую!       — Правда? Ух ты…       Губы Сомбры дрогнули в слабой и грустной улыбке. Единорог указал на свою кьютимарку.       — Вот в чем мой талант. Я могу определить свойства любых камней, в том числе, содержат ли они магическую силу.       — Круто! — закивал жеребчик, взглянув на него.       — Он создал волка с помощью этого камня. Он развращает его разум, мы должны отобрать его и уничтожить!       — Но как.? –осекся Хейлсторм, услышав крики наверху.       — Ох, блин! Малыш, ну-ка назад!       — Почему, что ты собираешься делать?! — жеребчик откатился назад, в то время как Сомбра поднялся на ноги с огненной решимостью в глазах. Челюсть Хейлсторма упала на пол, когда большой единорог пятился назад, пока цепи, прикованные к его передним копытам, не натянулись. Но Сомбра не остановился на достигнутом. Он вложил в свои движения как можно больше сил и, наконец, поднялся на задние ноги. Что-то затрещало, когда он грохнул копытами по полу.       То же самое он проделал с задними копытами. Цепи были выкурочены из их оснований в полу. Остатки оков с волочащимися за ними кусками цепи задребезжали, когда Сомбра сделал неуверенный шаг вперед. Он взглянул на жеребчика, глазевшего на него в открытую.       — Это самое крутое, что я видел в своей жизни! — выпалил он с сияющими глазами. — Ты охрененный!       — Я, ах…спасибо? — Сомбра предположил, что это был комплимент, подкрепленный ликующей юношеской улыбкой.       — А как же дверь, она заперта… а… — он поймал взгляд Сомбры и ухмыльнулся.       БАМ. Дверь слетела с петель, ударилась об пол и проехала несколько метров.       — Пойдем! — Сомбра выскочил из темницы, жеребчик мчался рядом с ним.       — Погоди! — он вдруг остановился, в голове возникла идея. — Мне нужно кое-что взять…       Сомбра кивнул.       — Держись подальше от чужих глаз и опасности, — посоветовал он. Потом ненадолго замолчал. — Погоди, а как тебя звать?       — Хейлсторм!       — Что ж, Хейлсторм, — улыбнулся Сомбра, — в тебе есть задатки настоящего королевского гвардейца, если тебе интересна эта карьера!       Потом он исчез. Хейлсторм ухмыльнулся.       — Восхитительно! — пропел он, а затем побежал за тем, что ему было нужно.

***

      На заснеженной центральной площади мэр, представившийся Сомбре Голдфайром, стоял на краю замерзшего фонтана. Он позвонил в колокол, предназначенный для экстренных случаев, чтобы собрать весь город. Нельзя было ждать, особенно когда он наконец добился успеха!       Сбитые с толку пони собирались вокруг, некоторые вели с собой сонных детей. Сноукон и её близняшки тоже шли. Кобылка несла в сумке брошь-сердце. Она попыталась привлечь внимание мэра, чтобы показать ему воспоминание броши, но он, как обычно, был занят только собой.       — Слишком долго мы жили в страхе, что нападение бандитов повторится, но больше нам не пристало бояться!       Толпа перешептывалась. Да, то нападение было действительно ужасным. Многие здания пострадали от разрушений, а провианта, что у них украли, хватило бы на несколько месяцев. К счастью, никто из жителей не пострадал, за исключением тех немногих, кто пытался дать отпор бандитам. Грабители взяли, что хотели, и ушли, предоставив пострадавшему городу возможность прийти в себя. С тех пор они засыпали в тревоге, задаваясь вопросом, смогут ли защититься в следующий раз.       Но их надежда сменилась отчаянием и ужасом, когда огненный волк выбежал на поляну перед площадью, уставившись на мэра.       — Наконец-то у меня есть последняя деталь, чтобы заставить это чудовище полностью подчиняться мне! Всё, что потребовалось — немного чужеродной магии…       — Это же та штука, с которой сражался Сомбра? — Сноукон переводила взгляд с волка на мэра.       — Именно, и она сочла справедливым наказать его за вторжение! И всех других дураков, вторгшихся в наш дом, она уничтожит!       — Вы собираетесь позволить ей нападать на моих детей?! — взорвалась Сноукон, когда осознала произошедшее, ярость застилала ей глаза. — Ты, бессердечная скотина!       Дети переглянулись, а затем одновременно издали неприличный звук губами в сторону мэра Голдфайра.       — Он знает, что никому из вас нельзя вредить, благодаря магии. Я показал ему вас. Но Сомбра… ха-ха, волк понял, что он опасен для нас, и пошел за ним! Это ли не доказательство, что он наш лучший строжевой пес!       — Это неправда! — крикнул Фризфрейм.       — Да! — подхватила его сестра. — Сомбра напал на волка первым, потому что защищал нас! Он бы сожрал нас, если бы не Сомбра!       По толпе прокатился противоречивый ропот. Мэр нахмурился.       — Разве это вас не тревожит? Сомбра нападает на всё, что встанет у него на пути! А теперь хватит терять время!       Он поднял амулет, над которым работал всё это время. С того дня, как он нашел его в глубокой пещере, он был очарован им. А потом встретил умирающего лесного волка…       Магия амулета завладела им, и он применил заклинание, о котором мог только мечтать, с его-то скудным магическим потенциалом, превратив умирающее животное в огненную мерзость, наблюдающую за толпой желтыми горящими глазами.       И поначалу волк пытался убить его, и Голдфайр понял, что создать чудовище — это одно, а контролировать его — совсем другое. Поэтому он начал составлять заклинание внутри амулета, чтобы привязать к нему волю огненного существа.       До сих пор этого хватало, чтобы тварь не нападала ни на него, ни на жителей поселения, но это не гарантировало её послушания.       Когда он понял, что Сомбра действительно одерживает верх над его волком, он использовал заклинание, заставив его уйти, когда он с другими пони приблизился. Голдфайр был в ярости: его кропотливая работа была почти уничтожена пони, у которого доставало сил свести на нет все его тщательно продуманные планы!       Поэтому он и был убежден в том, что Сомбру нужно схватить и держать взаперти. У него было кое-что, что мэр мог использовать. Темная магия.       Она была прекрасна, его сила превосходила всё, о чем он мог мечтать. А Сомбра был бездонным источником её. Поэтому он и воспользовался его состоянием, манипулируя болью, которую он испытывал от ран, чтобы расстегнуть ошейник. Но лишь на время, достаточное для того, чтобы высвободить часть этой магии с помощью грубо-созданного заклинания, а затем он снова щелкнул ошейником на ошалевшем единороге. Но лишь на мгновение, позволившее понять, что это достаточно безопасно.       В одиночку было тяжело, но он преуспел, и вся необходимая сила для завершения заклинания была у него!       Мерцание темной магии окружило амулет, и заклинание активировалось. Зверь поднял голову и оглушительно взревел. Из амулета в него потекла магия. Шокированные горожане расступились. Когда волк опустил голову, он светился зеленым и фиолетовым огнем, а не красным. И глаза горели зеленым.       — Что происходит?.. — тихо пробормотал кто-то.       — Теперь, зверь мой, делай то, что говорит тебе твой хозяин, и защити этот город! — мэр закинул голову и засмеялся. Но зверь не послушал его. Он смотрел в толпу, и в его глазах мерцали искры. Волк облизнулся, глядя на камень. Ему хотелось ещё больше этой опьяняющей магии.       Без предупреждения он бросился в атаку. Пони кинулись врассыпную, толкая друг друга. Волк зарычал, досадуя на то, что добыча ускользнула. Он начал кружить, загоняя стадо пони как пастушья овчарка.       — Что? –нахмурился мэр. — Нет, безмозглая ты тварь! Ты должен защищать нас, а не нападать!       Теперь волк повернулся к нему. И тут же прыгнул к мэру. Толпа вскрикнула и закрыла глаза, ожидая услышать крики и треск рвущейся плоти.       Тут из ниоткуда раздался яростный рев, и второй раз за день огненного волка повалило на заснеженную землю. Облака пара с шипением поднялись вверх, а снег вскипел от жара.       Толпа раздвинулась, когда пар развеялся, и стало видно, что монстра отбросило на несколько метров назад, и между ними стоял…       — Сомбра! — воскликнула Сноукон в изумлении.       — Что?! — пробормотал Голдфайр, как только чуть оправился от шока. — Как ты выбрался?!       Он увидел цепи, болтающиеся на ногах единорога.       «Он вырвался на свободу, но как?!» — похоже, Голдфайр сильно недооценил Сомбру.       — Мне потребовалась минута или две, но это, ни в коем случае, не худшая тюрьма, в которой я сидел, — тихо рассмеялся Сомбра. — И не самое худшее, с чем я столкнулся.       Мэр разозлился, а потому поспешил. Он ослепил всех заклинанием, похожим на взрыв болезненно яркого света. Это позволило ему ускользнуть от тех, кто пытался схватить его! Его народ увидел, что их лидер совсем потерял голову, и хотели его остановить!       «Я не проиграю бывшему тирану!» — возмутился он и помчался в лес, ведь он ещё мог что-то сделать!

***

      Огненный волк припал к земле, сердито рыча на Сомбру.       — Ну давай! — зашипел Сомбра, напрягаясь.       Пони закричали и вздрогнули, когда Сомбра столкнулся лицом к лицу со зверем. Они лицезрели ту же технику, что и Хейлсторм, когда Сомбре удалось пригнуться и пнуть волка с такой силой, что одна из передних лап чудовища чуть не оторвалась. Волк упал обратно в снег.       Но на теле Сомбры остался свежий порез. Кровь капала на снег, единорог пытался восстановить дыхание.       Зверь поднялся на ноги, захромал вперед, но с удивлением стукнулся носом о бледно-голубой щит. Сомбра обернулся и увидел, что его сотворила Сноукон.       Многие к ней присоединились, поняв, что одна она долго не продержится. Волк ходил вдоль щита, не желая терять из вида и нюха свою добычу. Пока они держали щит, его нога начала отрастать, глаза сверкали гневом.       Сноукон посмотрела на Сомбру и вытащила драгоценный камень из сумки.       — Все, посмотрите сюда! — воскликнула она, кладя его в снег и прикасаясь копытом к грани, в надежде, что воспоминание проиграется вновь.       К её облегчению, так всё и вышло, и вся толпа увидела, как принцессы улыбаются Сомбре, как Селестия возвращает ему шарф, и, наконец, и это было не менее важно, как Сомбра с явной радостью смотрит на сердце в отражении. Записка с надписью «наш принц», написанная с заботой и добротой. Они также увидели золотой браслет, которого сейчас на нем не было… Что всё это значило?       Они поняли, что ошибались. Голдфайр обманом заставил их пойти против единственного пони, способного их защитить.       Сомбра смотрел на воспоминание с нежной улыбкой. Те, кто стоял ближе всех к нему, её заметили.       — Видите? — Сноукон повернулась к толпе. — Он не представлял для нас опасности, Голдфайр лгал нам! Он прост хотел помешать Сомбре уничтожить волка! — она повернулась к единорогу, её взгляд был полон раскаяния и невысказанных извинений.       — Мне жаль, что мы с тобой так обошлись, — грустно произнесла она, и её дети кивнули, улыбаясь вместе с Сомброй.       — То, что случилось, не ваша вина, — покачал головой Сомбра. — Столько всего изменилось, что мне потребуется много времени на объяснения, но его у нас нет.       Он посмотрел на Сноукн, поднеся копыто к шее.       — Мне нужен кто-то, кто сможет его снять, или хотя бы повредить настолько, чтобы он перестал работать.       Горожане переглянулись, а затем согласились, не колеблясь.       — Держись, малой, — пони, постарше Сомбры, приблизился, изучая артефакт. — Эта штука старая, но я думаю, смогу её надломить, но дальше тебе придется самому… Сноукон и другие пони наблюдали за тем, как пони пытался надломить металл так, чтобы трещина позволила магической силе утечь.       Вдоль воротника затрещало, посыпались искры. Сомбра поморщился, но понял, что кое-что он может ощущать…       — Это всё, что я смогу сделать, малой, если я буду ломать его дальше, то тебе будет больно! — жеребец вздохнул с сожалением.       — Всё в порядке, я попытаюсь, — Сомбра видел, что щит почти истончился, а зверь чувствовал запах крови и не упускал его из виду.       — Почему он так одержим тобой? — спросил жеребец.       — Мэр украл часть моей магии, чтобы завершить свое заклинание, не имея понятия, с чем имеет дело. Темная магия непредсказуема! Эта штука хочет ещё магии, а я — её ходячий источник!       — Тогда как ты с ней справляешься? — спросил тот же жеребец. — Я имею в виду, ты, очевидно, с ней прекрасно управляешься.       — До недавнего времени я не умел, — сказал Сомбра. — Темная магия невероятно сложна для обучения, и даже рождение с ней не дало мне более полных познаний. А теперь, будь любезен, отойди в сторону.       — Что он только что сказал? — заговорил кто-то, но замолк, когда все отошли назад. Сомбра глубоко вздохнул, молясь Селестии, чтобы это сработало, и закрыл глаза.       Он вспомнил тот день, когда он надел ошейник сам, отчаянно пытаясь спасти детей от теней.       «Разрушься, проклятый артефакт!» — подумал он. Сомбра слышал, как монстр ревет, как рев становится все ближе, и как кричат жители.       «Сейчас же!» — мысленно вскрикнул единорог, используя ту небольшую искорку магии, до которой мог дотянуться за барьером неисправного ошейника, чтобы разрушить его и освободиться. Ему не хватало утонченности и силы, которой обладала работа Селестии, поэтому под натиском единорога он ломался.       В момент, когда щит дрогнул, а пони закричали и бросились бежать, вспышка фиолетового света и яростный рев заполнили площадь.       Они остановились, обернулись, увидев, как волка удерживает фиолетовая магия. Но ещё больше их удивил облик Сомбры.       Он без особых усилий обратился пламенем, ошеломляющим и устрашающим. Явная свирепость его магии удивила местных единорогов, но несмотря на весь ужасающий смысл, который несла в себе темная магия, она была невиданно красива.       — Что это, Дискорд меня побери! — вскрикнул жеребец, помогший сломать ошейник. — Никогда не видел ничего подобного! Кто ты, малой?       Сомбра улыбнулся им, прежде чем снова повернуться к зверю, плывущему в воздухе.       — Я рожден во тьме, но обязан свету. Теперь этот зверь сделан из темного огня, и единственный способ спастись — тушить огонь огнем.       — Как ты надеешься одолеть его?! — спросила Сноукон. Сомбра улыбнулся ей и пошел к волку.       — Легко. Этот волк создан из моей силы. Он часть меня. Того, чем я являюсь. Так что я найду способ. А вы отойдите!       — Невероятно, — прошептала Сноукон. Её близнецы, завороженные пламенем, кивнули. Они послушались его, наблюдая за тем, как единорог готовится противостоять зверю.       Он извивался и рычал, а затем умудрился пустить огненный шар в Сомбру. Единорог вынужден был уронить его и увернуться. Флаг был сброшен: началась гонка не на жизнь, а на смерть…       — Лови! — донельзя знакомый голос коснулся ушей Сомбры. Он обернулся, увидев как Хейлсторм летит к нему на всей скорости. Жеребчик швырнул ему предмет, который он держал в копытах, и Сомбра поймал его телекинезом. Маленький пегас приземлился рядом с остальными горожанами, и они увидели, что он бросил Сомбре.       В выставочном зале ратуши на верхнем этаже лежал старинный боевой топор. Говорили, что это тяжелое оружие принадлежало основателю города.       — Превосходно, — улыбнулся Сомбра. Даже с магией, снова подвластной его мыслям, он чувствовал все раны, нанесенные за последние сутки. Ему нужно было расправиться с волком быстро, потому что либо тело, либо магия подведут его, и тогда пиши пропало. Зверь был первобытным и хитрым. Он понимал, что враг представляет опасность, даже если они используют похожие силы.       Некоторые горожане закрыли глаза, слишком напуганные, чтобы смотреть на битву, но те, кто этого не сделал, глазели на битву Сомбры и огненного волка, сцепившихся в ожесточенной схватке. Магический хлопок заставил волка пошатнуться, и единорог вогнал ему топор прямо в шею.       Волк завизжал, и фиолетовая бесформенная лава повалилась на снег. Сомбра надеялся, что удар был победным, но она вздрогнула, и внутри что-то засветилось. Всплеском пламени волк закрыл рану, выбросив топор из шеи. Сомбра нырнул в сторону, ухватившись за копытоять топора. Коготь чудовища пронзил пламенную гриву единорога, заставив его пошатнуться.       — Плохо, очень плохо… — пробормотал Сомбра. — Нужно его потушить!       В голову пришла идея, и адреналин забурлил в крови. Сомбра больше не пылал, ведь огонь не был нужен. В отличие от воды.       — Эй! — крикнул он, привлекая внимание чудовища к себе, прежде чем оно переключится на горожан. — Нужна магия? Тогда сюда иди, слабак! — Сомбра зажег рог и темная аура окружила его с ног до головы. Она манила волка к себе. И верно, зверь взревел и бросился к нему. Всё ещё держа боевой топор, Сомбра развернулся и помчался в лес. На этот раз он был осторожен и избегал капканов. Сейчас он не мог позволить себе ошикби.       Вернувшись в деревню, Хейлсторм без колебаний помчался за своим кумиром. Его отец бросился за ним, не зная, наказать сына за то, что он выбрался из постели, позже или обнять жеребчика за помощь Сомбре!

***

      Вздохнув с облегчением, Сомбра прорвался сквозь лес, увидев впереди берег. Он бросился в воду, превратившуюся в твердый кристалл под его копытами. Единорог бежал по замерзшей воде, развернулся и взглянул на зверя, несшегося сквозь деревья. Волк заметил жертву, стоящую на куске кристалла, и помчался к нему. Сомбра опустил оружие, встретив огненный коготь топором. Они боролись, Сомбра стиснул зубы и уперся копытами, борясь с натиском волка. Он извернулся, отбросив тело зверя в сторону, копыта заскользили по блестящему кристаллу, чему способствовал усиливающийся снегопад. Вот сколько у его кристаллов преимуществ!       Огненная химера зарычала в гневе, её когти заскользили по гладкой поверхности. Они с Сомброй были в равных условиях.       Призывая всех существующих богов и богинь, Сомбра метнулся вперед и помчался по ледяной поверхности. Нужно было привести волка в нужное место, чтобы план сработал, удерживать его на месте не представлялось больше возможным.

***

      Хейлсторм и его отец вырвались на берег как раз вовремя, чтобы увидеть, как тварь бросилась к Сомбре, по какой-то причине отбросившему боевой топор, и как единорог смотрел на волка с застывшим выражением лица.       Когда химера приблизилась достаточно, Сомбра поднялся на задние копыта и ударил с такой силой, на которую был способен. От удара полетели искры, прорезавшие ледяную корку.       Огненный волк увидел, как треснул лед, и ошеломляюще холодная вода брызнула вокруг него фонтаном. Слишком поздно он понял свою ошибку, ведь кристалл под ним уже раскололся от его тяжести, отправив в холодную толщу воды. Но он не собирался погибать просто так…       Сомбра повернулся, чтобы уходить, когда существо погрузилось в воду, но у него оставались ещё силы на сопротивление.       Волк бесполезно скреб лед, но затем вытянул когти и вонзил их в чернильный хвост Сомбры. Вода утянула зверя вниз, но его последнее движение лишило Сомбру равновесия, и уронило на кристалл с глухим стуком.       Сомбра задохнулся от боли: удар открыл рану на боку, выбив воздух из легких. Он попытался встать, но тщетно. Копыта не могли сцепиться с гладким кристаллом, который он призвал, равно как и когти зверя, и времени хватило лишь на то, чтобы задержать дыхание.       Ледяная толща сомкнулась у него над головой.       Хейлсторм с отцом запаниковали, не представляя, что им делать.

***

      В конце концов, Хейлсторм взял себя в копыта и полетел к Сомбре. Его земной пони-отец мчался за ним настолько быстро, насколько позволяла опасная поверхность льда.       Он тревожился, как долго Сомбра находится под водой?!       Но как только они с сыном приблизились, темный единорог вынырнул на поверхность, пытаясь вылезти из воды. Цепи, до этого не мешавшие в битве, теперь стали значительной угрозой его жизни.       Как раз в тот миг, когда он чуть не потерял опору и не ушел под воду, его схватило копыто, и голос крикнул: «Держу!»       Сомбра закашлялся, от холода было трудно дышать. Пожалуй, то, что он родился и вырос в похожем климате, вероятно, было единственной причиной, почему он не умер. Но даже при этом холод мог его погубить, в этом сомневаться не стоило.       У Хейлсторма возникла идея, и он улетел, а вернулся с самой большой веткой дерева, которую смог найти, и веревкой-ловушкой. Он привязал её к ветке и велел Сомбре держаться за петлю. Часть веревки не имела шершавой текстуры, так что пони могли привязать её в нужном месте и не пораниться.       С отцом они держали ветку и вложили все силы. Трудолюбивый земной пони и отважный молодой пегас вместе помогли Сомбре выбраться из воды. Он сел, рвано выдохнул и закашлялся.       — Милосердная Луна, ты замерзаешь… — отец взглянул на трясущегося единорога. — Мы должны вернуть тебя в деревню, снять цепи…       — Нет, — Сомбра покачал головой. — Мы должны остановить этого сумасшедшего! Хейлсторм!       — Слушаю! — Хейлсторм вытянулся по струнке.       — Есть ли тут где-нибудь высокая точка обзора, откуда эта психуша может хорошо разглядеть окрестности?       — Да! — тут же кивнул Хейлсторм. — Там есть смотровая площадка, скала, с которой открывается потрясающий вид на местность. Вроде как видно озеро, но деревья скрывают большую его часть. А что?       — Если я не ошибаюсь, то у него есть запасной план, и я думаю, в каком-то смысле он пытается защитить деревню. Сейчас он потерял критическое мышление, он одержим защитой своего дома, даже если для этого придется уничтожить всё!

***

      Горожане собирали оружие и припасы, чтобы преследовать мэра, когда Сомбра прибежал обратно в сопровождении Хейлсторма и его отца.       — Что случилось?! — воскликнула Сноукон, видя, в каком состоянии находится единорог. Один из пони оценил, как он дрожит, и куда-то помчался.       — Я иду за этим сумасшедшим, я должен отобрать у него камень! — объяснил Сомбра.       — В одиночку?! — спросила одна кобыла. — Это слишком опасно!       — Это темная магия, — снова закашлялся Сомбра. — И это делает меня ответственным. Я не могу просить кого-либо из вас о помощи, потому что вы пострадаете, и я этого не позволю.       — И тебя не переубедить? — обеспокоенно спросила Сноукон.       — Боюсь, что нет, — Сомбра покачал головой. Щеки у него раскраснелись от холода, хотя скорее уже от лихорадки.       — Хоть это возьми! — убежавший пони вернулся, неся на спине плащ единорога. Он обернул его вокруг Сомбры. Ткань ещё сохранила тепло камина. Сомбра почувствовал, как ему мгновенно становится лучше, тепло отогревало замерзшее тело.       Сноуон вернула ему шарф и отремонтированную брошь-сердце. В его отсутствие она вспомнила слова из воспоминания — этот камень может сохранять магические заряды. Поэтому она попросила других единорогов наполнить её своей магией.       — Вдруг она тебе понадобится, — сказал она Сомбре. — Мы надеемся, что это поможет!       Сомбра чувствовал бурлящую внутри броши магию, её щедрую силу. Они хотели спасти свой город, и это желание нашло отклик в их волшебстве.       Увидев Сомбру в царственном наряде, пони вспомнили, что они обращались к принцу. Принцессы обращались к нему как к своему, видимо, браслет на его ноге означал власть. На записке было написано «наш принц», что означало Кристальную Империю. Видя, что он сделал для них, даже после того, как его заключили в тюрьму и, по сути, пытали, они испытали стыдливую благодарность за то, что он всё ещё здесь.       Что бы он ни сделал в Империи — спас от чумы, сражался с тенями, он отбросил тираническое прошлое «короля» и стал принцем, равным принцессам.       Именно поэтому они все поклонились ему. Сомбра удивленно моргнул — откуда они узнали?       — Мы поняли это из воспоминания, — объяснила Сноукон. — И надеемся, что вы расскажете нам историю, стоящую за ним, когда всё закончится.       — Обещаю! — улыбнулся Сомбра, прежде чем повернуться и побежать в лес, куда указал Хейлсторм. Он побежал по тропе, надеясь разжечь в груди огонь, который вернет ему второе дыхание.       Возвращенное на место сердце на броши замерцало.

***

      Мэр действительно пытался создать барьер, окружающий город. В своем безумии он планировал атаковать любого, кто пересечет границы изнутри или снаружи. Он упустил то, что побуждало защищать своих граждан, и даже собственную безопасность.       — Остановись сейчас же! — услышал он сердитый рев.       Мэр развернулся, паря над деревьями. С помощью темной магии он создал пару крыльев, и теперь напоминал подобие аликорна.       — Когда ж ты наконец умрешь?! — злился он на Сомбру.       — Тебе не хватит того, что ты получил, не беспокойся, — зашипел Сомбра.       — Проверим? — рассмеялся мэр, подняв амулет над головой. Он засиял пурпурно-оранжевым, а затем выпустил десятки стрел в Сомбру, опустившего голову и побежавшего со всей возможной скоростью, чтобы уклониться.       Блам! Одна из них ударилась о снег перед ним, и он едва удержал равновесие. Сомбра выстрелил в ответ, огонь сделал бы его мишенью, если бы он простоял на месте ещё пару секунд. Стрелы ударили его и швырнули в снег. Поднявшись, он увидел мэра, зависшего перед ним, и камень на его шее снова засиял. Сомбра попятился и вздрогнул от испуга, когда задние копыта чуть не соскользнули в пропасть. Его загнали на край скалы, бежать некуда.       «Нет, выход есть всегда. Эти пони там, внизу, я не могу оставить их в этом сумасшедшем аду!»       Как же иронично. Вот он, пытается остановить потенциального тирана, точно так же, как это делали Луна и Селестия. Что ему делать с ним?       — Отбой! — мэр закинул голову и рассмеялся — маниакально и триумфально, когда очередная магическая стрела настигла Сомбру и сбросила его со скалы.

***

      Сомбра закрыл глаза, летя вниз и моля о чуде. Он не мог умереть здесь, он не хотел умирать!       Голубое сияние осветило темноту, в которую он падал, и он почувствовал странную боль в спине…

***

      Наконец-то он избавился от этого вредителя. Бывший король был свергнут более могущественной силой…       В момент, когда он готовился завершить свой план, разгоряченный победой над Сомброй, что-то вылетело из-под скалы, тень, вырисовывающаяся на фоне луны. Он взглянул на неё. Сомбра был жив.       Два синих кристальных крыла помогли пони взлететь, спася его от раздробления на камнях. В развевающемся плаще он выглядел как персонаж мифа или легенды. Не теряя больше времени, Сомбра собрал всю свою магию до последней капли и выпустил мощным потоком. Его магия переплеталась с синими искрами и летела в сторону мэра.       Он попытался защититься, но магия Сомбры сожгла щит. Шею обожгло жуткой болью, а затем сокрушительный треск…       Его ложные крылья исчезли, и единорог растянулся на снегу. Амулета на шее больше не было, лишь дымящиеся на снегу осколки.       Последнее, что он увидел, прежде чем потерять сознание, были тень псевдоаликорна Сомбры, парящего над ним в воздухе, и красные глаза, подсвеченные зеленым свечением.       А потом темнота.

***

      Не в силах сладить с тревогой о Сомбре, горожане двинулись за ним небольшой группкой, оставив нескольких пони охранять город. Они побежали вверх по склону как раз вовремя, чтобы увидеть яркое пурпурное свечение, озаряющее небо. Прорвавшись сквозь деревья, пони увидели, как мэр освободился от контроля амулета и потерял сознание в снегу. И их взгляды обратились к Сомбре, парящему в воздухе.       — Селестия милосердная, как он это делает?!       Сомбра закрыл глаза с облегченным вздохом и, немного неуклюже взмахнув крыльями, подлетел к земле. Как только он коснулся её копытами, крылья затрещали, и заклинание рассеялось, уронив его на снег.       Услышав голоса, он поднял голову и увидел собравшихся вокруг него горожан.       — Всё, — успел сказать он. — Н-но мне нужна помощь, надо доставить его в город…

***

      Пока это всё происходило, остальные горожане собрались у фонтана, пытаясь придумать, что делать.       Их думы прервала пролетевшая над головой тень. Они в панике заозирались, ожидая увидеть монстра…       Но вместо этого они увидели колесницу, которую тянули бэтпони в фиолетовых доспехах. В колеснице сидела одетая в плащ фигура. Она спрыгнула вниз, приземлившись на снег, и откинула капюшон.       — Где Сомбра? — спросила Луна у ошеломленных горожан.       Прежде чем они встали из поклонов, раздался голос.       — Луна…

***

      Сомбра была очень рад, когда вошел в город вместе с пришедшими ему на помощь пони. Трое из них принесли с собой веревку, чтобы связать мэра на случай, если он всё ещё будет вести себя как сумасшедший и попытается напасть на них.       Он подумал, что словил галлюцинацию, когда увидел знакомую звездную гриву, но она повернулась, когда он позвал её по имени. Увидев его, принцесса вздохнула с облегчением и побежала к нему по снегу.       — Наконец-то мы нашли тебя! — воскликнула она и лишь затем заметила, как сильно он был избит. — Великодушная старшая сестра, что случилось?!       — Забавная история… — начал Сомбра, но вдруг повалился без сознания. Его силы иссякли, и холод завладел телом. Луна подхватила его, обеспокоенная его ранами.       — Нам нужна ваша помощь, добрые пони! — заявила она горожанам. Сноукон с детьми подошла к ним и распоряжалась следующими событиями.

***

      Луна призвала носилки, и её стража унесла Сомбру к огромному камину в самой большой комнате ратуши. Камин заполнился дровами и зажегся в мгновение ока, и вскоре пылающий огонь согрел просторное помещение. Пони принесли со всех домов одеяла и подушки, какие нашли, разложили их на полу как кровать и обернули вокруг бессознательного Сомбры. Луна магией высушила его шерсть и гриву. По крайней мере теперь Сомбра не был мокрым насквозь.       К вечеру ему стало хуже. Поднялась высокая температура, единорога лихорадило.

***

      Луна осталась с ним вместе с несколькими самыми выносливыми горожанами. Нужно было заставить его принять приготовленные лекарства.       Через несколько часов, уже ближе к утру, на лоб Сомбры осторожно положили свежий холодный компресс. Жеребец вздрогнул и приглушенно застонал. Его грива прилипла к шее, он хрипло дышал, а температура и не думала понижаться, борясь с болезнью.       — Бедняжка, это вспышечная лихорадка, если мне не изменяет память, — обеспокоенно пробормотала кобылка, помогавшая Луне.       — Что это за лихорадка? — спросила принцесса.       — Она как вспышка огня, ваше величество, быстро вспыхивает, быстро распространяется и столь же быстро угасает, — вздохнула пони. — И тоже, так сказать, оставляет после себя выжженные клетки организма.       — Сомбра крепок, мы видели, как он справлялся и с худшими ночами, особенно во время чумы! — помотала головой Луна.       Пони высунул голову из-за двери.       — Мэр проснулся и продолжает твердить, что Сомбра опасен, но сейчас он действительно спятил!       — Мы с ним это обсудим! — сказала Луна, оставив Сомбру на попечение кобылы, и вышла из комнаты.       Кобыла проводила её взглядом, затем снова повернулась к Сомбре, подоткнула одеяло, погладила по дрожащему плечу.       — Не волнуйся, милый, скоро всё пройдет, — пообещала она.

***

      Лихорадка спала к полудню следующего дня. Луна вернулась с улицы, где помогала горожанам.       Увидев, что измученный Сомбра проснулся, она мягко поприветствовала его.       — Луна…- он выглядел обрадованным. — Что п-про…       — У тебя была высокая температура, и ты всю ночь ворочался, но, кажется, лекарство подействовало, и болезнь больше над тобой не властна.       — Д-да, мне чуть получше… — Сомбра всё ещё чувствовал себя опустошенным, изо всех сил пытался сесть. Одеяла соскользнули, обнажив многочисленные бинты. Порезы на боку, оставленные волком, следы цепей и оков — всё скрылось под белой марлей.       — Местные пони рассказали нам всё, — объяснила Луна. — Они рассказали о твоем заточении и последующем спасении их города. Они хотят поблагодарить тебя, как только ты поправишься.       — Я рад, что с ними всё в порядке, — вздохнул Сомбра с облегчением. — Мэр сошел с ума и был похож на меня в прошлом. Только в меньшем масштабе ошибок.       — Не волнуйся, ты остановил его прежде, чем он кому-нибудь навредил. Заместитель мэра запер его. Но он находится под официальным арестом силами Империи! И он предстанет перед судом по обвинению в причинении тяжкого вреда здоровью члену королевской семьи.       — Понятно… — вздохнул Сомбра с сожалением. Он надеялся избежать этого.       — Это серьезное преступление, и горожане были поражены, когда мы сообщили им об этом. Но правда в том, что он пытался убить тебя. Здесь ты ничего не можешь изменить.       Сомбра снова кивнул.       Луна улыбнулась.       — Надеюсь, ты не будешь возражать, что мы взяли на себя смелость рассказать горожанам обо всем.       — Обо всем? — переспросил Сомбра, а потом вспомнил. — А, ты имеешь в виду…       — Я рассказала им о тебе. Чем ты стал, кто ты и что сделал для Империи. Они хотели знать обо всем, так ты их поразил. Мы также узнали о рейдах бандитов, которые обокрали их.       Она рассказала им эту печальную историю, и Сомбра задумался, может ли он помочь.       Он сказал, что хотел бы с ними поговорить.       Луна попросила его оставаться у огня, она приведет их к нему. Она вышла и вскоре вернулась с горожанами. Ратуша была достаточно большой, чтобы вместить их всех, поэтому, когда все сели, в комнате стало довольно тесно. Перво-наперво Сомбра спросил, все ли в порядке с пони, каковы потери?       К счастью, всё оказалось не так плохо: пара зданий потеряла штукатурку, фонтан слегка подплавился от лап волка и стал похож на сыр.       — Мы безмерно благодарны вашему величеству, — новый мэр, молодой пони по имени Твинболт, встал, чтобы обратиться к принцу. — Мы обязаны нашими жизнями, а также во многом ремонтом милостивой принцессе Луне!       Луна сияла. Она помогла устранить самые серьезные повреждения ночью, пока ждала улучшения состояния Сомбры. И ей было чему поучиться у простых пони в управлении. За эти несколько часов она многое узнала и усвоила, сохраняя знания, чтобы поразмышлять над ними потом.       Все пони ещё раз поклонились двум королевским особам, которые с удовольствием вернули им поклон.       — Мы хотим вручить вам это, сир, — Твинболт дал знак двум пони, и они шагнули вперед, — в благодарность за то, что вы сделали, спасая наш город.       Сомбра узнал этих двоих. Это были Хейлсторм и его отец. Пегас широко улыбнулся Сомбре. Они поставили коробку, и Хейлсторм с размахом поднял крышку.       Внутри был боевой топор, которым Сомбра боролся с волком. Его почистили и наточили. Лезвие сияло как новенькое, излучая силу под стать пони, которому его подарили.       — Это… — начал было Сомбра, но Твинболт покачал головой.       — Это одновременно напоминание о силе характера, на которой был построен наш город, и о храбрости, которую вы проявили в бою, несмотря на то, через что вам пришлось пройти. Мы надеемся, что вы простите нас, несправедливо осудивших вас по прошлым поступкам. Мы должны были основываться на деле, а не на слухах. Принцесса Луна рассказала нам, что вы — любимый символ мужества в Империи. Мы понимаем, что она имеет в виду. Поэтому мы надеемся, что вы примите этот небольшой знак нашей благодарности, ваше высочество.       Сомбра был удивлен, но искренне очарован этим жестом. Это был артефакт их прошлого, и они избрали его хранителем этого прошлого.       Он вынул топор из коробки и заметил, что теперь копытоять обмотана красной лентой, к которой было привязано роскошное перо с потрясающим узором.       — Это перо хищной птицы, бороздящей небеса, — пояснил Хейлсторм.       — Говорят, что найти такое перо — к большой удаче, и мы желаем, чтобы она не иссякала у того, кто нас спас, — кивнул отец Хейлсторма Сомбре.       Луна видела, насколько Сомбра в восторге от подарка. Он положил его обратно в коробку и с искренним счастьем в голосе поблагодарил их.       Все зааплодировали, улыбаясь. Близняшки помахали ему, и Сомбра ответил тем же, посмеиваясь над их нетерпеливыми лицами.       У Луны появилась идея. Собрав всех детей перед Сомброй, она повернулась к единорогу.       — Можешь ли ты вызывать то существо? — спросила она.       — Какое существо? — сначала не понял единорог, но Луна издала неприличный звук губами, впрочем, вполне величественным образом, что всё сразу встало на свои места. Со смешком он объяснил предназначение клона горожанам, а затем призвал чуть уменьшенную его копию. Когда клон скосил глаза и уже знакомо плюхнулся мордой на пол, дети взорвались от хохота!       Хейлсторм катался по полу и хихикал. Это было самое смешное, что он видел за последние годы!       Как только все вдоволь насмеялись, Сомбра развеял клона.       — А если серьезно, — сказал он, — меня беспокоит то, что вы находитесь так удаленно. Моя родина ещё дальше, и мне кажется, что мы пострадали вследствие нашей удаленности. Сейчас опасно путешествовать, мы не всегда можем выделить достаточное количество стражи для постоянного патрулирования путей. Но как только осада закончится, я бы хотел, чтобы вы и любые ваши граждане приехали в Империю, чтобы решить, как я могу вам помочь. Никто не должен быть по-настоящему одинок.       — П-правда, ваше высочество, вы это сделаете? Это…. — челюсть Твинболта упала на пол. Этого они совсем не ожидали.       — Даже если вы далеко от Империи, я считаю своей обязанностью присматривать за этим местом, особенно в свете того, как вы мне помогли. Если вам что-то нужно срочно — напишите список, я заберу его с собой в Империю, и при первой возможности отправлю поставку.       Горожане восторженно приветствовали свою невероятную удачу!       — Если это будет возможно, мы предоставим нескольких наших стражей, — добавила Луна. — Чтобы поставка точно сюда дошла.       — Мы не знаем, как вас благодарить, ваши высочества! — Твинболт был поражен их щедростью.       Позже в тот же день они устроили пир, собрав всё, что могли приготовить в кратчайшие сроки.       Членов королевской семьи угощали местными деликатесами, в том числе невероятно вкусными карамельками из овощей! Сомбра спросил, нельзя ли ему взять что-нибудь с собой в дорогу, потому что он знает одну крошечную кобылку, которая просто обожает сладости!       — Пожалуйста, двойную порцию! — добавила Луна, думая, что сестра их тоже оценит.

***

      — Это был очень добрый жест, — заметила Луна позже, когда они остались наедине. Сомбра улыбнулся, глядя на коробку с богато украшенным топором.       — Я всегда задавался вопросом, было бы всё лучше, если бы мой клан не был таким скрытным. Такое уединенное и одинокое существование… У этих пони должна быть по крайней мере возможность приехать в Империю и почувствовать себя желанным гостем на её территории. И знать, что если на них нападут, они смогут позвать на помощь. Возможно, это самонадеянно с моей стороны, нужно обсудить всё с Шайнинг Армором и Кейденс, но это кажется мне правильным.       — Вот это истинное королевское поведение, — улыбнулась Луна. — Мы предсказываем: тебе не составит труда править вместе с ними, когда придет время!       Сомбра слегка покраснел, но был неописуемо рад услышать это. Обрести веру в свои силы было тяжело, но Шайнинг Армор говорил, что у него талант в разрешении различных ситуаций. И Луна поддержала его, так что он мог думать о новом обещании без особого беспокойства.       Они остались ещё на ночь, поскольку Луна посчитала, что Сомбра ещё недостаточно окреп для путешествия. Она быстро посетила сны своей сестры, чтобы рассказать ей о произошедшем, и заверить, что они с Сомброй скоро вернутся.

***

      Горожане были опечалены уходом Сомбры и ещё раз поблагодарили его за спасение. Они подарили ему и Луне по в копытную сделанной броши с изображением той же птицы, чье перо висело на топоре, и они оба с гордостью прикрепили их к одежде.       Новый мэр дал Сомбре список срочных поставок, о котором попросил принц. Сомбра пообещал, что попросит у Кейденс и Шайнинг Армора столько, сколько они смогут дать.

***

      Они забрались в колесницу и, помахав на прощание, поднялись в воздух на тяге бэтпони. Пока они проплывали над озером, Сомбра вздрогнул, вспомнив об останках волка, изломанного и бессильного, лежащих на дне.       — Жители Империи бесновались, когда ты пропал! — сказала ему Луна. — Одна маленькая кобылка даже не пошла на уроки, прибежала во дворец и поставила всех на уши, пытаясь выяснить, нашелся ты или нет! Твайлайт Спаркл пришлось прийти в школу и объяснить, что произошло, и попросить мать забрать маленькую мисс!       — Ох, Брайт Спарк… -вздохнул Сомбра. — Бедняжка, нужно увидеться с ней как можно скорее. Надеюсь, с её мамой все хорошо…       — Мисс Си очень расстроена и надеется, что ты в порядке. Она бы хотела, чтобы ты вернулся к ней целым и невредимым…       Сомбра смутился, но Луна увидела его улыбку.       Она рассказала ему и о том, что случилась пара нападений, но стражники справились превосходно, и пострадавших почти нет! Сомбра почувствовал облегчение, услышав это, похоже, тренировки не прошли даром.

***

      Наконец Империя появилась в поле зрения, и Сомбра выпрямился, испытывая огромное облегчение. Дом милый дом! Брошь в виде сердца мерцала, словно читая его мысли. Луна улыбнулась. Нет никаких сомнений, Сомбра более чем готов стать принцем. Они полетели по улицам, ведущим ко дворцу, и Сомбра увидел толпу ожидающих пони. Выглядело так, словно граждан Империи резко прибавилось: пони заполнили каждую улицу, даже сидели на крышах, размахивая флагами с символом Империи. Сомбра переводил взгляд с одного пони на другого, счастливый, что снова оказался дома и увидел их!       Над головами висел баннер с надписью «Добро пожаловать домой!»       Как только колесница остановилась, Сомбра и Луна выпрыгнули из нее, и их приветствовали друзья, а в случае Сомбры — очень любимая им пони!       — Луна! — Селестия протянула копыта, и Луна нырнула в объятия сестры.       — Мы привезли конфеты! — заявила она, заинтересовав Селестию.       Шайнин Си думала, что сможет сохранить хладнокровие и самообладание, когда снова увидит Сомбру. Но когда он сошел с колесницы, и его взгляд остановился на ней, улыбка, осветившая его красивое лицо, была неотразима. Прежде чем она успела понять, что делает, она подбежала к нему и крепко обняла, обвив его шею передними копытами.       Знакомое тепло его тела, стук сердца. Мурлыкающий голос, мягко произнесший её имя, когда он обхватил её одной ногой, чтобы она не упала.       — Моя звезда… — пробормотал он, когда она отступила и посмотрела на него. И снова у неё в голове возникло желание прижать его уши, которое она поспешно оттолкнула в сторону.       — Я так волновалась! Когда принцесса пришла к нам домой и сказала, что ты пропал…       — Мне жаль, если я напугал тебя, — Сомбра успокаивающе потерся носом о её, тихо пробормотал. — Я бы никогда не волновал тебя специально. Я скучал…       Она покраснела, сердце сжалось от смеси счастья и облегчения. Сомбре показалось, что её шерсть очень блестит, а грива подобна её имени: сверкающая синева отражала свет, заставляя Сомбру чувствовать себя спокойным, как широкий тихий океан…       Не находя больше слов, Си просто поддалась искушению и поцеловала своего прекрасного принца. Сомбра, не теряя времени, с готовностью ответил…       Толпа вокруг них от всей души приветствовала этот поцелуй, и это радовало больше всего! Тайна личности подружки Сомбры была раскрыта, и хотя многие кобылки чувствовали легкую ревность, а то и зависть, видеть Сомбру таким счастливым со своей избранницей было просто восхитительно!       Рэрити завизжала от восторга вместе с Флаттершай и Твайлайт Спаркл. Пинки Пай чуть не расплакалась: ей показалось, что это супер-пупер мило!       — Ав-в, ну разве это не мило… — протянула Эпплджек. Рэйнбоу Дэш скорчила привычное «фу!» выражение, но внутренне согласилась с Эпплджек!       — Сомбва! Сомбва! — Брайт Спарк, очевидно, надоело ждать, пока взрослые закончат обниматься, и она атаковала любимого друга с высота. Сомбра уткнулся носом в её макушку и, как всегда, усадил её к себе на спину.       Остальные восприняли это как сигнал к тому, чтобы сплотиться в объятиях. Когда он поймал взгляд Рэрити, она широко ему улыбнулась, и Сомбра не мог не ответить ей тем же.       Единорог повернулся к толпе, чтобы сказать, что он рад вернуться домой, где ему самое место. Эти слова вызывали ещё более бурную радость, поскольку пони были искренне счастливы, услышав, что он считает Империю своим домом. Вперед вышли двое: машинист и проводник, которому Сомбра передал свой браслет. Они подбежали, оба почтительно поклонившись, прежде чем поблагодарить его за помощь!       И многие пони вышли вперед, включая пассажиров поезда, которых он спас. Они преподнесли ему подарки и знаки своей благодарности и радости по поводу его возвращения.       К тому времени, как они неохотно попрощались с толпой, у Сомбры скопилась целая куча сладостей и пирожных.       — Я это один не съем! — заметил он.

***

      Как только они вошли на территорию дворца, Сомбра встретил ещё двух пони, Кейденс и Шайнинг Армора!       — Привет, приятель! Рад, что ты вернулся, — Шайнинг Армор ухмыльнулся другу после того, как они победно стукнулись копытами.       Кейденс кивнула, её улыбка сияла.       — Мы были рады, когда узнали, что Луна нашла тебя. Это настоящее чудо!       Луна с гордостью кивнула.       Они вернули ему драгоценную регалию и сообщили, что его сумки в покоях.       Затем они все собрались в столовой, где Сомбра щедро разделил подаренные ему пирожные и сладости между детьми и взрослыми, что заставило их радостно ухмыльнуться.       — Я прошу прощения, если это спровоцирует гиперактивность Брайт, — сказал Сомбра, поймав взгляд Шайнин Си. Но она только усмехнулась и ответила, что уже привыкла к этому.       Кейденс улыбалась, глядя на то, как Си счастлива, сидя рядом с Сомброй. Бедная кобылка разрыдалась от беспокойства, когда они с Шайнинг Армором приехали к ней в своей карте, чтобы рассказать о случившимся. Теперь, когда её драгоценный пони вернулся, Си светилась от радости.

***

      Когда Шайнин Си и её дочери пришлось идти домой, Сомбра проводил их до главной двери. Поддавшись импульсу, он спросил, будет ли Шайнин Си так любезна сходить с ним на пикник завтра, пока Брайт в школе? Примерно в полдень?       Брайт расстроилась, что не может пойти с ними, но Си объяснила, что этот пикник только для взрослых. Чем-то напоминая Рэрити, Брайт Спарк ухмыльнулась и издала легкий писк. А затем, повысив уровень смущения и без того смущенной пары, издала несколько чмокающих звуков.       — Немедленно прекратите, маленькая мисс! — шутливо отругала её Шайнин Си, повернула голову и подтолкнула громко хихикающую дочь к двери. Сомбра изо всех сил держался. Но когда дверь за ними закрылась, он смог вдоволь просмеяться.       Этот ребенок всегда заставлял его улыбаться…

***

      Он направился в библиотеку, где Твайлайт Спаркл и её друзья сидели у огня и разговаривали.       — Приветики-приветики! — помахала хвостом Пинки Пай.       — У меня есть просьба, мисс Сахарная Вата.       Пинки Пай его выслушала и с готовностью согласилась приготовить всё необходимое ранним утром!       — Зачем тебе столько тортов? Пытаешься отыскать то количество сахара, от которого тебя вштырит? — хихикнула Рэйнбоу.       — Не думаю, что для этого хватит торта, особенно когда мой метаболизм похож на печь! — ответил Сомбра.       Он побыл с ними ещё некоторое время, рассказав, чему стал свидетелем во время своего путешествия. Твайлайт Спаркл искренне заинтересовалась волком, которого призвал помешанный на власти мэр.       Сомбра слишком поздно вспомнил о том, что должен был поговорить с Кейденс и Шайнинг Армором о поставках в поселение.       — Поговори с ними утром, — предложила Твайлайт Спаркл. — А пока поспи.       Сомбра, всё-таки прилично уставший за время своего отсутствия, кивнул и пожелал всем спокойной ночи, прежде чем удалиться в свою спальню.       Но сразу он не заснул…

***

      Сомбра допоздна записывал события своего приключения для отчета, а потом отправился в тронный зал, чтобы увидеть Кейденс и Шайнинг Армора, прежде чем принц отправится на тренировку стражи.       — Эй, приятель, как дела? — приветствовал его Шайнинг небрежным жестом.       — Я хотел поговорить с вами вчера, но, признаться, отвлекся.       — Да я заметил, — с нахальной улыбкой выдал Шайнинг Армор, хихикая над тем, что Сомбра отвлекся ни на что иное, как на свою подружку.       — Даже не начинай, — ответил Сомбра, держа морду кирпичом. Кейденс хихикнула, глядя на их лица.       — В любом случае, — не обращая внимания на хихикающего друга, Сомбра вытащил из сумки запрос о поставке и сел, чтобы разобраться в них и представить королевской чете.       Незаметно для него Кейденс и Шайнинг Армор обменялись взглядами. Кейденс телепортировала их обоих на небольшое расстояние так, что они оказались по обе стороны от Сомбры, и читали бумаги вместе с ним.       — А?! — вздрогнул Сомбра. — Вы чего?       — Ты забыл? Мы равны по статусу, приятель, тебе не обязательно соблюдать все формальности, — пихнул его Шайнинг Армор. — Поэтому, если ты так хочешь сидеть здесь, мы посидим с тобой рядом!       — Итак, что ты хотел нам показать? — закончила Кейденс, обезоруживающе улыбаясь.       — Поселение, в котором я оказался. Оно не в лучшем состоянии с точки зрения снабжения. Набеги бандитов некоторое время назад лишили их запасов, не говоря уже об ущербе для города.       — Да, ты вчера об этом говорил, — кивнула Кейденс с видимым беспокойством. — Похоже, ты остановил мэра как раз вовремя!       — Мне повезло, что пришла Луна. Я хотел спросить, как она меня нашла?       — Она разбудила нас всех, крича о сне, зовущем её из далекого места. Кто-то в деревне, должно быть, видел тебя во сне, и это насторожило её, а с учетом того, что ты пропал, сложить два и два оказалось просто, — объяснила Кейденс.       — Ах, вот оно что…       Он показал им все бумаги, детализированные планы по поставкам и иной помощи.       — Я понимаю, что с моей стороны это было самонадеянно, но… — начал он, но Кейденс прервала его.       — Готово! — откинулась на спинку Кейденс с улыбкой.       — А? Что готово? — спросил Сомбра. По какой-то причине эти двое вели себя как лисы.       — И у меня! — Шайнинг Армор держал последнюю страницу отчета и поставил подпись. Он протянул бумаги Сомбре. — Мы своё согласие дали, теперь твоя очередь.       Как только растерянный и оглушенный Сомбра добавил на бумагу свою закрученную причудливую подпись, Кейденс перетасовала бумаги по порядку и положила готовую стопку возле своего стула.       — Мы обсудим это на следующей встрече, но то, что ты сказал, правда: они могут прийти к нам за помощью. Должно быть, жить в столь отдаленном поселении тяжело.       — Ты был один, и в данном случае то, что ты предложил, было более чем щедро. Судя по всему, им действительно была нужна помощь. Я понимаю их беспокойство, возможно, им нечего предложить взамен, но мы найдем способ прийти к взаимовыгодному соглашению, — закончил Шайнинг Армор.       Кейденс кивнула.       — Не бойся делать то, что, по твоему мнению, необходимо, это часть твоей работы. Мы оба принимаем независимые друг от друга решения, но держим друг друга в курсе. Безумное вторжение закончится, и, смеем надеяться, ты будешь делать так же.       — Да, политический совет изо всех сил пытается ухватить тебя к ним. Конские перья, да мне даже запрос от командира стражей приходил, с вопросом будешь ли ты проходить у них обучение в будущем, когда всё закончится, — ухмыльнулся Шайнинг и снова пихнул Сомбру в бок.       Когда Сомбра повернулся, чтобы уйти, с облегчением понимая, что поселение получит необходимую помощь, дверь открылась, и он нос в нос столкнулся с тремя членами совета.       Одну из них он даже узнал, это была та пони, с которой он познакомился во время нападения на театр.       — Ваше высочество! — просияла она. — Какое удовольствие видеть вас! Как дела?       — В полном порядке, — любезно ответил ей Сомбра.       — Я не предполагаю, что вы пришли сегодня, чтобы присоединиться к нам, но все же? — спросила она с надеждой. Сомбра извиняюще покачал головой.       — Сожалею, но мне нужно идти. У меня важная встреча. Но я обещаю, как только с осадой будет покончено, я уделю вам столько времени, сколько потребуется.       — Мы с нетерпением ждем этого, сир! — снова просияла кобыла. Двое позади неё разделили её чувства, склонив головы перед принцем.       — Передавай подружке привет от меня! — крикнул Шайнинг Армор, когда Сомбра уже почти вышел.       — Заткнись! — крикнул ему в ответ Сомбра, едва сдерживая смех. Шайнинг Армор же его не сдерживал.

***

      Взяв большую корзину с выпечкой, которую для него сделала Пинки Пай, Сомбра отправился к дому Шайнин Си….

***

      Отведя Брайт Спарк в школу, Шайнин Си вернулась домой и села читать книгу, чтобы скоротать время до пикника с Сомброй.       Поэтому, когда в дверь постучали, она подумала, что это Сомбра, пока не осознала, что ещё слишком рано.       Шайнин Си открыла дверь и увидела свою подругу-пегаску Мотормаус, ту самую пони, назвавшую Сомбру великолепным в лицо, и, очевидно, восхищавшуюся его фигурой. Кобыла была поистине бесстрашной.       — Приветик, я шла из гостей и решила зайти узнать, как дела!       Шайнин Си рассмеялась и пригласила её войти. Они выпили чаю и съели последнюю порцию печенья, которое испекла хозяйка.       — Ну и как дела у твоего красавчика? — поддразнила её Мотормаус, заставив Си покраснеть.       — Очень хорошо, как это бывает, — сказала она с улыбкой. — Виделась с ним вчера вечером.       — Ой, и не говори! — ухмыльнулась Мотормаус. Её кьютимаркой была пара новых болтливых зубов с блестками вокруг них, что означало, что её болтовня освещала жизни её друзей!       Си объяснила исчезновение Сомбры и его последующее возвращение. Они с Брайт Спарк провели день во дворце, разговаривали с принцессами и остальными и пили чай!       — Ух ты, звучит жутко! Рада, что он вернулся целым и невредимым! — Мотормаус кивнула.       — И я. Когда я его увидела, я испытала такое облегчение, — тяжело вздохнула Шайнин Си. — Мысль о том, что он там потерялся…       Мотормаус успокаивающе похлопала её по плечу.       — Он слишком крут, чтобы позволить чему-то встать между ним и тем, что он хочет защитить. И, давай посмотрим правде в глаза, после того, что ты рассказала нам о ночи под куполом, ты для него равноценна Империи!       Си покраснела и подняла чашку, чтобы сделать глоток.       — Не думала, что сойдусь с кем-нибудь ещё, тем более с кем-то вроде Сомбры. До фестиваля я не смогла его как следует поблагодарить. Он выглядел испуганным, когда мне наконец удалось, и я без задней мысли спросила, почему. Думаю, он был удивлен, когда я спросила. Похоже, никто больше не спрашивал или не замечал.       — И что он ответил? — спросила Мотормаус.       — Он долго ничего не говорил, а потом посмотрел на столешницу и пробормотал «я не знаю». У меня такое ощущение, что он, по правде сказать, не мог объяснить. И выглядел очень растерянным. У меня создалось впечатление, что он с момента чумы боролся с этим чувством. Я слышала много слухов, что он, похоже, не знал, как реагировать на чужую благодарность, судя по тому, что было, когда двое пони поблагодарили его в тот день, когда он гулял с принцессой Твайлайт Спаркл. Он едва выдавил пару слов, словно не привык к такому.       — Ух ты, бедняга, — сочувственно протянула Мотормаус.       — Меня привлекло его выражение лица, — взгляд Шайнин Си блуждал по воспоминаниям. — Обычно он выглядит свирепым и серьезным, в тот момент я увидела что он… очень одинок. Как Брайт Спарк и говорила.       Она улыбнулась.       — Но потом он улыбнулся, когда разговор зашел о ней. И когда он улыбался, то выглядел совсем иначе.       — И тогда ты решила, что он тебе понравился? — ухмыльнулась Мотормаус. Си снова покраснела.       — Н-ну да. Я так и не смогла выкинуть из головы ни эту улыбку, ни одиночество, которое он источал. Я знала от Брайт Спарк, что он не давал себе воли, потому что не верил, что пони искренне хотят о нем заботиться, потому что думал, что не заслуживает такого утешения.       — Чего он так боялся? — спросила Мотормаус. — На балу выглядел вполне нормально.       — Я всего не знаю, просто у него было болезненное прошлое, произошло что-то, что заставило его бояться тех, кто пытается быть к нему добрым… — она покачала головй. — Принцесса Твайлайт Спаркл рассказала мне, как она и её друзья усадили его и убедили, что не намерены смотреть, как он страдает в одиночестве. Это заняло время, но он начал привыкать.       Пока они болтали, Сомбра покинул дворец и даже пришел чуть раньше срока. Решив, что Шайнин Си возражать не будет, он постучал в дверь.

***

      На кухне Шайнин Си услышала стук и, взглянув на часы, отчаянно пискнула. Она потеряла счет времени, это, должно быть, он!       Мотормаус понадобилось какое-то время, чтобы сообразить, что Си резко вскочила и взволнованно бросилась к двери. Кто прише…ах, да.       Она широко улыбнулась. Значит, он пришел её навестить, не так ли?       — Всё хорошо? — спросил Сомбра, лишь увидев покрасневшее лицо единорожки.       — Я в порядке! Просто… напугалась стука, вот и всё! — она засияла, увидев его улыбку, заставлявшую сердце биться чаще.       Мотормаус наконец заскучала и высунула голову в коридор. Убедившись, что это действительно принц, причем ещё и притащивший что-то вроде корзины, она радостно хихикнула. Затем, приняв невозмутимый вид, она побежала вперед и защекотала Шайнин Си перьями, чтобы рассмешить её.       — Увидимся позже, Си! — - она не забыла улыбнуться стоявшему рядом Сомбре. — Добрый день, ваше высочество!       — Добрый день, мисс…?       — Мотормаус, ваше высочество! — она ухмыльнулась и выбежала на садовую дорожку, задумав очередную смешную глупость. — Хорошего дня!       — Я объясню! — покачала головой Си, когда Сомбра повернулся к ней. — Она пожертвовала свой мозг науке прежде чем научилась им пользова… — её взгляд соскользнул с его лица, и на щеках образовалась смесь смущения и готовности лопнуть от смеха.       Сомбра быстро повернул голову в сторону, куда она смотрела, и увидел сумасшедшую пегаску, притворившуюся целующей с воздухом. Она открыла глаза и увидела, что на неё смотрят с некоторой озадаченностью, и широко улыбнулась.       — Я ни о чем не жалею!!! — закричала она и убежала по дороге.       — Она такая же, как Сахарная Вата, — прокомментировал Сомбра. — Честно говоря, я волнуюсь.       Но когда он снова посмотрел на Шайнин Си, они оба рассмеялись.       — Пойдем… — хихикнула Шайнин Си.

***

      Они отправились к кристальному озеру, популярному месту в обрамлении красивых деревьев, создающих расслабляющую умиротворенную атмосферу.       Сомбра повел их к отдаленной поляне, где единственным звуком было пение птиц. Он поприветствовал проходящих мимо стражников, которые уважительно кивнули ему и поприветствовали его подругу.

***

      — Вот мы и на месте, — тихо сказал Сомбра, когда они вышли на поляну. Одеяло было расстелено на земле, и они сели.       — Это очень красивое место, — Си улыбнулась, когда Сомбра поставил перед ними большую корзину.       Из неё он вытащил изысканное серебро, хрустальные бокалы разных оттенков и много тортов и сэндвичей.       — Мисс Рэрити и Сахарная Вата приложили немало усилий, чтобы всё это подготовить, — объяснил он, и Си, посмеиваясь, потерлась носом о его щеку.       — Твои друзья очень добры, — снова улыбнулась она, и единорог кивнул, раскладывая пирожные по тарелкам.

***

      — Они великолепны! — просияла Шайнин Си, доедая последний торт и облизывая губы. Через секунду её поцеловал развеселившийся Сомбра.       — И правда, — томно прошептал он, улыбка сделала его ещё красивее.       Его грива упала на ухо, и Шайнин Си подняла копыто, чтобы поправить прядку.       — Почему твоя грива такая? Совсем как у принцесс, — спросила она, с любопытством наблюдая за перетекающими волосами.       — Существует теория, что это связано с большим количеством магии, генерируемой нашими телами, которое проявляется таким образом.       — Выглядит как летящая тень, — решила Шайнин Си. Сомбра усмехнулся.       — Иронично, но это почти дословный перевод моего имени. На древнем языке «сомбра» означает «тьма».       — Ух ты, — Си никогда такого раньше не слышала.       — Так что с первого дня своей жизни меня называли тьмой, — единорог грустно улыбнулся.       — А ну не хмуриться, мистер! — единорожка строго шикнула на него, подняв копыто и закрыв ему рот. — Тени созданы светом. Мир прекрасен в их единстве.       Сладость этих слов заставила Сомбру влюбиться в неё ещё сильнее.       — Ты — мой свет, — прошептал он, заставив её покраснеть, и поцеловал её. Сомбра не мог сдержаться и прижался носом к её гриве, чувствуя прекрасный аромат ванили, напомнивший ему о поцелуе в дворцовом саду.

***

      Покончив с едой, они пошли к озеру, болтая обо всем и ни о чем. Вдруг Си споткнулась о корень дерева и, вскрикнув от испуга, покатилась с холма. Сомбра телепортировался вперед, но оказался слишком близко! Поэтому, хоть ему и удалось поймать её, он потерял равновесие, и они оба кубарем упали на дно лощины.       Си моргнула и сдула листочек с челки.       — Ты в порядке? — спросил Сомбра. Они приземлились на кучу листьев, и это смягчило падение. Одна из передних ног Сомбры обнимала её, удерживая на весу. Солнечный свет обрамлял его голову светящимся нимбом, подчеркивая дымчато-серую шерсть, текущая грива завораживала.       Си не ответила, просто поцеловала его.       Сомбра удовлетворенно мурлыкнул, и Шайнин Си почувствовала, как голос раскатился по всему телу. Пресвятая Селестия, ну как жеребец может быть настолько милым?! Она отстранилась, и вид его улыбки заставил её задуматься, как ему в голову могло прийти, что он не достоин любви…       — Моя звезда… — пробормотал он.       — Моя тень… — ответила ему Шайнин Си и обняла, чем заставила сердце Сомбры биться чаще.       Не в силах больше сдерживаться, она приласкала его уши и с удивлением ощутила отдаленный раскат смеха, а в следующую секунду Сомбра ткнулся ей в щеку.       Поэтому она повторила свои действия, заставив его смеяться и игриво рычать на неё, бодая её мордочку.       — Значит, уши — твоя слабость? — поддразнила его Шайнин Си, прижавшись к нему нос к носу. Сомбра страстно поцеловал её.       — И как же ты меня так раскусила, м? — он поцеловал её в лоб и задумался. — Могу ли я быть уверен в том, что ты не раскроешь эту жизненно важную тайну врагу? Она захихикала, ткнула его в грудь и вновь услышала его смех. Он был подобен тихому грому, катящемуся по широкому небу. Это была та его часть, которую она могла видеть, и это было сравнимо с наградой.       Дальнейшее безделье прервал ещё один поцелуй. Удивительно страстный, между прочим, поэтому, когда они отстранились друг от друга, то не сразу смогли нормально дышать.       Сомбра заметил большой лист в её гриве и вытащил его.       — Мы ими покрыты, — усмехнулась Шайнин Си, вытаскивая парочку из его гривы. То, как листья зацепились за плывущую гриву, заставило её задуматься, а не может ли она их съесть?       Она хихикнула, чем вызвала вопрос, на который пришлось отвечать.       Ответ рассмешил Сомбру, который всё же объяснил, что его грива не умеет есть. Он наклонил голову, чтобы поцеловать её и заставить свои волосы коснуться её щеки, издал притворный рык. Шайнин Си шутливо ударила его, притворяясь, что теряет сознание от ужаса. Потом они смеялись до боли в боках.       Громкий крик испугал их обоих, и Сомбра инстинктивно притянул единорожку ближе, напрягся, оглядываясь, чтобы понять, доносится звук откуда-то поблизости или…       — Озеро… — прошептала Шайнин Си. Сомбра кивнул. Поднявшись на ноги, он помог ей встать, и они побежали на звук.

***

      На озере проходило занятие по плаванью. Учительница, мисс Лайн Рул как раз проверяла своих учеников, плюхающихся в озере, когда что-то ударилось об воду и обрушило на детей огромную волну.       Когда она отступила, вода закружилась, обволакивая теневое существо. Оно посмотрело на детей и зарычало.       Тень отпрянула, чтобы ударить их…       БАМ! Её лицо впечаталось в фиолетовый щит, и она отпрянула с визгом ярости.       — Сюда! — Лайн Рул услышала кобылий голос. Повернувшись, она увидела Шайнин Си, машущую копытом и указывающую путь. Рядом с ней стоял, приводя щит в действие…       — Принц Сомбра! — воскликнула Лайн Рул. Она велела детям бежать к взрослым. Один жеребенок заметил Сомбру и широко ухмыльнулся: он посчитал, что Сомбра самый крутой!       Сомбра мягко ткнулся в щеку Си.       — Управлять щитом можешь?       — Думаю, да, — она запнулась, но затем решительно кивнула. — Да, могу!       — Тогда позволь передать тебе заклинание…       Он проделал те же манипуляции, что и с Луной — прикоснулся к рогу Си собственным, сообщая ей схему заклинания. Её глаза расширились.       — Ух ты… это так работает твоя магия? Заклинание многослойное, столько строк…       — Да, боюсь, немного старомодно.       — Это прекрасно, — твердо заявила она. — Иди, останови это чудовище! Но будь осторожен!       Сомбра также оставил ей седельную сумку, чтобы её содержимое не пострадало. Он ещё раз кивнул и боднул её носом, прежде чем передать контроль над заклинанием и побежать по траве к озеру. Тень попыталась ударить по щиту, но понял, что замена Сомбры справилась с ним, поэтому переключился на единорога.       — Тут твой огонь бесполезен! — кашляла тень. — Твой ход, маленький принц!       Тень взвилась в воздух, стреляя в Сомбру короткими залпами. Единорог телепортировался, едва избежав попадания в лицо. Однако один из них подрезал ему воротник, но всего лишь порвал ткань.       Не испугавшись, Сомбра бросился вперед, призвав косу, и использовал её, чтобы отразить остальные брошенные в него шипы и заклинания. Они отлетали прочь и падали в воду, шипя от соприкосновения с наполненным магией металлом.       Сомбра создал привычную кристальную платформу, на которую можно было запрыгнуть, но тень обрушила на неё волну, сделав скользкой, из-за чего он лишь едва задел её водную оболочку. Тень ухмыльнулась, затем выдернула из воды хвост и ударила в грудь, отправив единорога в основание большого дерева в нескольких метрах от кромки воды.       Голова Сомбры закружилась, он изо всех сил старался не потерять сознание. Отдаленные крики заставили его поднять голову, и единорог увидел, что тень швыряется всем в щит. Коса лежала неподалеку, но на этот раз оружие было бесполезно.       Пока он вставал, на краях зрения танцевали искры.       Искры. Точно! Почти так же он убил огненного волка на озере!       Не обращая внимания на вопящее в груди давление, он изо всех сил пытался дышать нормально. Сомбра побежал вперед, в голове формировался план.       Он закрыл глаза, представляя на этот раз не огонь, а молнию. Искры танцевали вокруг его рога, улетая к небу.       Небо над озером потемнело.       Тень обернулась, увидела Сомбру, окруженного искрами фиолетового электричества…       — Ого, что это? Очередной трюк, маленький принц? — тень рассмеялась, поднимаясь на дыбы и возвышаясь над пони, который открыл глаза, но продолжал хранить молчание. — Как только ты коснешься меня, ты навредишь себе! Я знаю, ты любишь, когда тебя бьют, но даже для тебя это самоубийство!       Сомбра лишь ухмыльнулся, чем разозлил тень ещё больше…       — Пора положить конец этому противостоянию! Хочешь умереть, маленький принц?! Я тебе в этом помогу!       Тень поднялась на максимальную высоту, собрала всё озеро и начала формировать его в одну огромную волну…       Когда вода обрушилась на Сомбру, он поднялся на дыбы, но вместо того, чтобы бежать к тени, он ударил копытами землю.       Небо над головой, теперь почти почерневшее от облаков, раскололось, и огромная вспышка ярко-фиолетовой молнии ударила вниз, разбив ядро тени, когда она бросилась к Сомбре. Тень заверещала от ярости и агонии, а затем взорвалась с грохотом!       Вода, уже превратившаяся в гигантское цунами, оставшаяся без контроля, обрушилась обратно в лоно озера. Силы было достаточно, чтобы вызвать ещё одно цунами, но все же впечатляющий каскад воды растекся по щиту. Те, кого защищала Си, были в порядке, но вот Сомбра…       Ну, Сомбра промок от кончиков копыт до кончика хвоста. Повезло, что он развеял заклинание сразу же после выстрела, иначе его бы сейчас неприятно било током…       «По крайней мере, в этот раз она теплая, — подумал Сомбра. — Не так уж и плохо».       — Сомбра! — Си развеяла щит и побежала к своему промокшему особому пони. — С тобой всё в порядке?!       — В порядке, в порядке! — он засмеялся, снял плащ и разложил его на траве. — Я его высушу.       Она усмехнулась и потерлась о его нос.       — Ваше высочество! –учительница подошла к нему вместе с классом. — Спасибо!       — Всё в порядке, я просто рад, что никто не пострадал.       Пара детей посмеялась над тем, как странно выглядела мокрая грива Сомбры. Когда он снял плащ, им удалось увидеть его кьютимарку, и это заставило любопытных задаться вопросом, что она означает. Кристаллы?       Сомбра уселся рядом с плащом и обернул ноги хвостом. Лайн Рул показалось, что она увидела, как он вздрогнул, но секундой позже всё прошло.       — Теперь в воде безопасно, — заверил он класс. — Вы можете вернуться к занятиям.        — Ты останешься с нами, принц Сомбра? — спросила маленькая кобылка. Класс закивал, перешептываясь и надеясь, что принц-затворник задержится на какое-то время.       Один жеребенок, тот, кто подумал о крутизне принца, сумел прокрасться мимо стайки детей постарше, чтобы рассмотреть своего героя поближе.       — Эй, смотри куда прешь! — большой крупный жеребенок толкнул его боком, заставив споткнуться и упасть.       Сомбра взглянул туда, где раздался визг, и левитировал жеребенка, чтобы поставить его на ноги. Потом узнал его и улыбнулся.       — О, господин Стил Вайр, рад снова вас видеть!       Стил Вайр обрадовался, когда Сомбра не только вспомнил его, но и поздоровался по-взрослому! Поэтому он сделал так, как учили в школе, и почтительно поклонился могущественному принцу, поприветствовав его подобающим образом.       Лайн Рул похвалила его за внимание к этикету, и жеребенок снова был вознагражден доброй улыбкой от принца.       — Как продвигается твое обучение искусству? — спросил Сомбра. Стил Вайр услышал, как его невольные мучители перешептывались. Они не поверили ему, когда он рассказал о том, что Сомбра помог ему получить кьютимарку.       — Я закончил дворец! И получил пять! — а вот голоском Стил Вайр похвастаться не мог. Хулиганы захихикали, и он почувствовал, как к нему возвращается старый гнев.       Сомбра заметил это и, хотя выражение его лица ничуть не изменилось, хулиганье не могло не почувствовать, что резкость его интонаций была адресована им, когда он заговорил.       — Я не ожидал от тебя меньшего. Мой отец был поклонником искусства всех видов и форм. Твое творение привлекло бы его внимание, ему всегда нравилось, когда художник вкладывает в свою работу душу. Это действительно то, чем можно гордиться, что бы ни говорили некоторые скептики…       Последние слова были адресованы хулиганам.       Сомбра бросил на них короткий взгляд. Они уже не выглядели такими дерзкими.       Вдохновленный поддержкой Сомбры, Стил Вайр открыл свою сумку и достал коробку.       — Я закончил эту сегодня. Я хотел поставить её на выставке и рассказать об этом, когда мы вернемся сегодня днем, но я хочу, чтобы она досталась вам!       Он вытащил маленькую проволочную модель Сомбры. Детали были великолепно проработаны вплоть до крошечного металлического браслета вокруг передней ноги. Даже плащ был сделан из проволоки. Выглядело потрясающе.       — Ух ты… — глаза Шайнин Си расширились. — Это…       — Абсолютно поразительно! — закончил за неё Сомбра. Стил Вайр вздохнул с облегчением, Сомбре понравился его подарок.       — Этот проект занял у меня целую неделю, — ухмыльнулся Стил Вайр. — Но я думаю, это того стоит!       — На все сто, так точно! — Сомбра обменялся улыбками с Шайнин Си, узнавшей крылатую фразу.       — Брайт Спарк… — усмехнулась она.       Сомбра улыбнулся счастливому Стил Вайр, поблагодарив его за подарок, и ещё немного полюбовался деталями статуэтки, прежде чем аккуратно спрятал её в свои седельные сумки, которые ему принесла Шайнин Си. Она поставила их рядом с ним.       — Ты уверен, что не замерзнешь? — спросила она. Сомбра покачал головой.       — Нет, дорогая Шайнин Си, день очень теплый. Я правда быстро высохну.       — Ну ладно, — улыбнулась она, поглаживая его влажную гриву.       Она увидела, что дети не решаются вернуться в воду, и поддалась порыву.       — Вам нужно сделать это так! — крикнула она и нырнула.       Сомбра заморгал, когда она высунула голову из воды, широко ему улыбаясь.       Она создала водяной шарик и помахала им в воздухе.       — Как насчет морского боя?       Дети захихикали и бросились к ней, чтобы присоединиться. Сомбра и учитель переглянулись, когда дети бросились в закипевший бой, и рассмеялись. Учительница пошла за камерой к тому месту, где она спрятала седельные сумки, а Сомбра задремал.       Так продолжалось до тех пор, пока водяной шарик не ударил его прямо по носу. Сомбра зашипел, его грива намокла ещё сильнее. Он завертел головой в поисках виновника.       Виноватая улыбка Си мгновенно выдала её. Это и ещё парочка жеребят, показывавших на неё копытами и хихикающих, было железным доказательством. Сомбра уставился на неё и выгнул бровь.       Дети переглянулись. Насколько суровым будет ответ члена королевской семьи?       — А, так это моя звезда! — Сомбра засмеялся, мгновенно изменив выражение лица. Левитировав водяной шарик, он швырнул его в Шайнин Си. Она отбилась, но брызги всё равно окатили и так мокрую шерсть!       Поэтому, по возвращению учительница поняла, что Сомбра несколько отклонился от плана «высохнуть», и теперь просто весело дурил с детьми и кобылой, которая, как она поняла, была его возлюбленной.       Двое взрослых, похоже, поделили детей на команды, и возглавили их. Честно говоря, Сомбра и Шайнин Си потратили столько же времени, помогая детям, сколько и пытаясь замочить друг друга!       — Так, ну всё, пора выходить из воды, вы все должны высохнуть и обтереться! — позвала учительница, ставя камеру на место. Она сделала очень много фотографий, мысленно помечая, что нужно отправить несколько Сомбре.       Сомбра снова встретился взглядом с Си, и они засмеялись. Так сильно он не расслаблялся, кажется, целую вечность!

***

      Его плащ сох, и они устроились рядом с ним, чтобы позагорать и посмотреть, как дети поют песни вместе со своей учительницей. Песня напомнила Сомбре о популярной грубой перепевке, от которой его отец был в восторге, и засмеялся. Когда Шайнин Си спросила в чем дело, он пересказал ей текст, и она просто взорвалась от смеха, прислонившись к нему.       — У твоего отца был очень странный ум, правда? — она вытерла глаза, едва смогла успокоиться.       — И это преуменьшение! — усмехнулся Сомбра. — Он был невероятным…       Им наконец пришлось уйти и попрощаться с классом. Сомбра ещё раз поблагодарил Стил Вайра за статуэтку. Жеребенок выглядел очень довольным.       Его обидчики не выглядели гордыми и заносчивыми, а даже пытались выдавить что-то вроде застенчивой улыбки, когда Сомбра смотрел в их сторону. Что-то в облике Сомбры говорило им «не будьте идиотами», но в тайне они считали его очень крутым.

***

      Сомбра проводил Си домой, где она поцеловала его на прощание, прежде чем окончательно проститься на сегодня.       — Свидание было чудесным, — улыбнулась она Сомбре, остановившись в дверном проеме. — И чудесно видеть тебя таким счастливым…       И Сомбра в который раз напомнил себе, что он везунчик, если его любит такая кобылка.       — Я счастлив, что ты у меня есть, — честно ответил он ей. Шайнин Си зарделась.

***

      Он вернулся во дворец, по пути столкнувшись с Твайлайт Спаркл и Рэрити, возвращавшимися из магазинов.       — О, Сомбра! — просияла Твайлайт. — Где ты был?       — На озере, — рассмеялся Сомбра, когда принцесса присмотрелась к нему.       — Ты в него окунулся что ли, дорогуша? — спросила Рэрити.       — На самом деле, я столкнулся с тенью, пытавшейся напасть на школьников. Как только с ней было покончено, мы продолжили бой водными шариками!       — О небеса! — Рэрити вздрогнула лишь от мысли об этом.       — Что ж, похоже, тебе было весело! — улыбнулась Твайлайт. Сомбра кивнул.

***

      Он вошел в комнату, повесил плащ на манекен-вешалку, чтобы он полностью высох, поглядел на свою растрепанную гриву. Мда, так он не растрепывался с тех пор, как был ребенком!       Мысли вернулись к послеобеденным событиям, и в голову пришла идея.       Что, если он сможет расшифровать заклинание, используемое для отслеживания ядер контроллеров? Вероятно, понадобится помощь, но все же?       Он быстро высушил гриву с помощью магии и отправился на поиски Селестии или другой принцессы.

***

      По счастливой случайности он встретил принцессу солнца всего пару минут спустя. Она как раз выходила из своего кабинета.       Селестия выслушала его и сказала, что может помочь.

***

      Они решили использовать бальный зал, так как он был достаточно просторным.       Сомбра объяснил, что из себя представляют его заклинания, и что в сознании других пони они выглядят как своего рода письменная формула.       — Может показаться сложным, это же темная магия…       — Всё будет хорошо, Сомбра. Возможно, я не так искусна, как моя сестра, но я справлюсь, — заверила его Селестия.

***

      Тем не менее, когда Сомбра начал творить заклинание, она увидела его сложную природу и была удивлена.       Магия, кружащая между ними двумя, начала усиливаться, и она услышала, что Сомбра застонал от боли. Но не разрушила чары, зная, что он выдержит.       Голова Сомбры болела, но он, наконец, извлек последнюю часть заклинания, завернув его, прежде чем передать Селестии.       У их ног лежал толстый лист пергамента. Как только Сомбра закончил составлять заклинание, Селестия использовала все свои силы, чтобы сохранить колеблющийся магический шар нетронутым, а затем отступила и нацелила рог на пергамент. Раздался громкий раскат грома и свет ослепл их. Когда всё исчезло, они увидели, что формула заклинания выжжена на бумаге. Когда Селестия подняла её, та всё ещё дымилась.       — Сработало, — Сомбра вздохнул с облегчением.       — Я отнесу это страже, — сказала Селестия. — Надеюсь, им это пригодится.       — И я надеюсь на это, — мягко ответил Сомбра. — Если они смогут находить контроллеров, это поможет снизить потери!       — Я надеюсь, что всё это скоро закончится, — тихо сказала Селестия. Сомбра мог только кивнуть, желая того же.

***

      На следующий день случилось несколько атак, но было украдено небольшое количество энергии. Когда Сомбра узнал об этом, то был озадачен. Было похоже, что тени просто развлекаются, а не пытаются украсть необходимую им подкормку в виде магии.       Это его встревожило, Сомбра не мог избавиться от плохого предчувствия. И следующим днем всё повторилось: лишь небольшие нападки типа «ударить и украсть», причем существа сбегали, как только появлялась стража. Однако один остался, чтобы атаковать в ответ, но недавно написанное Сомброй заклинание тут же пустили в дело.       — Оно сработало замечательно, сир! — командир патруля приветствовал его с благодарностью и благоговением. — Не знаю, что вы сделали с ним, но оно сработало.       — Рад это слышать. Я давно искал способ передать заклинание вам. И недавно, когда одна особенная пони рассказала мне, как видит мою магию, мне пришло в голову попытаться использовать контакт между магиями и её передачу, чтобы создать это заклинание.       — Ваши способности поразительны, сир! — сказал стражник, пораженный объяснением. — Мы все надеемся, что когда-нибудь сможем достичь вашего уровня.       — Не сомневаюсь, что вам это удастся, — ответил Сомбра. Когда страж радостно отправился по своим делам, Сомбра побрел к своим покоям, по пути столкнувшись с Кейденс и Шайнинг Армором.       — Эй, приятель, о чем задумался? — спросил Шайнинг Армор.       — Ни о чем примечательном. Осмелюсь сказать, что сейчас я больше читаю, чем думаю.       — Не хочешь присоединиться к нам на заседании совета? — поинтересовалась Кейденс.       — Да, я был бы рад, — заверил Сомбра. Он решил, что ему нужна практика.       — Мы собираемся обсудить вопрос о той деревне, которой ты помог во время своего приключения! — Кейденс увидела улыбку Сомбры и поняла, что сейчас самое подходящее время, чтобы ему начать заниматься политикой Империи.

***

      Члены совета подняли глаза, когда дверь в кабинет отворилась.       — Ах, ваши высочества, о-! — приветствовал их жеребец, но тут же осекся, увидев третьего участника.       — Надеюсь, мое присутствие не доставит вам неудобств? — спросил Сомбра, думая, может сейчас не время.       — О небеса, конечно нет, сир! — другой, жеребец постарше, вскочил с места. — Мы очень рады, что вы здесь, нам многое хотелось бы обсудить, но ваши обязанности всегда вынуждают вас быть в патрулях.       — Атаки становятся всё чаще, но меньше, — Сомбра снова задумался над этим фактом. — Честно говоря, я обеспокоен. Я считаю, мы должны быть начеку, и это поведение не значит, что они расслабились. Я скорее верю, что они планируют что-то крупное.       — Ещё один купол? — заговорила уже знакомая Инквелл.       — Вероятно. Их тактика странная и разнообразная, — Сомбра описал чудовище, побежденное молнией. — Они быстро адаптируются.       — Может и так, но наши наблюдения показывают, что вы не уступаете им в изобретательности! — твердо ответил старший жеребец. — Эти маленькие склизкие тени хотят драки, я не сомневаюсь, они её получат!       Остальные кивнули и поддержали это мнение. Отчеты, которые писали стражи, да и сам Сомбра, были интересными, а талант Сомбры в тактике боя — непревзойденным.       Сомбра сел рядом с Кейденс и Шайнинг Армором, внимательно следя за ходом обсуждения.       Когда дело дошло до деревни, которой Сомбра предложил помощь, королевская чета промолчала, позволив совету спрашивать Сомбру. Он ответил на их вопросы со спокойствием и логикой, изложив как выгоды для Империи, если они помогут, так и свои личные наблюдения.       Сомбра также показал им брошь, которую носил рядом с брошью-сердцем, объяснив, что её вырезали в деревне.       — Может, они могли бы торговать такими украшениями? Они будут очень популярны! — предложила одна из кобыл совета. Сомбра решил, что напишет им с предложением, а также подробно изложит всё, чем Империя может их обеспечить. Вспомнив о количестве детей, которых он видел, Сомбра попросил добавить несколько игрушек и других вещей для самых маленьких.       В конце концов они пришли к соглашению и утвердили список того, что будет отправлено в деревню. Вещи для детей, книги, семена, овощи и ягоды. То, что мороз не сможет уничтожить и входит в перечень жизненно необходимого. Сомбра закончил писать письмо и передал его совету, заверившему, что оно будет отправлено вместе с грузом.       — Ещё одна тема, которая нас беспокоит — это влияние печальной истории с тенями на местный бизнес.       — Боюсь, частично за это ответственны мои действия, — вздохнул Сомбра. — Ущерб, причиняемый этими тварями каждый раз, как я с ними сражаюсь, растет. Я пытался контролировать площадь взрывов, но между вредом пони и вредом зданиям, я выбрал последнее и сожалею, что они подвергаются таким нагрузкам.       — С этим ничего нельзя поделать, сир, — покачала головой Инквелл. — Судя по отчетам, эти монстры взрываются почти сразу. Сведя жертвы среди гражданского населения до минимума, вы более чем выполнили свою работу! Но печальный факт остается фактом: у нас нет средства, которым мы можем минимизировать повреждения и нормализовать бизнес, пока монстры не исчезнут.       Сомбра задумался.       — А если организовать что-то вроде фестиваля? Наподобие тех, что уже проходили, с выпечкой и всем подобным?       — Вы имеете в виду рекламу?       — Что-то вроде того. Возможно, владельцы бизнеса могут напечатать листовки с перечнем того, что они предлагают, посмотрим, сможет ли это побудить пони поддержать бизнес, глядя на происходящее. Особенно небольшие отдаленным магазинчикам, я уверен, они принесут огромную пользу, — предложил Сомбра.       — Звучит неплохо, — потер подбородок Шайнинг, впечатленный тем, как Сомбра снова нашел выход из положения, причем самый простой!       — О, я знаю! — воскликнул самый младший из членов совета. –Почему бы нам не включить в эту программу кристальную ярмарку в этом году?       Никто не заметил, как Сомбра напрягся и молча отложил перо. Его мысли устремились в прошлое…       — Она не за горами, вы уверены, что это хорошая идея? — старший жеребец вздохнул.       — Это главное событие года!       Другой пони кивнул.       — Мы не можем рисковать Кристальным Сердцем, когда оно может попасть не в те копыта!       — Извините, — на автопилоте ответил Сомбра. Все посмотрели на него со смешными выражениями лиц. Поняв свою ошибку, Сомбра слегка покраснел.       — Не ты, дурак, — весело фыркнул Шайнинг Армор. Остальным членам совета он ответил. — Мы работаем над этим, он только иногда забывается!       — Очень смешно, — невозмутимо ответил Сомбра. Шайнинг Армор только рассмеялся, и Сомбра тоже расслабился и усмехнулся.       — Старые воспоминания и привычки пропадают с трудом. Приношу свои извинения.       — Не беспокойтесь, сир, — добродушно улыбнулась Инквелл. — Это больше не занимает умы пони.       — Спасибо, — тихо проговорил Сомбра, но в его интонации было облегчение.       — Я говорю о копытах, но технически эти твари не являются пони, — попытался исправить положение жеребец, надеясь, что принц не сочтет это за оскорбление.       — Вы имеете в виду теней?       — Да.       — Честно говоря, — хмыкнул Сомбра, — если бы я дал им имя, когда их только увидел, я бы назвал их ЕБР.       — ЕБР? — переспросила Кейденс.       — Простите меня за грубость, мисс Кейденс, — предупредил Сомбра, — это сокращение от «Едренный в рот!».       Весь зал захохотал, лишь представив, как Сомбра обращается к монстрам в столь неприличном духе.       — Но я думаю, включить ярмарку в рекламный фестиваль было бы замечательно! — вернулась к теме Кейденс.       — Да, почему бы и нет? Там будет много пони, и настроение обязательно поднимется! — согласился Шайнинг Армор.       Они взглянули на Сомбру, который, казалось, что-то обдумывал, но отвлекся, чтобы дать им свое согласие.       - Решено, можем начать составление планов как можно скорее! — заявила кобыла из совета.

***

      - Ты много помнишь о кристальной ярмарке? Хоть что-нибудь хорошее о ней? — спросила Кейденс, когда они уходили. Сомбра покачал головой, но выдал слабую улыбку, уверяя, что с ним всё будет хорошо.       — Если ты волнуешься, ты можешь поговорить с нами, помнишь? — напомнила Кейденс, успокоив его. Сомбра кивнул, напряжение с его лица исчезло, зато вернулась улыбка.       — Теперь всё хорошо, тебе понравится кристальная ярмарка! — подбодрил его Шайнинг Армор.

***

      Но его беспокоила не только ярмарка. Он думал, что отбросил тот страх, что испытал, когда его снова заковали в цепи и назвали монстром. Он сказал себе, что с ним всё в порядке. Но на деле это серьезно потрясло его.       В ту ночь во сне он бежал по снегу, а позади него кричала и улюлюкала безликая толпа. Он споткнулся обо что-то, ударился ногой. Ему пришлось сесть и смотреть, как толпа мчится к нему. Сомбра закрыл глаза, и темнота поглотила его.       Когда он решился их открыть, он оказался в том сарае, где старейшины впервые попытались изменить его магию. Почему его привело сюда?       Он попытался встать, но его тело связывали веревки.       Пони, вышедшие на свет, не были кристальными. Они были точными копиями картинок, которые он видел в книге. В книге об основных поселениях Эквестрии, о местах, которые Твайлайт рекомендовала к посещению.       Они смотрели на него с нескрываемой ненавистью.       — Стоит снять розовые очки, и ты будешь удивлен, — прокаркал один. Остальные засмеялись, приближаясь к нему.       — Как мы можем доверять бывшему тирану?       — Как только они тебя увидят, они начнут кричать от страха! Ты прославился на всю Эквестрию тем, что сделал!       — Нет, только не опять. Хватит! — Сомбра закрыл глаза, крича себе, чтобы всё это прекратилось. Кристальные пони боялись его больше чем кто-либо другой, но они приняли и полюбили его.       Да, то, с чем он столкнулся в заснеженной пустоши, слишком сильно ударило по нему. Сомбре было настолько комфортно среди добрых кристальных пони. Ведь кроме нескольких гостей Империи, включая меткоискателей, он не сталкивался с эквестрийцами!       Что, если они отреагируют как Блюблад? Он считал его неполноценным из-за цепей прошлого, которые Сомбра всё ещё нес с собой. Пока он думал об этом, веревки превратились в цепи, прикосновение холодного металла отдалось болью в костях. Сомбра снова попытался встать. Но цепи не позволии, они были слишком короткими. В отчаяние он смотрел на пустые глаза толпившихся вокруг него пони с холодными выражениями лиц…       «Не забывай, — прозвучал в его голове тихий голос. — Ты не один. Принцессы на твоей стороне, и они доказывали это снова и снова!»       — Я знаю, но я не могу на них полагаться! — запаниковал единорог. — Рано или поздно меня коронуют, и я должен справиться с этим самостоятельно!       Вспыхнул свет. Между ним и толпой появились две фигуры.       Одна из них была Кристальным Сердцем, принявшей образ единорожки.       Другой же…       Сердце Маяка. Оно тоже приняло форму пони, жеребца пегаса, как его отец.       — Не волнуйся! — Кристальное Сердце улыбнулась.       — Бояться — это нормально, ведь мир станет больше, когда коронация состоится, — добавил Сердце Маяка. Вместе они разорвали оковы паники, опутавшие его, и помогли встать на копыта. Оба Сердца улыбнулись ему.       — Доверьтесь пони, которых вы встретили. От них к тем, кто живет на их родине, растечется твоя история.       — Гости, — сообразил Сомбра. Те, кто вернулся домой, принесли с собой правду об истории Империи.       — Именно, — кивнул Сердце Маяка. — За пределами Империи узнают, чего ты достиг!       Сомбра проснулся в холодном поту, стекающем по его шерсти. Он чувствовал бешеное биение сердца.

***

      Голова у него раскалывалась, а одна мысль о том, чтобы снова лечь в постель, вызывала дрожь. Вместо этого Сомбра спустился в свой кабинет. Дверь он оставил приоткрытой совершенно случайно.       Он сел и вытащил из стола несколько фотографий и заметок. Их ему дала Твайлайт Спаркл, и фото по большей части запечатлили её коронацию, а также подробно описывали её ощущения и внешний вид. Она даже смогла выспросить у Луны и Селестии об их коронации, и Кейденс с удовольствием поделилась о своей!       Им всем пришлось столкнуться с огромным количеством народа и произнести речь о том, как они пришли к этому моменту в своей жизни.       «И как бы звучала моя речь? «Леди и джентелькольты, я совершал ошибки таких колоссальных размеров, что их можно считать преступлением, но знаете что? Сейчас всё под контролем!» Так что ли?!»       Сомбра со стоном плюхнулся на стол.       Чтобы скоротать время, он начал заполнять какие-то документы, но вскоре задремал.

***

      После спасения Сомброй, Блюблад ничего не мог сказать. Сомбра, казалось, обладал такой уверенностью, что вызывал ощущение абсолютной неудержимости. Учитывая, как сильно о нем заботились пони, Блюблад задавался вопросом, мог ли этот великан вообще чего-то бояться?       «Ой вряд ли! — мысленно фыркнул он. — Что может напугать этого пони?»       Он прошел мимо приоткрытой двери кабинета и заметил знакомо перетекающую гриву. Заглянув через щель, он убедился, что это и правда Сомбра.       Похоже, он уснул за своим столом. Неуемное любопытство толкнуло Блюблада войти и осмотреться. На столе лежала стопка подписанных бумаг. А вокруг Сомбры были разложены фотографии коронации принцессы Твайлайт Спаркл, а также письменные отчеты о предыдущих коронациях королевской семьи. Лист бумаги с кучей заметок, исписанный от края до края, лежал под копытами спящего Сомбры. Голова жеребца покоилась на передних ногах, грива обтекала стопку книг справа от него. Но во сне он хмурился. Пока Блюблад изучал его лицо, единорог вздрогнул во сне, бормоча что-то на незнакомом жеребцу языке.       Он поднял копыто и осторожно ткнул Сомбру в плечо. И тут же отпрыгнул назад, когда единорог резко выпрямился, напористым движением сбив со стола стопку фотографий и бумаг.       Единорог покачал головой, продолжая говорить на странном наречии.       — Может, на эквестрийском? — проворчал Блюблад, пытаясь скрыть тот факт, что Сомбра его напугал. Да, он ткнул его в плечо, но разве такое пробуждение не чересчур?!       — Чего? — заморгал Сомбра, глядя на расплывающуюся фигуру Блюблада. У единорога под глазами были мешки, что свидетельствовало о плохом сне. Он смотрел на Блюблада ещё несколько секунд, а потом помотал головой. — Как странно, мне уже давно не снился этот язык. Удивительно, что я всё ещё могу на нем говорить.       — Что значит… — здесь Блюблад повторил слово, которое сказал Сомбра. — Как оно переводится?       Сомбра почему-то испугался и поспешно объяснил.       — Это то слово, которое никогда не должно звучать в приличном обществе. И нынешние ругательства по сравнению с ними — ничто!       — И много древних ругательств ты знаешь? — спросил Блюблад.       — Я знаю древний язык. Но да, ругательства всегда были моими любимчиками. Я был ребенком, когда стал учить его, и первым делом искал ненормативную лексику. Что-то ещё?       Блюблад задумался. «Ну, это имеет смысл…»       В конце концов, он сам поступил бы точно так же.       Сомбра заметил бумаги и фото, разбросанные по столу и полу, и поспешно стал их собирать.       — Я могу тебе чем-нибудь помочь?       Понимая, что Сомбра, вероятно, задается вопросом, что он забыл в его кабинете, Блюблад пожал плечами.       — Ты бормотал во сне, я думал, тебе приснился кошмар.       — Я… — Сомбра снова посмотрел на бумаги. — Я пытался составить речь для коронации, но почему-то писал её на древнем языке. Да уж, сон действительно странный.       «Точно, — вспомнил Блюблад. — Тетушка упоминала, что Империя призвала его к официальной коронации и полноправному правлению».       — Просто скажи то, что заставило тебя измениться. В этом же суть.       — Да, ты прав, — Сомбра вздохнул, вставая со стула. — Но потом. Я умираю от голода.

***

      Блюблад пошел на завтрак с ним вместе, и уже в столовой Твайлайт объявила, что у неё есть письмо для Сомбры.       — Это от Спайка! — просияла она. — Сегодня утром он отправил Селестии несколько писем!       Сомбра спросил, как это так, и Твайлайт пришлось объяснять магические способности Спайка.       Единорог заметил письмо, отмеченное его именем и приписку аккуратными буквами «срочно, совершенно секретно».       Он решил прочитать его позже. Твайлайт же читала письмо, которое Спайк написал ей. Рэрити упомянула, что скучает по своему Спайки-Вайки, и Сомбра пришел к выводу, что дракончик ею очень любим.       Твайлайт Спаркл также деликатно заметила, что может отправить Спайку письмо с ответом, если Сомбра его напишет и передаст Селестии.       — Он время от времени присылает свитки, в основном новости для Флаттершай о её животных. Я рассказывала ему обо всём, что происходило, и ему было интересно послушать о тебе, но до сих пор не хватало смелости написать письмо.

***

      Вернувшись в комнату, Сомбра вскрыл конверт.       — Привет, ваше высочество! — гласило оно.       «Не знаю, помните ли вы меня, но я дракон Спайк, помощник Твайлайт Спаркл номер один!       Хто? Прекрати, Сова! Я СПАЙК! Извините, этот филин постоянно спрашивает, кто я!»       Сомбра усмехнулся и продолжил чтение.       «Твайлайт так много о тебе рассказывала, она рассказала, что тебе было очень плохо, когда ты был совсем ребенком! То, что произошло, не только твоя вина. Она также прислала много фотографий. Ты выглядишь совсем по-другому, когда счастлив, как обычный пони, а не как кошмар… ой, извини! Это прозвучало как-то грубо. Я имел в виду, что ты выглядишь очень довольным. Твайлайт говорит, что тебе стало намного лучше с ней и девочками. Я видел фотографию с бала. Рэрити придумала тебе наряд? Разве она не потрясающая?!       В любом случае, я не знаю, что сюда написать, поэтому Твайлайт попросила задать несколько вопросов:       1)Почему ты такой высокий? Я помню, что ты выглядел довольно устрашающе, но на фотографиях ты почти такого же роста, как принцессы солнца и луны! Ты родственник жирафа?       2)Какая у тебя любимая еда? Я обожаю драгоценные камни! Кристаллы тоже очень вкусные! Ты пробовал?       3)Тебе нравятся книги? Твайлайт говорила, ты часто берешь их в библиотеке. Мне нравятся «Дэринг Ду» и «Всемогущие пони»! Могу показать, ну, когда приедешь в Понивилль!       4)Твайлайт сказала, что у тебя скоро коронация. Могу я приехать? Я бы хотел познакомиться как следует, и Твайлайт сказала .что куча всего изменилось, так что, похоже, теперь у тебя всё хорошо!       5)Твои доспехи не тяжелые? На фотографиях выглядит тяжеленными! И выглядят круче, чем прошлые. Золото смотрится шикарно, а кристальная брошь-сердце выглядит аппетитно…       Извини, драгоценности — моя самая большая слабость. Я не буду пытаться съесть Кристальное Сердце, обещаю!       Подпись: Спайк».       Сомбра улыбнулся, прежде чем вытащить лист пергамента и схватить перо.       «Приветствую вас, молодой господин Спайк, помощник принцессы Твайлайт Спаркл.       Да, я вас помню. Все мои воспоминания вернулись. Благодарю вас за вашу смелость: вы забрали у меня Кристальное Сердце, даже если я, возможно, был для вас угрозой. Твайлайт Спаркл права насчет прошлого, оно причинило мне немало боли. У меня не было таких замечательных друзей, как Твайлайт и остальных. Я был одинок и завидовал пони, живущим столь беззаботно.       Не бойтесь, я понимаю, что вы имеете в виду. Я осознаю, что выгляжу устрашающе, хотя теперь этого никто не замечает. Они улыбаются мне. По необъяснимым причинам малыши, кажется, совершенно меня не боятся, они просто хотят полюбоваться камнем в моем браслете или поиграть с хвостом!       Да, мисс Рэрити очень талантливая пони, я обязан ей всеми нарядами, которые надевал на различные мероприятия.       Отвечая на ваши вопросы:       1)Я шайр. К сожалению, это не жираф. Должен отметить, что эта строчка меня рассмешила, вероятно, мысленным образом? К сожалению, шайров сейчас практически не осталось, и я не нашел никаких свидетельств существования своего клана. Но мы все высокие и, выражаясь фразой королевской гвардии «сложены как полубоги».       2)Кексы. С тех пор, как я вернулся, я, кажется, пристрастился к этому виду выпечки. Вините в этом мисс Пинки Сахарная Вата Пай. Кроме кекса я не прочь перекусить любой едой. Нынешняя эквестрийская и кристальная кухни намного превосходя то, что я пробовал, когда был моложе. И многие блюда я ещё не пробовал. Нет, драгоценные камни я не ел, но рискнул предположить, что они вызовут у меня несварение.       3)Она права, я и правда утонул в книгах, когда ещё лишь приспосабливался к новой жизни тут. Мне не хотелось покидать пределы комнаты или замка в течение долго времени. Я не хотел привязываться ни к чему и ни к кому, на случай, если вновь всё потеряю. Это было глупо с моей стороны, теперь я это осознаю. Не знаю, что такое «Всемогущие пони», но я знаком с Дэринг Ду, мисс Дэш настояла, чтобы я прочитал книги. Кажется, она её большая поклонница!       4)Для меня ваше присутствие было бы честью. Я хотел бы поблагодарить вас лично за спасение Империи! Твайлайт Спаркл лестно отзывается о вас, и я буду рад познакомиться с её другом.       5)Нет, не то чтобы. Я привык носить доспехи, как вы, наверное, заметили, учитывая нашу прошлую встречу. Нынешние доспехи, как и плащ, сделаны благодаря элементам гармонии! В жару их носить не очень комфортно, но когда солнце заходит, в них становится удобно.       Подпись: Сомбра».       Закончив, он сделал, как сказала Твайлайт, и принес письмо Селестии. Сомбра надеялся, что обязательно встретит дракончика…

***

      Блюблад всё ещё пытался произвести впечатление на Рэрити, но она пренебрегала им, и это действовало на нервы. Поэтому, получив отворот-повтор в очередной раз, он решил покататься по Империи без сопровождения единорожки.       Когда он вошел в зал, ему снова напомнили, что следует взять с собой стражу, так как путешествовать в одиночку небезопасно. Блюбладу хотелось закричать, но он не хотел, чтобы прошлый опыт прогулки повторился. Если бы Сомбра не пошел за ним…       — Все хорошо? — голос прервал его ворчание, и он вместе со стюартом обернулись, чтобы взглянуть на верхнюю часть лестницы. Конечно же, это был Сомбра. Увидев его в полном обмундировании, Блюблад снова задался вопросом, как ему удалось так измениться, как он это сделал?! Казалось, он всё ещё сохранял ужасающую свирепость, но все пони обходились с ним так любезно.       — Если ты не против, я могу поехать с тобой в качестве охраны. Мне сегодня нужно пройти маршрут патрулирования, а большая часть стражи тренируется с Шайнинг Армором.       Блюблад слегка потерял дар речи. Он знал, что из всех пони Сомбра НЕ согласится ни на какие забавные дела, не то, чтобы быть чьим-то стражем, тем более его! С приглушенным стоном он неохотно согласился. Это объясняло, почему сегодня так мало стражников…       — И вообще, сколько им нужно тренироваться? — проворчал он Сомбре, когда они вышли наружу.       Когда карету тянули к центру города, Сомбра легким шагом шел рядом с ней, сосредоточив свое внимание как на передвижении Блюблада, так и на его окружении!       — Тактика этих существ адаптируется так же быстро, как мы. Любая новая информация, которую я получаю, передается командирам и Шайнинг Армору. По возможности я управляю обучением, но не всегда это возможно…       — Почему ты так хорошо понимаешь, что эти монстры собираются делать? — спросил Блюблад.       — Честно? Я не знаю. Возможно, это отчасти потому, что они изначально слишком сильно сконцентрировали свои атаки на мне. Враги рано поняли, что я представляю для них наибольшую угрозу даже без магии. Они недооценили здешних стражей, и это привело их к провалу.       — Ты всегда говоришь так, словно словарь проглотил?       Сомбра вздохнул.       — Ну, уж извини, меня научили некоторым приличным манерам. Не стесняйтесь предъявить претензии моему отцу, он имеет особенность использовать свой мозг, если вы понимаете, о чем я.       Блюблад замолчал. Он видел статую в саду, и тетушка сообщила ему, что это приемный отец Сомбры. Он узнал и браслет, который носил Сомбра.

***

      Наконец, они прибыли в торговый район. Сомбра держался рядом с Блюбладом, пока они шли мимо магазинных витрин.       Пони махали им копытами и пару раз поздоровались, хотя Блюблад всё ещё не мог отделаться от ощущения, что их внимание в основном привлекал Сомбра.       — О, ваше высочество! — оба принца остановились и заморгали. Журналистка подбежала к Сомбре.       — Пожалуйста, минутку! Я работаю в «Новости кристальной моды», мы освещаем моду в Империи. Я хотела спросить, у вас на примете есть какой-нибудь конкретный портной для вашего коронационного костюма?       Сомбра удивился такому вопросу, но собрался с мыслями, чтобы ответить.       — Никто иной, как пони, которая уже создала для меня множество замечательных костюмов, мисс Рэрити, — ответил Сомбра. Когда он попросил Рэрити сшить для него коронационный костюм, она радостно вскрикнула и бросилась обниматься.       — О да, та самая пони, придумавшая ваш наряд для бала! Потрясающий костюм, все портные в городе стараются соответствовать её стилю!       — Она обладает чудесным талантом, лучшего портного у меня ещё не было, — сказал ей Сомбра. Пони кивнула, записывая его ответы. Затем она указала на новую брошь-сердце.       — Ходят слухи, что оригинал был уничтожен во время купольной атаки, это правда? Сомбре не хотелось ей врать, но если жители Империи узнают, что появилось второе сердце-хранитель, это может усложнить ситуацию.       — К сожалению, да, заклинание, позволяющее использовать её в качестве маяка, изменило её до невозможности. Но таинственный даритель отправил это во дворец, — Сомбра тронул брошку копытом. — Каким-то образом кто-то об этом узнал. Кобылка выслушала его рассказ и кивнула.       — Спасибо, сир!       — Без проблем, — улыбнулся Сомбра. — А теперь, если вы меня извините, мне нужно догнать принца Блюблада. Кажется, он считает, что ускользнул от меня.       Челюсть журналистки отвисла, когда Сомбра обернулся тенью и нырнул в тень ближайшего киоска.       — Ух ты, — только и вырвалось у неё.

***

      Тем временем Блюблад мысленно погладил себя по голове за то, что бросил душного старого единорога, и направился в ювелирный магазин. Пока владелец искал что-нибудь для высокомерного принца, Блюблад любовался своим отражением в зеркале.       — Наконец-то я освободился от этого дряхлого деда, он слишком занят подмазыванием к прессе!       — Знаешь, иногда не помешает быть немного повежливее, — раздался позади него голос Сомбры. Блюблад вскрикнул, обернулся, но там никого не было.       — Ч-чего? — пискнул он. Затем кто-то тронул его за плечо. Он мгновенно обернулся и увидел жеребенка, созданного из теней, с удивленными красными глазами, который сидел на стеклянной стойке.       — Выследить тебя было не сложно, — Сомбра усмехнулся. — Ты торчал в этом магазине в тот день, когда мы всё тебе показывали. И я был уверен, что сюда ты и направишься!       — Какой ты… умник! — огрызнулся Блюблад.       — Спасибо, — тихо рассмеялась крошечная тень. — Ещё раз благодарю отца за это!       Тень посмотрела на драгоценности в витрине под ней.       — Хм, похожи на те, что мисс Рэрити использовала в своем наряде.       — Почему ТЫ ей так нравишься? — прошипел Блюблад.       — И в этом вся причина? Думаешь, я как-то мешаю ей заметить тебя?       Блюблад покраснел от смущения и что-то забормотал.       — Ну, она всегда с тобой говорит, а стоит мне завести с ней беседу — задирает нос!       — Она рассказывала о том случае с тортом, — Сомбра взглянул на него. — Может, я и был монстром, но даже я знаю, что использовать кобылку, чтобы защитить себя — подло и жестоко. Судя по тому, что я узнал о ней, мисс Рэрити очень усердно работает над своими платьями, и одно из них безвозвратно испорчено лишь потому, что ты не захотел пачкаться. Что ж, совершенно понятно, почему её нос всегда задран при виде тебя! Блюблад одарил его ещё более злым взглядом.       — Смотри на меня сколько душе угодно, я напомню вам о нашем прошлом разговоре.       Это отрезвило Блюблада. Сомбра говорил ему о том, что поначалу мало заботился о тех, кто его окружал, но постепенно сблизился с ними, относясь как к равным, а не как к плебеям, не стоящим его внимания. Он сказал, что Блюбладу этого не хватает.       — Может, попробуешь поговорить с ней о ней? Ты хочешь загладить вину, может, сначала попытаешься с ней подружиться? Просто советую…       — Ты со своей подружкой тоже сначала подружился? — Блюблад закатил глаза, но любопытство все же его кольнуло.       — Сначала она стала моим другом, как мне кажется. Мне было легко с ней общаться, в то время как с остальными пони это было невыносимо, — он вспомнил, как ему было неловко отвечать всем на благодарности, и как он был сбит с толку. Си тогда спросила его, о чем он беспокоится. И он ответил: «я не знаю…» Сомбра действительно не знал, как объяснить.       — Она не давила на меня, просто говорила о том о сем, предоставляя мне отвечать, если я захочу. Так я узнал, что она чудесная пони, обожающая свою дочь. У неё доброе сердце. И мисс Рэрити такая же. Тебе просто нужно дать ей почувствовать, что с тобой можно познакомиться. А если ты будешь говорить только о себе, то она будет чувстовать себя брошенной и униженной.       Блюблад не сказал ни слова. Он понял, что Сомбра, вероятно, прав. Тетушка Селестия говорила, что ему нужно больше общаться с другими, а не командовать! Если Сомбре удалось найти симпатичную подружку, когда он был экс-тираном, чем он хуже?       Владелец ювелирной лавки вернулся и заморгал, увидев на прилавке теневого жеребенка.       — Что за? — начал было он. Сомбра понял, что читал нотации Блюбладу в своей уменьшенной форме, спрыгнул со стойки, и вспышка фиолетового пламени вернула ему привычный облик.       Владелец магазина вздохнул с облегчением.       — Ох, ваше высочество! Вы меня напугали…       — Приношу свои извинения, но из-за такого размера легче просочиться в толпу, — усмехнулся Сомбра.

***

      Когда они уходили, Блюблад нес сумку с тем, что приобрел, и заметил военный орден, которым наградили Сомбру после купольной атаки.       — Что это?       — Меня наградил им командир казарм, после того, как я помог организовать охрану и эвакуацию во время купольной атаки. После коронации нужно будет найти время и на политический совет, и на охрану, чтобы никого не подвести…       — Ты хочешь заниматься политикой? — вздрогнул Блюблад. — Это так скучно!       — Временами может быть, но мой отец всегда каким-то образом делал её забавной. К тому же, это лучший способ узнать, чем живут пони здесь и в пустошах.       Ещё одна история, которую ему пересказала Селестия. Сомбру схватил мятежный мэр, бросил в тюрьму и использовал его в качестве источника энергии для монстра. Несмотря на это, он не только простил их, но и предложил помощь!       — А ты разве не был на них зол? Они пытались убить тебя!       Сомбра покачал головой.       — Я лучше кого-либо знаю, как страх и ошибочные желания могут исказить даже лучших из пони. Одержимость мэра захватить власть была похожа на мою. Хоть я и не хотел на него нападать, мне пришлись остановить его, прежде чем он подверг опасности своих граждан. Их обманывали, им лгали. А тех, кто не слушал его и пытался мне помочь, выставляли сумасшедшими и считали изгоями. Мэр устроил свой план так, чтобы меня считали неизбежным злом, отвлекающим от того, что он делает на самом деле.       — Как по-варварски! — надменно фыркнул Блюблад.       — Я верю, что когда-то он был добросердечным пони. Но иногда, малыш, — Сомбра покачал головой, знакомая тяжелая печаль вилась в его голосе, — отчаяние может довести до чего угодно. Даже до безумия.       Блюлад тихо кивнул.       — Мне посчастливилось получить второй шанс и прощение. Надеюсь, он тоже его получит.

***

      Они встретили Рэрити в холле дворца. Она несла связку тканей из чулана в свою мастерскую. Веревка, связывающая рулоны, порвалась, и они покатились по полу. Единорожка вскрикнула от ужаса, преследуя убегающую ткань, катившуюся под стулья холла. Сомбра толкнул Блюблада, жестом предлагая ему помочь ей.       Уверенный, что кобылка с фиолетовой гривой его отругает, Блюблад схватил два рулона ткани. Когда Рэрити выпрямилась, она была поражена, увидев грубияна-Блюблада, предлагающего ей помощь.       С небольшим недоверием, она согласилась, и единороги направились в мастерскую. Сомбра, как заметил Блюблад, бесшумно растворился, как его любимые тени.

***

      Разложив ткани, он заметил последний наряд, выходящий из-под копыта Рэрити. Его цвета что-то напоминали…       — Это костюм Сомбры на коронацию. Я пока не могу начать над ним работу, жду поставку нужной ткани! — объяснила Рэрити.       — Он… очень красивый, — сказал Блюблад, не уверенный впрочем, что это то, что она хотела бы услышать. Рэрити моргнула, а потом мягко улыбнулась. Блюблад немного покраснел. Рэрити была очень красивой единорожкой…       — Но здесь чего-то не хватает, — Рэрити взглянула на воротник, а потом повернулась к ящику рядом с ними. — Я не могу найти правильный акцент!       Пока она рылась в ящичке, Блюблада охватило то, что позже он окрестил приступом безумия, хоть и знал в глубине души, что, наверное, это была первая щедрость, которую он проявил к пони не по приказу.       Из своей сумки он достал коробочку, в которой лежали две запонки в форме фиолетовых полумесяцев с золотыми акцентами. Единорог приложил их по обе стороны воротника: выглядело очень неплохо. Рэрити обернулась и увидела их. Её глаза расширились, и она ахнула от восторга.       — Да, вот он, вот он, дорогуша! Где ты их нашел?       — В ювелирном магазине, — Блюблад наблюдал за тем, как её лицо осветила улыбка. Это Сомбра имел в виду? Заставить её почувствовать себя особенно? — Они были в единственном экземпляре.       Это, признаться честно, было одной из причин, почему он их вообще приобрел.       — Ох, — лицо Рэрити вытянулось, а в глазах плескалось разочарование. — Что ж, ладно, я думаю, смогу найти что-нибудь столь же красивое. Зато с цветом теперь легче, возьму на заметку.       Она взяла со стола карандаш, готовая записать свои наблюдения на лист бумаги, но на нем внезапно оказалась коробочка с запонками.       — Ты можешь их оставить, — сказал Блюблад, стараясь не казаться слишком суетливым и искренне надеясь, что улыбка вернется на лицо Рэрити.       Её глаза снова расширились, и надежды Блюблада оправдались.       — Ты мне их даришь? Они просто чудесны! — она одарила его самой счастливой улыбкой, которую он когда-либо видел. — Спасибо, дорогуша!       — Такой костюм должен выглядеть роскошнее всех, — Блюблад пытался делать небрежный вид, но для Рэрити он был прозрачным, как оконное стекло. — Было бы глупо лишать его такого замечательного украшения!       Рэрити усмехнулась, но признала, что со стороны сноба-принца это было довольно необычно. Может, он начал новую жизнь?       Блюблад извинился, не зная, что ещё сказать, но услышал, как Рэрити сказала, что они увидятся за ужином, и понял, что с нетерпением ждет встречи.

***

      Сомбра вышел на прогулку после ужина, его мысли всё ещё кружились около речи для коронации.       Громкий крик привлек его внимание, и он помчался ко входу во дворец, где тень поднимала за шеи трех стражников.       — Брось их! — проревел он. Тень обратила на него свой жуткий взор, все ещё держа стражей, почти потерявших сознание.       Увидев, как зажигается магия Сомбры, она закрылась ими, как щитом.       — О, маленький принц, именно тот, кто мне нужен! — радостно захихикала тень. — Я думал, мне придется продолжать истощать эти бесполезные источники магии, пока кто-нибудь не приведет тебя, но ты снова испортил мне веселье!       — Отпусти их! — сердито зарычал Сомбра. Она засмеялась и подняла их выше, кольца теней сжимались.       — Лови! — она снова хихикнула и отбросила стражей в сторону, как игрушки. Сомбра мгновенно подхватил их магией, чтобы пони не ударились о кристальную мостовую и не переломали кости.       Он слишком поздно осознал, что совершил ошибку, упустив врага из виду. Тень кольцами обвилась вкруг его ног, перевернув вверх тормашками и повязав, как индейку. Она подняла Сомбру в воздух, так, чтобы разъяренные красные глаза оказались на одном уровне с желтыми.       Стражи затаили дыхание, подняв головы и увидев, что принца держат таким недостойным образом. Существо приблизило свое лицо к лицу Сомбры и очень тихо проговорило:       — Время на исходе, маленький пони, скоро всё закончится!       На подмогу подоспели стражники, услышавшие крики. Сомбра закрыл глаза.       — Не в этот раз! — прошипел он, но тень поняла, что так очень сильно подставляется, и бросила Сомбру наземь. Единорог ударился о землю, используя инерцию, чтобы встать на ноги.       — Огонь! — крикнул главный страж.       Существо взглянуло на Сомбру, одарив его последней подозрительной ухмылкой, прежде чем позволить себя взорвать.       — Вы в порядке, сир? — главный страж подбежал к Сомбре, выглядя несколько встревоженным.       — Да… я в порядке, — Сомбра покачал головой, чтобы привести мысли в порядок, глядя на стража. — Мне нужно поговорить с Шайнинг Армором.

***

      Шайнинг Армор был обеспокоен также, как Сомбра, когда тот рассказал ему обо всём.       — Думаешь, они скоро начнут полномасштабную атаку?       — Боюсь, что да, — Сомбра ходил по комнате, беспокойство его съедало вместе со страхом, подступающим спазмами к желудку. — Я просто надеюсь, что мы готовы…       — Мы сделали всё, что могли. ТЫ сделал все, что мог. Ты дал нам заклинания, чтобы видеть их ядра, ты научил большему, чем я когда-либо мог, — сказал Шайнинг Армор встревоженному другу. — Если есть шанс на победу, то его нам обеспечил ты! Ты не просто стал для них героем. Они хотят быть такими же хорошими стражами Империи, как ты. Этот орден много значит, помнишь? — он указал на брошь, подаренную командиром. Сомбра остановился и посмотрел на Шайнинг Армора.       — Спасибо, — искренне сказал он.       — На самом деле, у нас с командиром есть предложение, о котором он просил меня с тобой поговорить, — Шайнинг порылся в столе, доставая причудливый конверт. Оттуда он извлек золотую булавку, такую же, какую он носил на своей форме.       — Мы обсуждали это некоторое время и собирались обратиться к тебе после коронации. Но, учитывая обстоятельства, я бы сказал, что сейчас самое подходящее время. Мы думаем, что ты более чем заслужил это. В общем, мы бы хотели предложить тебе должность капитана, — он протянул Сомбре коробку. — Что скажешь? Хочешь вступить в наши ряды?       Сомбра был ошеломлен. Но после долгого молчания он принял решение и кивнул. Среди военных он чувствовал себя как дома…       — Отлично! — Шайнинг Армор ухмыльнулся, и телекинезом прикрепил булавку на высокий воротник Сомбры, где её было видно.       После этого он отсалютовал Сомбре, и изумленный единорог ответил тем же.

***

      Они отправились в казармы, чтобы сообщить командиру о согласии Сомбры и предупреждении, которое дала тень.       — Не волнуйтесь, сир, это то, ради чего мы тренировались, то, ради чего ВЫ нас тренировали! Мы вас не подведем, — сказал командир Сомбре, и собравшиеся кивнули.       — Я не знаю, когда он собирается нанести удар, — грустно ответил Сомбра. — Но у меня такое ощущение, что нам нужно быть начеку…       — Кричим как можно громче, если увидим! — добавил Шайнинг Армор, заставив Сомбру застонать.       — Сахарная Вата, — прорычал он, всё равно смеясь.       — Извини, но я от смеха пополам согнулся, когда она про это рассказала! — усмехнулся Шайнинг Армор.       — Мы не позволим нашей Империи сдаться безумной тени, — секунду спустя до командира дошло, что это прозвучало как оскорбление, и он замер как вкопанный. Он попытался как-то объясниться, но Сомбра лишь громко фыркнул от смеха.       — Я бы не беспокоился об этом, — сказал он. — Сложно говорить об этой штуке так, чтобы она не звучала как описания старого меня.       Шайнинг Армор улыбнулся, увидев, что Сомбра не так обеспокоен своим прошлым, как раньше.

***

      Когда принцам пришла пора вернуться во дворец после подробного обсуждения тактики, командир попрощался с Шайнинг Армором и повернулся к Сомбре.       — Мы рады, что ты с нами, солдат, — он кивнул на булавку, которую Шайнинг Армор прикрепил к воротнику Сомбры. — Добро пожаловать в стражу, капитан Сомбра!       Сомбра улыбнулся и отдал честь, как того требовала ситуация. Затем он и Шайнинг Армор вернулись во дворец.

***

      С остальными он встретился за ужином, где рассказал о предупреждении теней.       — Они хотят люлей, они их получат! –Рэйнбоу ударила копытом по воздуху с громким «кийя!»       — Угомонись, Салли, — напомнила ей Эпплджек, дергая её за хвост, чтобы усадить на место. — Никто не позволит этим монстрам победить!       — Вот именно! — согласилась Рэрити. — Эти отвратительные монстры не получат Империю!       — Тебе придется надрать задницу их главному, верно? — Блюблад впервые обратился к Сомбре. До сих пор он в основном молчал, игнорируя его.       — Да, — Сомбра удивился, как и остальные, но сумел это скрыть. — Когда мы с Луной были в мире теней, мы мельком видели его, и эта штука ощущалась как нечто неестественное и неправильное. Она хочет пожрать весь мир, чтобы насытиться, и не намерена отступать.       — Ну, большей части его слуг ты крупы уже надрал, что уж? — Блюблад пожал плечами.       — И правда, — Сомбре удалось улыбнуться, но он не смог скрыть беспокойства.

***

      Той ночью Сомбра лег спать, и спал вполне хорошо, хоть и ворочался.       Он рано спустился на кухню, чтобы позавтракать, и наткнулся на…       — Уггх! — это был Шайнинг Армор, левитирующий перед собой огромную стопку блинчиков.       — И куда ты это все денешь? — спросил Сомбра.       — Конечно же, в желудок! — Шайнинг Армор взглянул на блины и ухмыльнулся. — И я надеюсь, ты здесь не чтобы переблинить меня?       Сомбра приподнял бровь.       — Ты серьезно? — выдал он. Шайнинг Армор сразу узнал этот тон.

***

      Когда Кейденс и Твайлайт спустились на кухню, они обнаружили двух жеребцов, обложенных тарелками.       — Мальчики, что вы делаете? — спросила Кейденс.       — У нас был конкурс по поеданию блинов! — объяснил Шайнинг Армор и указал на Сомбру. — Он выиграл!       — Ого, ты действительно съел больше моего мужа? — спросила Кейденс. — Впечатляет.       — Вы оба дебилы, — покачала головой Твайлайт. Шайнинг лишь скромно рыгнул. Сомбра поднял бровь.       — РАДИ ВСЕЙ ЭКВЕСТРИИ, не начинайте конкурс по громкости отрыжки! — упредила ответный удар Твайлайт.       — Оу, — усмехнулся Шайнинг.       — Ребята! — покачала головой Кейденс.       — О, доброе утро, ваши высочества, — повариха приветствовала их широкой улыбкой. — Что бы вы хотели на завтрак? У меня есть всё, что угодно, хотя эти двое съели почти всё, до чего добрались.       — Извините, — смущенно пробормотал Шайнинг Армор.       — Ерунда, приятно видеть жеребцов со здоровым аппетитом.       — Ага, скорее с неутолимым, — хихикнула Кейденс.       Шайнинг Армор издал очередной смешок.       Даже Сомбре пришлось усмехнуться. Это было довольно забавно.

***

      Довольно скоро к ним присоединились остальные. Когда они услышали о победе Сомбры в соревновании по поеданию блинов, Рэйнбоу ему зааплодировала. Шайнинг Армор славился своим аппетитом!       — Кто хочет кексик? — спросила Пинки Пай. Все засмеялись, когда Сомбра и Шайнинг Армор обменялись отчаянными взглядами.       Сомбра заметил, что вокруг дворца стало меньше стражи, чем обычно. Но он знал, что они занимаются дополнительной подготовкой.       Шайнинг Армор сказал, что направляется в казармы. Присоединится ли к нему Сомбра? Он был рад согласиться.       Пара вышла из комнаты и примерно через секунду остальные услышали мощную отрыжку, за которой последовал громкий смех.       — Это вызов?! — взвыли Эпплджек и Рэйнбоу.       — НЕТ! — услышали они голос Сомбры, подкрепленный смехом Шайнинг Армора. Похоже, как раз Сомбра был виновником суеты.       — Это блинчики, чувак, говорю тебе… — они услышали, как Шайнинг сипит между приступами смеха, а Сомбра велит ему заткнуться.       Кейденс покачала головой.       — Эти двое до жути похожи. Я порой думаю, кто на кого плохо влияет?       Рэрити покачала головой.       — Даже такой утонченный пони, как Сомбра, может иметь свои недостатки.       — Хотя этот был несколько впечатляющим, — неохотно добавил Блюблад.       — Агась! — усмехнулась Эпплджек.       — Ну, меня он точно одолел, — понимающе кивнула Рэйнбоу Дэш.       Дворец затрясся, словно его поразило землетрясение.

***

      — Какого сена это было?! — всё веселье в коридоре как водой смыло. Шайнинг Армор бросился к окну. — О нет!       Сомбра стоял рядом, и на мгновение сердце разбилось. Трещина в небе расширилась, словно набитая наволочка. Тьма извергалась в мир, как чернила в воду.       С глубоким содроганием, Сомбра понял, что это всё. Это последняя битва. Всё вело к ней: нападения, тьма, адаптация. Смех, любовь, выученные уроки. Он заставил свое ледяное сердце оттаять, чтобы выжить и дожить до этого момента. Он узнал, что достойно защиты и ради чего стоит жить.       -Надо идти, — сказал он Шайнингу, и тот кивнул. Они встретили остальных, выбегающих из столовой.       — Что нам делать?! — вздрогнула Флаттершай. — Это выглядит так страшно…       — Я принесу Элементы! — Твайлайт без колебаний побежала по коридору.       — То же, что и в прошлый раз, эвакуируем жителей? — Шайнинг взглянул на Сомбру, и тот кивнул.       — Что происходит? — появились Селестия и немного сонная Луна. Она заметила булавку на воротнике Сомбры.       — Теперь ты куда престижнее.       — Нужно защитить дворец, собрать сюда как можно больше граждан. И остановить эту штуку! — выпалил Шайнинг Армор.       Селестия кивнула Сомбре.       — Что ты предлагаешь?       Сомбра проанализировал сильные стороны имеющейся команды пони и повернулся к Луне.       — Драться умеешь? — спросил он. Луна кивнула.       -У нас есть доспехи, и мы учились магии у тебя. Так что мы сможем постоять за себя! — ответила он.       Сомбра кивнул.       — Хорошо. Вы с Селестией обладаете мощной магией, вам придется охранять дворец и Кристальные сердца.       — Мы об этом позаботимся! — заявила Селестия. Вспышкой она заплела свои волосы в длинную косу и сняла корону, чтобы она не отвлекала внимание. Луна сделала то же самое, и они обменялись кивками.       — А для нас поручение найдется? — Рэйнбоу поднялась на уровень глаз Сомбры. — Давай, приятель, нам нужны груши для битья!       — Я не хочу никого бить, — прошептала Флаттершай.       — Мне нужно, чтобы вы защитили граждан, которые направятся сюда, и уничтожали тени, если до этого дойдет. Что бы ни случилось, мы не можем позволить им добраться до дворца. Мы все знаем, что происходит, когда Сердце покидает его пределы…       — А теперь их два! — добавила Кейденс.       — Ты сможешь защитить дворец? — спросил её Сомбра. Кейденс кивнула.       — И не только ты, — Шайнинг боднул Кейденс щекой, потом взглянул на Сомбру. — Мне, кажется, тебе указывать не надо, так что иди и приступай к своим обязанностям!       Сомбра кивнул, отбросив страх. Сейчас на него не было времени.       Твайлайт Спаркл вернулась с Элементами и раздала каждый его носительнице. Когда они это сделали, свет пробежал по грани каждого камня, а последним зажегся драгоценный камень в браслете Сомбры.       — Ого, — Твайлайт Спаркл задумалась, что бы это значило. Но на теории и гипотезы не было времени, нужно было спасать Империю!       Они взяли некоторые доспехи из кладовок, и хотя никто из пони не привык её носить, Сомбра убедил их, что она защитит от взрывов!

***

      Пока он мчался по коридору, а его вооруженная армия друзей бежала за ним, они столкнулись с меткоискателям.       — Что происходит? — вскрикнула Эпплблум.       — Пришел час драть задницы и пожевать жвачку, как вишь, жвачки у меня уже нет! — ответила ей Эпплджек.       — Понятно! — кивнула Свити Белль.       — А нам что делать? — спросила Скуталу.       — Оставайтесь здесь и будьте супер осторожны! — отозвалась Рэйнбоу.       Сомбра заметил, как Блюблад бегает взад вперед, словно обезглавленная курица. Подбежав, он велел единорогу присмотреть за меткоискателями.       — Дети?! Я ничего не знаю о детях! — взвыл Блюблад. Сомбра решил напугать его, чтобы единорог стал более внушаем, и чуть ли не встал на дыбы над младшим членом королевской семьи.       — Я вверяю тебе безопасность этих детей, и по милости твоей тетушки, надеру тебе круп так, что до самого Кантерлота не присядешь, если с ними что-нибудь случится, понял?       Блюблад нервно сглотнул и кивнул.       — Вот и умница, — проговорил Сомбра, а потом кивнул меткоискателям.       — Маленькие мисс, оставайтесь тут с этим пони! И берегите его от неприятностей.       Блюблад моргнул, а затем посмотрел на скептически глядящих на него кобылок.       — Как делишки? — ухмыльнулась Скуталу.

***

      Выбежав на улицу, они увидели, как с неба хлынули десятки существ, а из пролома лезло что-то в несколько раз крупнее.       — Что это такое?! — завизжала Пинки Пай.       — Их сердце, — Сомбра почувствовал, как по суставам прокатилась тошнотворная дрожь. — То, что нападало на нас через все куклы и тени. Оно решило проявить себя.       К ним уже мчались тени. Сомбра закрыл глаза, воедино собирая всё, что узнал и испытал за время своего удивительного путешествия.       С треском его грива и хвост обратились живым пламенем. Золотой оттенок глаз подсвечивался мягкой зеленой. Без колебаний он бросился на атакующую орду. Коса снова появилась в мгновение ока, он взмахнул ей по дуге и одним ударом рассек троих. Не говоря ни слова больше, он направился к стадиону, где проходили тренировки.       — Сомбра! — он остановился, услышав голос Твайлайт. Она и пятеро кобылок смотрели на него, готового идти в бой. — Ты только вернись, ладно?       Он молча кивнул им, прежде чем рвануть по кристальной мостовой.

***

      Стражники услышали грохот разрывающихся небес, увидели, как полезет тьма. Затем на них обрушился рой тварей.       — Их слишком много, сэр! — ахнул кадет, отбрасывая тень назад.       — Селестия милостивая, помоги нам! — Лайт Шеилд оттолкнул ещё одного.       С неба полетели магические стрелы, врезающиеся в тени и парализующие их, что дало достаточно времени стражам для того, чтобы разбить ядра магией и копьями.       Арена очистилась, и все посмотрели туда, откуда летели стрелы. Сомбра слетел вниз, кристальные крылья исчезли, когда он коснулся земли.       — Это что-то новенькое, — удивился Лайт Шеилд.       — Недавно научился, — усмехнулся Сомбра. — К сожалению, кратковременное заклинание.       — Что происходит? — спросил другой страж у Сомбры.       — Финал, — резко ответил Сомбра. — Сейчас или никогда. Мы должны уничтожить эту тварь.       Стражи смотрели на него шокировано. Сомбра глубоко вздохнул.       — Я знаю, что это будет нелегко, но этот монстр намерен захватить наш мир так же отчаянно, как мы надеемся его защитить. Мне нужно, чтобы вы отбросили свой страх и спасли свой дом! Мы все проявили храбрость, столкнувшись с угрозой, и нам понадобится всё, чему я вас научил, чтобы победить их раз и навсегда. Но мы остановим их. Это наш дом. Это наши жизни. И я не допущу, чтобы их у нас отобрали!       Все солдаты зааплодировали.       — Мы с вами, капитан! — кивнул Лайт Шеилд. — К вашим услугам!       Сомбра почувствовал волну облегчения и огонь надежды, охвативший его. Вся сила Империи была с ним.       Он повернулся и пошел, а остальные пошли за ним без вопросов и промедлений. Он бежал так быстро, как только мог, позволяя инстинктам и дару вести его. Теневые пони бросались на него, но взмахи огненной косы разбивали их на куски.       В центре города он отправил группы в разных направлениях, чтобы организовать эвакуацию. Лайт Шеилд и трое других снова стояли рядом с принцем.

***

      Как только началась атака, все пони начали паниковать. Десятки этих тварей обрушились на их головы, поймав и высосав магию, отчего все были слабыми и дезориентированными.

***

      Твайлайт с подругами скоро обнаружили, что они не всё учли. На одной из улиц их встретила жуткая сцена. Пони просто смотрели в небо с мертвыми выражениями лиц. Когда Рэйнбоу попыталась тряхнуть одну из них за плечо, та с внезапной силой оттолкнула её. Затем они все повернулись к ним шестерым, широко и жутко улыбаясь…       — О нет… — прошептала Твайлайт Спаркл. — Это то заклинание одержимости, о котором Сомбра рассказывал!       — И шо нам делать? — Эпплджек оттолкнула от себя пони настолько нежно, насколько могла. — Мы не можем им навредить!       — Ох, — Флаттершай грустно покачала головой. — Но и остаться здесь не можем, надо уходить!       — Флаттершай права, мы не знаем, как их расколдовать!       — Я знаю! — Твайлайт вытащила из сумки свиток, который дала ей Селестия. — Селестия сказала, что это копия заклинания, созданного Сомброй.       Она прочитала заклинание, зажмурилась и сосредоточилась.       ВУУУХ! Твайлайт засветилась ярко пурпурно-розовым светом, пульсировавшим в такт биения сердца. Учитвая предыдущий опыт использования темной магии, когда они впервые одолели Сомбру, это заклинание далось легче, чем она ожидала!       Высоко в небе, почувствовав импульс, к ним повернулась черная тень.       — Так, хорошо! — Рэйнбоу Дэш размахивала стянутым в вестибюле копьем. Он ткнула им вперед, как мечом, и попала тени в живот, пронзив ядро. Взрыв заставил её штопором отлететь назад, словно разноцветную юлу, пока она не выправилась, подняв голову вверх.       — Это было… МОЩНО! — прохрипела она. Пони внизу пришли в себя, обмениваясь испуганными взглядами.       — Следуйте за мной, дамы и джентелькольты! — кричала Пинки Пай. — Устроим скачки до дворца, мчим во весь опор.       Шесть пони довели пострадавших до дворца, и как только отважились выйти обратно, поняли, что все хуже, чем они предполагали. Тени были повсюду, и одержимые — тоже.

***

      На улице их снова окружили пони с мертвыми глазами. Твайлайт применила заклинание, но силы её покидали. Рэйнбоу прикрыла её от воздушного нападения, последовавшего за пурпурной вспышкой. Пинки ответила выстрелом из пати-пушки, используя яркие блестки и конфетти, чтобы отвлечь одержимых, пока они не причинили вред её друзьям.       Флаттершай, увидев плачущую кобылку, спрятавшуюся в дверном проеме, взлетела и приземлилась перед жеребеноком. Приближающихся пони она одарила своим знаменитым взглядом. Ярость, кипевшая в нем, пленила их.       — Не. Трогайте. Малышей! — закричала Флаттершай настолько громко, насколько позволяли её легкие.       — Думаю, их дети особо не интересуют, — заметила Эпплджек, увидев цепляющегося за Флаттершай жеребенка.       — У них совсем нет сил, вероятно, они не стоят затраченных усилий! — предположила Рэрити. — Их интерес –самые большие драгоценности в ЭТОМ магазине!       Твайлайт снова применила заклинание, Эпплджек лягнула подлетевшую тень в лоб, и от удара она врезалась в стену, разрушив её. Освободившись, мать кобылки пришла в себя и подхватила свое дитя, рыдая от облегчения и благодарности.       Всё больше и больше пони целились в них, а Твайлайт уже задыхалась, голова раскалывалась, когда она снова и снова пыталась применить заклинание. Одна из теней ударила Рэйнбоу, сбив её на землю. Пинки Пай помогла ей подняться.       — Их слишком много… — Рэйнбоу поморщилась, чувствуя, что на боку под доспехами найдет синяк.       Куда бы они ни повернулись, одержимых становилось больше. Только дети, кажется, не пострадали.       — Эй! — они обернулись и увидели знакомое лицо — Флэш Сэнтри бросился к ним.       — Нам нужно к Сомбре! — закричала Твайлайт. Она подлетела на несколько метров, глядя на происходящее далеко впереди. — Он, кажется, в беде!       — Мы не можем продолжать бой, их слишком много! — пыхтела Эпплджек.       — Но дети! — заплакала Флаттершай.       — Предоставьте их мне! — Флэш махнул копытом Твайлайт. — Идите, ваше высочество, ему нужна ваша помощь!       — Спасибо, Флэш Сэнтри, — улыбнулась Твайлайт и поцеловала его в щеку. — Береги себя!       И они помчались прочь.

***

      — Дети! — взревел Флэш Сэнтри, поднявшись в воздух. — Если вы меня слышите, то выходите, я отведу вас во дворец! Мы спасем ваши семьи, обещаю вам!       Внутри домов и садов дети услышали крик стража, и также услышали, как он сражается с одержимыми пегасами, подлетевшими к нему. Даже тень попыталась атаковать, но Флэш, подобно Сомбре, пнул тень в крышу здания, отчего на ней образовался кратер.       Вскоре под его крылом оказалась небольшая армия из малышей, и он поклялся, что выполнит обещание, данное принцессе!       Но когда он приблизился к дворцу, то увидел, что добраться до него нереально. Замок подвергался такому количеству нападений, что стражам пришлось отступить под щит. Флэш Сэнтри заметил поблизости спортивный магазин. В голову пришла идея. Загнав детей внутрь, он схватил несколько копий…       Дети видели, как он хватает все острые предметы, чтобы обезопасить их. Один жеребенок взглянул на ящик с баскетбольными мячами, и его осенило…       Флэш Сэнтри собирался схватить тень в захват, когда мимо пронеслась серия мячей, ударивших тень в лицо и сбивших её с ног.       Оглянувшись, он увидел, как несколько малышей учились держать натянутую сетку, а пегасы стреляли из неё, как из рогатки, баскетбольными мячами, крикетными мячами — короче, всем, что под копыто пришлось!       — Мы тебя прикроем! –крикнул жеребенок Флэшу. Пегас кивнул и приготовился бить крупы!

***

      Над центром города парила массивная крылатая фигура, лишь отдаленно напоминающая теневых пони. Она ликующе смеялась, пока её подданные истощали каждого, к кому прикасались. Она чувствовала чистую энергию, как собранную в прошлом, так и притекающую сейчас!       Вспыхнул знакомый фиолетовый свет. Ближайшие к нему тени закричали и рассыпались в прах, их ядра стерлись с лица земли. Пока они падали, фигура увидела взвод стражей во главе с пони, чья грива пылала живым огнем.       — Так ты пришел, чтобы остановить меня, так что ли? — засмеялась она. — Ты уже исчерпал все свои фокусы и трюки, сдавайся!       — Защитите их, — коротко кивнул Сомбра. Лайт Шеилд кивнул в ответ, и стража разбежалась, пока Сомбра поднимал копыто. Когда он опустил его со свистом, земля задрожала, и огромный кристалл вырос из-под земли. Сомбра помчался по его поверхности, одновременно колдуя что-то ещё.       Он закрыл глаза, чувствуя магию, то, чем он был, наполняющую каждую часть его тела…       С громким шуршащим звуком псведокрылья вновь вырвались из спины, сотрясая воздух. Он сложил их и отскочил от вершины кристалла, взлетая в небо. Тень смотрела на него с удивлением: у этого ничтожества выросли крылья?       — Я не боюсь делать то, что должен, а я должен защищать их! — холодно ответил Сомбра. Его грива мерцала потусторонним светом, пламя постоянно меняло свою форму.       — Ну что ж, очень хорошо, я сломаю каждую косточку в твоем хрупком теле и покажу их осколки всему этому слабому миру!       Тень плюнула в него какой-то темной кислой субстанцией. Сомбра отразил её косой и краем глаза заметил, как она прожгла дыру в крыше здания, куда приземлились капли. Во второй раз он закрылся щитом, поглотившим кислоту, а Сомбра исчез и вновь появился на парящей кристаллической платформе позади тени. Но у неё не было ядра. Она была твердой.       — В чем дело, жеребенок? — тень засмеялась, крутя хвостом, на котором образовались шипы. Они ударили Сомбру по боку, разорвав ткань плаща и глубокие порезы.       Сомбра скорректировал падение с помощью крыльев, и вновь взмыл вверх. Он почувствовал, как инстинкт взял верх, и взмахнул полупрозрачными крыльями, снова набирая скорость, хотя холодный воздух обрушил на его раны невероятную боль. Он увидел, что ему было нужно. Тень была большой и медленной.       «Я может и крупный, но по сравнению с тобой ещё имею представление о ловкости», — подумал Сомбра, чувствуя прилив решимости. Чего бы это ни стоило, он освободит своё королевство!       Он кинулся ближе, полосы тьмы хватали его, пытаясь затащить в ловушку и лишить магии. В ответ Сомбра выпускал стрелы из острых кристаллов, застревавших внутри студенистого тела. Тень взревела и снова ударила его. Сомбра глубоко вдохнул, снова приближаясь, чтобы атаковать снова.       С отвратительным чавканьем стрелы попали в цель.       — Брось это! — тень смеялась над его жалкими атаками. — Даже не надейся уничтожить меня! Всё это время ты сражался с простыми приспешниками! Что может сделать один жалкий уродец против меня?!       — Больше, чем ты можешь себе представить! — Сомбра снова взвился ввысь. Пока тень кружила, преследуя его, он собрал большой заряд силы, прекратив гореть. Единорог сложил крылья, камнем падая вниз, когда тень пустила в него шипы темной магии. Больше заряд сдерживать нельзя. Поднявшись, Сомбра раскрыл кристальные крылья и выстрелил. Он направил силу на огромное существо…       Но тень лишь засмеялась, подняв большую часть своего тела, и увернулась от магического залпа…       Стрелы, выпущенные Сомброй, засияли в его теле, и тень раскололась на части, пытаясь защититься. Магия на стрелах действовала, как громоотвод.       Монстр кричал, мечась в слепой ярости, когда взрывы ударили его, вырывая куски из грязного тела и сжигая их…       Но один из темных шипов пробил крыло Сомбры, и он рухнул вниз по опасной спирали.       Сомбра с грохотом ударился, крылья оторвались от спины, а в задней левой ноге что-то треснуло. Но единорог заставил себя встать на копыта.       Монстр получал силу от тех, кто был истощен, если уничтожить их…       Ещё одна теневая молния метнулась к нему, Сомбра изо всех сил напрягся, чтобы вызвать заклинание, когда перед ним поднялся пурпурный щит. Он обернулся.       — Принцесса! — вздохнул он с облечгением.       — Их слишком много, — печально покачала головой Твайлайт. — Твари овладели пони, которых мы пытались спасти. Мы должны уничтожить их вожака, если хотим доставить их в безопасное место.       — Как Кризалис на свадьбе! — добавила Рэйнбоу.       — Ты сможешь создать и держать достаточно большой щит? — спросил Сомбра у Твайлайт. — Мне нужно немного времени.       — Предоставь это мне, — ответила принцесса.       — И мне! — Рэрити стояла рядом с Твайлайт. — Нам, дорогуша!       — А я ударю любого, кто осмелится подойти! — поклялась Эпплджек. Рэйнбоу махнула копытом в сторону нападавших.       — Пати-пушка! — Пинки вытащила огромную пушку из воздуха. — Но там теперь не конфетти!       Она запустила пушку, и из неё полетели острые осколки кристаллов, поражая существ и разрезая их тела.       — Она весь район оббегала, пока их собирала! — вздрогнула Рэрити.       — Я-я помогу Пинки Пай перезарядить её! — Флаттершай собралась с духом. Она тащила мешки с кристальными осколками вместо Пинки.       — Давайте!       Он кивнул. Это был их последний бой, здесь они должны были победить, отступать нельзя!       — Ни отступления! — заорала Рэйнбоу Дэш.       — Ни капитуляции! — закончил Сомбра.       — Ни поражения… — прошептала Флаттершай.       Все разбежались, а Твайлайт и Рэрити объединили силы, чтобы создать пурпурно-белый щит, окруживший их, Сомбру и кристальный шип, который он призвал в начале боя. Сомбра вскочил на его вершину и увидел раскинувшуюся под ним главную площадь.       Он закрыл глаза, представляя перед собой всю Империю, всех её обитателей.       «Это мой дом… мое королевство. Благодаря всем пони в этом дворце я здесь, я смог исправить свои ошибки. И ради них я отдам всё, что имею. Это обещание!»       Он отстегнул украшенный камнем браслет, и левитировал его перед собой, вливая в него свою силу. Камень начал светиться, и такой же прекрасный свет окружил самого Сомбру. Слой за слоем, заклинание, созданное его сердцем, окутало артефакт, и свет настолько ослеплял, что тени, атакующие щит, шипели от боли. Брошь-сердечко добавила своей магии, которая хранилась в её гранях…       Невидимый восходящий поток, казалось, окружил Сомбру, его грива развевалась в небо, а плащ развевался, как крылья. Браслет сиял, полоски мягкого фиолетового света пробегали по телу Сомбры, усиливая то, что он вкладывал в заклинание!       Тень заметила Сомбру, пытающегося спрятаться за ядром и колдующего, и зарычала. Она нырнула в небо, забирая энергию у разведчиков, истощавших граждан Империи, придала ей грубую форму копья и всей силы швырнула в щит.       От удара связь Рэрити и Твайлайт прервалась.       — Рэрити! — воскликнула Твайлайт, изо всех сил пытаясь удержать щит. Ещё один удар, и она в панике поняла, что он дрожит. Третий удар чуть не разбил его, отбросив на землю в сторону Рэрити. Удар выбил из легких воздух.       — Твайлайт! Рэрити! — взвизгнула Пинки Пай, ударив тень по лицу. Она метнулась было к подругам, но другая тень отрезала её, заставив пятиться.       — На пол! — услышала она крик Флаттершай и упала как раз вовремя, чтобы уклониться от осколков кристаллов, выпущенных из пати-пушки.       — Никто не причинит вред моим друзьям! — кричала Флаттершай, а по её лицу катились слезы, настолько она была полна решимости.       — Кийя! — Эпплджек лягнула ещё одного, и тень взрезалась ещё в трех, как шар для боулинга в кегли! Доспехи сослужили ей хорошую службу, когти тени скользнули по ним, когда она лягалась как никогда раньше!       А Рэйнбоу с пользой применила копье: размахнулась и бросила в двух монстров, стоящих рядом, убив обоих. Теперь, когда её оружие больше не приносило пользы, нужно было переходить к другой тактике.       Она взлетела высоко, превращаясь в радужное пятно, словно крича воздуху о своем неповиновении, и ринулась вниз. Мир сузился до крошечного тоннеля, сердце колотилось, ещё чуть-чуть…       Соник Рэйнбум расколол небо оглушительным грохотом. Разноцветный свет жег глаза теней. Стражи использовали эту возможность, чтобы выстрелить заклинаниями, с каждым шагом уничтожая всё больше врагов.       Большая тень зашипела от ярости, видя, как никчемные пони уничтожают её приспешников с такой решимостью… Так цепляются за свой мир…

***

      Твайлайт Спаркл изо всех сил пыталась удержать щит, пока Рэрити, дрожа, поднималась на копыта.       Но как только они соединили магию вновь, тень, чье тело всё ещё разъедало фиолетовое пламя после того, как она выдернула из себя стрелы Сомбры, бросила мощный заряд магии в двух кобылок.       Твайлайт и Рэрити вскрикнули в унисон, когда разряд попал в их щит, выбив дух из обеих. Щит дрогнул и разбился, Рэрити упала, и Твайлайт прикрыла её крылом… Ошеломленная и теряющая сознание, она подняла голову как раз вовремя, чтобы увидеть разворачивающиеся за этим события…       Как только щит рухнул, тень нырнула вниз, следуя за своей атакой. Одно её щупальце превратилось в искривленное лезвие.       И оно вошло в грудь Сомбры, как нож в масло.       Жеребец вздрогнул от шока, распахнул глаза и увидел входящее в плоть лезвие. Багряная кровь расплескалась по кристаллу под копытами.       — НЕТ! — крик Твайлайт вырывался из горла раньше, чем она поняла, что произошло. Острие лезвия пронзило брошь-сердечко, сдерживающую шелковый шарф.       Две его половинки упали, ударившись об землю с душераздирающим звоном, заглушившим звуки битвы.       Шарф трепало ветром, словно крылья умирающей бабочки, шелк блестел.       Рэрити пришла в себя и, подняв голову, увидела заплаканное лицо Твайлайт. Принцесса неудержимо дрожала. Проследив за взглядом подруги, Рэрити почувствовала, как её сердце летит в пропасть.

***

      Но именно брошка-сердечко ненадолго отсрочила его гибель. Она сбила курс лезвия так, что оно не пронзило жизненно важных органов.       На мгновение Сомбра почувствовал, как дрогнули нити заклинания, угрожая порваться и рассеяться.       «НЕТ!» — в отчаянии взвыл он, держась за него изо всех сил.       Тень ухмыльнулась, её зубы стали темно-багровыми.       — Оставь, жеребенок, — засмеялась она. — Ты не можешь уничтожить меня и спасти себя.       Пока она говорила, темный яд всосался в тело Сомбры, и единорог почувствовал, что горит изнутри. Под её смех он закричал в агонии, а крики пони, как известно, музыка для ушей.       Сомбра знал, что монстр прав. Рана, которую он ему нанес, очень серьезная. Он мог бы спастись, но для этого придется бросить заклинание и обречь пони на ужасную судьбу корма.       — Я… тебе… не позволю… — прошипел он, преодолевая боль. — Даже если цена моя жизнь! Они дали её мне, какой бы короткой она ни была, им я её и отдам!       — Ничтожество! — выплюнула тень. — Ты мог бы жить и иметь всё, чего пожелаешь! — темное щупальце схватило его за челюсть, заставив встретиться с холодными жестокими глазами.       Смех Сомбры оборвал его.       — Разве ты не понял? У меня есть все, чего я хочу. У меня есть друзья и семья. В конце концов, я смог пойти по стопам своего отца, и за это я вечность буду им благодарен. Они показали мне, каков этот мир на самом деле, если просто ему довериться. Да, тьма существует, но она может существовать рядом со светом! Я тому доказательство! Принцессы, моя маленькая Брайт Спарк, все пони здесь. Они — часть МОЕГО дома, часть МОЕЙ Империи, и ЗАЩИЩУ их!       Монстр был сбит с толку, увидев две кристальные слезы, скатившиеся по лицу умирающего пони и упавшие на кристалл под ним.       — Иногда, чтобы спасти что-то дорогое, нужно с ним попрощаться.       Сомбра знал, какое заклинание применить. На этот раз он не мог колебаться. Для этого потребуется все, что у него осталось.       Даже то, что позволяло ему жить.       Когда он насильно сделал себя старше благодаря мощному заклинанию, он израсходовал много силы. И эта сила всё ещё была в нем.       Всё его тело окутало слабое фиолетовое свечение, и он, казалось, стал полупрозрачным, когда и эта часть его магии влилась в драгоценный камень на браслете. Тень внезапно зарычала, чувствуя свою ошибку.       — Сомбра! — воскликнула Твайлайт, понимая, что он собирается сделать. Между ним и тенью, обвивающей клинок, пронзивший грудь Сомбры, парил браслет. Драгоценный камень сиял ошеломляющим светом.       Сомбра закрыл глаза, направив последнюю часть своей силы в камень, и заклинание завершилось. Тихо молясь, чтобы это действительно спасло мир, он привел его в действие.       Вокруг него взорвался расходящийся круг света, рассеяв теневой клинок и забрав с собой щупальца существа. Тень рванула назад, крича от ярости, когда свет настиг её. Каждый теневой клон, которого коснулась волна, превратился в пыль. Свет отражал в себе цвета элементов гармонии, заставив их нагрудники мягко засиять.       И из тьмы родился свет.

***

      Там, над дворцом, отбиваясь от волн, нападавших на замок, Селестия и Луна увидели вспышку света и почувствовали, как он омывает их. Они смотрели, как нападавших смело взрывом.       По внешней стороне щита твари расползлись как жуки. Разъедая щит Кейденс и Шайнинг Армора, они пытались подпитать себя. Всё исчезло, словно пыль по ветру.       — Что это за сила? — прошептала Луна, а зеленая аура вокруг её глаз вдруг исчезла.       — Я никогда подобного не чувствовала! Тьма и свет! — прошептала Селестия, внезапно осознав. — Пророчество свершилось!       Тело существа начало деформироваться, колебаться и распадаться, издавая ужасный гортанный звук. Страх и ярость перемешались так плотно, что от одного нельзя было отличить другое. Тень отчаянно искала хотя бы одного приспешника, но их просто не осталось.       — КАК?! — взревела она, но её голос был едва слышен. Тень уставилась на Сомбру. Он всё ещё стоял, и даже гордо поднял голову. Кровь лилась на кристалл под его ногами, но его взгляд даже не дрогнул. Он смотрел на тень без страха и сожаления.       — Твоя мечта умрет. Я увижу твой конец, прежде чем умру, — выплюнул Сомбра, и закрыл глаза.       «И ещё кое-что. Селестия сказала, что Кристальное Сердце отдало часть себя, чтобы привести меня сюда. А теперь их два».       Он протянул копыто, отчаянно призывая два кристальных сердца прийти к нему.       «Пожалуйста!» — взмолился он, холодный спазм страха сжал сердце, и свежие слезы защипали глаза.

***

      Под дворцом и строжевыми заклинаниями замерцало Кристальное Сердце, и заклинания пали. Сердце исчезло в голубом сиянии.       Сердце Маяка разбило сдерживающие его оковы.       Две молнии, синяя и фиолетовая, пронзили небеса.

***

      Все ещё защищающие дворец щитом Кейденс и Шайнинг Армор увидели, как две молнии устремились прочь от дворца.       — Сомбра… — прошептала Кейденс. Шайнинг посмотрел на неё.       — Что такое? — спросил он. Но Кейденс не ответила. В её глазах стояли слезы, и она могла только неподвижно сидеть, пока они катились по её щекам. Сердце снова обрело свою цельность. А это могло значить только одно.       Наверху Луна внезапно вырвалась из-под щита, игнорируя призывы Селестии остаться.

***

      Ему казалось, что он вот-вот упадет, когда к его бокам прижались с обеих сторон. Подняв голову, он увидел кристально синюю единорожку и фиолетового пегаса.       — Сердце Маяка… — прохрипел он.       — Это я, хозяин Сомбра… — Сердце Маяка улыбнулся. Он был похож на короля Клаудспарка, и это тронуло Сомбру. Память об отце ещё жива.       — Вы нужны мне… оба… — он чувствовал, как его поддерживает их сила, и как она смешивается с его магией.       — У нас есть ты, — сказала Кристальное Сердце.       — А мы есть у тебя, — закончил Сердце Маяка.       — Что вы наделали?! — тень сумела накопить достаточно сил, чтобы взмахнуть ещё одним щупальцем, пытаясь разорвать тело Сомбры на части.       Трое на вершине кристалла закрыли глаза, и вокруг них закружилась трехцветная радуга: синяя, фиолетовая и красная, а затем полетела к тени с головокружительной скоростью.       Она ударила по тени с такой силой, что её отбросило обратно в тело, затем она разделилась, обвивая тень с головы до пят, прижимая к телу шипастые крылья и обвивая хвост.       — СЕЙЧАС! — - со слезами на глазах крикнула Твайлайт, призывая Элементы Гармонии помочь ей избавить мир от монстра! Они обнялись, помогая друг другу встать на ноги.       — Он был добр к жеребенку… — прошептала Флаттершай первое проявление доброты Сомбры.       — Он не бросил нас в лесу, — всхлипнула Рэйнбоу, пытаясь скрыть слезы за икотой.       — Он подарил мне прекрасный драгоценный камень, чтобы отблагодарить меня… — воскликнула Рэрити.       — Он столкнулся с правдой о том, кем был раньше! — добавила Эпплджек.       — Он смеялся и улыбался вместе со всеми нами!.. — рыдала Пинки Пай, её голубые глаза были полны слёз.       — Он стал настоящим мастером темной магии… — закончила Твайлайт Спаркл. — И он не боялся!       Пока они говорили, каждый из элементов загорался, смешиваясь с заклинанием Сомбры и Сердец. Радужный свет сиял вокруг них, образуя ленты силы, взлетевшие в небо и наполнившие его прекрасным светом. Радужный ураган обернулся вокруг тьмы и сжег её тело.       Тень вскрикнула в последний раз, и огненные вихри сплющили её, разойдясь с таким грохотом, с которым даже самый сильный раскат грома не мог соперничать!       Но это было не всё. Радужный вихрь разделился на шесть отдельных нитей, а разноцветное заклинание Сомбры обратилось в шесть блестящих игл. Носясь взад и вперед, они зашили скверный разрыв, разъединяя миры навсегда. Больше не было трещины в небе над Кристальной Империей.       Последним рывком заклинание запечатало мир. Края портала сомкнулись в завораживающем радужном свете.       Раздался почти ощутимый звуковой удар, и волна воздуха разорвала облака с небес, позволив вспыхнуть яркому золотому солнцу.       Оно отражалось в угасающих глазах Сомбры. Он видел, как тень исчезла, и видел, как запечатался портал. Все кончилось.       «Слава Селестии», — подумал он, и его конечности онемели. Кристалл под ним исчез, и его сила тоже угасла. Сердце Маяка поймал его тело и опустил на землю, рядом с ним тут же возникла Кристальное Сердце.       — Сомбра! — как только свет погас, шестерка примчалась к нему. Но там, где упал Сомбра, лежал лишь юный жеребец, едва ли старше их. Плащ и доспехи исчезли вместе с его прежним обликом. Его держали два Кристальных Сердца.       Он походил на себя из прошлого, даже превратившись в обычного единорога. Но прежде чем они обрадовались, что он нашел способ избежать смерти, они увидели, что он угасает. Его копыта становились прозрачными.       — Как? — спросила Твайлайт севшим голосом. Но её прервали.       — СОМБРА! — это была Луна, прыгнувшая к ним с неба. Она приземлилась без своей обычной грации, сбросила броню и остановилась перед ним, а её глаза расширились от страха и тревоги.       — Что ты наделал?! — кричала она. А потом сама же ответила на свой вопрос. — Это то заклинание, которое ты придумал? Ты же не отменил его, не отменил же?!       — Мне… пришлось… — Сомбра посмотрел на неё, темно-красные глаза выражали странное смирение и потаенную боль. Он протянул полупрозрачное копыто и ткнул её в нос. — Хах, забавно, ты теперь намного выше меня, Вуна…       — Прекрати! — крикнула Луна, прикасаясь своим рогом к его.       Паникуя, она говорила своим кантерлотским голосом, поэтому её слова слышала вся округа. Пони начали понимать, что что-то не так, и скоро плохие новости узнали все.       Сомбра умирал.       Луна закрыла глаза, а когда снова открыла их, они засияли зеленой.       Без колебаний, она собрала как можно больше своей магии аликорна и превратила её в тьму, чтобы передать больному принцу.       У собравшихся вокруг пони мелькнула надежда, поскольку тело Сомбры, казалось, снова затвердело, обретя хоть немного прежнего «я». Но как только Луна прервала контакт, Твайлайт увидела, что контур тела Сомбры все равно постепенно тускнеет.       — Аргх! — Луна попыталась призвать ещё больше темной магии, её грудь болела, а метод трансформации такого количества магии был сложен, она ведь, все-таки, только училась…       — Принцесса… — вздрогнул Сомбра, сумев набраться сил. — Луна, перестань!       Она посмотрела на Кристальные Сердца, одновременно покачавшие головами.       С мучительными криком она разорвала заклинание, и так сильно топнула копытом по земле, что её туфелька треснула.       И не она одна была в отчаянии.       Жители искали утешения друг в друге. Пони, которые были в ссоре перед битвой, открыли свои крылья и копыта своим обидчикам, забыв о конфликтах. Незнакомцы обнимались, видя, как их слезы эхом отражаются в глазах других пони. Страж, понявший, что произошло, снял шлем.       — Ш-шо он сделал? — пролепетала Эпплджек, глядя на Твайлайт, словно она могла всё объяснить. Принцесса едва сдерживала слезы. — Почему он снова похож на жеребенка, Твай?!       Но Твайлайт не знала. Могла лишь головой покачать.       — Чтобы сделать себя старше в прошлом, он создал мощное заклинание, которое продержалось в нем всю его жизнь, но оно настолько укоренилось в нем, что без него он не выживет. В нем была необходимая сила, но он…он… — Луна замолчала, не в силах сдерживать всхлипывания и терпеть боль в груди.       Твайлайт затрясла головой, первые слезы упали на землю. Заметив её из толпы, Флэш Сэнтри пробился к ней, и дети бежали за ним. Пегас сбросил шлем, когда подбежал ближе, и притянул к себе. Твайлайт с благодарностью прижалась к его крылу. Её рыдания были безутешны, и то, что она не могла спасти Сомбру, разрывало ей сердце.       Однако магия Луны помогла залечить рану в теле Сомбры, замедлив его угасание, но не сумев его полностью остановить.       — Как же так… — тихо заплакала Флаттершай.       — СОМБВА! — знакомый голос прорвался сквозь толпу. И вся шестерка обернулась на крошечное пятно. Её мать не отставала от неё ни на шаг.       Шайнин Си остановилась, недоверчиво качая головой. Она видела вспышку света и чувствовала ужас, объявший её сердце. Теперь худший кошмар происходил наяву.       — Ну пожавуйста! — Брайт прижалась к нему очень осторожно. Сомбра подхватил её на копыта. Кобылка потерлась щекой о его нос, слезы текли по её круглым щекам. — Ну Сомбва…       — Все… хорошо, мелочь…ты теперь в безопасности…       — Не-е-ет! — Брайт даже не пыталась сдержать слезы, лишь мотала головой. Её полные боли крики разбили сердца окружающих, и даже Луна отбросила достоинство, склонила голову и заплакала.       — Не сейчас… не после всего этого…       Сомбра пытался утешить Брайт, но разбитое сердце крошечного единорога нельзя было склеить.       — Он нас спас… они все спасли…       Шайнин Си почувствовала, как сокрушающее сильно давит на неё печаль. Брайт Спарк цеплялась за гриву Сомбры и плакала навзрыд. Дрожа всем телом, она едва сдерживала слезы. Едва переставляя ноги, Шайнин Си подошла к Сомбре. Элементы гармонии видели, как потускнела её шерсть, а грива распласталась мертвым водопадом, когда горе охватило её совершенно.       — Я люблю тебя, Сомбва… -всхлипнула Брайт Спарк. Она подняла глаза и увидела маму. Мама тоже любила Сомбру. Брайт поцеловала единорога в щёку, а потом протянула копыта принцессе Луне. Отвлекшись от своего горя, Луна схватила кобылку передними копытами, глядя перед собой.       — Мне… очень жаль… — прошептал Сомбра, покачиваясь на копытах Кристальных Сердец. Они опустили его в объятия Шайнин Си. Её грива коснулась его щеки, и единорог пошевелился.       — Эти духи… — прошептал он, мягко улыбаясь.       — Пожалуйста, я не хочу, чтобы ты уходил, — задохнулась она, закусив губу.       Сомбра прижался к ней головой, пытаясь сохранить эти последние минуты перед смертью.       — Я люблю тебя, — тихо прошептал он. Сердце Шайнин Си колотилось. Она услышала его признание.       — Сомбра…       Твайлайт и её подруги собрались как можно ближе к другу, и увидели, что Сомбра пытается собраться с силами, чтобы снова их поблагодарить. За то, что они дали ему шанс. За то, что они были его друзьями.       — Вы все… — он закашлялся, но Эпплджек покачала головой, расплескивая слезы, наполнившие её зеленые глаза.       — Не-не, сахарок, ты от нас терь не отвяжешься, слышишь? Мы найдем способ…       — Нам коронацию планировать надо…- всхлипнула Пинки, а её грива резко выпрямилась. — Ты еще не сказал, какой надо печь торт!       — Ну давай, чувак, ты не можешь вот так нас бросить, ты на 20% круче этого тупого трюка! — Рэйнбоу пыталась изображать строгость, но под конец её голос дрогнул, а губы задрожали.       — Пожалуйста… держись… — плакала Флаттрешай — Ты нам нужен…       — Ты нужен Империи, — добавила Твайлайт.       — МЫ нуждаемся в тебе! — пробормотала Луна.       — Сомбва! — выдавила Брайт Спарк, прежде чем снова разрыдаться в звездную гриву.       — Вот именно, чувак, давай, — дрожащим голосом сказал Флэш Сэнтри.       — И мне ещё мантию тебе шить, для коронации, и вообще так много приготовлений! — храбро вставила Рэрити.       Кейденс, Шайнинг Армор и Селестия наконец добрались до них. Кейденс все ещё не могла сдержать слез. Кристальное Сердце посмотрела на неё, чувствуя страдания хозяйки.       — Спасибо…вам всем…- Сомбра вдруг почувствовал себя таким сонным, а его конечности налились свинцом. Он сполз на копыта Шайнин Си, умолявшей его держаться       — Ну сделайте хоть шо-нибудь! — закричала Эпплджек. — Так быть не должно!       — А что мы можем сделать?! — вскрикнула Селестия, оглядываясь вокруг, как будто ответ мог материализоваться перед её носом.       — Он отдал слишком много сил, — покачала головой Луна. — Мы не можем восполнить его магию.       — Восполнить… — глаза Кейденс расширились, а в сердце вспыхнула надежда. — Конечно!       Она ринулась к двум Сердцам.       — Вы оба — символы Империи, символы того, что для неё важно!       — Верно, — ответила единорожка. — Я Кристальное сердце, символ любви.       — Я Сердце Маяка, символ силы, — ответил пегас.       — Ты уже однажды спасла Империю, Кристальное Сердце, — взмолилась Кейденс. — Ты использовала магию любви, которую накопила и получила от всех пони в Империи чтобы подпитать Сомбру, ты ведь можешь сделать это снова?!       — На этот раз понадобится больше, чем просто подпитка… — начала Кристальное Сердце.       Твайлайт уловила это и повернулась к толпе, умоляя их сквозь слезы.       — Пожалуйста, пони, используйте всю свою любовь, всё сострадание!       — Ваши силы и мужество! — добавила Эпплджек.       — Пожалуйста-пожалуйста, спасите нашего Сомбру! — взвыла Пинки Пай.       — СОС! — вскричала Рэйнбоу, её голос звучал надтреснуто, а на пони она смотрела затуманенным взглядом. И это был даже не сигнал о спасении, а молитва.       — Пожалуйста! — вскрикнула Флаттершай так громко, как никогда раньше.       Рэрити подобрала разбитые половинки броши-сердца и скрепила их над головой, не в силах говорить. Она зажгла его изнутри, используя свою магию.       Слух распространился как лесной пожар. Каждый пони передавал мольбу дальше, и скоро улицы были забиты народом, желающим спасти своего защитника!       Земля под их копытами светилась, когда они склонили голову в объединенных усилиях, но на этот раз свет был не просто синим. К нему добавился фиолетовый.       — Нам нужен кто-то из вас, чтобы помочь восстановиться, — Сердце Маяка посмотрел на принцесс.       — Я согласна! — воскликнула Селестия, вытирая глаза, и шагнула вперед с поднятыми крыльями.       Свет начал пульсировать, проникая в область, где стояли два кристальных сердца, окружающие Сомбру. Кейденс отступила назад, Шайнин Си и Луна, все ещё держащая Брайт Спарк, последовали её примеру. Свет сомкнулся вокруг Селестии, двух Кристальных Сердец и Сомбры. Он перевел взгляд с одного на другую, а потом посмотрел на Селестию…       Селестия закрыла глаза, её рог разгорелся так ярко, что свет образовал вертикальный туннель вокруг них четверых.Вскоре стало так ярко, что невозможно было смотреть.       — Я люблю тебя, — прошептала Шайнин Си, дав волю слезам. Кейденс заметила её слезинки, застывшие во время падения, и обратившиеся лучами света, упавшими на световой туннель, окруживший Сомбру.

***

      Сомбра поднял глаза, когда Селестия подошла к нему. Он даже мужественно встал, собрав все остатки угасающих сил, чтобы выпрямиться. Она склонила голову, и их рога соединились. Два луча света пронзили тело Селестии, соединяясь с её магией, обвились вокруг Сомбры, рассыпая вокруг него золотистые искры.       — Загляни внутрь себя, выбери, кем ты хочешь быть, Сомбра. Ты так вырос, что твоя старая оболочка больше не нужна. Ты стал совершенно другим пони…       — Спасибо, принцесса… — прошептал Сомбра. Он знал, чего хочет. Жить. Любить. Быть счастливым. Каким бы его не считали. Он был бы доволен всем. В конце концов, его настоящее «я» внутри него…       И началось.       Время для Сомбры остановилось. Остановилось, перемоталось назад, помчалось вперед. Собрав его всего и все его воспоминания воедино.       Он ахнул, почувствовав, как тело растягивается и изменяется. Селестия отступила назад, держа заклинание, даже когда золотой свет полностью окутал Сомбру. Любовь Империи текла через неё к нему.       Она поняла, что плачет, когда осознала, как же сильна эта любовь, и одно чувство сияло больше других.       Ей вспомнились строки пророчества, и принцесса улыбнулась. Она могла кое-что дать от себя…

***

      Толпа попятилась и вздрогнула, когда свет рассеялся и улетел в безоблачное небо, откуда радостно светило солнце…       Сияние померкло, и все увидели возродившегося Сомбру.       Он сохранил дымчато-серый окрас, рост и мощное телосложение. Три кристалла на кьютимарке. Его грива всё ещё была темной, как ночь, но теперь спадала мягкими волнами, напоминая её прежнюю вечно струящуюся форму. Рог стал похож на тот, что присущ обычным единорогам, хоть и сохранил необычный окрас, впрочем, менее яркий. Сомбра открыл глаза, и те, кто стоял ближе всего, видели, что они остались такими же гранатово-красными.       Но это было не всё. С мощным шелестом, он расправил широкие крылья.       Пинки Пай ахнула, случайно проглотив пролетевшую мимо пчелу. Однако, она этого не заметила, потому что была жутко удивлена.       — Вау, — выдавила Эпплджек. — Лягать мой круп!       — Эпплджек, ну это крайне неуме….ЧТО?! — Рэрити уставилась на Сомбру.       — О. Мой. ЙЕЙ! — хрипло выкрикнула Флаттершай.       — Да! Да! — Твайлайт первая освободилась от оков шока и тепепрь радостно прыгала вокруг друзей и Флэша Сэнтри, скандируя «Да! Да! Да!».       На четвертом кругу она споткнулась о Пинки Пай. Та выплюнула пчелу, которая, вероятно, улетела, но была крайне травмирована произошедшим.       Сомбра моргнул, пытаясь снова научиться видеть после такой яркости. Он сделал несколько неуверенных шагов, словно был новорожденным ребенком. В каком-то смысле так и было. Краем глаза он увидел что-то из перьев и серое, и повернул голову. Это было крыло.       Его крыло.       Он вскрикунл и плюхнулся на круп. Он пристально разглядывал крыло, осторожно приближая и отдаляя его…       — Да, это твои крылья, — усмехнулась Селестия, шагнув вперед.       — П-принцесса, — заикнулся Сомбра, за что получил невероятно жестокий тычок в нос.       — Селестия, — выдавил он, все ещё в шоке, — я не понимаю…       — Сегодня ты сделал кое-что невероятное, — улыбнулась ему принцесса. — Ты был готов отдать жизнь, чтобы спасти наши. Даже если это означало прощание с нами, ты не дрогнул. Самоотверженность и храбрость приходят от понимания того, насколько действительно ценна жизнь. То, что ты продемонстрировал всем нам, заслуживает уважения, Сомбра. И не только то, что ты признал свои ошибки и сделал всё возможное, чтобы их исправить, несмотря на то, насколько трудно тебе было, твое путешествие привело к тому, что ты обрел совершенно новую жизнь, наполненную друзьями и семьей.       Она кивнула принцу и принцессам, стоящим в стороне. Луна выглядела чрезвычайно счастливой.       — Ты создал волшебный свет, который раньше никогда не видела Эквестрия. Все это подарило тебе эти крылья.       Теперь она поклонилась ему, и другие члены королевской семьи сделали то же самое. Твайлайт вспомнила, как Селестия кланялась ей в ту ночь, когда она получила крылья. Толпа вокруг после нескольких секунд пристальных разглядываний Сомбры вскоре последовала за ними. Сомбра смотрел туда сюда, и его уши дрожали от шока и осознания. Он едва мог в это поверить.       Брайт Спарк слушала Селестию краем уха, потому что была абсолютно шокирована. Она разглядувала друга, выглядещего абсолютно живым, а теперь ещё и крылатым. Их взгляды пересеклись, и она не могла больше ждать. Она вывернулась из копыт Луны, промчалась мимо ног Селестии и бросилась в объятия единорога.       — СОМБВА! — на этот раз она плакала от счастья. Сомбра все ещё не мог связать двух слов, так что просто обнял её и посмотрел на Селестию. Слезы на её глазах и глазах пони из толпы удивили его.       — Мы так гордимся тобой, Сомбра… — сказала ему принцесса солнца. Она краем глаза заметила движение и поняла, что это Шайнин Си. Несмотря на облегчение и радость, её шерсть и грива всё ещё были тусклыми. Она словно не замечала этого, глядя лишь на своего принца…       Сомбра отпустил Брайт Спарк, после чего она подошла к Селестии.       — Пусть Сомбва и мамочка обнимутся! — сказала она с недетской мудростью. — Можно мне тоже обняться?       Селестия, разумеется, не могла отказать столь крошечной пони, и с радостью подхватила её на копыта. Брайт Спарк обняла принцессу и прошептала так, чтобы только она могла услышать.        — Спасибо, что дали ему квылья, пвинцесса…       — Он их заслужил, мое дорогое дитя… — прошептала она в ответ. — Он их более чем заслужил!       Пока они шептались, Шайнин Си подошла к Сомбре на негнущихся ногах, едва веря, что это он. Он был жив и здоров. Она не потеряла жеребца, в которого так сильно влюбилась. Несмотря на все изменения, все, что она видела — его любящий и нежный взгляд, который снова сделал её жизнь яркой.       — Моя звезда… — Сомбра нарушил тишину со всей нежностью, на которую был способен. И она ответила ему всего двумя словами.       — Моя тень.       Оставшуюся до него часть пути она пробежала, и обвила шею копытами, размазывая по щекам слезы.       — Прости, что я тебя так напугал, — прошептал Сомбра. — Я теперь выгляжу несколько иначе…       — Да не важно, как ты выглядишь! — выпалила единорожка. Она протянула копыто и нежно погладила его по щеке, чувствуя тепло под своим копытом. — Я всё ещё вижу этот чудесный дух в твоих глазах, я вижу доброту в твоей улыбке. И я знаю, что твое сердце из золота, вот и всё, что мне нужно!       Она снова покачала головой, пытаясь произнести нужные слова.       — Ты всегда будешь собой, как бы ты ни выглядел. Именно поэтому я в тебя влюбилась, Сомбра. Любовь, доброта внутри тебя…       Она села как следует, глядя в глубокие красные глаза Сомбры. Её собственные блестели от слез. И твердо заявила.       — Я тоже тебя люблю, Сомбра!       Эти слова напомнили ему о словах, обращенных к ней несколько минут назад.       Толпа сошла с ума, когда Сомбра обхватил её передними ногами и поцеловал. Блеск пробежал от её гривы к хвосту, усиливая сияние шерсти, что было ещё более потрясающе.       Рэрити перестала сдерживаться и зарыдала. Флэш Сэнтри крыльями смахнул слезы Твайлайт. Она повернулась к нему и поцеловала, коротко, но очень сладко.       Даже Рэйнбоу пищала так, как будто вот-вот расплачется. Она грызла копыта, но пара слезинок все же вырвалась наружу.       Эпплджек вытерла глаза, но по веснушчатым щекам покатилось ещё больше слез, и она перестала даже пытаться.       Флаттершай и Пинки плакали обнявшись, а через секунду грива Пинки вновь стала кудрявой.       Наконец самый сладкий поцелуй в истории закончился, и оба пони немного покраснели.       — Твоя шерсть, — прошептал Сомбра, видя, что она сияет ярче, чем когда-либо.       — Есть легенда, что кристальные пони приобретают особый свет шерсти, когда по-настоящему любят… — прошептала Шайнин Си.       — Ты выглядишь прекраснее, чем когда-либо, моя звезда…       Она взглянула на него, и они разделили ещё один короткий поцелуй, прежде чем она отступила и кивнула на остальных.       — Кажется, твои друзья тоже ждут… — улыбаясь, сказала она.       Пинки Пай восприняла это как сигнал и атаковала Сомбру обнимашками, опрокинув его на спину. Передними копытами она сжала его так сильно, как только могла. Учитывая, что она все ещё была в доспехах, как и все остальные, это несколько выбило из Сомбры дух. Остальные присоединились к объятиям, когда Сомбре удалось сесть.       — Ой, ой, ой, пацан! — Рэйнбоу была в восторге. — Ещё один летающий друг! Это так круто! Надо будет научить тебя ими пользоваться!       — Они такие пушистые! — воскликнула Пинки, обнимая одно из крыльев.       — Дорогой мой, ты первый жеребец-аликорн, которого я когда-либо видела. Я даже не думала, что это возможно, батюшки-святы, век живи, век учись… — Рэрити преследовало чувство дежавю.       — Они очень красивые, — добавила Флаттершай. — Чудесно смотрятся.       — ВЕЧЕРИНКА «АЛИКОРН 2.0»! — заорала Пинки.       Сомбра хотел много чего сказать, но сейчас он просто радовался тому, что он жив.