Выдержка

      Происходящее всё никак не могло уложиться в голове девушки. Вот она недавно отнимает глупый листок с рисунком у смущённого Конана, а вот тот лежит в больнице, весь израненный от своей слишком сильной любви.       И более того, его возлюбленным может оказаться вор в белом.       Хотелось врезать заранее нахалу на всякий случай, пока память услужливо подкидывала неприятный факт: Кид есть на рисунке Конана. И это действительно много значит, ведь наивный братик верил вору. Искренне считал того другом, несмотря ни на что.       Соноко что-то щебетала по телефону своему дяде, явно упрашивая его связаться с вором через газету. А пожилой медбрат тоскливо смотрел на кактус в руке девушки, будто не решаясь что-то сказать.        — Дядя сегодня же пошлёт вызов во все газеты, но главное, чтобы Кид-сама успел, — обеспокоенно заметила подруга, немного не определившись и пребывая вся в сомнениях. Отдавать Кида не хотелось, но "дьявольский очкарик" дорог и ей.        — Успеет, — тихо шепнул печальный мужчина, разворачиваясь и не давая никому время осмыслить происходящее.       Ран устало рухнула на ближайшую скамейку, не в силах сделать более ни шага. Отец и вовсе упал где-то рядом и чуть раньше: сказывалась бессонная ночь под красным огоньком реанимации.       Сон дурной, не лучше, чем у самого Конана, накрыл её. И погрузил в пучину, лишь изредка давая вынырнуть за глотком воздуха и тишины: во сне мальчик вновь и вновь умирал, как в некотором отвратительном дне сурка.       Невыносимо.       В какой-то момент едва слышные шаги согнали остатки ужаса с девушки. Врач? Пришёл сообщить, что в палату можно?       Что-то белое расплывалось перед заплаканными глазами, но на халат оно не было похоже...       Кид! Он пришёл!        — Молодой господин!.. — тихо, стараясь не разбудить спящих, шептал фальшивый медбрат. — Вам не стоило приходить сюда!..        — Ты и сам знаешь, что я в любом случае обречён, — заметил слегка ленивый голос вора, обычно звучавший издалека, а ныне бывший непривычно близко. — Так чего не покончить с этим одним разом? Это как русская рулетка наоборот: шансы выжить малы, но лучше попытаться крутануть барабан. Авось пять патронов будут слишком тяжелы, и выстрелит именно холостой.       Про что тот говорит?        — Ох, леди, простите, если разбудил, — кажется, пятно поклонилось. Какое вежливое пятно из Кида получилось, однако.       Даже ударить его не так сильно уже хотелось.        — Что вы имеете в виду под обречён? — тихо спросила Ран, всё же не желая верить в то, что выстраивалось в голове.       Однако вор сделал именно то, что она и ожидала: медленно расстегнул рубашку с пиджаком, открывая ей ужасающую истину.       Цветы были и у него, только в более худшей стадии. Завершающей.       Прекрасные бутоны красно-рыжего цвета весело подмигивали ей черными точками у самых оснований, а острые веточки чуть покачивались. Листья украшали полностью плечи, делая их похожими на часть какого-то герба, пока цветы располагались напротив сердца и лёгких. Над самым же животом свисали немного корни.       Сколько боли тому пришлось перетерпеть, пока папоротник довольно разрастался изнутри, питаясь болью неразделённой любви?..       Кид действительно обречён, если так сильно любит её братика. Либо тот не пробует подарить остатки сердца и становится удобрением для собственного цветка, либо узнаёт, что это не он и вновь умирает.       Или выигрывает джек-пот, какой обычно ему даёт Удача.       Именно потому девушка безропотно протянула один из несчастных кактусов, против воли желая, чтобы Кид оказался тем самым.       Вор же осторожно удерживал кусочек двумя руками, как если бы держал величайшее сокровище в мире.       Может, для него это так и было?..       А в следующий момент, прикрыв глаза, тот бесстрашно поцеловал кусочек, раня свои губы об острые шипы. Кровь, алая кровь вновь закапала, давя на нервы и жадно обагряя воспрявшие цветы на груди у Кида.       Кап. Кап. Кап. Кап.       Неужели нет?..