Remember when (we used to be between the sheets)

      Первая игра футбольного сезона, почти все трибуны заняты. Команда университета «Арк» в настоящее время находится на поле, и развлекает публику, вскоре все будут восхищаться ей.       Солнце высоко в небе, студенты с яркими флагами начали заполнять трибуны. Все возлагали надежду на победу от необыкновенно талантливой команды первокурсников.       Октавия была в раздевалке, вышагивая от стены к стене. Брюнетка уже переоделась в футбольную форму: серые шорты, белая майка с именем Блейк на спине, и желанная капитанская повязка на левой руке.       — О, Рейвен скоро будет здесь, потерпи, — Кларк улыбнулась, поддерживая нервную подругу перед дебютной игрой.       — Она нужна мне, Кларк. Она обещала, что будет здесь в ближайшее время. Вдруг что-то случилось? — Октавия в десятый раз посмотрела на часы.       Кларк положила руки на плечи подруги, удерживая её на месте:       — Слушай, расслабься, Рейвен уже в пути. Я встречу её на автобусной остановке, хорошо?       — Хорошо, — Октавия кивнула.       Кларк ласково потёрла её руку и направилась на поле, по дороге встретив друзей — Монро, Эхо и Харпер.       — Удачи сегодня, — Кларк обняла девушек.       — Поболей за нас. В конце концов, мы «Граундерс» из TonDC, — подмигнула Монро.       Кларк любезно улыбнулась:       — О, кстати, Эхо, как Луна?       Эхо удивлённо вскинула брови:       — С ней всё хорошо. Она приедет на выходные, чтобы побыть с семьёй в Вашингтоне.       — Отлично, если увидишься с ней, передавай от меня «Привет».       — Будет сделано, Кларк, — усмехнулась Эхо.       Гриффин вернулась в университетский городок, направляясь к автобусной остановке, чтобы встретить Рейвен, по пути столкнувшись с несколькими студентами, которые шли на футбольное поле.       Блондинка быстро прошла стоянку и добралась до главной улицы, когда заметила очень знакомую фигуру, выглядящую довольно потерянной.       Тёмные кудри, обрамляющие красивое лицо покрытое веснушками — основные идентификаторы его личности.       — Белл?       Парень обернулся, и на его лице появилась огромная улыбка.       — Кларк, святое дерьмо, как хорошо, наконец, встретить знакомое лицо.       — Я думала, ты занят в Вашингтоне, — Кларк обняла парня.       Беллами отстранился и посмотрел на девушку, которую любит как сестру.       — Да, правоохранительные органы никогда не отдыхают, но я должен был попасть на дебют сестрёнки.       — О будет рада.       Кларк сияла; Беллами единственный член семьи Октавии, и он старался дать ей всё необходимое. По мере того как Октавия становилась ближе к Кларк и Рейвен, Беллами стал сверхопекающим братом для трёх девушек.       — А где третий мушкетер? — Беллами огляделся, тёплые карие глаза просматривали толпу.       — О, да, Рейвен должна скоро приехать.       — О, дерьмо, я должен был подумать об этом. Я хотел удивить Октавию, и забыл, что у Рейвен нет машины, — Беллами снял кепку, убрал кудри с лица и надел снова.       — Не волнуйся, Белл, ты же знаешь, что Рейвен независимая и, вероятно, отказалась бы от предложения. Ну, мне надо встретить её на остановке. Почему бы тебе не пойти на трибуны и занять нам места?       — Хорошо, принцесса, туда?       — Да, просто иди по дорожке за теми ребятами, — Кларк указала на толпу студентов, одетых в майки футбольной команды и с флагами в руках.       — Понял. Сначала возьму напитки, — Беллами поправил кепку и направился к полю. ///       К тому времени, когда приехала Рейвен, игра уже началась. К счастью, Беллами занял хорошие места, так что они могут внимательно следить за игрой Октавии.       — Эй! Да ладно! Это же жёлтая карточка! — Рейвен поднялась с места, увидев, что Октавия лежит на траве и держится за ногу.       — Она сильная, Рейвен, с ней всё хорошо, — рассмеялся Беллами.       — Она очень увлечена игрой О, Белл, поверь мне, — Кларк отпила колу и вздохнула, вспомнив футбольные матчи в школе.       Как было трудно смотреть на игру, потому что глаза были сосредоточены на ком-то другом. Кларк не знала, что происходит на поле, потому что думала только об одном человеке все 90 минут игры.       Она закрыла глаза и увидела, как девушка откидывается назад, внимательно наблюдая за игрой, а её каштановые волосы развеваются на ветру. Её идеальная осанка и её… Больше не надо! Кларк мысленно ругала себя и вернулась к игре.       — ЧЁРТ, ДА, ЭТО МОЯ ДЕВОЧКА! — кричала Рейвен во все лёгкие, а Октавия искусно пробила мяч в полузащиту.       — Ого! Слишком собственнически, не думаешь? — Беллами скрестил руки на груди, глядя на Рейвен с игривой ухмылкой.        — Ну, это моя девочка, Белл, — Рейвен пожала плечами.       Беллами нахмурился и опустил руки на колени:       — Подожди, замедлись, я что-то пропустил?       Кларк почувствовала перемену в Рейвен, которая сидела между ней и Беллами.       — Хах! Белл, ты немного тормозишь, тупица, — пошутила Кларк, но Беллами смутился.       — Ты не знаешь, — сказала Рейвен, глядя на Беллами, а затем опустила взгляд на свои ёрзающие руки. — Октавия не говорила тебе о нас.       — Нас? — Беллами снова снял кепку и тыльной стороной руки вытер пот со лба. — Нет, я не знал, что моя сестрёнка встречается со своей лучшей подругой, — он почесал подбородок. — Я не жалуюсь, ты лучше, чем какой-нибудь незнакомец, который хочет сделать с ней, бог знает что, тебе я доверяю. Я рад, что это ты, Рейвен. Это просто удивительно, — Беллами снова посмотрел на поле, — Я имею в виду, я помню, как вы играли в парке, прыгая друг на друга. А теперь вы прыгаете друг на друга в другом смысле? — он рассмеялся.       — О, заткнись, Белл! — Кларк бросила в него чипсы, пытаясь сменить тему, которая явно беспокоит Рейвен. — Вперёд «Ковчеговцы»! — она закричала с остальными студентами, когда Октавия попала в ворота.       — ДАА! — Беллами захлопал, а Октавия оставила групповое объятье, чтобы сделать то, что всегда делала после попадания в цель — посвятить гол своим лучшим подругам на трибунах, указывая на них. Но Рейвен даже не взглянула на неё.       Игра возобновилась. Это был тяжёлый и напряжённый матч, но «Ковчеговцы» играли хорошо, а Октавия действительно потрясающий капитан, поддерживающий дух команды во время матча. Кларк бы понравилась игра, если бы не напряжённая Рейвен. Она надеялась что то, что происходит в голове у подруги не слишком тревожно. Блондинка ненавидит, когда Рейвен и Октавия ругаются; последняя большая ссора была в старшей школе, тогда Октавия избегала Рейвен и наоборот. Кларк никогда бы не догадалась, что эти двое занимались сексом на вечеринке у Монти. Откуда бы она узнала? В ту ночь она переспала с Луной. После смерти отца Кларк совершила много необдуманных поступков. Она была на краю пропасти, но девушка, которая уничтожила её сердце, была там, чтобы собрать её по кусочкам и вернуть обратно. Лекса.       Как Кларк могла забыть того, кто заботился о ней в те печальные времена? Лекса была для неё скалой во время дерьмовой бури, которой и была её жизнь, и она не жалела о том, что полюбила её. Независимо от того сколько раз она пыталась забыть Лексу, хорошие моменты всегда возвращались, чтобы напомнить ей о девушке, которой она была.       Свисток судьи и крики болельщиков дали понять, что игра закончилась. Кларк настолько отвлеклась, что едва видела остальную часть игры. «Ковчеговцы» выиграли со счётом — 2:1. ///       Октавия выбежала из раздевалки с мокрыми волосами после душа, и наткнулась на Кларк, которая подпрыгнула от её детского хихиканья.       — Хорошая игра, О, — блондинка обняла подругу и отступила, и тогда Октавия заметила старшего брата.       — Белл! О, чёрт возьми, ты приехал! — она со всей силы обняла брата. Беллами поднял сестрёнку, закружился, и поцеловал в щёку.       — Хорошая игра, Октавия. Приятно видеть твои успехи, — Беллами поставил Октавию на землю, и тогда она заметила Рейвен. Яркая улыбка расцвела на лице, она побежала, чтобы обнять Рейвен, но та не обняла её.       Октавия нахмурилась и сделала шаг назад, держа руку Рейвен:       — Я сильно скучала по тебе.       — Да, ясно. Эм, нога убивает меня, Кларк, я пойду к твоей машине, — Рейвен отстранилась от Октавии и направилась на стоянку.       — Что за…? Рей, подожди! — Октавия не понимала, что случилось с ней и пошла за девушкой.       — Ну, думаю, тебе надо вернуться на работу, Белл, — Кларк убрала руки в карманы.       — Да, Вашингтон ждёт. Рад видеть, что ты успешно приспособилась к колледжу. Позаботься о моей сестрёнке, сестрёнка Кларк, — Беллами подмигнул.       — Будет сделано, Белл. Безопасной дороги домой, — Кларк обняла его и поцеловала в щёку.       — Береги себя, Кларк, и если тебе или О понадобится что-нибудь, не стесняйся обращаться ко мне, хорошо?       — Белл, успокойся, — хихикнула Кларк. — Октавия большая девочка.        Она пошла на стоянку, чтобы встретить подруг и всем вместе пойти в общежитие, так как Рейвен остаётся у них на все выходные. ///       Вернувшись в комнату общежития, Кларк бросила сумку Рейвен на стол и пригласила подругу сесть на диван, а Октавия подошла с вопросительным взглядом.       Кларк открыла холодильник и схватила три бутылки пива. Она раздала всем напитки, не нарушая неловкую и напряженную тишину.       — Итак, как дела? — спросила Кларк, присев напротив Рейвен. Октавия села рядом со своей девушкой, но механик отодвинулась.       — Довольно хорошо. Клиенты стабильны, и деньги хорошие, — Рейвен отпила пиво, всё ещё не обращая внимания на Октавию. — Как-то ночью я разговаривала с Ком..., эээ… Я разговаривала с Монти и Джаспером. Они снова планируют сумасшедшую вечеринку. — Рейвен передумала упоминать Командующую. В ту ночь Лекса была вежливой и полезной, подбросив её до дома. Не то, чтобы она нуждалась в помощи, но Лекса Вудс показала, что у неё нет скрытых мотивов, поэтому она решила дать ей шанс. Кроме того Рейвен не знала, как лучшая подруга отреагирует, если узнает, что она и её бывшая ехали в одной машине, но она не могла сказать «нет» зверю Ford Mustang Shelby GT500. — Это напомнило мне о тех временах, когда мы были вместе, — добавила она.       — Рейвен, что происходит, детка? Почему ты такая? — Октавия приблизилась к ней.       — Серьёзно? Тебе хватило смелости спросить меня, почему я такая? — Рейвен посмотрела на Октавию.       — Поговори со мной, я сделала что-то не так?       — Белл не знал, О! Сколько мы уже встречаемся? И твой брат не знал, что мы пара?!       — Ох, — Октавия почесала голову, а затем взяла руки Рейвен. — Это не касается Белла, я не думала, что это будет иметь значение.       — Он твоя единственная семья, О, я думала, что между нами всё серьёзно! А ты не рассказала своему единственному брату, что мы вместе!       — Конечно, всё серьёзно! Ты моя детка, Рейвен. Я не думала, что это имеет значение. Мне жаль, малышка, и ты же знаешь какой Белл. Я не хотела его волновать, — Октавия сжала щёки Рейвен, и это был знак для Кларк, чтобы уйти.       — Я, ээ, я пойду спать, а вы двое поговорите, хорошо? — блондинка в один глоток допила пиво.       Кларк оставила подруг и вернулась в свою комнату. Она включила лампу на столе и упала на кровать. Глядя на потолок, она думала, почему Октавия не рассказала брату о своих отношениях, но внезапно ход мыслей прервали воспоминания. … «Я буду любить тебя в темноте, Кларк, если ты позволишь мне. Я буду любить и лелеять тебя, потому что весь свет, в котором я нуждаюсь, — это ты».       — Агрх! — она бросила подушку через всю комнату. — Какая чушь!       Кларк подошла к столу и выдвинула стул. Она включила ноутбук и вошла в блог «Между простынями» и попыталась найти интересную тему для чтения, она так же часто заходила в блог, как и преследовала Александрию в Twitter.       Обычно Александрия еженедельно размещала короткие статьи, а потом в журнале более подробно освещала тему. Однако благодаря этим коротким статьям читатели могли напрямую общаться с автором.       Кларк читала, казалось, часами, но на самом деле была на сайте двадцать минут. По какой-то причине стиль письма Александрии захватывал её, так что Кларк чувствовала, будто разговаривает с самим автором, кем бы она не была. Она чувствовала, что Александрия откровенно разговаривает с ней лицом к лицу, не скрываясь и не опасаясь быть пойманной, она чувствовала, словно слова предназначены только для того, чтобы тайно шептать их.       То, что привлекло её внимание было вопросом от поклонника Trikru52, который спросил Александрию о том, насколько она любит эту таинственную личность. «Это вопрос, на который я могу ответить только выдержкой из стихотворения Элизабет Барретт Браунинг, Trikru52. «Люблю тебя любовью без морали, Дышу любя, смеюсь и плачу, — жизнью всей Тебя люблю! И если то угодно будет Богу, Я после смерти полюблю еще сильней. Мне жаль, что я не смела кричать эту правду миру, Trikru52, но иногда вам приходится выбирать здравый смысл, а не сердце».       Красивые слова, Кларк почувствовала комок в горле. Как было бы замечательно так любить. Если бы Лекса любила её, как Александрия любит этого человека, если этот человек вообще существует. Кларк всё ещё думала, что вся эта «любовь» маркетинговый ход для продажи «Polis Mag», который хорошо сработал на фанатах, влюблённых в Александрию. Легионы фанатов заявили о своей любви онлайн, рассказывая ей, как сильно они влюблены в неё, все кроме Кларк. Она была врагом номер один для Александрии, называя все статьи ерундой. В глубине души Кларк знала, что настоящая причина, по которой она набрасывалась на автора, заключалась в том, что эти слова затрагивали её и заставляли чувствовать то, что она хотела забыть. Это напоминало ей о Лексе.       В глубинах её подсознания всегда было — что если:       Что если Лекса не выбрала бы свои мечты?       Что если Лекса выбрала бы её любовь?       Возможно, для них всё сложилось немного по-другому.       Кларк собиралась написать ответ, когда услышала приглушённые стоны по другую сторону двери.       — Вот дерьмо. Вы, блядь, издеваетесь надо мной? Секс? — Кларк перестала делать то что делала, чтобы убедиться что она не ослышалась.       — О, БЛЯДЬ, Рейвен!       — Нет, не ослышалась, — Кларк вздохнула.       Блондинка быстро взяла телефон, сунула в задний карман джинсов и покинула общежитие, решив, что лучше дать необходимую конфиденциальность разгорячённым подругам.       Секс. Мысли о нём вызывали внутреннее сожаление внутри студентки, потому что нет, ни единого шанса заняться им с Лексой.       Ссоры, возникшие во время коротких, но интенсивных отношений между ней и Лексой, никогда не были серьёзными, брюнетка всегда была достаточно зрелой, чтобы не идти на поводу у детских насмешек Кларк. И всё же девушка не могла перестать думать о том, какой бы удивительный секс был с предателем. Потому что, если и есть что-то, что Кларк никогда не сможет отрицать, то это, то, что секс с Лексой Вудс потрясающий. Даже за пределами её розовых фантазий.       Номер один в списке её бывших любовников. В этом нет сомнений.       Лекса была самой нежной любовницей. Как бы не сердилась и не злилась, она всегда нежно и мягко относилась к Кларк, это заставляло сердце кричать о любви. Командующая, как все называли её в школе, ничем не отличалась от девушки за фасадом.       Спустя какое-то время Кларк решила сесть на одну из скамеек под большими деревьями, посреди парка за пределами общежития. Она достала телефон и зашла в ленту. @ Princess69: @AlexandriaBTS этот человек, о котором вы говорите, что любите, реален? Я не могу поверить, что такая любовь существует. Я думала так когда-то, но меня обманули. @ Princess69: @AlexandriaBTS могу поспорить на бутылку вина, что вы ещё один лжец.       Кларк отправила твиты, воткнула наушники и прислушалась к музыке, пытаясь найти вдохновение. В конце концов, у неё полная выставка через пару недель в TonDC.       Через две минуты она получила уведомление из Twitter. @AlexandriaBTS: @ Princess69 Отправь её в Polis Magazine, 12й этаж отдел «Между простынями» :) — А       Кларк взорвалась от смеха. Если бы кто-то проходил мимо и увидел её, то решил бы, что она сумасшедшая. Улыбаясь, она набрала ответ; возможно, они не будут онлайн-врагами. @ Princess69: @AlexandriaBTS кто-то нахальный, да? Если это правда, то какому-то счастливому ублюдку повезло с идеальной женщиной. @AlexandriaBTS: @ Princess69 не думаю, что слово «повезло», подходит. Я надеюсь, что, по крайней мере, он счастлив. Я желаю, чтобы любовь была легче, и я могла кричать о ней при свете. — А (1) @AlexandriaBTS: @ Princess69 это не так, думаю, ты можешь рассказать мне об этом. — А (2)        — Да, я знаю.       Кларк убрала телефон в джинсы, надеясь, что когда-нибудь она, наконец, сможет освободиться от этой боли, боли её предательства.       На данный момент всё, что у неё есть — это искусство, оно помогает ей.       День за днём в мастерской Кларк концентрировалась на картинах. Недели пролетали как ветер. Нынешняя рутина: занятия, учёба, выполнение небольших проектов, помогала ей не думать о Лексе, по крайней мере, в течение дня.       Живопись всегда помогала студентке искусства. Тот факт, что Кларк могла рисовать часами, позволяло художнице похоронить боль в цветах и формах. Оставить предательство в прошлом и видеть красоту даже в самые тёмные моменты жизни.       Октавия и Рейвен вернулись к хорошим отношениям после разговора. И они планировали снова встретиться, когда Кларк вернётся в TonDC на выставку вместе с учениками мисс Грин на предстоящей неделе. ///       Когда открылась дверь мастерской, она уже закончила восьмую картину.       — Войдите! — Кларк подошла к телефону, подключенному к колонкам, и убавила громкость. Она подумала, что, возможно, это мисс Ниа Куинн, которая брала у неё интервью, и они договорились встретиться снова. Однако, в мастерскую вошла улыбающаяся Костия.       — Я пришла проверить тебя и вижу, что ты хорошо справляешься, Кларк, — Костия подошла к холсту, вглядываясь в детали.        — Да, всё было немного сумасшедшим, но мне действительно нравится всё это давление.       Костия нахмурилась и сделала шаг назад от холста. Она подняла руку и кончиками пальцев проследила рисунок Кларк.       — Подожди минуту.       Кларк сглотнула и глубоко вздохнула; стало очевидно, что мисс Грин поняла главную тему выставки.       Костия выгнула брови и посмотрела на Кларк, не спрашивая объяснений, но пытаясь понять — почему.       — Я этого не ожидала, — Костия сделала шаг назад и взяла табуретку, приглашая Кларк.       Блондинка подвинула табурет и села рядом с человеком, который стал хорошим другом и наставником.       — Да, и я. Просто так получилось. Похоже на то, что это проклятое изображение застряло у меня в голове, и я выплеснула его.       — Я не критикую, Кларк. Я вижу образец и то, что ты хочешь передать. Всё сделано мастерски. Цвета на твоих первых работах были тёмными, потерянными в шторме черноты, но потихоньку ты стала использовать яркие цвета.       — Верно, это как сбросить завесу и увидеть истину. Она бросила меня! — выплюнула Кларк. Она не хотела звучать грубо, тем более перед Костией, которая стала другом. Но, да, хорошо, теперь ясно, что вдохновением стала девушка, разбившая твоё сердце. Конечно, Костия узнала дизайн, она видела татуировки на теле Лексы, прикасалась к ним.       Это активировало режим ревности, что глупо, поскольку Лекса бросила их обеих. Тем не менее, обмен общими знаниями с Костией немного рассердил её. Она задала себе вопрос: боготворила ли Костия эти татуировки, так же, как и она. Кларк любила прослеживать кончиками пальцев каждую линию, каждый узор чёрных чернил, почти благоговейно.       Костия взяла её за руку и нежно улыбнулась. Девушка полна доброты, любви и заботы. Кларк должна признать, что в прошлом ей было страшно быть между ней и Лексой. Не то, чтобы она сделала это нарочно; она была просто влюблённой девушкой. Тем не менее, Костия не заслужила той боли, виной которой была она, и в конце концов это того не стоило.       — Кларк, я сказала, что не буду судить. Ты использовала собственный опыт, чтобы оживить эту удивительную коллекцию, и могу заверить, она откроет перед тобой двери. Я знаю, что тебе больно, но… — Костия прикусила язык, осторожно подбирая слова. Она знала, как Лекса любит Кларк, и она ясно видела, что Кларк любит Лексу, но она не может говорить об этом. Это не её дело. — Не наказывай себя, за любовь к ней.       — Как ты забыла её, Костия? Если это уместный вопрос, — Кларк отпустила тёплую руку и встала, чтобы промыть кисти.       Костия тоже встала, подошла к двери, повернулась к Кларк и улыбнулась.       — Я не забыла. И думаю, что никогда не перестану заботиться о ней, — она слегка улыбнулась. — Береги себя, Кларк, — и исчезла из мастерской.       Кларк стояла посреди мастерской с раскрытым ртом.        — Святое дерьмо, она всё ещё любит её.