Хранители (бывш. "Тварь и сволочь")

      Дамблдор долго пытался найти безопасный способ связаться с Сириусом Блэком, но в конце концов просто решил отправить тому говорящий Патронус. А меж тем директор продолжил готовиться к суду. И дело это не было легким. Многие судьи плохо шли на контакт, не понимая, зачем ворошить дела давно минувших дней. И Альбус не сомневался, что на них уже успел поднадавить Фадж, которому ощутимую финансовую поддержку оказывал Люциус Малфой: тому тоже не был выгоден пересмотр дела Блэка. И если Корнелиус боялся за свою репутацию и кресло министра, то Люциус опасался того, что прямой и последний представитель тёмной семьи мог выдвинуть претензии на состояние Блэков, которое Малфой уже считал своим.       Но всё же дела шли не так уж и плохо. Дамблдор был в хороших отношениях с Амелией Боунс, главой Департамента Магического Правопорядка, и Элфиасом Дожем, специальным консультантом. Первая славилась своей неподкупностью, да и особой любовью не пылала к Фаджу. А второй был принципиален и крайне негативно относился к трусам, которым, по его мнению, было не место в политике.       Суд должен был состояться в последнее воскресенье апреля в десять часов утра. Но уже к девяти Везенгамот собрался в зале в полном составе. Прибыли журналисты, которые засыпали судей огромным количеством вопросов. Кто-то отвечал неохотно, а кто-то чуть ли не соловьем заливался.       Вскоре явились четверо свидетелей. Северус Снегг выглядел мрачным и недовольным. Люпин был напряжен и сосредоточен. Андромеда была спокойна. Нарцисса была, как всегда, холодна и безупречна. Но рядом с ней Гарри, на присутствии котором настоял Элфиас Дож, чувствовал себя намного спокойнее. — Успокойся, всё будет хорошо, — тихо проговорила Цисси, которая знала, что за маской спокойного равнодушия скрываются прямо противоположные эмоции. — Мне директор, которому удалось переговорить с Блэком, вчера сказал, что Сириус Блэк является моим крёстным отцом, — Поттер не смог скрыть нервозность в голосе. Миссис Малфой на миг нахмурилась: этого она не знала. — Это даже хорошо, — через минуту размышления ответила она, игнорируя пристальный взгляд мужа. — Ты являешься еще одним доказательством того, что Сириус никого не предавал. — Я не понимаю… — откровенно растерялся парень. — Давай займем места, и я тебя всё объясню…       Места для свидетелей находились на втором ряду. Коротко поприветствовав всех, они заняли два оставшихся свободных места. До заседания оставалось чуть менее получаса, но Нарцисса успела рассказать, чем отличается крёстный-маггл от крёстного-волшебника. Гарри информацию к сведению принял. И не успел он поблагодарить женщину, как раздался голос Верховного Чародея. Суд начался…       Ввели подсудимого, которого грубо толкнули в кресло и приковали кандалами. Гарри смотрел на изнеможденного мужчину в лохмотьях и не мог понять, что чувствует по отношению к нему. Но эти чувства точно не были отрицательными. Он ощущал, что этот человек никогда не причинит ему вреда, по крайней мере, осознанно. А интуиции Поттер привык доверять с ранних лет. — Вы Сириус Орион Блэк…       Самые стандартные вопросы. И, естественно, такие же ответы. Секретарь строчил со страшной скоростью. Перья журналистов буквально порхали над пергаментами и блокнотами. Слышались щелчки колдокамер. Судьи наблюдали пока за перекрестным допросом главы Демортамента Магического Правопорядка и Верховного Чародея. — Для дачи показаний вызывается мистер Снегг…       Начался допрос свидетелей. После Снегга настала очередь Римуса, а затем и Андромеды. Каждому из них задавали похожие вопросы. Дошла очередь до Нарциссы Малфой, которая с достоинством игнорировала презрительно холодный взгляд мужа и начавшиеся перешептывания, которые, впрочем, скоро стихли.       Нарцисса холодно и безразлично отвечала на вопросы, косо поглядывая на Блэка, который с трудом скрывал свое удивление. — Вы можете занять своё место, — проговорила Боунс. Нарцисса села. — Дайте подсудимому Сыворотку Правду…       Сириус безропотно выпил зелье. — Кем вы приходились Джеймсу и Лили Поттерам? — вступил в допрос Фадж. — Лучшим другом, — безэмоционально ответил Блэк. — Кем вы приходитесь Гарри Джеймсу Поттеру? — допытывался министр. — Магическим отцом, — последовал лаконичный ответ. Фадж побледнел. Все зашушукались. Секретарь призвал все к тишине. — Вы были Хранителем Тайны Федилиуса? — продолжал упорствовать Корнелиус. — Нет, — всего одно слово. И такая реакция! — Кто был Хранителем? — Питер Петтигрю…       В зале поднялся гвалт. Дамблдору пришлось применить Сонорус, чтобы всех призвать к порядку. — Кто за то, чтобы…       Все начали медленно покидать зал суда. Сириус стоял среди движущийся толпы и потирал запястья. Мимо него гордо прошествовал Снегг, кинув на него презрительный взгляд. Люпин бросил на друга виноватый взор и поспешил уйти. Андромеда только печально улыбнулась и тоже быстро покинула зал суда. — Сириус, — Нарцисса порывисто обняла кузена, тем самым удивив его, — прости меня за всё. — Что с тобой, Цисси? — хриплым недоуменный голосом спросил мужчина. Свою кузину он запомнил совершенно другой. — Со мной всё хорошо, — на ее губах мелькнула едва заметная улыбка. — Я хочу тебя кое с кем познакомить. Это Гарри Поттер…       Только сейчас Блэк заметил довольно рослого черноволосого парня с яркими зелеными глазами в темно-зеленой, почти черной мантии. — Гарри, — прошептал мужчина, с трудом сдерживая слезы. — Приятно познакомиться с вами, мистер Блэк, — вежливо проговорил Поттер и протянул руку, которую Блэк пожал.       Сириус с жадностью вглядывался в крестника. Он запомнил его малышом, а перед ним стоял высокий вежливый подросток, у которого было крепкое рукопожатие. — Нам пора, — проговорил подошедший Дамблдор, положив ладонь на плечо Сириуса. Блэк кинул прощальный взгляд на крестника и последовал за директором. Гарри же медленно двинулся вслед за миссис Малфой…