Хранители (бывш. "Тварь и сволочь")

      Наступило двадцать четвертое ноября. Этот день выдался на удивление ясным: впервые за несколько недель солнце озарило небосвод. Утром не смолкали возбужденные разговоры студентов, которые с трудом дожидались окончание завтрака. Но вот пришло время идти на трибуны…       Хранители не разделяли всеобщего энтузиазма. Они выглядели напряжёнными и обеспокоенно поглядывали на Гарри, который выглядел неестественно спокойным. Поттер же не спал большую часть ночи, борясь со страхом. И сейчас эта борьба продолжалась. Пока победу в сражениях одерживал страх…       Погода будто насмехалась над Поттером. Идя в сторону палатки для чемпионов, он с трудом подавлял желание удрать куда подальше. В этом нелегком деле ему помогало присутствие крестного. Но вот они вошли в палатку, где были уже все, кроме Дамблдора. Но вскоре подошёл и он. — Приступим, — радостно проговорил Бэгмен, протягивая мешочек. Гарри отметил, что Крам и Делакур странно посмотрели на эту вещицу в руках мужчины. Они выглядели так, будто знают, что там. А это значит, что его и Рона подозрения были не беспочвенны. — Мисс, — проговорил он. Бледная француженка засунула руку в мешок и достала от туда дракона с номером два. — Шведский тупорылый. Мистер Крам, — болгарин выудил из мешка Китайского огненного шара с номером один. — Мистер Поттер, прошу, — он протянул мешок последнему чемпиону. Тот послушно сделал то, что от него требовалось. — Венгерская хвосторога. — Ваша задача заключается в том, чтобы обойти дракона и завладеть золотым яйцом, — спокойно объяснил суть задания Крауч.       Скоозь тонкие стенки палатки доносились вопли и комментарии Бэгмена. Но Гарри было всё равно. К нему вернулась способность рационально мыслить, и потому когтевранец мог спокойно и трезво оценить ситуацию. Во-первых, ему повезло, что он является последним. Это даёт ему возможность успокоиться и хоть как-то продумать свои действия. Во-вторых, у него есть возможность вспомнить всё то, что может помочь избежать огня «милой зверушки»… — А теперь настала очередь самого юного чемпиона… — слышался рев комментатора, которым был Бэгмен. Остальные его слова потонули в крике зрителей. Гарри же покинул палатку.       Первое, что бросилось в глаза когтевранца, это огромное количество камней и сверепый дракон, который не сводил пристально взгляда с человека. Впрочем, не только опасное животное, но и трибуны наблюдали за его действиями. Поттер же равнодушно огляделся по сторонам и направился к кладке с яйцами. Дракон, сраженный подобной человеческой наглостью, издал громогласный рык и выплюнул толстую струю пламени. Все ахнули. Гарри же, глядя на стремительно приближающееся пламя, начертил палочкой цепочку рун, которая отразила огонь и тут же разрушилась. Полетела ещё одна струя пламени. Поттер применил те же руны, но чуть усилия их. Это дало возможность ему увеличить несколько ближайших камней, которые и стали его защитой от огня. В конце концов, он трансфигурировал ближайший камень в овцу. Хвосторога тут же переключила свое внимание на потенциальный обед, а Гарри, выстроив очередную защиту из рун, получил возможность забрать Золотое яйцо.       Мадам Помфри суетилась около Делакур и Крама, которые несильно, но пострадали. Рядом с ними находились директора их школ. Стоило войти в палатку Поттеру, как внимание переключилось на него. — Мистер Поттер, — строго проговорила мадам Помфри, указывая на больничную кушетку, — сядьте. Я вас осмотрю.       Когтевранец закатил глаза, но сел. Целительница применила к нему несколько диагностируют их заклинаний и проворчала. — Хоть кто-то не пострадал.       Тут в палатку вошёл Крауч, Бэгмен, Дамблдор и Блэк. Они о чём-то спорили, но при виде остальных, тут же замолчали. Следом за ними зашла Рита Скитер в отвратительно зелёной мантии. Она хищно поглядела на участников, задержав внимание на Гарри. — Поздравляем вас, — степенно проговорил Крауч и сразу перешёл к делу. — Теперь, что касается второго испытания, которое состоится двадцать четвертого февраля. Что будет в этот день, вы поймёте, разгадав то, что скрывает Золотое яйцо.       Поттер вышел на улицу, где его ждали друзья и миссис Малфой, в сопровождении задумчивого Сириуса и спокойного Дамблдора. Луна и Джинни тут же крепко обняли Поттера. Парни же решили воздержаться от столь бурных проявлений чувств. — Мы чуть сознания не лишились, когда увидели, как ты идешь к кладке и не думаешь уклоняться от огня, — обвиняющие проговорил Финч-Флетчли. — Да все трибуны чуть не отправились к праотцам, — фыркнул Блэк. — Гарри, что это вообще было?! — воскликнул он. — Ты чуть до инфаркта нас не довел! — И как ты додумался до этого?! — свернулся Драко. — Использовать руны! Эти руны! — Кстати, а что это были за руны? — подозрительно спросил Сириус. Хранители переглянулись, а Дамблдор поспешил уйти…