Хранители (бывш. "Тварь и сволочь")

      Снегг сидел в своем кабинете и смотрел на огонь. За внешним спокойствием скрывалась буря эмоций. Он никак не мог отойти от того, что произошло на первом испытании. Пойти прямо к кладке дракона! С ума сойти! Но Поттер пошел. Причем пошел с таким выражением лица, с каким обычно отвечает на его уроках. Тихо выругавшись, мужчина осушил очередную склянку с зельем, которое впрочем не очень помогало. И эти странные руны… У мужчины было такое ощущение, что он где-то их уже видел. Но где? Отчетливо скрипнув зубами, он нехотя поднялся со своего кресла и направился в сторону камина…       Сириус и Нарцисса сидели в кабинете Люциуса Малфоя, который задумчиво постукивал пальцами по столешнице, обдумывая то, что увидел в Омуте Памяти несколькими минутами ранее. — Эти руны я видел в исполнении Дамблдора много лет назад, — прервал молчание Блэк. — Он с помощью них отражал Адское пламя. — Но откуда их знает Гарри? — недоуменно спросила миссис Малфой. — Сдается мне, что их не только Гарри знает, — фыркнул Блэк. — То есть? — Люциус приподнял брови, тем самым выражая свое недоумение. — Мне кажется, что эти руны знает вся шестерка, — пояснил Сириус. — От Дамблдора.       Малфои уже хотели начать расспросы, как в камине вспыхнуло зеленое пламя, и появился мрачный зельевар. Снегг отряхнул залу и удивленно оглядел собравшихся. — Привет, Нюниус! — Блэк отсалютовал гостю бокалом с огневиски. — Блэк, — прошипел декан Слизерина, пытаясь понять, что бывший узник делает, — ты чего тут делаешь? — Северус, успокойся! — прикрикнула на мужчину Нарцисса. — Это нам надо спрашивать, что ты тут делаешь.       Снегг пораженно уставился на миссис Малфой: обычно она была более гостеприимна по отношению к нему. — Мне надо поговорить с Люциусом, — справившись с собой, проговорил зельевар. — А это не может подождать до завтра? — сухо спросил Малфой. Снегг с трудом подавил раздражение и направился к камину…       На следующие утро все только и говорили о первом испытании, которое прошло накануне. Все обсуждали, что Крам и Поттер умудрились поделить первое место, получив от судей по сорок баллов. Их имена были на первой полосе «Ежедневного пророка», «Новостей волшебного мира» и других различных изданий. Имя же Делакур было упомянуто лишь вскользь в «Пророке».       К Поттеру и Краму теперь постоянно подходили студенты, выражая восторг, поздравляя и интересуясь их отношением к выставленным оценкам судей. Бедные парни начали ходить с оглядкой. Впрочем, Гарри было несколько проще: ему помогали друзья избегать назойливого внимания, да и потайные ходы Хогвартса он очень хорошо знал.       В последний день ноября ученикам на первых уроках сообщили о том, что в ночь с двадцать четвертого на двадцать пятое декабря состоится Святочный бал. Эта новость обрадовала всех, начиная с четверокурсников. Впрочем, и ребята помладше были воодушевлены, так как их могли попасть на мероприятие в качестве чей-то пары… — Джинни, ты хочешь пойти на бал? — за обедом спросил Рон. Та только пожала плечами. — Если Луна пойдет, то и я пойду, — пожала она плечами. — Тогда в чём проблема? Я могу Луну пригласить, — пожал плечами Малфой. — А меня спросить не надо? — возмутилась когтевранка. Драко красноречиво на неё посмотрел на нее, и та фыркнула. — Ладно, без претензий. — А ты какого хочешь пригласить? — обратился Рон к Джастину. — Сьюзен Боунс, — пожал плечами пуффендуец. — Гарри? — девушки с любопытством посмотрели на Поттера. — Без понятия, — пожал он плечами. — Я бы на твоем месте поторопился, — посоветовал другу Малфой. — А то отбоя не будет от девушек. А так ты их хоть чуть присмиришь.       Когтевранец задумчиво кивнул.