Допрос и важное решение
23 февраля 2018 г., 21:04
Мадам Помфри отпустила Гарри из лазарета утром, предварительно накормив его плотным завтраком. Поттер с радостью покинул владения целительницы и отправился в Большой зал, где в самом разгаре была трапеза. Но стоило ему войти в помещение, как все разговоры стихли, и студенты с любопытством посмотрели на него. Гарри на миг почувствовал себя декоративной собачкой на выставке.
Первой к нему подлетела Элен и стала покрывать его лицо поцелуями. Затем друзья чуть не задушили его в своих объятиях. Но удивился когтевранец тогда, когда к нему подошел Крам и вполне искренне поздравил с победой. Они даже пожали друг другу руки.
Наконец заняв места за столом Когтеврана, Гарри почувствовал облегчение.
— Расскажешь, что произошло? — тихо спросил Драко.
— Всё потом, — покачал головой Гарри.
— О чём вы? — встрепенулась Лероа.
— Ни о чём, Элен, — мягко проговорил Поттер. Девушка нахмурилась, но расспрашивать не стала. Она вчера чуть не лишилась чувств, когда увидела еле оседающего на землю Поттера с кубком в руках.
— Мистер Поттер, — внезапно раздался за спиной голос Флитвика, — пройдите, пожалуйста, в кабинет директора.
Гарри вошел в кабинет директора, где уже были Малфои, Блэк, МакГонагалл, Снегг, Грюм и мадам Боунс, которая не без удивления оглядывала ранее перечисленных.
— Присаживайся, Гарри, — Дамблдор указал на кресло. Когтевранец занял предложенное место. — А теперь расскажи, что случилось после того, как ты взял кубок.
— Портал перенес меня на кладбище, — медленно проговорил он. — Я плохо разглядел это место, так как мне было главное взять кубок, который умудрился отлететь на несколько шагов. А потом… Потом мне в спину прилетело заклятие. Я удивился: ведь там никого никого не было. Стоял только огромный котел с каким-то зельем. И всё.
— Значит, когда вы перенеслись на кладбище, то там никого не было? — переспросила мадам Боунс делая пометки на пергаменте. Гарри кивнул. — Что-нибудь отличало котел от других котлов? Помимо размера конечно.
— Я не приглядывался, — несколько раздраженно ответил когтевранец. — Мне тогда важен был только кубок.
— Хорошо, — кивнула женщина. — Что было дальше? После того, как вы попали под заклинание.
— Я потерял сознание. Очнулся привязанным к надгробной плите. Ко мне по приказу какого-то человека подошел Питер Петтигрю и взял у меня кровь, — Гарри продемонстрировал порез. Мадам Боунс сделала очередную пометку в пергаменте. — Затем он добавил мою кровь в котел. Что дальше он делал, я не видел, так как мне удалось добраться до палочки, с помощью которой заглушил свои шаги и призвал свой кубок.
— И всё?
— Я услышал, перед тем как перенестись на поле для квиддича, гневный вопль. И ещё… Этот человек, не Петтигрю, сказал, что ждал этого момента тринадцать лет.
— Этим человеком был Воландеморт, — проговорил Люциус.
— Почему вы так уверены мистер Малфой? — повернулась к мужчина Амелия.
— Он призвал нас. И я не мог проигнорировать зов метки, так как тогда бы моя семья оказалась под ударом.
— Это действительно так, — кивнул Снегг. — Он действительно призывал. Только я не мог покинуть Хогвартс у всех на виду.
— Мистер Малфой, кто был там ещё?
— Все, кроме Каркарова, Снегга и тех, кто умер или находится в Азкабане, — пожал плечами мужчина.
— Хорошо, — кивнула Боунс и сделала очередную пометку. — Что-нибудь ещё?
— Он говорил о том, что в Хогвартс регулярно наведывается один из самых его верных сторонников, — проговорил Люциус. Это всех озадачило.
— А он называл его имя? — вкрадчиво спросила Амелия.
— Нет, — покачал головой Малфой. — Самые верные сидят сейчас в Азкабане.
Мадам Боунс нахмурилась. Не нравилось ей всё это.
Гарри друзьям подробно пересказал разговор в кабинете директора при первой же возможности. Хранители, внимательно его выслушав, нахмурились: подобное развитие событий им не нравилось.
— А что Фадж? — осторожно спросила Джинни.
— Вчера, когда я ему рассказал про кладбище, он явно мне не поверил. Поэтому об остальном я не стал ему говорить, — ответил Поттер.
— Может, это и к лучшему, — вздохнул Рон. — По словам отца, он из тех, кто держится за своё кресло любым способом. А возрождение Воландеморта ему не на руку.
— По крайней мере, мадам Боунс поверила, — вздохнула Лавгуд. — А это хорошо.
— Кстати, Драко, чуть не забыл, — встрепенулся Поттер. — У Дамблдора был твой отец. И он, можно сказать, дал показания мадам Боунс.
— Ты серьезно? — удивился Драко, а затем махнул рукой. — Хотя в последнее время он всё равно какой-то странный. Сам на себя не похож.
Остальные только переглянулись.
Приближался конец учебного года. Студенты сдавали последние экзамены, а Гарри, который был от них освобожден, либо отсыпался, либо гулял.
Парень так же размышлял о том, что будет с ним и Элен. Он любил Лероа. С одной стороны, любимых не отпускают, а с другой — лучше отпустить, чем причинять боль друг другу.
Элен тоже было нелегко. Девушка любила Гарри. Она знала, что несмотря на любовь, их отношения рано или поздно зайдут в тупик. И в данном случае лучше рано, чем поздно.
Была ночь. Тусклая луна освещала тёмно-синий небосвод. В замке царила оглушающая тишина. В пустом класса было довольно светло из-за зажженных факелов. На парте сидел черноволосый подросток в простой белой футболке, джинсах и кедах. Он неотрывно смотрел в окно и не заметил, как к нему со спины подошла девушка с длинными густыми каштановыми волосами в небесно-голубой мантии.
— О чём ты хотел поговорить? — тихо спросила Лероа.
— Я хотел поговорить о нас с тобой, — он спрыгнул с парты и развернулся. Обогнув предмет мебели, парень вплотную подошел к девушке. — Ты завтра, вернее уже сегодня, уезжаешь, и… Элен, нам надо расстаться, — проговорил Гарри на одном дыхании. Девушка на миг зажмурила глаза.
— Я знала, что один из нас произнесет эту фразу, — горько усмехнулась она. — И это сделал ты, — она провела ладонью по его щеке. — Нам действительно лучше расстаться.
Гарри внимательно на неё посмотрел и произнес ей на ухо.
— Нам действительно лучше расстаться, — прошептал он её же слова и добавил. — Но у нас ещё есть почти целая ночь. Так давай её проведем её вместе?
— Давай.
