Хранители (бывш. "Тварь и сволочь")

      Мадам Боунс устало потерла глаза и отложила пергамент. В последнее время она совершенно не понимала происходящее, которое становилось всё страннее и страннее. Всё началось с дела Блэка и исчезновения Петтигрю, который более десятилетия числился мертвым, а продолжилось смертью маггла с Бертой, Чемпионатом Мира и избранием мистера Поттера третьим чемпионом. Затем кладбище и возрождение Воландеморта. А вот теперь ещё и это. На севере Шотландии было найдено тело Барти Крауча. И умер он насильственной смертью ещё до третьего испытания. — Что происходит? — прошептала она. Но тут от размышлений ее отвлекло появление Кингсли Бруствера, который степенно вышел из камина. Это был высокий чернокожий волшебник с серьгой в ухе. Он всегда говорил спокойным густым басом. — Крауча подвергали заклятию подчинения, а перед смертью пытали несколько недель. Умер он от обычной Авады Кедавры, — доложил мужчина. — И мадам Боунс, ещё кое-что удалось выяснить. И это… — Что это? — нетерпеливо спросила Амелия. — С Крауча были обрезаны ногти и волосы. И умер он тогда, когда в газетах впервые напечатали о его выздоровлении.       Мадам Боунс нахмурились: дело принимало всё новые и новые обороты. — Знаешь, похоже без помощи Дамблдора нам всё-таки не обойтись. — Но зачем его просить о помощи? — недоуменно спросил мракоборец. — Он поддерживает связь с некогда вернейшим сторонниками Воландеморта. Так же Дамблдор намекнул, что может устроить встречу с теми, кто в курсе всего, что происходит в Хогвартсе и на его территории. — Всё интереснее и интереснее, — проворчал Кингсли. — Но можно ли доверять этим Пожирателям? — Думаю, что да. Один хочет сохранить свою семью, а другой желает искупить вину. Это не мои слова, а Дамблдора, — спокойно ответила она. — Но мы отвлеклись. По Крауч что-нибудь ещё есть? — Нет, — покачал головой Бруствер.       Амелия с интересом рассматривала обстановку гостиной мрачного особняка Блэков. Дамблдор молча изучал лепнины под потолком. А Сириус ушёл воспитывать своенравного домовика. — Совсем от рук отбился, — проворчал вошедший хозяин дома, ливетируя перед собой заставленный поднос. Аккуратно поставив ношу на столик, он сел в кресло. — Так о чём вы хотели поговорить, мадам Боунс? — Я хотела поговорить о Крауче, — ответила она, принимая из рук Блэка чашку с чаем. — А что с ним? — встрепенулся директор.       Амелия в подробностях рассказала о смерти чиновника и о том, что удалось установить. Поведала она и том, что министр запретил освещать это дело прессе из-за того, что данное событие слишком странное и может навести граждан не на те мысли. — Интересно, — задумчиво протянул Блэк. — Родственников у Крауча нет. Жена и сын давно умерли. Причем последний скончался в тюрьме. Кстати, а вы в курсе, что Крауч и жена как-то навещали Барти-младшего? И после этого он вскоре умер. — Откуда вы это знаете? — спросила удивленная Амелия. — Нас держали на одном уровне. Дементоры влияют на психику, и человек иногда сам не понимает, что начинает говорить. Да и охранники, когда сопровождали того в специальную комнату, обсуждали приход Кручей-старших. — Как вы это запомнили? — недоумевала женщина. — Просто это выбивалось из общепринятым моих однообразных будней, — пожал плечами Сириус, не вдаваясь в подробности. — Открывается всё больше интересного и непонятного, — вздохнула женщина. — И как нам искать убийцу? — Думаю, начать стоит с самого начала, — проговорил Дамблдор. — С первых смертей. И ещё… Мне передали воспоминания, которые могут помочь вам в вашем деле, — Дамблдор достал из кармана несколько стеклянным сосудов с серебристой жидкостью. — Спасибо. Мы с Кингсли посмотрим их в министерстве. Четыре глаза лучше, чем два.       Мадам Боунс и Кингсли сидели в кабинете первой и пытались осмыслить всё то, что увидели в Омуте памяти. Они не знали, что их поразило больше: собрание Пожирателей на кладбище, змеелиций Воландеморт с его настоящем именем. — Так… — женщина тряхнула головой, сгоняя наваждение. — Во-первых, надо узнать, где захоронен этот Реддл. Во-вторых, разузнай всё, что можно о Фрэнке Брайсе, так как, насколько я помню, тогда установили только причину его смерти и происхождение. — Хорошо, — кивнул мракоборец. — Мне стоит лично посетить Литтл-Хэнглтон или послать кого-то из ребят? — Посети сам и возьми какого-нибудь надежного в помощь, — проговорила Амелия о чём-то сосредоточенно размышляя. — Нам надо найти между всеми известными событиями связь. Что-то мне подсказывает, что смерть Крауча является только верхушкой айсберга.       Они, темнокожий мужчина и девушка с розовыми волосами, появились внезапно, будто материализовались из воздуха. Они огляделись: среди холмом, на одном из которых и находились волшебники, располагалась невзрачная деревушка. — А где были найдены тела? — полюбопытствовала Нимфадора Тонкс у старшего коллеги. — В том доме, — он махнул рукой в сторону другого холма. — Сразу предупрежу, что опрос жителей деревни не проводился. — Почему? — удивилась она. — Министр не позволил, — несколько недовольно проговорил Бруствер. Он не любил, когда в работу мракоборца вмешивались те люди, которые ничего не смыслили в их деле. — И мадам Боунс тогда ничего не смогла поделать. Зато сейчас у неё развязаны руки, так как Фадж занят какими-то своими делами.       Они медленно спустились с холма. Деревушка представляла собой жалкое зрелище: унылые двухэтажные дома, некоторые из которых покосились от времени, единственная мощеная улочка… Изредка мимо них проходили местные жители, которые любопытством и опасением глядели на незнакомцев. — Висельник, — прочитала вывеску на ближайшем здании девушка. — Зайдем?       Мужчина только пожал плечами. — Давай.       В трактире было очень сильно накурено, несмотря на то, что народу было мало. Двое магов бегло осмотрели помещение, и не обнаружев ничего подозрительного, направились к барной стояке, за которой стояла пухлая приземистая женщина неопределенного возраста в махровом клетчатом жилете. — Чего заказывать будите? — неприветливо спросила она. — Две чашки чая, пожалуйста, — переглянувшись с напарницей, проговорил Кингсли. Женщина кивнула. Поставила перед ними две сероватые чашки и плеснула туда мутную жидкость, которая судя по всему и была чаем. — Скажите, вы знали Фрэнка Брайса? — спросила Нимфадора, подозрительно смотря на напиток. Женщина внимательно оглядела его. — А ты чего интересуешься? — подозрительно спросила она. — Мой дядя был дружен с ним во время войны, — на ходу сочинила девушка. — К сожалению, он умер, как и все мои родственники. А Фрэнк единственный, кто остался… — Помер Фрэнк в том году, — прервала ее трактирщица. — Об этом вся деревня судачила. Его и какую-то незнакомую бабу в доме Реддлов обнаружили. — Реддлов? — переспросил Бруствер. — Реддлов, Реддлов, — закивала женщина. — Фрэнк у них садовником давно был. Ещё до войны. Реддлы-то, кстати, не менее странной смертью-то умерли, — охотно рассказывала трактирщица. — Брайса даже подозревали в их убийстве, но отпустили. Доказательств-то не было. — А где похоронен Фрэнк, — осторожно спросила девушка. — Фрэнк-то? — подобный вопрос, казалось, удивил говорившую. — Там же и похоронен, где и Реддлы. На местном кладбище…       Бруствер и Тонкс ещё чуть-чуть посидели в трактире, обдумывая полученную информацию, и вышли на улицу. С удовольствием глотнув свежего воздуха, они направились на поиски кладбища, которое, впрочем, довольно быстро обнаружилось. Оно располагалось на отшибе деревни.       Бродить между могильных плит оказалось малоприятным занятием. Это и озвучила недовольная Тонкс, которой находиться в этом месте было жутковато. — Вот, — куда-то в сторону указал рукой Кингсли. — Это место из воспоминаний. — Да, вон памятник Реддлам, — согласилась девушка, разглядев имя на одном из надгробий.       Они несколько раз применили заклинания, которые доказали, что в этом месте относительно недавно собирались волшебники и проводился какой-то ритуал. — Могилу Тома Реддла явно вскрывали, — тихо проговорил Кингсли. — Из гроба достали какую-то часть останков…       Нимфадора передернула плечами: это звучало отвратительно и мерзко. — Интересно, что за верный сторонник бывал в Хогвартсе? -чтобы отвлечься от невеселых мыслей, спросила она. — Без понятия, — спокойно ответил тот. — В дом будем заходить? — Давай зайдем…       Дом действовал ещё более угнетающе, чем кладбище. Толстые слои пыли, скрипучие лестницы, странные звуки и старая выцветшая мебель начала двадцатого века…       Осмотр особняка Реддлов ничего не дал. Всё было пустынно.       Мадам Боунс тоже не сидела без дела. Она опросила целителя Краучей, который поведал ей о том, что жена чиновника очень сильно любила сына, не смирилась с его заключением в тюрьме и умерла. По рассказам медика, Барти оказался тем, кто любил супругу, и тем, кто равнодушно относился к сыну. О Крауче-младшем допрашиваемый ничего толкового не сказал. А вот Винки, личный домовик министерского работника… Она сквозь рыдания и между само-наказанием призналась, что в тюрьме умер не молодой хозяин, а его мать. Мадам Боунс, которая повидала и узнала многое в жизни, от этой новости чуть не грохнулась в обморок.