Хранители (бывш. "Тварь и сволочь")

      Том Реддл сидел за столом в кабинете и задумчиво поглаживал Нагайну. В его красных глазах порой мелькали блики свечей, которые будто придавали его взгляду огненную силу.       Темный Лорд был обеспокоен. В последнее время он часто ощущать какую-то непонятную слабость в теле, с которой не справлялось ни одно зелье. Причину подобного состояния Воландеморт не мог, но зато мог точно сказать, когда это началось. А началось это после того, как он очнулся после магической комы, которая была вызвана попыткой прочтения мыслей мальчишки Поттера. Кстати, о нем… Ему тоже досталось тогда. И это приносило хоть какое-то удовлетворение Воландеморту, который после произошедшего пытался понять и узнать, что в общем-то с ним произошло. Тот горящий лабиринт, огненная трехголовая собака и детский плач… Что это всё было? И что всё это значит? — Хвост! — крикнул он.       Дверь с протяжным скрипом отворилась, являя нищенского полного мужчину, в котором было что-то от крысы. Хотя он и являлся крысой… По натуре и после анимагичкского превращения. — Я здесь, господин! — чуть дрожащим голосом проговорил вошедший. — Приведи ко мне Беллу, Барти, Северуса и Люциуса, — велел Воландеморт. Педдигрю кивнул и засеменил в сторону выхода. А Том откинулся на спинку кресла и вновь погрузился в размышления.

***

      Люциус с трудом сдерживал отвращение при виде полуразрушенного, покосившегося здания, которое с большой натяжкой можно было назвать домом. Северус, стоящий рядом с ним, и не думал скрывать своего отвращения к этому месту. Барти никогда не был брезгливым человеком. А Белла была готова ради хозяина на всё, даже войти в дом, который в любой момент мог рухнуть. — Люциус, ты первый, — скомандовал Крауч. — Белла, ты с ним.       Лестрейндж нетерпеливо кивнула и первой вошла в дом. Следом зашёл Малфой. Крауч и Северус выжидали чуть снаружи и тоже присоединились к напарникам.       Внутри дом был не лучше, чем снаружи: всё такое же ветхое и хлипкое. Все разбрелись по дому. Они сами не знали, что надо делать, так как Темный Лорд им просто велел осмотреть этот дом. Исключением был Люциус, который видел это здание в воспоминаниях, которые показывал ему директор, и примерно знал, что искать, так как у Мраксов было две ценности: медальон и кольцо…       Пока все бродили по дому в поисках неизвестно чего, Малфой незаметно применил поисковое заклинание, которое показал ему Дамблдор и которое реагировало только на крестражи. И удача улыбнулась ему… Кольцо руками он трогать не решился, поэтому, накинув на себя чары отвлечения внимания, мужчина при помощи левитационного заклинания переместил украшение в кожаный мешочек, по путного отметив, что на кольце изображён смутно знакомый рисунок. — Здесь ничего нет, — раздражённо проговорила Белатрисса. — Люциус, ты нашел что-нибудь? — Ничего интересного. Только слои пыли. — Но всё же, зачем господин нас сюда послал? — задумчиво спросил Крауч, но ему никто не ответил.

***

      Кольцо действительно было интересным. Как определил директор, оно было одним из Даров Смерти. Это повергло в шок всех присутствующих. Каждый уважающий себя волшебник знал сказку о трёх братьях, но… Подарки, которая дала им Смерть, считались лишь красивой сказкой.       Хранители, пока взрослые уничтожали шестой крестраж, решили вспомнить о том, что они простые подростки, и немного поразвлечься. Жертву развлечения они искали недолго. Впрочем, и искать-то ее особо не пришлось, так как эта самая жертва посещала трапезы в Большом зале с занятиями и носила титул Генерального Инспектора. И звали ее Долорес Амбридж.       После того, как по вине Драко Амбридж провела несколько неприятных дней в лазарете, женщина стала осмотрительней. Но у Хранителей была очень большая фантазия и очень большие возможности. Поэтому Долорес вновь стала для всех потехой: то из ее рта выразится кваканье вместо слов, то ее отвратительно розовой мантии вздумается потанцевать… Около ее кабинета теперь разливалось оглушительное жужжание мух и кваканье лягушек, причем этих насекомых и пресмыкающихся поблизости не наблюдалось. Это приводило женщину в бешенство, но ещё больше ее злило, что она не могла избавиться от этих звуков.       Однажды утром, в выходной день, Амбридж, как и всегда, сидела на своем месте и медленно поедала овсянку, цепким взглядом оглядывая входивших, ещё сонных студентов. В последнее время у нее было множество проблем, и сейчас она просто наслаждалась спокойствием. Женщина, отставив пустую тарелку, потянулась к чашке с кофе, не замечая пристального взгляда равнодушных зелёных глаз. Она сделала глоток, и… У нее появилось такое ощущение, что всё ее органы стали сжиматься, а затем кости стали ломиться. И это не причиняло боли, был только лёгкий дискомфорт. Но тут ее взгляд упал на ее руки… Они ссохлись и окрасились в болотно-зеленый цвет. Женщина хотела закричать, но вместо слов из ее рта вырвалось противное жужжание надоедливой мухи. Все тут же обернулись…       Кто-то грохнулся в обморок. Кто-то заржал. Такая разная реакция была вызвана тем, что Амбридж превратилась в непонятное существо: у нее было тело жабы, голова и крылья мухи. — Джас, Гарри, она же должна была превратиться в жабу, — шокировано прошептал Малфой, пока Рон, Джинни и Луна прибывали в прострации. — Мы подумали, что если она превратиться только в жабу, то будет не очень оригинально, — ухмыльнулся Поттер. Финч-Флетчли согласно кивнул, не сдержав ироничной усмешки при взгляде на Амбридж. Остальные только закатили глаза…       Долорес провела в больнице несколько недель к ряду. Причиной подобного послужило то, что Зелье Превращения было явно усовершенствованным. И это не давало Помфри быстро привести Амбридж в порядок, так как нужные снадобья действовали в организме женщины довольно медленно и весьма болезненно.

***

      Темный Лорд сидел на троне и читал письмо из банка, которое ему передала Белатрисса. И написанное гоблином ему очень не нравилось. Всё дело в том, что из сейфа Блэка, куда его сторонница поместила один из крестражем и куда она теперь не имеет доступ, была изъята чаша Пуффендуя. Эта новость привела в бешенство Воландеморта, и он в гневе собрал всех Пожирателей.       Его слуги появились незамедлительно, зная, чем может караться их промедление. Впрочем, их жал Круциатус в любом случае. Темный Лорд не замедлил применить пыточное проклятие к некоторым Пожирателям, а затем стал выспрашивать результаты их деятельности. Особенно его интересовало дело, порученное Белле, Люциусу, Барти и Северусу, так как на последнем собрании он необратил должного внимания их рассказу, так как размышлял о том, что в его рядах появился ещё один предатель, помимо Снегга, который был его шпионом. — Значит, там всё было в порядке? — вкрадчиво переспросил Реддл, глядя на Крауча. — Да, господин, — почтительно кивнул Барти. — В доме до нас никого не было.       Темный Лорд был удовлетворен этим ответом, но спокойствия у него по-прежнему не было.