***
Новость про Грейнджер, рассказанную Джинни, Хранители приняли за очень смешной анекдот. Вот только самой Гермионе было не до смеха… Девушка сама не заметила, как начала влюбляться в Уизли, которого раньше откровенно презирала и считала придурком. Но в этом году всё начало меняться. Они, исполняя обязанности старост, довольно много проводили времени в компании друг друга, в результате чего она изменила свое мнение о нем, глядя на то, как он всегда спокоен, молчалив… Ей было хорошо рядом с ним. Но видя, как вокруг него, как, впрочем, и вокруг Поттера с Финч-Флетчли и Малфоем, вьются стайки симпатичных девушек, Грейнджер начинала ненавидеть себя за то, что природа обделила ее всем тем, что так привлекало большинство парней в девушках. И что самое обидное, так это то, что ей было не с кем поделиться своими переживаниями… Наступил декабрь. Скоро грязь промерзла и покрылась тонким слоем снега. Но Гермиона этого практически не заметила, так как пыталась подавить свои внезапно возникшие чувства к Рону Уизли и сосредоточиться на учебе. Но это получалось плохо, так они учились на одном факультете, и следовательно он часто попадал в ее поле зрения… Но кое-что изменилось в один день, когда Грейнджер была в библиотеке. Она выбирала книгу, когда случайно стала свидетелем разговора между Роном и Джастином, которых скрывали стеллажи с книгами. — Она оказалась права? — ехидным, тихим голосом спросил пуффендуец. — К сожалению, да, — проворчал Уизли. — И если честно, то я стал замечать, какими глазами порой на меня смотрит Грейнджер. — И что? — нетерпеливо проговорил Поттер. — А ничего, — в его словах послышалась издёвка. — Нам и так практически вся женская половина чуть в рот не смотрит. Да, с большинством из них толком ничего серьезного не обсудишь… Но чёрт возьми! Нам всего пятнадцать! — Эх, повезло Гарри, — внезапно вздохнул Джастин. — Его бывшая была красива, могла говорить не только о погоде и моде и ни на что не претендовала… — У нее другие тараканы были, — фыркнул он. — И ты, конечно сравнил. Та же Грейнджер для Лероа в подмётки не годится. Ладно, пойдём отсюда… И они ушли, став говорить о чём-то другом. А Грейнджер, с трудом сдерживая рыдания, подхватила школьную сумку и чуть ли не выбежала из библиотеки, заработав удивленный взгляд мадам Пинс.***
Спальня девочек была пуста, что очень было на руку Гермионе. Она кинула вещи на пол и легла на кровать, занавес в полог. Девушка уткнулась лицом в подушку и заплакала. Только сейчас до нее дошло, что у нее никого нет в волшебном мире… Друзей она не завела, а парень, в которого влюбилась, на нее плевать хотел с самого высокого дерева Запретного леса. И Гермиона не понимала, как такое могло произойти…***
Грейнджер сидела в Большом зале и читала новенький учебник по Нумерологии, совершенно забыв про свой завтрак. Она совершенно не обращала внимание на гомон, пока не вошла знаменитая шестерка. Гермиона всегда почему-то старалась наблюдать за ними по мере возможностей, вот и сейчас она оторвалась от книги, чтобы увидеть, что они усаживаются за пуффендуйский стол, что-то бурно, на повышенных тонах обсуждая. Шестерка неразлучных друзей всегда вызывала раздражение у Гермиону. Она не понимала, как в школе можно так себя вести: устраивать розыгрыши, ходить к недалекому лесничему и учиться спустя рукава. Но в то же время Гермиона понимала, что завидует им в чём-то. Они могли обсудить любую глупость с серьезным выражением лица, поделиться проблемами и волнениями друг с другом…***
Гермиона возвращалась из библиотеки, когда уже давно стемнело. Идти по пустынным коридорам Хогвартса было довольно жутковато, но пыталась думать только об уроках. Тут её взгляд упал на три силуэта: причем один из них принадлежал девушке. — Джинни, просто забудь о нём, — она узнала голос Малфоя. — В самом деле, — согласился с другом Поттер. — Он встречался за моей спиной с этой мымрой, — тихо всхлипнула Уизли. — Вот почему так… Либо дурак дураком, либо… — она что проворчала неразборчиво. — Просто забей на него и его вранье, — посоветовал слизеринец. — А будет лезть, близко познакомиться одним мерзким проклятием, благодаря которому он не сможет продолжить свой род. Это предложение повеселило Уизли, если судить по её смешку. А Гермиона вдруг подумала, что в школе некому её поддержать.***
Грейнджер проплакала почти всю ночь и только под утро смогла забыться тревожным, неспокойным сном, думая о том, как так получилось, что она была совершенно одна в мире, где до сих пор оставалась чужой.