Лучшая спутница или мелодия волшебной пятницы

      — Да, Джеймс, спасибо, что сообщил. Да, и мне жаль, — Кости повесила трубку, и так сильно и неожиданно стукнула по подлокотнику на дверце, что Бут невольно вильнул рулем в сторону. Хорошо, что трасса была совершенно свободна, хотя, что уж говорить, в этих местах вообще машину можно было встретить на дороге нечасто. Бут вопросительно взглянул на напарницу, но та старательно отводила глаза в сторону.       — Кости?       Она не обернулась и только плотнее сжала губы, смотрела прямо и еще выше вздернула голову. Ноздри вздувались, брови изогнулись и, если бы глаза могли метать молнии, она бы точно уже что-нибудь испепелила взглядом. Ее профиль был похож на чеканку знатных особ на монетах, и ему показалось это красивым. Прошло пару минут, Бреннан несколько раз глубоко вздохнула и выдохнула, прикрыла глаза и помассировала пальцы рук. Бут терпеливо ждал: его партнерша обычно отличалась избыточным спокойствием, поэтому такая бурная реакция его поразила и встревожила. Еще через пару минут он не выдержал:       -Кости?! На тебя это совсем не похоже, я ни разу не видел, чтобы ты в сердцах била кулаком! — беспокойство в голосе было нешуточным.       — Забудь об этом, — голос звенел металлом, и его хозяйка опять отвернулась к боковому окну.       — Да ладно, Кости… Напарники не говорят друг другу «забудь», ты же знаешь. Эту фразу «спасибо что сообщил, мне тоже жаль», — Бут проговорил это, подражая женскому голосу и интонациям напарницы, — я слышу третий раз за последние два дня. И сегодня реакция самая бурная. Правда, имена в начале фраз были разные.? Кости невольно начала улыбаться, когда он передразнил ее реплику, и теперь расцепила пальцы, поерзала на сиденье и, наконец-то, взглянула на Бута:       — Это четвертая фраза за два дня. И, ты прав, последний отказ меня взбесил. Мне очень обидно, что все эти мужчины мне отказали. И, да, ты снова прав, такая бурная реакция необоснована и невежлива. Бут смотрел на нее с беспокойством:       — Что значит, «отказали»? Я очень сомневаюсь, что они отказали бы тебе …. А, вообще-то, что именно ты от них хотела? — брови съехались домиком, смяв лоб в морщины, а правый глаз подозрительно прищурился. Это всегда умиляло Кости и подействовало на этот раз. Но ответила она непреклонно:       — Я не готова говорить об этом.       — Хорошо. Давай поговорим о деле. У нас впереди три часа дороги, поэтому чего у нас в избытке, так это времени для разговоров.       Они возвращались с осмотра места обнаружения останков молодой женщины трех-четырех летней давности, по-видимому, жертвы автоаварии. Из их команды были только они двое, криминалисты были из ФБР, и осматривать особо было нечего: кости были идеально чистыми, перенесены из другого места и оставлены на виду.       — Ты же знаешь, по делу без лаборатории больше ничего сказать нельзя.       — Ну вот, ты уже говоришь. Может обсудим твою проблему… И я бы еще остановился через пол часика, выпил кофе, я видел термос в твоих вещах.       — И пончики! Ты видел коробку? Я взяла для тебя шикарные пончики в пекарне рядом с домом Энджелы. Ты будешь в восторге, — Кости с удовольствием улыбнулась, представляя, как напарник зажмурит глаза от этих восхитительных пончиков, к которым его приучил Свитс. Было так приятно чуть-чуть позаботится о нем.       — Как ты у нее оказалась утром? Опять какой-то план, из-за которого тебе отказали эти четыре олуха… — Бут расценил ее улыбку, как приятное воспоминание о вечере у Энджелы.       — Ты, похоже, думаешь, что меня расстроил их отказ заняться со мной сексом?       — Кхе-кхе, Кости. Только ты может так прямо говорить об этом! — Бут привычно смутился такой прямолинейности партнерши. — А что, ты так прямо предложила, а они так прямо отказали? — Любопытство взяло верх, и он не смог удержаться от вопроса.       — Нет, я не предлагала заняться им сексом, как ты подумал. Более того, на свидании я сообщила, что пока не расположена к сексу с ними, только к общению и легкому флирту.       — Ко-о-ости, нельзя так прямо говорить о таких вещах! И что значит, «на свидании», ты ходила на свидание с ними четырьмя сразу? — напарник сморщил нос и скривился, будто съел лимон.       — Ну конечно, нет. Я не склонна к групповому сексу, — она выставила ладонь вперед, «все-все, больше не буду», в ответ на округлившиеся глаза и тяжкий вздох Бута, — и к групповым свиданиям тоже. Я встречаюсь с ними по отдельности, у меня график. И я уже хочу пончик.       — График? Ты серьезно? Я даже не знаю, должен ли я смеяться или беспокоиться, — ему стало почему-то очень легко и приятно от того, что его напарница не спит с этими парнями и пока не собирается, но вся ситуация в целом была абсурдной.       — Все в порядке. Ты не должен был об этом узнать, и мне неприятно, что ты видишь такое мое. затруднение, — Кости нахмурилась: ей и впрямь не хотелось показывать Буту, что у нее не только не получается построить никаких романтических отношений, но и нет никакого желания этого делать.       — Знаешь, чтобы я опять не придумал лишнего, скажи как есть.       — Все просто: мне нужен спутник на один важный официальный вечер. Он должен быть элегантным, привлекательным, статным и изобразить мою пару: немного приобнять, подержать за руку, поцеловать в щеку, смотреть на меня с нежностью. Предполагается идиллическая фотосессия. Костюм я оплачу. Неужели это сложно? Почему никто из этой четверки не согласился? — Кости смотрела на Бута с искренним удивлением.       — А ты не думала, что ребят это обидело? Из этих имен я знаю Кларка и Жан-Поля, так они за тобой больше двух лет ходят: букеты, визиты, приглашения… А ты им выдала, что готова только на общение и флирт, а в нежность и отношения предложила просто сыграть на один вечер. Да еще и костюм предложила оплатить! — это было сказано размеренно, тихо и строго, даже с болью, и Кости моментально почувствовала себя виноватой:       — Ты, правда, так думаешь, — она вздохнула, и уголки губ поникли вниз. — Мне жаль, что я такая…- она замолчала и отвернулась к боковому окну. Через пару минут Бут опять не выдержал и тронул ее слегка за плечо:       — Ладно, ты извинишься. Хорошо? — он повторил вопрос, не услышав ответа.       — Хорошо? А еще скоро остановлюсь и дам пончик. А что с оплатой костюма, это зачем? Ни разу не слышал о такой форме приглашения на ужин, — он заулыбался, зная, что ее улыбка последует следом. Так и вышло:       — Это не ужин, скорее официальный прием, и он очень важен для меня, — она надолго замолкла, а, наткнувшись на взгляд Бута «о чем думаешь?», ответила. — Знаешь, раньше на Моллуку в период междоусобных распрей между островами архипелага, самые красивые женщины поселения предлагали себя вождям партизан. И тогда, те защищали деревню, или обходили ее стороной в боях.       — А это здесь причем?       — Не при чем. Я просто подумала, что во все времена женщины оплачивали сексом разные услуги мужчин, — она пожала плечами и опять повернулась к боковому окну.       — Кости, ты понимаешь, что вообще говоришь! Ты говоришь это вслух! — Бут просто взорвался: он говорил свистящим шепотом, но казалось, что кричит изо всех сил. Как он был зол! Зол, взбешен и обижен. Эта непонятная женщина сведет его с ума! — Ты, всегда такая самодостаточная, собралась так искать себе партнера на вечер! Ты с ума сошла!       — О, нет, Буут, нет! — Кости ответила так тихо и спокойно, и с такой улыбкой, что он тут же почувствовал себя дураком и отвернулся, стыдясь своего выпада. — Я не собиралась предлагать себя в обмен на сопровождение на ужин, я подумала об обратном. Я же могу нанять парня из эскорт-услуг. У них есть мужчины разных возрастов, и при том красавцы. Мне подойдет кто-то твоего возраста и роста. Я не буду им ничего должна, и с антропологической точки зрения это будет интересный опыт. Бут, не мигая, смотрел на дорогу, медленно качал головой из стороны в сторону и не мог остановиться.       — Ну… перестань, Бут. Я уже все поняла, — Кости тронула его за рукав. — Это плохая идея. Давай остановимся на кофе. Очень хочется, правда.       — Почему ты не попросила меня? Это же такой пустяк. Кости поджала губы и неловко пожала плечами:       — Я не могла. Там мне нужна пара. И на фотоснимках мне нужен как бы «мой мужчина». А ты не свободен, я не могу рисковать твоими отношениями, — последняя фраза была сказана с такой серьезностью и заботой, что Бут почувствовал неприятный холодок на спине.       — Моим отношениям ничто не грозит, Кости. Я поговорю с Ханной, она тебе даже подскажет, как лучше встать перед фотографом. Это будет почти как работа под прикрытием. Соглашайся, и тогда остановимся на кофе, — он хитро подмигнул, переводя все в шутку.       — Я буду рада пойти с тобой. Ты подходишь как нельзя лучше, и с тобой я не буду волноваться. Но я бы не хотела, чтобы мои друзья знали об этом гранте. Бут перевел взгляд с Кости на дорогу, включил поворотник и съехал на обочину:       — Я достаю кофе, ты — пончики.       — Есть еще бургеры с тунцом.       — Давай. И кофе. И просто скажи, что происходит.       Они уселись на край багажника, свесив ноги, и прихлебывая кофе.       — Ммм… пончик восхитителен, — сообщил Бут с полным ртом, улыбаясь и прикрывая глаза ровно так, как и ожидала Бреннан. Как хороша предсказуемость! — Я испачкался? Почему ты смеешься?       Кости еще доедала свой бургер, а Бут уже наслаждался пончиками с кремом.       — Нет, все в порядке, просто ты всегда откусываешь огромный кусок, который едва влезает в рот, и мычишь от удовольствия.       — Ты — лучший напарник, кто бы еще раздобыл для меня такие восхитительные пончики в этой глухомани! — Бут подмигнул ей, и шутливо подтолкнул в бок локтем. — Но мой напарник стал что-то слишком скрытным. Что скажешь? Думаю, я не буду возражать, и разрешу купить мне костюм на вечер, только, чур, не красный и не смешной.       — Спасибо. Ты всегда меня выручаешь, — Кости робко улыбнулась, а серьезность и проникновенный тон этой простой фразы опять кольнули Бута. — Тебе не стоит волноваться насчет костюма, все будет очень элегантно. Сделанные фото пойдут в портфолио проекта, отсюда и жесткие требования к одежде. Мое платье тоже заказано у стилиста, и, если честно, мне ооочень понравилось его кружево. Салон выбрала Энджела, поэтому все вышло прекрасно. Костюм моего партнера должен гармонировать, создавать ансамбль. Поэтому, выбрав платье, мужской костюм я тоже сразу оплатила. Я дам визитку администратора, и надо будет просто прийти, и костюм подгонят по фигуре. Тебе понравится, ты же любишь дорогие костюмы. Правда, времени очень мало, вручение уже в пятницу вечером, сегодня вторник…       — Найду время. Хотя очень не вовремя, сегодня первый день по делу, и работы, похоже, будет много, — он отхлебнул кофе и примерился к следующему пончику.       — Вручение? Гранта? Я думал, это связано с новой книгой.       — Так получилось, что я помогла Кэрол получить грант на строительство бальнеологической лечебницы в Хансвилле.             — Кому ты помогла? — Бут остановил руку с пончиком у открытого рта.       — Ты ее помнишь? Кэрол Грант — приемная мама Энди. Бут, помедлив в раздумье, отложил пончик и вытер руки. Пальцы сами скрутили салфетку с тугой жгут, едва не размочалив в клочья:       — Нашего Энди?       — Да, тогда мы его так называли — «наш Энди». Сейчас ему уже 4.       — Я в курсе. Джимми присылает мне его фото.       — Оу! Ты мне не говорил, что общаешься с ним — Кости недовольно нахмурилась и встала напротив Бута, воинственно сложив руки на груди. — Я не ожидала, что ты скроешь это от меня.       — Прости, я думал, ты сочтешь меня сентиментальным. И думал, тебе неуютно говорить об этом малыше, — Бут понуро покачал головой. — Сейчас вижу, как это глупо, — он взглянул на напарницу: «А ты почему промолчала?».        — Ммм. мне неловко говорить об этом, — Кости поджала губы и исподлобья пристально посмотрела на напарника.       — Это останется между нами, ты же знаешь.       — Ну… Энди стал ненадолго будто нашим общим… мальчиком.       — Тебя испугали эти чувства. Верно? — Бут проговорил это тихонько, кивая головой.       — Да. А еще больше то, что ты с радостью делил эту привязанность со мной. Как сказала бы Энджела, я струсила, — она с сожалением пожала плечами и внимательно посмотрела на напарника. — Интересно, что еще важного ты мне не говоришь?       — Ты знаешь обо мне больше, чем кто-либо другой, — Бут отвел взгляд и уставился в землю. Да… тогда давно реакция Кости на это дело ошеломила его, сдвинув холодный расчетливый покров с ее души. Нежная привязанность и забота о малыше шли от самого сердца и очаровали его навсегда. Не стоит вспоминать. Это прошлое. Оно и так слишком легко выплывает из памяти, когда не ждешь такого подвоха, накатывает теплой нежной волной и щиплет глаза от давно высохших слез.       — А что еще Джимми тебе писал о Хансвилле? — Кости прервала его размышления.       — Только об Энди, — Бут внимательно вгляделся в смущенное лицо напарницы, и, заметив, как она пытается отвести глаза, добавил уверенно, — но, полагаю, остальное расскажешь мне ты. Она покаянно вздохнула:       — Все случилось само собой, без особой моей заслуги, — она поежилась под его пристальным взглядом. — Давай тронемся, и я расскажу, это долгая история.