Чертёнок

Первым был страх, какой-то первобытный, который волной поднялся и охватил все тело, от чего конечности парализовало и она не могла не то что двигаться, она шевельнуться не могла. «Ксо! Ну же, беги, беги, а не то он сейчас…» Что он сейчас, Конси и сама не знала, только от его взгляда сворачивалось все внутри, а сердце скакало как бешеное, норовя вырваться из грудной клетки. Не отрывая взгляда, девушка в ужасе наблюдала как мужчина шагнул к ней сзади, как упал на колени… И только когда он что-то прохрипел и положил свои руки на ее попу, тогда пришел стыд… жгучий, заставляющий вздрогнуть, очнуться, предпринять новую попытку сбежать. И тут же оказаться в захвате его рук, голой попой к его лицу, полностью в его власти. Страх и стыд перемешиваются, затапливают с головой, она уже открывает рот, чтобы закричать, позвать на помощь и… замирает. Что-то горячее и влажное касается ее попы и проводит вниз, разум пытается подсказать, что это может быть, но ошарашенная девчонка трясет головой, упрямо не слушая доводов разума. «Нет! Нет, он не может… языком?! О, Боже! Нет!» И все сжигает на своем пути новая волна стыда, заставляя Конси со стоном втянуть в себя воздух, когда руки Ричарда бесцеремонно лезут под ее рубашку и касаются груди… Какой там страх, когда все тело горит и вытягивается под его руками в дрожащую струнку, готовую вот-вот лопнуть. Страха уже как не бывало, остался только стыдливый горячечный румянец на щеках и жгучее опаляющее низ живота неизведанное желание. «Ксо! Мне нравится?! Мне нравится как он сжимает мои… мою грудь?! И… о, Боже?! Что он делает с моей попой?! Он… он ЦЕЛУЕТ?!» Девчонка снова едва было не рванула на карачках, она была просто не готова к такому, и вообще не готова! Но стоило мужчине произнести: «а я ведь думал, что ты еще совсем ребенок в этих вопросах.» Как Конси как-будто вросла в землю. «Ребенок?! Я?! Да я,. да я… я ему докажу!» Ей вдруг очень захотелось показать, что она давно уже не ребенок, и все знает, и чтобы он понял, что она взрослая. Но ничего ни сказать, ни доказать не успела, то что произошло дальше едва не лишило девчонку сознания. Рик раздвинул ее ноги и стал лизать и целовать ее ТАМ! Конси стало еще более стыдно. Благо, краснеть дальше уже было некуда. Она подняла голову и бросила взгляд на лес, в надежде скрыться, спрятаться от самой себя и от сводящих с ума желаний. От этой мысли, казалось, стало только хуже. «Что делать?! Боже, что делать? Куда деваться… как стыднооооооо!» Внизу животика сладко поднывало, и… ТАМ… там было горячо и мокро! А еще… еще очень хотелось чтобы Ричард не останавливался! Зажмурив глаза, девушка слабо всхлипнула и застонала. Она не знала что делать — стыд, возбуждение, неопытность, сплелись в один тугой ком, что разрывал ее на части, не давая думать. Тело было как мягкий воск, оно плавилось и поддавалось под умелым напором мужчины. И только упрямое желание доказать, что она не ребенок, заставило девчонку повернуть голову и дрогнувшим от стыда голосом тихо спросить: — Мы будем как собачки… это… ну это… делать?