Чертёнок

Обиженная до глубины души Консуэло, не вышла к ужину, а решила ограничиться подсунутыми на дорожку мамиными булочками и соком. Конечно хотелось бы чего-нибудь посущественней, но уязвленная гордость клокотала внутри и подзуживала не сдаваться и девушка, перекусив тем что имеется, быстро приняла душ и легла спать. «Посмотрим, что он будет петь утром, может все же у него проснется совесть и он хотя бы извинится и наконец честно все мне расскажет.» Уже засыпая, наивно мечтала юная провинциалка. А утром Рик как ни в чем не бывало поздоровался с ней и попытался поцеловать и пощупать. От чего Конси просто взвилась и неожиданно даже для самой себя выдала своему жениху звонкую оплеуху. — Консилита, ты белены объелась?! Или это недоедание на тебя так подействовало? — обозленный Ричард схватился за щеку и зло прищурил глаза. Он явно не ожидал настолько решительного отпора и мужчина понять не мог что изменилось. — А ты как думал?! Ты приезжаешь, договариваешься с моим отцом за моей спиной и увозишь меня к себе как какую-нибудь вещь! И после этого ты считаешь, что я должна целовать тебе ноги?! В честь чего, Ричард?! — Конси не менее зло сощурилась в ответ, уперев кулачки в бока. Они стояли на кухне, возле окна. Из которого Конси в тот момент решила полюбоваться на красивый сад за окном. Ее вообще все поражало в этом доме, и кухня в том числе. Огромная, почти как три их кухни, она была выполнена в морских тонах. Что мебель, что кафель все было сине-зеленого оттенка. Слева от входа разделочный стол, варочная панель, вытяжной шкаф, большая мойка-автомат и как бы слегка отделены половиной стены встроенные шкафчики с посудой и прочими кухонными принадлежностями. По правой стороне был большой бар и широкая барная стойка на шесть персон с высокими крутящимися стульями. Окно напротив входа, рядом с ним небольшой столик и четыре удобных обычных стула обитые кожей того же морского оттенка. — Подожди, но ты же согласна была еще тогда, когда мы договаривались с твоими родителями о свадьбе, ты сама мечтала о том, как переедешь ко мне, мы весь год с тобой говорили об этом, я не понимаю что за фокусы?! — Ричард озадачено уставился на гневно сверкающую глазами Конси. — Ах ты не понимаешь, а то что я сказала, что хочу отложить свадьбу, ты тоже не понял?! Ты примчался и не спросив меня, не поговорив со мной, сделал все так как тебе захотелось, ведь ты именно так привык жить, не так ли, Ричард? — о, да, узнав о его лжи, она потратила достаточно времени, чтобы узнать и о нем самом побольше. Как же, единственный наследник, о нем ходили разные слухи, и чаще всего не очень лестные. Губы девушки дрожали, в глазах закипали слезы, но она упорно держалась, ей не хотелось, чтобы он видел ее слабость. Ей было больно, и больнее было даже не от его лжи уже, а именно от того, что он поступил с ней как с вещью. Захотел и взял, и плевать ему на ее мнение и желания. Конси вспомнила, как точно так же он вел себя, когда выпорол ее, потому что ему хотелось ее наказать, она вздрогнула, внезапно осознав, что тут она вообще в его полной власти. «Главное не показать ему, что я его боюсь.» Она гордо вскинула головку и обожгла его презрительным взглядом. — Может ты все же расскажешь мне, почему ты вдруг решила все переиграть? — Ричард опустился на стул, и как-то по другому взглянул на стоящую напротив него девчонку. Она явно повзрослела, это было заметно по разговору, по взгляду, но он еще не осознал насколько… — Тебе не кажется, что этот вопрос следовало бы задать до того, а не после, как ты меня силой привез сюда? — Конси упрямо вздернула подбородок и отвернулась к окну. — Консилита, ну что ты как маленькая, дуешься из-за всякой ерунды, ведь все было давно решено, я просто немного подтолкнул события, неделей раньше, неделей позже, какая разница?! — Ричард пожав плечами, встал и снова попытался обнять девушку. — Неужели ты не понимаешь, что разница есть?! И потом, мы договаривались что не будем ничего скрывать друг от друга, — Конси развернулась, на этот раз не пытаясь вырваться и пытливо вгляделась в глаза жениха, — почему же ты так поторопился меня забрать из дома отца? — «Ну же, Ричард! Давай, скажи, хоть какой-то кусочек правды?!» затаив дыхание, девушка пыталась дать любимому шанс. — Конси, ну не мне тебе объяснять, что в вашей провинции дикие нравы или ты забыла, что в принципе ты уже моя жена, просто об этом знаем только мы с тобой, — он лукаво подмигнул ей, и накрыв ее грудь ладонью, стал нежно перекатывать между пальцами ее сосок сквозь тонкую материю платья. Колено мужчины проворно протиснулось между девичьих ног и вторая рука нагло полезла под подол платья в трусики. Все тело девушки сладко запело, она непроизвольно выгнулась и уперлась грудью в его грудь, руки обвили его шею, с губ сорвался тихий стон, и Конси поняла, что не в состоянии бороться с этим опытным искусителем. И скорей всего победа осталась бы за ним, если бы… — Кхм… кхм… мистер Бронс, мне завтрак накрывать здесь или в столовой? — раздалось вежливое покашливание от двери кухни. Консилита оцепенела, потом отшатнулась от Рика, и стала нервно поправлять платье, полыхая смущенным румянцем не только на щеках, ей казалось что все ее тело горит от стыда. В дверях кухни робко мялась женщина в возрасте, насколько девушка поняла, это была приходящая кухарка. — Консилита, любовь моя, ты где предпочитаешь завтракать? — ничуть не смутившийся Ричард, снова попытался обнять и прижать девушку к себе покрепче. — У себя в комнате, — сдавленно пискнула девчонка, тыкая локтем под ребра жениху и проворно выкручиваясь из его объятий. Конси опрометью кинулась вон из кухни, едва не сшибая бедную, в последний момент успевшую отступить в коридор кухарку. Что там говорил женщине Ричард, и как объяснял ее поведение, Консуэло уже не слышала. Она влетела в комнату и упав на кровать, прижала ладони к полыхающим щекам. «Боже, как же стыдно!» Девчонка не знала насколько много сумела увидеть женщина, но осознание того, что она едва не отдалась Рику на кухне заставляло молодую особу рыдать от позора. И в добавок ко всему ее убивало, что Ричард так и не захотел признаваться в своей лжи по отношению к ней. И Консуэло решила, что больше не поддастся его чарам, пока он не признается во всем сам. Две недели она старательно избегала оставаться с ним наедине. Познакомившись с компаньонкой, Конси несказанно обрадовалась ей, но через пару дней поняла, что женщина предпочитает закрывать глаза на все что вытворяет Ричард Бронс. Если тот ловил и пытался зажать Консуэло где-нибудь в уголке, то мадам Аннет тут же вспоминала, что что-то забыла у себя в комнате, либо что ей надо срочно о чем-то предупредить прислугу, и девушке приходилось самой выкручиваться из жарких объятий своего жениха. С каждым разом это становилось делать все сложнее, тело предательски требовало его ласк, и малышка едва ли не еженощно рыдала в постели, прикусив уголок подушки. Она готова уже была сдаться, все же Ричард умел быть нежным и ласковым, ее тело очень хорошо помнило все их игры и отчаянно тянулось к этим опытным сильным рукам. Но Бронс в очередной раз все испортил сам…