While our love blossoms

      Чаще всего щёки Чангюна уже болели от долгой улыбки, когда Чжухон уходил из магазина. Иногда, однако, ему казалось, что вся жизнь проходит мимо него, долгое время сидящего, уставившись в окно, в пустом магазине после ухода брюнета. Конечно, дело не в том, что тот делал что-то не так, просто иногда всё становилось немного слишком для Чангюна. Чжухон мог улыбнуться, а Има бы словно кто-то в живот ударил. Ли мог взъерошить его волосы, и, хоть Чангюн знал, что должен быть недоволен, казалось бы, снисходительным жестом, он бы всё равно почувствовал лишь жар на своих щеках и прерывающееся дыхание. И, стоило другу уйти, Чангюн мог сесть за магазинную стойку, глазами словно прожигая дырку в двери, и гадать, следует ли ему любить или ненавидеть факт того, насколько легко Ли Чжухон нашёл своё место в его жизни.              И всё же, большую часть времени всё было хорошо. Отлично даже. Чжухон был другом, которого Чангюн, казалось, ждал целую вечность. Он в идеале развил умение смешить Чангюна и, вроде как, так же искренне наслаждался этим. Это было здорово — очевидность того, что Чжухону тоже очень нравится общаться с ним. У Чангюна даже не было ни малейшего сомнения в их дружбе. Хоть он и хотел чего-то большего, нежели уже имелось, большую часть времени это удавалось игнорировать. Он мог притвориться, что его чувства столь же платонические, как и Чжухона к нему. Лишь ночи, когда притворство переставало работать, были трудными. Они, казалось, затмевали то счастье, что он чувствовал рядом с Чжухоном. Им говорил себе, что этого достаточно. Чжухон уже отдал ему всё, что только мог, и этого было достаточно.              

***

             И вновь они направлялись в забегаловку на другой стороне улицы, после того как Чангюн, наконец, закрыл магазин. Хотя, в этот раз они были не одни. Конечно же, Чжухон заранее спросил у Чангюна, будет ли это нормально, если его друзья присоединятся к ним. Те самые, что стояли за окном в их первую встречу. Чангюн легко согласился, вспоминая, как быстро изменилось его первое впечатление о Чжухоне. Вероятно, его друзья не были так уж плохи, и, честно говоря, с ним же ничего не случится, если он хоть раз познакомится с новыми людьми.              Хотя, это было не совсем то, чего он ожидал.              — Это... мне?              Парень, только что представившийся как Минхёк, прятал букет красных роз.              Стоит ли говорить, что Чангюн был смущён?              — Да, — быстро ответил Чжухон вместо своего друга, который, казалось, не только чувствовал себя жутко некомфортно, но ещё и был слегка раздражён. Парень рядом с ним — Хосок — был, вроде как, в том же состоянии.              Чангюн нахмурился, осмотрев всех троих. По всей видимости, Чжухон был единственным, кого полностью устраивала сложившаяся ситуация.              — Зачем? — спросил Им, много неуверенности, смущения и сомнения было в его голосе. — Кто-то снова проиграл спор?              Кажется, это сильно повлияло на настроение Чжухона, так как брюнет посмотрел на него широко распахнутыми глазами:              — Нет! Нет, это извинение. Они извиняются. За, ну знаешь, то, что произошло в нашу первую встречу, — объяснил Чжухон, явно чувствуя значительно больше неловкости, чем в начале.              — Чжухон подумал, что будет хорошей идеей купить флористу цветы из другого магазина, чтобы извиниться за недопонимание, — язвительно добавил Минхёк.              — Он так же подумал, что будет хорошей идеей, чтобы мы купили красные розы вместо любых других цветов, потому что это сто-блять-процентно не будет неправильно понято и не выльется в чертовски неловкий разговор, наподобие этого, да, Хони? — сказал Хосок, заканчивая саркастичной ухмылкой, подаренной Чжухону. — Ну серьёзно, чувак, если ты хочешь подарить парню красные розы, делай это сам, какого чёрта...              — Если ты сейчас же не заткнёшься, Хосок, я, богом клянусь, вырву нахуй твой язык*.              Пока они продолжали спорить между собой, Чангюн стоял, обдумывая ситуацию. Затем он разразился таким сильным смехом, что в уголках его глаз собрались слёзы. Стоило ему успокоиться и поднять взгляд, и он стал свидетелем трёх друзей, уставившихся на него со странными выражениями лиц.              — Хоть я и оценил идею, Минхёк прав: в следующий раз заставь их купить цветы в месте, где я работаю. У нас и так мало покупателей, ты что, хочешь, чтобы меня уволили? — Чангюн не мог сдержать улыбку, пока говорил.              Чжухон пообещал, что так и сделает, когда бы ему снова ни понадобились цветы. Чангюн всё же принял букет и, пока Минхёк передавал его ему, парень улыбался Чжухону. Вместе с тем, он внимательно слушал извинения двух блондинов. Им был прав в своих предположениях: первое впечатление об этой парочке изменилось так же быстро, как и о Чжухоне. Наслаждаться остатком вечера было легко: У Минхёка, кажется, имелся прокачанный до сотого уровня навык пустой болтовни, а Хосок оказался реально приятным парнем, продолжавшим расспрашивать Чангюна о его работе, семье и интересах. Хотя Чжухон, казалось, больше времени молчал, и, пусть это беспокоило Има, тот факт, что брюнет практически не отрывал от него своего взгляда, заставлял его улыбаться весь оставшийся вечер.              

***

             После того как они покинули закусочную, Чжухон заставил Минхёка и Хосока уйти первыми — парочка оживлённо вызнала у Чангюна его номер, прежде чем скрыться за дверьми. Он всё ещё улыбался, когда они вдвоём остались наедине, не способный сдержать ощущаемое счастье. Это был прекрасный вечер, и Им, кажется, понравился друзьям Чжухона. По правде, не было ни единой причины ему не улыбаться.              Чжухон тоже выглядел довольным. Хотя его улыбка не была столь заметной, как у Чангюна, но слегка приподнятые уголки губ являлись прекрасным доказательством. Им был слишком счастлив, чтобы обращать внимание на маленькие уколы у него внутри, которые, казалось, в последнее время сопровождали привычное уже тепло.              — Ты выглядишь довольным собой, — через пару мгновений сказал Чжухон, переводя взгляд с дороги на него.              Чангюн улыбнулся, кивая в подтверждение:              — Я и доволен. Они, вроде как, неплохие. Хотя я всё ещё не могу поверить, что ты заставил их купить мне красные розы, — засмеялся он, опуская взгляд на букет в своих руках.              — Не заставлял. Я купил их сам, — после паузы признался Чжухон. Нервозность в его голосе заставила Чангюна в удивлении поднять взгляд. Заметив это, Чжухон быстро продолжил, засмеявшись: — Экономные мудозвоны. Они бы скорее нарвали сорняков, чем потратили свои деньги, — нервозность пропала так же неожиданно, как и появилась, заставляя Чангюна задуматься, а не померещилась ли она ему вообще.              И всё же, он был счастлив. Чжухон купил цветы ему. Ли потратил собственные деньги, чтобы купить ему что-то.              — Тогда спасибо за цветы. Они мне нравятся, — ответил Им, не в состоянии скрыть смущённую улыбку.              Чжухон фыркнул, как будто Чангюн сказал что-то смешное.              — Я знаю, — его глаза теперь не отрывались от асфальта под ногами, избегая любопытного взгляда Чангюна. — Ты всегда уделяешь розам куда больше внимания, чем другим цветам в магазине. Я бы не удивился, если бы остальные просто завяли и умерли, — вновь закончил он со смехом. Чангюн подумал, что брюнет, кажется, много болтал, когда был смущён. Пожалуй, Им принимал желаемое за действительное, думая, что, может быть, Чжухон пытался скрыть факт того, что он уделяет Чангюну слишком много внимания; что, может быть, была и иная причина, почему Чжухон интересовался его любимыми цветами. Им похоронил эту мысль прежде, чем она смогла бы подарить ему надежду. Но он всё равно не мог перестать улыбаться.              — Но я не люблю красные. Белые розы красивее.              Чжухон взглянул на него, прежде чем тихо пробормотать:       — Я запомню.