Незнакомка

       …это было место, наиболее приближенное к небу.        Ледяная поляна, окольцованная белыми скалистыми выступами.        Чистый, белоснежный покров земли серебрился под сиянием звезд, утонувших в глубине темно — синего небосвода. И снежные хлопья, поблескивая в ночи, мягко и медленно падали вниз, сливаясь с землей.        Посреди этой поляны, свернувшись калачиком, лежала девушка. Она не двигалась, казалось, даже не дышала. Укрытая белым одеялом, она спала, ожидая момента, чтобы проснуться.        Все решилось в одно мгновенье. Пусть — как виделось на первый взгляд, в мире ничего и не изменилось, но ведь…        Девушка открыла глаза, скоро, но спокойно, и пустой, безжизненный взор ее сиреневых глаз пронесся вдаль по столь дисгармонирующему пространству: темноте неба, идущей наперекор белизне земли.        Она приподнялась: руки подрагивали, пытаясь удержать хрупкое тело; покрывавший ее снег спал, оголяя почти однотонную ему белоснежную кожу. Неловко, будто еще не контролируя свои движения, девушка медленно привстала на колени и, наконец, поднялась на ноги. Мягким дуновением развеял ветер длинные, белые, словно сам снег, локоны; глаза отчужденным взором обвели пространство впереди.        Там, прямо перед ней, расступались скалы и в образовавшемся проходе, возвышаясь над окружением, стояли тории*. Открывая путь в темноту, к невидимой взору тропинке, идущей вниз с холма, они, закованные в лед, излучали бело — розовое сияние… манили к себе.        Она бездумно, инстинктивно сделала неровный шажок им навстречу, но, дрогнув, упала на колени.        Внезапный порыв ветра налетел на нее сбоку, яростно взметнув настил снега вокруг и заставив ее, зажмурившись, прикрыть глаза руками; среди пляшущего вороха снежинок выступил четкий силуэт приближающегося зверя.        Она почувствовала его присутствие и приоткрыла глаза, взглянув на возвышающуюся над ней волчью морду: серо — белую, с ярко сияющими льдисто — зеленоватыми глазами и раскрытой в оскале пастью. Зверь смотрел ей в ответ, и, впервые с момента пробуждения, лицо девушки прояснилось. Кончики губ ее слегка приподнялись в слабой, но ласковой улыбке. Она протянула руку навстречу, и, не встретив никакого сопротивления, ладонь ее легла на переносицу волка. Губы девушки слегка приоткрылись, беззвучно что — то произнося, и существо, прикрыв глаза и мягко пророкотав что — то в ответ, приблизилось.        Оно было больше метра в холке. Вдоль позвоночника его густую, пепельную шерсть пронизывал чешуйчатый гребень, и переходя на бока, чешуя покрывала их подобно защитным пластинам. Короткие, мощные львиные лапы заканчивались заостренными когтями, а от головы, за ушами, отходила пара закручиваемых рогов.        Девушка несколько раз провела ладонью вдоль шеи зверя, и, оперевшись о спину его, вновь поднялась на ноги. Существо двигалось рядом, чутко воспринимая каждое движение хозяйки, и неспешно, они подошли к склону горы.        Перед ними расстилалось небо: во тьме ночи звездным сиянием сверкали одинокие огни. Все постройки — от храма до домов, были поглощены темнотой, и только спустившись и приблизившись она начала различать части жилищ, идущих параллельно дороге. У каждого входа стояло по несколько свечек, освещавших скитальцам путь к близлежащему холму.        Тропка из огоньков продолжалась и когда они покинули маленькое поселение, настойчиво двигаясь к приветствующим их алым ториям. Она уже не оглядывалась по сторонам; бесстрастный взор был направлен вперед, где, перед вратами, стояла группа ожидающих их монахов. Те пытались унять свое волнение, но оно все равно читалось на их спокойных лицах; они, подобно их предкам, ожидали этот момент пять столетий.        Девушка остановилась; зверь, сопровождающий ее, тут же замер рядом, холодным взглядом пожирая стоящих перед ней людей. Длительные секунды ничто не тревожило замеревшее пространство… И, наконец, жрецы склонились в низком поклоне.