И началась другая жизнь.

Утро началось с того, что со второго этажа по лестнице кубарем свалилось какое-то чудо, чью половую принадлежность мне удалось определить лишь поднимая с пола. Надо же… сколько ему лет? - Все ок? - поддерживая его за локоть интересуюсь я, пока он трет свои разбитые коленки. Пареньку лет 16 от силы. - Ага. - бурчит он и вихрем уносится куда-то прочь. Дом еще спал после массовой попойки. Трехэтажный особняк словно бы нежилой был погружен в тишину. Часы уже давно пробили десять утра. Мой же сон был не долог, скорее его даже и не было вовсе. Шея затекла от двухчасового лежания на неудобном кресле в машине и теперь мне с трудом удавалось крутить башкой, чтобы хотя бы не оступиться на крутой лестнице. Забравшись на второй этаж я огляделась. По обе стороны тянулся коридор сплошь усеянный дверями. Это коттедж вообще или чертов отель на час? Дико хотелось в душ или хотя бы, на худой конец, засунуть голову под кран с ледяной водой. Хорошо бы еще найти здесь ванную комнату, а не вломиться к кому-нибудь в спальню. Половицы под ногами предательски скрипели и все происходящее напоминало сюжет какого-нибудь дешевого ужастика, где в любой момент из-за угла на меня должен был накинуться чертов монстр. Миновав несколько комнат я заприметила дверь, которая хоть чем-то но все же отличалась от всех остальных. Знавала я дома, где ванные комнаты имели стеклянные, почти прозрачные двери. Что ж, спорить не буду, весьма интересное дизайнерское решение, особенно если дом принадлежит какой-нибудь обворожительной красотке. Дверь, на ручку которой я сейчас налегала, послушно скрипнула петлями и открылась. - Ой! - слышу я где-то в районе шеи и улыбка на моем лицо расползается едва ли не до ушей. Конечно, разве ж я могла встретить здесь кого-то еще? - Доброе утро! - радостно здороваюсь я, преграждая выход Юле, на которой из всей одежды одно только завязанное на груди полотенце. И почему это я не пришла хотя бы на минуту раньше? - Доброе. - совсем не радостно произносит она, на пол шага отступая от меня. Капельки воды стекают по выразительным ключицам и вмиг впитываются в полотенце. Как же вкусно от нее всегда пахнет… Молчание между нами совсем не кажется нелепым, хотя бы для меня. Я с чувством разглядываю ее стройные ножки, мысленно благодаря арендодателей за маленькие полотенца. Она же все это время ждет, когда я отступлю и дам ей пройти. Но черта с два я дам ей уйти просто так… Она смущается, мне это нравится. - Отлично выглядишь. - улыбаюсь я, едва прикрывая за собой дверь. С каждой секундой она начинает нервничать все сильнее, а мне так интересно, почему же так? Давай, скажи. - Спасибо. - коротко отзывается она и делает шаг мне на встречу. - дай пройти. - Нет. - опустив взгляд на ее мокрую макушку я вовсе не собираюсь ее отпускать. Еще хотя бы несколько секунд полюбоваться ей. - волшебное слово? - ЧТО!? - Это не волшебное слово! - Женя, пусти или я буду кричать. - Кричать бессмысленно, все спят. - Егор не спит! - вдруг шипит она и с какой-то абсолютно дикой злобой смотрит мне в глаза. Если честно, внутри все как ледяной водой обдало. - Тогда кричи. - спокойно заявляю я. - Отойди! - толкает она меня в бок, но меня так просто не возьмешь. Стою как вкопанная. - В чем дело? - Что? - Почему ты опять огрызаешься? - А с чего вдруг я должна с тобой сюсюкаться!? Возомнила себе непонятно что! - Так, уже интересней… - задумчиво протягиваю я, с удивлением наблюдая за изменениями выражений на ее лице. - Что тебе интересно? Хватит уже заигрывать со мной. Я не по этой теме! У меня есть любимый молодой человек и твоя помощь в чем-либо мне не нужна! Если мне что-то потребуется, я к тебе обращусь. А пока, пожалуйста, прекрати все это. Она смотрит мне в глаза и я понимаю, что она совсем не врет. Она действительно говорит что думает и совершенно уверенна в собственных словах. Вот ведь, чужая душа - потемки. Я покорно отхожу в сторону и она вихрем уносится прочь из ванной. Однако не долго я нахожусь в одиночестве. Аня находит меня сидящей на краю ванны и устало подпирающей собственную голову. - Ой! Какие люди… чего? Погуляла на славу? Аня никогда меня не стеснялась, так что теперь ей ничего не стоит запереть за собой дверь и начать раздеваться. Я же могу смотреть на нее в упор и не видеть никаких половых признаков. Вместо ее тела я вижу вертикально расположенное слово "сестра". При чем вместо последней "А" находится ее голова. Анька в этот момент уже придерживаясь за мое плечо пробирается в ванну и врубает душ. Спина вмиг намокает. Что ж, это почти то, за чем я сюда шла. Верная подруга сигарета тут же оказывается в зубах и по маленькой комнатке плывет табачный дым. - Фу! Ты что куришь!? Брось немедленно! - она уже тянется к моей сигарете, но я ловко ухожу от ее мокрой конечности. Ладонь хватает пустоту. - Да ладно тебе. Здесь, наверное, и блевать запрещено, а некоторые комнаты, поверь мне, похожи больше на общественный туалет, чем на спальни. - Женя! - Да что!? - Я провоняю сигаретами! - Велика потеря… - я перемещаюсь на другую сторону ванной, усаживаясь на крышку унитаза. - Ты чего такая кислая? - Не выспалась. - Серьезно? А я так сладко спала… - по ванной поплыл приятный запах фруктового геля для душа. - Не сомневаюсь. Говорят у лысых мужиков стояк в два раза дольше, чем у волосачей. - Женя! - Ой… - угрюмо отмахиваюсь я, наблюдая за тем, как в дверь кто-то ломится и ручка ходит ходуном. - Кто-то очень хочет составить тебе компанию. - Потерпит. - Ань… Когда домой поедем? - Какое домой!? По плану еще речка и шашлыки… - Какая к черту речка…! Но речка и правда была. При чем, зараза, красивая еще такая! На берег вся толпа вылезла не раньше трех дня. Снова гремела музыка, снова шумели голоса. Алкоголя было уже значительно меньше чем вчера вечером. Воскресенье как никак и многие планировали к ночи все таки вернуться домой. Оголенные тела то и дело шныряли мимо костра с шашлыком возле которого я примостилась, причем ужасно удачно. Еда, вода, голые девушки вокруг. И музыка здесь орала не так громко как у воды. Особо дальновидные ребята смастерили некое подобие тарзанки и теперь по очереди испытывали ее на прочность. В основном парни, реже девушки. Всплески воды сотрясали воздух каждую секунду. Над головами купающихся летал мячик, а чуть подальше виднелись надувные матрасы. Самые подготовленные притащили с собой даже их. - Еще не готово? - Паренек, которого я утром словила на лестнице, подлетел ко мне со спины и вода с его рук вмиг закапала мне на макушку. - Посиди, пожарь, будешь всегда в курсе. - бурчу я, смахивая с головы воду. - Че грубая такая? - вдруг нагло интересуется мальчуган. - Че борзый такой? - не остаюсь я в долгу. - А ну ка дети, тихо! - слышу над головой голос сестры. Купальник на ней ну просто зашибись, вернее его на ней практически нет, что не может не нравится её лысому ухажеру. Что ж, он далеко не аполлон, видно и правда в постели гигант, раз такое дело… У Аньки глаз-алмаз. - Она первая начала! - Если девушка говорит, значит ты молчи и слушай. - вдруг издает голос кавалер моей сестры и я с почтением киваю в ответ на его слова. Ну раз так, то конечно она от него уссывается… - Жень, это Боря. - Аня касается ладонью его мокрой груди. - Борь, это моя любимая сестра. - Рад знакомству. - протягивая здоровенную ладонь отвечает он. Я же не спеша потираю правую руку об штанину и лишь затем пожимаю Борину ручищу. А что, знакомство несомненно приятное. Будем надеяться, что мне не придется однажды набить ему морду. - Так мы че, родственники теперь что ли? - вдруг слышу я голос мальчугана позади себя и смотрю на него как баран на новые ворота. - Какой ты мне родственник, соплячелло? - Слышь ты! - бычит на меня паренек, едва ли не замахиваясь кулаками. - Некит, тихо! - каким-то не своим голосом огрызается на паренька Боря. Я же все продолжаю тупо таращиться на всех троих. - Чего ты так вылупилась то, брат это Борин, Никита. - Ты мне не нравишься. - так гордо произносит пацаненок мне в спину, что я едва ли не падаю от этой наглости. - Об этом мы еще поговорим… Очень скоро Анька с Борей снова удаляются к реке, а я остаюсь один на один с уже малость поутихшим пареньком. После разговора с братом он весь поник, кажется погрустнел даже. - Держи. - в знак примирения протягиваю ему целый шампур шашлыка. Паренек недоверчиво смотрит на меня, но потом все же аккуратно принимает из моих рук подарок. - Спасибо. Несколько минут мы молча жуем мясо, тупо таращась в раскаленные угли. Мимо шныряет народ и кто-то вечно толкает меня в плечо. - Ты чего смурной такой? - Не твое дело. - А по щам не хочешь? Никита мгновение тупо хлопает глазами, а потом отрицательно мотает головой. - Ты всегда наглый такой? Или тебе конкретно я чем-то не угодила? - Всегда. - Фигово. И мы снова принимаемся жевать. Странно, но с каждым куском мясо кажется мне все более резиновым. Тут я вдруг замечаю, что паренек забывает о том, что до сих пор ел и буквально с открытым ртом разглядывает кого-то у меня за спиной. Оглядываюсь и меня едва ли не пробирает смех. Совершенно не обращая на нас внимания мимо проходит Юля. Верхние лямки ее голубого купальника развязаны и болтаются на груди. Впервые я увидела ее с высоко собранными волосами. По тонкой шее медленно катились капельки воды. Очень скоро она смешалась с толпой людей у воды, радостно смеясь и смело ступая в реку, стремясь доплыть до плескавшегося в отдалении Егора. - Она тебе нравится что ли? - наконец с улыбкой обращаюсь я к Никите, который уже отложил шампур и с остервенением оттирал руки от следов шашлыка. - Не твое дело. - Да ладно! Мы ж почти родственники… Он недоверчиво посмотрел на меня исподлобья. - Она красивая. - Очень. - легко соглашаюсь я и мальчишка, кажется, даже удивлен немного. - пойди, познакомься. - Нет. - Почему это? - У нее парень есть. - И что? Ты мужик или кто? Парень не муж, подвинется. Тут то он, кажется, совсем обалдел. Да, да мужичок. Кажется, мы с тобой страсть как похожи… - Я не умею за девчонками ухаживать. - А за ней и не надо ухаживать. - я тоже откладываю недоеденный шашлык и внимательно наблюдаю за реакцией мальчугана. Он же внимательно наблюдает за тем, как Юля плещется в теплой реке и уже второй раз пытается забраться на матрас. - она любит когда ее берут резко и без лишних слов. - Ты откуда знаешь? - Однажды я тебе расскажу. - улыбаюсь я и уже стягиваю с себя футболку. Что ж, кажется моя досада от утреннего разговора достигла апогея. Теперь поиграем. - пошли. Я тебе помогу. - Куда? - еще не понимая куда именно нужно идти мальчишка вскакивает с места и мчится за мной. Я же оголяюсь до шорт и верха купальника, заботливо припасенных Анькой. Пробираясь между плотной гурьбой народа мы друг за другом уже по колено входим в воду. Останавливаюсь и Никита тормозит рядом со мной. - Ты только не оплошай, понял? - зачесывая рукой волосы в маленький хвостик я не отрываясь смотрю как млеет ее стройное тело под лучами вечернего солнца. Зрелище почти завораживающее. Капельки воды блестят на гладкой спине, лишенной всякой одежды. Подставляя спину солнцу она расстегнула замочек лифчика и теперь, не ожидая ничего плохо, довольно прикрыла глаза. Что ж, я бы на ее месте не была так беспечна. - А что делать то?! - нервничает рядом Некит, едва пиная меня локтем в бок. - Спасай ее. И я в секунду ухожу под воду. Тело приятно холодит, а глаза под водой едва ощутимо щиплет. Чувствую, как от каждого гребка напрягаются мышцы. Но управлять телом с учетом забинтованной руки не самое приятно занятие, тем более, что шов, кажется медленно, но верно начинает нарывать. Но хрен бы с ним, ибо я уже совсем близко к цели. Всего на секунду взмываю над водой, набирая в легкие как можно больше кислорода и вмиг устремляюсь как можно глубже. Солнце насквозь просвечивает почти прозрачную речную воду и блики света елозят по песчаному дну. Ровно над головой вижу тень мерно дрейфующего на волнах матраса и в два движение оказываюсь под ним. Аккуратный тычок и слышен испуганный крик. Взмахнув руками, в попытке найти точку опоры девушка кулем падает в воду. Меня же уже и след простыл. Все точно так же, тихой сапой я удаляюсь на безопасное расстояние, что бы понаблюдать, что будет происходить дальше. Девчонки у берега радостно визжат и что-то кричат растерянной Юле, которая ушла под воду с головой, но почти в ту же секунду была героически спасена моим парнем. Боже мой, да я же подарила ему возможность коснуться ее голой груди! Вот так я, вот так сваха… Юля же, кажется, еще несколько мгновений даже не понимает, зачем паренек стойко вытягивает ее ближе к берегу и сама продолжает бесполезно бить руками по воде, пытаясь выловить верх своего купальника. Напрасно. Когда Никита вытаскивает ее почти на берег, ей не остается ничего, кроме как прикрывать грудь рукой и яростно долбить кулаком по спокойно подошедшему к ней Егору. Парень смеется, едва ли не сгибаясь пополам, а она, вроде, решила что это он над ней подшутил. Что ж… Продолжая дрейфовать недалеко от берега я понимаю вскоре, что все внимание обращено к ссорящейся парочке на песочке и медленно гребу в сторону бесхозного теперь уже матраса и одиноко сопровождающего его купальника. Какая-то не по размеру огромная волна накрывает меня в секунду и я фонтаном выплевываю воду изо рта. Мавр сделал свое дело, мавр может грести на берег. Когда ступни уже касались песка и я медленно плелась к сухой поверхности меня настиг Никита. - Блин, ты крута! - восхищенно произнес он и меня едва ли не прошибла слеза умиления. - Похвалу заслужил!? - Ну… Она сначала поцеловала меня в щеку, а потом разревелась… - последнее словосочетание Никита произнес с грустью, но оно и понятно. - И что? Надо было успокоить ее. - колючая боль в руке заставила меня наконец обратить на нее внимание. Промокший от воды бинт медленно окрашивался в красный цвет. - блядство. - Да она там вроде с парнем своим ссорится… - Чего это? - Ну, говорит, почему он смеялся над ней, почему не помог. - Уродец потому что. - на всякий случай прячу руку за спину, дабы никто не увидел и не приставал с вопросами. - в правой руке протягиваю Никите часть Юлиного купальника. - На, отнеси ей, когда она проревется. Добей. - Понял! Спасибо, Жень! Что ж, кажется мы с ним найдем общий язык. Если успеем. Спустя какое-то время все снова вошло в нужное русло. Вернее как… На речку потихоньку опускался вечер и над водой ложился тонкий слой тумана. Розоватый закат бликами игрался с мелкими волнами и иногда слепил глаза. Народ начал потихоньку разъезжаться. Каждый подходил к Оле, миловидной полненькой девушке в желтом спортивном костюме, и еще раз поздравлял и благодарил за отличный праздник. Я же, уже давно переодевшись и почти высушившись, открыла багажную дверь и сидела ровно под импровизированной крышей. В аптечке оказалось достаточно бинтов, что бы я могла достойно сделать себе перевязку. Ну как достойно… Ну хотя бы так. - Извинись передо мной. Оторвав взгляд от своей измученной руки я взглядом уперлась в цветастый узор на ее толстовке. Скрестив руки на груди она остановилась в сантиметре от моих коленок. Я несколько секунд пыталась понять, что именно нарисовано у нее на кофте, но потом все таки бросила эту затею. Бред сумасшедшего. - За что? - За что!? Я знаю, что это ты скинула меня с матраса. - Я? - Женя, я ведь просила перестать со мной заигрывать. Блин, ну я же серьезно! - слово "блин" она как-то особенно выделила, мол я бы должна была тут же испугаться. - я ничего не имею против твоей ориентации, но если это будет и дальше продолжаться. - Я тебя пальцем не трогала. - бурчу я, понимая, что она начинает переходить за грань. - Трогала мой матрас. Я жду извинений. - Не будет тебе никаких извинений. - Жень, я с тобой по хорошему, а ты мне характер свой показываешь. Совсем мозги вскипели от солнца? - Лучше помолчи. - не глядя на нее отвечаю я и внутри все так жгуче покалывает. - Прекрати себя так вести! - вдруг восклицает она и это было последней каплей. Резко вскочив и роняя с колен аптечку и с силой стискиваю ее предплечье и дергаю за угол собственной машины. Она недовольно пищит и хватает меня за руку, пытаясь освободиться от крепкой хватки. Но хрен тебе. Пальцы мои все сильнее стискивает ее руку. - Ты о чем мне здесь рассказываешь, кукла? - злость накрыла с головой и я не стесняясь прильнула почти впритык к ее губам. Мой лоб коснулся ее, а колено нагло раздвинуло ее бедра, умещаясь между. - это ты мне будешь рассказывать про ориентацию и какое-то там поведение? М… Права я была, что умом ты не блещешь. - Губы мои оказываются на ее шее и не хватает буквально миллиметра для того, что бы коснуться… вся она напрягается подо мной, замирает и дышит редко и глубоко. Ей страшно. Она боится. Боится и кое-что еще. - думаешь я никогда не встречалась с такими как ты? Ты будешь удивлена, но ты совсем не отличаешься от большинства. - мое дыхание обжигает ее шею рядом с правым ухом и кожа буквально застывает. Вся она, буквально превратилась в фарфоровую статуэтку. - тебе нравится то, что я делаю. И ты бы с удовольствием раздвинула свои потрясающие ножки где бы только мне захотелось. Но ты любишь ломаться, любишь строить недотрогу, любишь, чтобы тебя завоевывали. А мне это нахер не надо, поняла? Если бы я хотела тебя поиметь я бы давно это сделала, но я, кажется, брезгую. Ты необычайно глупа, если не понимаешь, что твое поведение рядом со мной выдает тебя напрочь. Ты хочешь меня, хочешь так, как ни одного своего ебыря не хотела. Так что ты лучше сделай сама то, о чем просила меня утром и не подходи ко мне. И помалкивай о каких-то там подкатах. Живи тихо и наслаждайся тем, что у тебя есть. Рука моя соскальзывает с ее плеча и колено больше не подпирает ее между ног. Вся она словно бы стала в несколько раз меньше. Взгляд ее, словно бы направленный в никуда, был пуст как никогда раньше. А меня же после всего сказанного едва заметно отпустила обида и я с грустью поняла, что наговорила много лишнего. Однако стоило ли сожалеть о том, чего исправить нельзя? Я так не думаю… Кажется, все точки были расставлены. И уже не в первый раз.