Мое спасение - в тебе!

*** На часах уже почти 5 утра, когда подруги все еще не спят, а сидят на кухне и распивают дорогой виски с колой. — Знаешь, как я уже задолбалась копаться в этом дерьме, — еле связно бормочет Лирей, косо смотря на подругу. В ее голове давно уже плавает крепкий напиток, и с каждой минутой только сильнее затягивает узел глупостей, которые так и вертятся на языке. — Все дерьмо, которые тут происходит, ворошишь ты сама! — пьяно отвечает Ева. — Не надо было тащить этих задниц сюда, целее бы были. Ты не представляешь, что нас ждет наутро. Нас еще больше затянет в эту дрянь. — Не неси чушь. Всю эту хрень заварила именно ты, — ее указательный палец медленно наводит фокус на брюнетку и почти выкалывает ей глаз. Но в пьяном угаре она не чувствует пространство и меру дозволенности. — Слушай, я лишь помочь хочу, понимаешь? — Ева щурится и держит Лирей за палец. Силуэт подруги уже начинает красиво расплываться в ее глазах, разъезжаясь в разноцветное пятно. — Ты, вся такая разбитая, несчастная, зарываешься в этом гребаном бизнесе, который забирает у тебя все силы. У тебя совсем нет личной жизни. Тебе нужна разрядка! — Кто бы говорил. У самой-то! Натворила глупостей, теперь страдаешь! Думаешь, я не слышу твоих рыданий в подушку каждую ночь? Как ты винишь себя? Как просишь у всех прощения за то, что сделала с бедным парнем, что тот аж руки на себя наложил? — Лирей совсем не думает о том, что говорит. Ее заплывший мозг совсем не распознает приемлемую, и отнюдь неприемлемую информацию. Ева откидывается на спинку кресла и наклоняет голову. До нее слишком медленно доходит смысл сказанного рыжеволосой. В разуме Евы после этого инцидента произошел небольшой сбой, при котором она панически боится любого сближения с каким-либо парнем. Мозг теперь сам себя запрограммировал таким образом, что даже и не догадаешься, что у нее какой-то косяк с самообладанием. Но стоит лишь с ней сблизиться и перейти к действиям, таким как поцелуй или интимная связь, как может произойти что-то непоправимое. Ее сознание блокирует все разумное, что есть в девушке, давая начало невыносимой истерии, психозу и сильной форме невроза, трясущихся рук и нескончаемого потока слез. Или же она может впасть в ступор, что и однажды случилось, когда она пыталась встречаться с парнем, пытавшимся ее поцеловать. Она просто застыла на месте, сидя без движения какое-то время, а через мгновение крича на всю улицу, чтобы он ее не трогал. — Вот и что за ересь ты мне тут сейчас наговорила, а? Я всячески стараюсь справиться со своим недугом, если можно это так назвать. И ты не представляешь, насколько это трудно! — Ева немного повышает тон голоса, отрывая спину от сиденья. — Лучше разберись со своей паникой при виде ХонБина! Тоже мне, взрослая нашлась! — Думаешь, я не вижу, как ты смотришь на Лео? — А что это мы так по темам скачем? Время нечем занять? — ее раздражение волнами доносится до Лирей, но та словно этого не замечает. Ее моральный долг — помочь бедной и разбитой подруге обрести женское счастье, переступая через собственное «Я» и гордость, переплывая реки ненависти и злости. Но у нее это мало получается. Но немного покопавшись в голове и вспомнив некоторые события, которые произошли ранее с ней и Лео, подталкивают рыжеволосую на новые геракловские подвиги. Ева так же старается починить разбитое сердце горячо любимой Лирей, только вот получается абсолютно несусветная хрень, которая тянется хвостом из мусора сомнений и грязи недопонимания между ними. Каждая что-то делает, и тем самым затягивает саму себя в странную запутанную интригу на четверых!