Принцип относительности

- Мой хуже. - Ага, мечтай. У моего стаж ужасности раза в два больше. - Сам посуди - педант, взрывается просто на ровном месте, сжигает все вокруг с каменным лицом, да к тому же еще шутить умеет и в сарказм - тоже может. - Нашел на что жаловаться! Знаешь, я готов поспорить, что когда все вокруг сжигают с перекошенным лицом и совершенно серьезно - это ничуть не лучше. - Поспорить?.. В библиотеке, в кои-то веки, вместе с пылью в редких лучиках солнечного света витала расслабленность и странная нега. Напряженная до кругов перед глазами и сна прямо на столах работа, длившаяся весь последний месяц, наконец была закончена, и теперь два парня, похожих друг на друга только черными волосами, и то не полностью, расслабленно и бездумно перебрасывались фразами, растянувшись каждый за своим столом. Стражи, их ужасные и грозные Стражи приходили в себя где-то наверху башни, совместными усилиями освобожденные от скверны и демонов. Вряд ли когда-нибудь удастся узнать, кому первому в голову пришла эта идея. Позвать на помощь не только людей сведущих, но и кровно заинтересованных ровно в том же, в чем и ты. Но как бы там ни было, они все же нашли друг друга, среди времени и бесчисленных миров, нашли и вместе справились. И теперь пора было думать о возвращении по домам, но... - Ну да, поспорить, - Кадгар, сидевший ближе к окну, подтянул ноги в свое неуютное и жесткое кресло, пытаясь устроиться хоть немного удобно и широко и с чувством зевая, - поспорить, что что бы там ни было - твой точно не может быть хуже. - Пфф, тогда иди и проверь! - еще один Верный, чуть глубже закопавшийся в книги, да еще и с чернильным пятном на щеке, принял эстафету зевания, а после, слегка размяв едва не свернутую челюсть, продолжил, - Можно иллюзию наложить и внешностью поменяться, но я не думаю, что мой заметит подмену даже если вообще ничего не делать. Ему вообще чаще всего по барабану на окружающий мир. - А моему по барабану на меня. Так что если ты умеешь книги рассортировывать, под руку не лезть и от боевых заклинаний уворачиваться - скорее всего он будет даже рад возможности допросить с пристрастием собственного ученика из другого мира. - Ну и отлично. Значит первый пункт нашего эксперимента - проверить, заметят ли! На произнесенный воодушевленным тоном зародыш плана ближний к окну юный маг ответил лишь обессиленным стоном, возражающим против дальнейшего и более детального обсуждения их действий. По крайней мере до того, как они оба хорошенько отоспятся. Второй парень, явно настроенный более решительно и вообще, кажется, презирающий сон, уже взялся за перо, но мешать собрату по несчастью засыпать все же не стал, лишь тихо бурча себе под нос про разных там "неженок" и "с Лотаром бы сходил разок на миссию, посмотрел бы на тебя". Первый пункт эксперимента вроде и не провалился, а атмосфера вокруг собравшихся магов повисла более чем гнетущая. Тихим сапом поменявшиеся местами Кадгары, пусть и заверявшие друг друга в том, что "не заметят, как пить дать не заметят!", теперь хмуро стояли друг напротив друга, каждый рядом с чужим Медивом, которые, прямо по писанному, совершенно не торопились замечать изменений в экспозиции, открывая для своих учеников новые горизонты собственной "ужасности". Конечно, ни один из великих магов не потрудился заметить выходки двух взбалмошных учеников, но... Тот Медив, что стоял ближе к Каражану действительно был заинтересован в куда более тщательном расспросе гостя из чужого мира, на который раньше совершенно не хватало времени, а тот, что стоял ближе к порталу, сиявшему напротив главного входа башни - просто устал спорить и что-то доказывать (чаще всего силой) совершенно несносному юнцу. Так что двум Стражам, и без того установившим между собой завидное взаимопонимание по ходу изнурительной работы, хватило двух легких вздохов, чтобы без слов договориться обо всем на свете да еще и мысленно попрощаться, пожелав всего самого наилучшего и желанного обеими сторонами, немного позлорадствовав с ухмылкой над своими попавшимися на собственную удочку учениками и на этой прекрасной безмолвной ноте разойтись каждый в свою сторону, утягивая за собой не до конца пришедших в себя Верных. Путешествие через портал было на удивление... долгим. Кадгар всегда представлял себе, что портал - лишь тонкая магическая пленка меж миров, и никак не думал, что там, между сияющими провалами, разрывающими ткань мира, находится еще и какой-то совершенно восхитительный кусок изначальной пустоты, пронизывающий магией и каким-то совершенно особенным и неописуемым чувством, сравнимым лишь... со сном? Это открытие даже позволило отвлечься от той горькой, пусть и ожидаемой обиды от того, что ни один, ни другой Медив не посчитал нужным вернуть себе собственного ученика. Хотя... Если бы это сделал только один из них – все, пиши пропало, Кадгар ушел бы из Каражана куда глаза глядят, потому что это было бы уже совсем нечестно, и плевать, что обида совсем детская. В том, что "провинившимся" оказался бы именно Его маг он не сомневался ни секунды. Но вот так вот, обоюдно... Было грустно, но, по крайней, мере честно и поровну. Они просто оказались правы, и теперь оставалось лишь выяснить, кто из них в итоге будет правее по оставшимся пунктам. - Кадгар. О! Даже чужой голос звучит странно. Что же это за пространство?.. Юноша, поглощенный потоком новой информации, все же незамедлительно вскинул голову туда, откуда вроде бы доносился странный звук, и с легкой паникой обнаружил, что ой как отстал от не_своего учителя, который даже обернулся к нему, словно ожидая. - Не думаю, что целью этой твоей авантюры было остаться в Круговерти Пустоты. Не так ли? Шутит?.. Правда шутит? Слегка смущенный новой стороной характера не_своего Мастера, Кадгар сосредоточенно попытался лететь вперед, и магия, словно скучающая здесь, в Пустоте, услужливым потоком увлекла его вперед, вслед за Хранителем, навстречу сияющему окну в другой, новый, и все же такой же Азерот. Встретивший его Каражан был другим. Совершенно другим! Юный маг замер с открытым ртом, задрав голову на высоченный, изящный, сияющий магией шпиль. Вот тут его двойник точно прогадал. И как он мог после Такого восхищаться их темной, полной пауков и призраков древнющей и дремучей башней, по которой едва ли скелеты не ходят?.. Засмотревшись на открывшееся взору чудо мальчик снова отстал, но теперь уже опомнился самостоятельно, украдкой догоняя не_того Медива теперь уже лишь мельком и очень голодно обшаривая окружающее пространство любопытным взглядом - там вон еще какое-то здание, наверное как у них, для слуг и конюшня, там - мост, горы, долина, река... Ох, только бы дали взглянуть на все хоть одним глазком! Только бы не выгнали сразу, позабавившись! Вид самой башни ошарашил, впечатлил, заставил сердце забиться чаще, но внутри... Библиотека просто намертво пригвоздила парня к полу еще в дверях. Светлая, убранная, пусть и пыльная, неохватная взглядом, пронизанная светящимися магическими потоками и словно вьющаяся вокруг уходящей ввысь лестницы, неразрывно связывающей ее с... покоями самого Медива? У Кадгара даже глаза заслезились от великолепия, а с руками, по-детски прикрывшими вновь распахнутый от поражения рот, он и не надеялся совладать. Ох, Свет, неужели же здешний Кадгар имел право чистить, рассортировывать и поддерживать в порядке все это великолепие?.. Да еще и под самой мастерской своего Учителя, обласканный светом пронизывающих все вокруг потоков и энергий, напрямую связанных с хозяином башни? - Мальчик, тебе нехорошо? Даже спокойный голос едва-едва смог вывести юного мага из оцепенения, и то скорее чувством дежавю, а не самим вопросом. И что в нем такого, что вот уже второй Хранитель подряд при первой же возможности интересуется его здоровьем?.. - Я... - Кадгар попытался отмереть и только теперь заметил, что застыл еще даже не в самой библиотеке, а на пороге, и теперь ступать внутрь было даже как-то боязно. Тем более, здешний Верный все же горячо убеждал его, что его учитель - тоже тот еще зверь, - Можно мне?.. От волнения и безумного водоворота событий и эмоций даже голос парня подсел и стал каким-то до смешного жалобным, сломавшись где-то посередине короткой фразы. И Медив ничем не помог справиться с накатывающим смущением, лишь едва заметно приподняв бровь, рассматривая его так знакомо цепко и пронзительно. - Можно мне... внутрь? Войти? Можно мне войти внутрь?.. У вас прекрасная библиотека. Можно мне... О, эти книги... Парень снова едва не прикрыл рот рукой, одновременно пытаясь унять ничуть не помогающий словесный поток и скользя слегка ошалевшими глазами по корешкам на ближайшей к нему полке, но тут же, опомнившись, вновь переводя взгляд на хозяина этих самых корешков, с удивлением замечая на его лице неуловимую, но совершенно точно имеющую место быть улыбку. Вот это было необычно. Его Медив Так - не улыбался. - Можно. Хочешь верь, хочешь нет, а я взял тебя сюда не чтобы ты ночевал на улице. Ну и что же это такое?.. Кадгар ступил на каменный пол библиотеки, не сводя настороженного взгляда с чужого Стража, словно ожидая, что тот вот-вот швырнет его о шкаф или еще что. Но о шкаф - это привычно, о шкаф - это почти комфортно. Вот только Медив стоял с совершенно неизменным выражением спокойного любопытства, в свою очередь не сводя со своего подопытного ученика внимательного взгляда. Не об этом ли говорил здешний Кадгар?.. Не в этом ли была ловушка? По спине сами собой поползли мурашки. Действительно, эмоции его учителя всегда были явны и в общем-то легко читаемы. И прекрасно можно было понять, какое у него сегодня настроение, и не собирается ли он тебя бить, возможно даже фаерболами. А Этот... Если он действительно даже жжет все вокруг с непроницаемым лицом, а заводится, по словам более сведущего Кадгара - с пол оборота, то, конечно, ни чарующая башня, ни обманчиво-манящий облик не покажутся столь уж привлекательными. И все же... Юный ученик Стража делал по библиотеке один осторожный шаг за другим, обходя не_своего учителя по почтительному радиусу, а тот все так же спокойно смотрел на него да все более явно улыбался, заставляя мысли мальчика совсем уж теряться. - Страж... Господин маг. Какие из книг мне будет дозволено изучить?.. Во внезапно слегка прищурившихся, словно в азарте, голубых глазах старшего мага мелькнула какая-то яркая и веселая искра. - Все. До тех пор, пока ты не вздумаешь выносить их за пределы библиотеки. Воздуха внезапно стало немого не хватать. Во-первых, от позволения читать все, что вздумается (а механический сверчок, на случай ловушек, все еще был с ним, и сейчас смирно сидел в сумке), а во-вторых от удивления тому, что кому-то могло вообще в голову прийти пытаться вынести из Каражана книги. Что же за нужда могла толкнуть на такое?.. - Господин маг. Мастер Медив... - Кадгар запнулся, видя, что тот самый "Мастер Медив" со вздохом отступил на шаг назад, посмотрев наверх, туда, куда уходила бесконечная винтовая лестница, - Благодарю вас. - Мороуз покажет тебе твою комнату. И расскажет о распорядке, - Страж вновь опустил взгляд на так и замершего перед ним парня, хотя мысли его, кажется, уже витали где-то еще, - Не беспокой меня до завтра. - Да, мастер! - Да и... - Медив, уже было направившийся к лестнице, вновь обернулся, сделав пазу, словно сомневаясь в пользе произнесения дальнейшего, - воздержись от проб новых заклинаний до того как я проверю совместимость тонких вибраций магемы вашего мира с нашими энергиями. Кадгар усиленно закивал, размышляя о том, что их Азероты, в отличие от того же Дренора, знакомого по рассказам признавших в себе демонов Медивов, разделяет не просто пространство, а какие-то иные, более тонкие планы. Маги проделали то же самое в его родном мире перед началом их экспериментов с экзорцизмом, так что он был знаком с методом, но напоминание все же не было лишним, и парень старательно зарубил себе на носу пока что не лезть в изучение заклинаний. Благо, заняться и без этого было уйма чем. Очнулся мальчик лишь от вежливого покашливания где-то за спиной, и едва не подскочил, обнаружив там приятного пожилого мужчину, да еще и в робе со всевидящим глазом Кирин-Тора. Громов и молний от его появления не последовало, Медив вполне себе спокойно продолжил свой путь к лестнице и по ней, так что огромным логическим усилием мальчик все же смог связать приятного и столь доброго на вид мужчину с вражьими знаками на одеяниях с Мороузом, их старым, ворчливым, похожим на насекомое Мороузом, что наверняка сейчас не вещал совершенно ничего хорошего его двойнику в параллельном Каражане. - Потому что Мастер Медив не одобрит подобного, и... - Да-да, конечно. - ...я тоже не одобрю, потому как убирать... - О, я же помогу! Кадгар, уже заканчивающий свой аметистовый круг и едва язык от усердия не высунувший, перебивал распинающегося недовольным скрипом дворецкого поддакиваниями и уточнениями, совершенно не собираясь прекращать своего занятия. В конце концов, Страж удалился к себе после крайне долгого допроса новоприбывшего, и теперь этот самый новоприбывший мог, наконец, насладиться свободной минуткой и теми самыми записями своего двойника, которые он заметил еще во время их работы. Какие-то заклинания, позволяющие заглядывать в прошлое или даже будущее через призму искаженного Каражаном пространства... Восхитительно! Почти так же восхитительно, как и все здесь. Башня, стоящая на скале в виде черепа. Такая темная и ужасная, что распугала многих учеников еще на подходе. Кишащая видениями и призраками других мест и времен. Наполненная пауками и запретными фолиантами, от одного вида которых по спине бежали восторженные мурашки. Под хозяйством дворецкого, так чудесно похожего на смесь эксперимента некроманта с насекомым, да еще и носящего прелестные шоры. Во владении мага, один вид которого пробирал до костей - этот острый взгляд, эти ногти, эта темная и строгая мантия... Вот так вот и должен выглядеть Страж-затворник. Да, это место поистине было волшебным и исполняющим мечты. Даже мимолетные. Так что со своим идеальным образчиком стражей-затворников юному магу предстояло встретиться буквально через пару минут. Когда круг и заклинание, наспех прочитанное с бумаг местного Кадгара, каким-то местом не поделили между собой энергию, взорвавшись ослепительным фейерверком, итогом которого был столь же ослепительный, эффектный, прекрасный в гневе хозяин башни, за секунду подчинивший себе вихри взбунтовавшейся энергии и обративший пылающий взор на нового нарушителя спокойствия и, кое-где, целостности каменной кладки. - Беги, мальчик. Спокойный тон здесь не обманывал совершенно никого. Потому что между пальцев с вызывающе-черными ногтями уже плясали разряды опасной и готовой сорваться в того кто под руку попадется энергии. И потому что Кадгар совершенно не собирался этого ждать, стартуя к двери прямо с пола, на который плюхнулся, ошарашенный взрывом. Новая версия старого ученика скрылась в дверном проеме столь быстро и неожиданно, словно из противоположного конца комнаты неслась целая орда орков. И Медив даже слегка растерялся, моргнув - парень что, действительно побежал?.. Прошлый плюхнулся бы в обморок при худшем раскладе, а при лучшем - просто на колени, раскаиваясь сразу во всех грехах скопом и моля о снисхождении. А этот... побежал?.. На губах мага появилась хищная, слегка кривая улыбка, и он дал своей новой жертве еще секунду форы, прежде чем скачком очутиться рядом с дверным проемом, в котором исчез новый Кадгар. Новый, и предвещающий кучу веселья Кадгар. Парень, совершенно беззаботно щурящий голубые глаза и ворошащий писчим пером черные с белой прядкой волосы, сегодня, пожалуй, в полной мере познал смысл выражения "бабочки в животе". Не от какой-то там романтики, нет, от чего-то куда более фундаментального. Мир был прекрасен и все тут. Огромная, лучащаяся светом библиотека. Добрый, радушный Мороуз, который был ему даже благодарен за помощь в уборке! Огромное количество совершенно незнакомой и доступной информации вокруг. Ни разу не взорвавшийся ни по какому поводу Медив, пусть даже до сих пор и вызывавший опасения, но все же уже ничуть не больше, чем собственный учитель. Это ли не рай? Кадгар даже под нос себе что-то мурлыкал, постукивая носками сапог друг о друга и лениво листая книгу о рунах, которые были в большинстве своем точно такими же, как и в его родном мире. Местный Медив... Он до сих пор не понял, что такого опасного смог в нем откопать его двойник. Пока он казался совершенно идеальным учителем. Строгим, но справедливым. И всего-то нужно было следовать правилам. И он тоже вполне соответствовал тем райским эманациям, что витали повсюду вокруг. Даже волосы и борода - светлые и совершенно мягкие на вид. Мягкие... Кадгар прищурился, бездумно грызя кончик пера. Как и его глаза, порой до странного добрые и немного грустные. И голос... Нет, здешний Медив был словно негативом от того Медива, что он знал раньше. Только что стержень у них внутри был один и тот же. А еще не_его Страж был словно взрослее, хотя выглядел даже моложе. Но уроки, что он давал... Весь материал заботливо и неторопливо раскладывался по полочкам, без спешки и лишних эмоций, так, что у Кадгара сердце заходилось - по совершенно непонятным причинам, но совершенно безудержно. И его руки... Держащие перо или мел, так уверенно и в то же время так небрежно и мягко, отзывались тем же самым ощущением, что и вся его сила, не плещущаяся, но вьющаяся вокруг стройным потоком - ощущением чуткого, но осторожного контроля, руководства и уверенности. Даже не верилось, что этот человек мог вести себя безрассудно. Что он мог взрываться или терять контроль. Возможно, это все было лишь влиянием скверны?.. Тогда он крадет у своего двойника лучшего учителя на свете. Кадгар покусал губу, мысленно добавляя - пусть даже лишь на время. Может быть, его собственный Медив тоже стал немного мягче без всяких там демонов в голове. Да, он наверняка стал куда мягче и рассудительнее. Но даже если нет... Мальчик снова вздохнул, выводя на листе перед собой какую-то загогулинку и обводя ее, пока перо не начало процарапывать намокший от чернил плотный пергамент. Если нет, он хотя бы будет знать, что существуют и Вот Такие Медивы. - Руны?.. Нашел отличия? Уже привычный, но все же трогающий где-то за живое спокойный голос заставил встрепенуться и обернуться к не_своему учителю и судорожно попытаться осознать его вопрос. - Ох... - юный маг суматошно сгреб листы перед собой, ища среди них что-то и одновременно пытаясь сосредоточиться, - Да... Да, я составил список, пока еще не полный, но я доделаю. Кадгар все же нашел тот самый лист, достал его из-под других, поднимая на Стража глаза и отмечая, что в его голубых радужках сегодня кружат совсем уж благодушные звездочки, складываясь в столь созвучный с состоянием самого Верного поток. - Молодец. Хороший мальчик. Хранитель берет недоделанный еще список, цепким, но все же расслабленным взглядом пробегаясь по строкам, удерживая пергамент пальцами одной руки, потому что пальцы второй... Пальцы второй слегка рассеянно и ласково гладят растрепанные волосы покрасневшего до ушей парня, расчесывая их от макушки к затылку и через раз сползая к горящему уху, чтобы пригладить прядки и за ним. И это стоит работы над разными там списками и таблицами. Когда Медив погладил его впервые, Кадгар только и смог, что окостенеть под пальцами. Второй раз он уже не был так уж искренне уверен, что это просто ошибка, а потом... Сегодня ему стало все равно даже на свое смущение. Ну и пусть красный как помидор, что ж теперь. Вроде же не мешает. К тому же, что еще делать, если тебя вдруг гладит Страж, как не смущаться? И пальцы у него такие теплые и ласковые. И... губы кусать хочется, как жжется желание целоваться. И чтобы он не только погладил. Коснулся губами макушки. За ухом. Линии роста волос на загривке... Возбуждение накрывает так отчаянно и бесповоротно, что заметить, что что-то происходит очень сложно. Мир вообще на мгновение уплывает в далекую даль, и лишь прикосновение к уху, такое непривычное и странно-влажное заставляет дернуться, отстраняясь, прижимаясь к подлокотнику кресла, оборачиваясь и встречаясь ошалевшим взглядом с глазами не_его Медива, склонившегося к нему Медива, склонившегося и целовавшего только что. - Вы же... Я... Господин Медив. И Кадгар смотрит так, словно один этот взгляд должен рассказать сразу все, то, что и на языке-то не умещается, уж точно не тогда, когда в ушах так гулко стучит сердце, а перед глазами все расплывается цветными кругами. Да вот только Страж его не слушает и не пытается. Зато явно читает мысли, потому как за следующим движением следует уже не поцелуй, а укус - легкий совсем, лишь прикосновение зубами. Они мягко сжимают кожу под ухом и делают свет и тьму совершенно неразличимыми. Где-то там, под новым поцелуем-укусом, бьется в бешеном и гулком ритме жилка артерии. Где-то чуть ниже мышцы расслабляются, выпуская ошарашенный и обреченный вздох, а еще ниже - руки сталкиваются с чужими, даже не зная, собираясь или притянуть и остановить, но это и не важно, так не важно, потому что Медив снова не спрашивает, сжимает бока единственно правильным способом, буквально вынимая из уютного и безопасного резного кресла на такой открытый и такой заваленный бумагами стол. И слава Всемогущему Свету, что не надо стоять, потому что ноги одновременно деревенеют и подкашиваются, и мышцы сводит такими противоречивыми, но все же сонаправленными чувствами, что из горла вырывается какой-то совершенно позорный стон лишь от того, как Медив разводит его коленки в стороны, чтобы удобнее расположиться между. Кадгар зажимает рот рукой, смаргивая невесть откуда взявшиеся слезы. И в голове вместе с совершенно ошарашенным пульсом, бьется только одно - Свет, Свет, он же кончит прямо так, от одних поцелуев, потому что Хранитель укладывает его спиной прямо на бумаги и можно вы-выгнуться, а уже от одного этого хочется стонать, потому что его борода щекочет и колет слегка, потому что пальцы ворошат волосы на загривке, пока вторая рука гладит там, где так жарко и так хорошо, пусть даже прямо через штаны, а он ведь еще и шепчет ему что-то, низко и ласково. Когда штаны скользят вниз по бедрам в голове что-то тихонько щелкает, отключая, видимо, все остатки разума и направляя всю освободившуюся энергию на сдерживание жарких, жгучих волн возбуждения, грозящих выплеснуться совершенно несвоевременным оргазмом. Становится легче и... свободнее. Кадгар приподнимает бедра, охотно помогая стянуть ненужную одежду, цепляется пальцами за мантию Медива, едва штаны летят на пол, а потом - за его же спину, совершенно отказываясь лежать на столе в одиночестве, растеряв всю свою послушность и терпение, не сейчас, нет, не когда он чувствует бедром горячую плотность члена в чужих штанах, далеким краем пораженного сознания и всем своим существом ощущая, что великому Стражу ничуть не легче его, и притираясь, выгибаясь навстречу, зарываясь пальцами в волосы, сегодня все же убранные в хвост. Влажные, скользкие пальцы (о, спасибо тебе, магия!) входят в него вместе с горячим, нежным и таким же влажным языком, проникающим между губ, открывающим его так неспешно, словно и здесь требуется подготовка. И не больно ни капли, лишь тянет желанием раскрыться еще немного, еще чуть глубже, еще, еще! Мальчик приподнимает бедра, разгоряченно насаживаясь на пальцы чуть глубже и сливаясь стоном с чужим, перетекающим из губ в губы и рождающим сладкую дрожь где-то в солнечном сплетении, от которой прижимающийся к животу член пачкает кожу новой капелькой смазки, а мышцы несговорчивого колечка поддаются вторжению еще чуть легче, еще чуть слаще, мягче, глубже. Но все же - совершенно недостаточно. И Кадгар стонет снова, потерянно и нетерпеливо, сводя поднятые брови и сжимая Старшего мага бедрами, надеясь, что он понимает, чувствует, жаждет так же, как и он сам. - Расслабься, малыш, расслабься. Дыши... Медив чувствует. Так же остро и отчаянно, шепча мантры самому себе, потому что Кадгар, этот восхитительный, чудесный, совершенно чужой и совершенно Его Кадгар, по видимому, сейчас не слышит абсолютно ничего. Но все же делает все волшебно-правильно, глубоко и пораженно вдыхая от первого толчка, стискивая пальцы на спине и выгибаясь с просящим, сносящим остатки крыши стоном. Страж входит плавно и сразу до конца, вызвав новый, полный переливчатых эмоций стон и легкий, до мурашек приятный спазм мышц вокруг основания собственного члена. И зрачки у этого голубоглазого мальчика - со всю радужку, и рубашка, что не нашлось времени скинуть, так трогательно собралась на груди, задранная жадными руками старшего мага, гладящими, сжимающими, поддерживающими выгибающуюся в такт толчков поясницу, а губы, так доверчиво приоткрытые, ловят чужое дыхание и смешивают, смешивают с собственным, до единого ритма, до слившегося жара и рваных, нежных поцелуев. Как такого не любить?.. И Медив любит. Мокро, глубоко, до жалобных всхлипов. И мальчик снова закрывает ладонью рот, пунцовея до кончиков ушей и сдерживая рвущиеся звуки, отводя вновь увлажнившиеся глаза и совершенно теряя из виду то, что сводит Хранителя с ума, бесповоротно и с концами. Он вновь целует так мило открытую шею, оставляя яркие, видные метки, с готовностью побороться с целым миром за право помечать Своим. Накрывает рукой член Кадгара, чувствуя, как набухает под пальцами пульсирующая головка, чувствуя каждым миллиметром кожи, как близко оргазм, как мало надо, еще совсем чуть-чуть, и оттягивая сладким миг секунда за секундой, дразня скользкую от предсемени головку мальчика невесомой лаской и самого себя - неспешными, глубокими толчками. Они продержатся совсем недолго, пару-тройку вздохов и выдохов, но и этого вполне достаточно, чтобы утопить сознание в пучине удовольствия, сводящей каждую мышцу в теле спазмом чистого, очищающего наслаждения. - Всемогущая магия. Кадгар вновь сидит на своем кресле. Только теперь - задом наперед, а под его бедрами - словно так и было задумано, колени Медива, расслабленно и совершенно умиротворенно откинувшегося на спинку. - Мастер... - юный маг, приходя в себя и теряясь до сбивчиво мечущегося сердца, тихо зовет, ловя с чужого лица любые отголоски эмоций, - Учитель. - Да, Кадгар, - Медив, видимо совершенно не желающий помогать, только едва заметно улыбается уголками губ, приоткрыв глаз. - Как же... Наши вторые "Я"?.. - Обречены пожинать плоды того, на что сами подписались?.. Спокойный, глубокий голос всегда действовал на Кадгара магически. С их первой встречи, как услужливо теперь рисовала память. А теперь вовсе заставлял сердце останавливаться, а щеки - вновь розоветь, только что совсем невинно и едва заметно, не то что минутами ранее. - Идем посмотрим. Заговорщицки-энергичные нотки живо напомнили темную-темную башню на скале-черепе, и это даже заставило вздрогнуть, но... Они все же были очень похожи и с этим придется смириться. Так что Кадгар, практически съезжая с чужих коленей, хозяин которых надумал встать, только согласно закивал, поправляя наспех натянутые штаны и вспоминая, куда он в последний раз забросил свою походную сумку. Темный Каражан встретил их своей былой затхлостью и ворчащим Мороузом. Старик вновь совершенно не был доволен, но из всех его важностей для гостей важно было только одно - гостившего Кадгара, по слухам, как раз наказывали за очередной взрыв. Шум стал слышен еще на подходе. И вернувшиеся в родные места Верный, рвущийся вперед с видом готового принять на себя все кары небесные за незнакомого, но горячо любимого второго себя, был удержан от глупостей только силой стража, то ли благодаря дару предвидения оного, то ли все еще так отлично проявляющемуся взаимопониманию со своим вторым Эго. В общем-то, все стало понятно еще до того, как они заглянули в приоткрытую дверь. Настолько, что все же любопытно сунувшемуся в проем Кадгару глаза были заботливо закрыты ладонью понимающе и снисходительно улыбающегося светлого Медива. Смущенно замерший мальчик даже освободиться из захвата пытался лишь для проформы. Хлесткие удары стека, раскрашивающие голые ягодицы его параллельного воплощения яркими росчерками, были прекрасно воспринимаемы и на слух, а уж жалобные, но отнюдь не мученические стоны, следовавшие за ними... Да уж, гости здесь явно были лишними. Портал встретил их новой порцией извечной пустоты, которую в этот раз расцветили еще и чужие прикосновения с тихим шепотом, от которого даже в Круговерти по телу прошлась теплая, приятно сжимающая нутро волна. "Хороший мальчик."