Го вместе искать себе парней

После увольнения Кеше пришлось трудно. Эта глупая ситуация не должна была задеть его, но задела. А всё из-за того, что они упомянули его. Три месяца. Столько ушло у него времени, чтобы забыть тот случай и выйти из депрессии. Полгода. Столько ушло, чтобы перестать вскрикивать каждый раз, когда его кожи касался парень. Год. Столько у него ушло, чтобы окончательно избавиться от гаптофобии* и вновь начать с кем-то общаться. За этот период Кеша практически полностью переосмыслил свою жизнь. Все его друзья отстранились от него, никто не поддерживал его. У него были проблемы со школой, проблемы с собственной жизнью. Но он это пережил. Выкарабкался. Правда, вновь находить себе друзей, в этот раз нормальных, что не бросят при первой же трудности, мелькнувшей на горизонте, оказалось намного сложнее. Кеша пытался быть оптимистом, пытался оставаться весёлым, но незаметно для себя, он становился всё черствее и холоднее. Он был из тех типов людей, что в одиночестве медленно саморазрушаются. И парень прекрасно это понимал. Потому, отчаявшись, он и решился на эту глупость: подружиться с парнем, сперев у него шляпу. Уж чем-то тот парень привлёк его в толпе. А, может, он уже просто не мог оставаться один и ткнул пальцем в первого попавшего, убеждая себя, что это была судьба и выбор был обоснован. Кто знает. Факт в том, что он не прогадал. И не пожалел. Конечно, после их знакомства проблемы никуда не исчезли, а его душевное равновесия само по себе не восстановилось, но у него появилась какая-никакая отдушина. Кто-то, кто напоминал нормального верного друга. Но хватит о грустном. Кеша всё это пережил и даже упоминание о событиях прошлого сильно не задевают его. Просто было неприятно всё вспомнить вновь. После увольнения парень устроился баристой в другом кафе, что больше напоминало кофейню. Он как раз не так давно закончил месячные курсы баристы, ведь планировал этим подзарабатовать, когда поступит в университет, но жизнь сложилась иначе и знания пригодились чуть раньше. Как бы ужасно это не звучало для него, но устроился туда он почти по блату: родители знали владельца кафе и настойчиво порекомендовали своего сына. Хотя, при другом раскладе, несовершеннолетнего парня вряд ли бы взяли баристой. В общем, обустроился Кеша нормально. Если не считать, что у него начался самый сложный период в жизни: экзамены и поступление. Только стукнуло первое июня, а половину нервной системы как не бывало: родители требовали, чтобы их не глупый сынишка шёл на экономиста, а он сам упорно хотел в лингвистический. Споров на эту темы было много, а это он ещё в отдельной квартире живёт, что было бы, если бы они жили вместе — страшно представить. И вот, все дни Кеши проходили в подготовке к экзаменам и работе. Но он нашёл то, что не дало ему вновь загнуться. Звонки Максу и препирательства с ним, ведь освобождался светло-русый лишь в часа три ночи, когда и звонил своему другу. Правда, Макс этому был не слишком рад и Кеше приходилось всячески изощряться, чтобы вновь иметь возможность поболтать с ним. Так и прошла для него первая половина июня вместе со школьными экзаменами. И наступило восемнадцатое июня: его день рождение. И не просто день рождение, а его восемнадцатилетие. Только вот, для него это ничего не значило. Праздновать свой день рождения он не собирался: друзей, с кем можно было бы отметить, не было, а Макс об этом и не знал. Потому он просто взял выходной в кафе, купил бутылку коньяка и пошёл на свою квартиру смотреть фильмы и играть в приставку: в общем, решил полностью посвятить в этот день время себе. Вот только, совсем позабыл о родителях. — Привет, сынок, с днём рождением тебя! — услышал парень радостный голос матери в своём телефоне. — Ты собираешься к нам сегодня подъехать? Всё же, отметить с родственниками надо! — Ох, мама, — растерянно пробормотал Кеша, убирая открытую бутылку под кровать. — Я совсем забыл. А я должен был сегодня подъехать? — Кеша, ну ты даёшь! Я тебя должна приглашать на твоё собственное день рождение? Я уже всё устроила, приезжай быстрей, все тебя только и ждут. — Мам, но я… — пытался выкрутиться парень, комкая в руках своё одеяло и прикидывая, как быстро он сможет убрать перегар. — Давай-давай. Ждём тебя через час! — Хорошо мам, — ответил Кеша, понимая, что уже не открутиться. — До встречи! Парень тяжело вздохнул и отправился в ванну, чтобы почистить зубы и умыться. Конечно же, идти к куче народа, половину которого ты не знаешь, а со второй половиной попросту не общаешься, не особо хотелось, но портить отношения с мамой тоже нельзя, потому легче заскочить на часок и выдержать напор фальшивых улыбок и поздравлений, а потом тихо уехать домой, когда все переключатся на застолье. У Кеши было натянутое отношение с родственниками. Может, причина была в том, что они редко виделись, а может дело было в том, что они были слишком строги, а парень не любил контроля. Его часто осуждали за излишнюю трату времени на друзей и компьютер, и требовали уделять больше времени учёбе, хотя оценки у него были в порядке. В общем, Кеша считал, что они просто не сходятся в характере. Единственный родственник, с которым у него были хорошие, даже прекрасные отношения — это бабушка по линии матери. Он всегда старался ей помогать, любил просто поболтать с ней или рассказать о проблемах. Она была жизнерадостным и понимающим человеком, потому ему было очень тяжело, когда она умерла. От неё парню и досталась эта квартира. Пару лет они сдавали её, но последние полгода Кеша жил здесь. Конечно, официально квартира стала его только сегодня, но и до этого родственники и друзья особо не предъявляли права на неё, потому проблем не возникло. Разве что, родители сначала не хотели отпускать своего сыночка, ведь жить одному — это большая ответственность, но парень смог с ними договориться. Хотя, были подозрения, что родственники с этим были совершенно не согласны. Но кто их спрашивает. В общем, идти ему не хотелось, но маму и отца, единственных, с кем он ещё неплохо общался, расстраивать не хотелось. Парень избавился от запаха коньяка, сходил в душ и пошёл рыться в своём шкафу, чтобы найти нечто подходящее для собственного дня рождения. Что оказалось не так просто. Половина шкафа занимали разноцветные свитшоты и футболку, с неприличными надписями или рисунки, а вторая половина была клубная. Да, раньше он довольно часто ходил по клубам и предпочитал он это делать в подобающей одежде. Подобающей одеждой он считал рубашку, жилетку и чёрные обтягивающие джинсы, но выходить в этом на улицу не для того, чтобы повеселиться, казалось Кеше чем-то иррациональным, потому их он тоже отложил в сторону. Так он и нашёл серую майку с мультяшным зелёным ти-рексом, которую счёл более и менее подходящей, ну, а вниз пошли светлые капри с парочкой карманов на боках. Выйдя в коридор, он надел на голую ногу кроссовки и посмотрел в зеркало. Выглядел он, конечно, не слишком празднично, но пристойно. Светло-русые волосы как всегда лежали в беспорядке, очки с чёрной оправой как всегда плотно сидели на носу, в тёмно-зелёных глазах вновь можно было видеть жизнь, а не чёрствую пустоту души, худое, но не слабое тело, так что майка сидела на нём достаточно неплохо, как и штаны. Хотя на нём всё сидело неплохо. Ухмыльнувшись таким мыслям, он взял свои белые большие наушники с полки в коридоре и повесил себе на шею. Теперь можно выходить.

***

— Мам, я пришёл! — крикнул Кеша, с не охотой заходя в двухэтажный частный дом. Он довольно долгое время не был здесь из-за экзаменов и подработки, потому сейчас вновь с любопытством вертел головой. — Кеш, наконец-то ты пришёл! — донеслось из коридора. Кеша сразу узнал голос отца и слабо улыбнулся. С ним он не виделся уже месяца четыре, так как отец ездил в командировку. Если и была польза от этого визита, так именно это. С отцом он был достаточно близок. Конечно, с мамой у него тоже были хорошие отношения, но она, всё же, многого не понимала. А вот глава семейства мог всегда подсобить сыну, решить проблему или просто посоветовать, куда лучше сводить свою девушку. Не говоря уж о том, что этот мужчина, глава крупной экономической кампании, непрочь был порой поиграть в компьютерные игры… Для Кеши это был идеал родителя. — Привет, пап, — крикнул в ответ парень, стягивая с ног кеды. — Тащи свою задницу сюда! Тебя уже все заждались! — Да, да, и я рад тебя видеть, — ухмыляясь, пробормотал он, направляясь в гостиную. На деле всё прошло не так плохо, как он думал. Конечно, пришлось отбиваться от слишком назойливых родственников, что так и норовили спросить про личную жизнь и будущее, но взамен на потраченные нервы он получил неплохие подарки и, на удивление, полезные. Видимо, отец проконсультировал, что лучше подарить сыну. Самое главное, Кеша отведал прекрасных блюд своей матери, что была владелицей небольшой, но достаточно дорогой сети ресторанов, и готовила просто отменно. Он мог приезжать сюда раз в неделю только для того, чтобы отведать прекрасную лазанью или запеканку в её исполнении. А тут целый стол разнообразной еды! Парень еле удержался от того, чтобы сразу не наброситься на тарелки. И лишь когда он наелся до отвала и с уверенностью мог сказать, что попробовал абсолютно всё, на удивление молчаливая сегодня глава семейства заговорила. — Кеша, как твоя работа? — тихо спросил отец с лёгкой улыбкой, и все почему-то замолчали. — Неплохо. Всё как обычно: зарплата стабильная, и ладно, — пожал парень плечами, не обращая внимания на резко образовавшуюся тишину. — Мы тебе ещё не подарили подарок, и, подумав с твоим отцом… — неуверенно улыбаясь, заговорила мать. Кеша стал подозревать что-то неладное и заметно заволновался. «Она же не скажет сейчас, что у меня будет братик или сестирчка? В сериалах обычно в такой атмосфере сообщают именно это…» — подумал он, дёргая провод наушников, с которыми отказался расставаться даже за столом. — И владелец этого кафе — мой старый знакомый, сказал, что хочет уехать в Америку и там заняться бизнесом, а кафе девать некуда, вот, мы и решили… — Подарить его тебе, — мужчина положил перед сыном пару листов бумаги. — Ты близко знаком как с ведением бизнеса, так и со сферой общепита, да и деньги от нас принимать уже отказываешь… — Но мне только восемнадцать, — немного ошарашенно перебил парень отца, смотря на контракт, где не хватало только его подписи. — Вот именно. Тебе уже восемнадцать, и ты можешь владеть частной собственностью, — вновь вставила мать, протягиваю ручку. — Мы будем помогать первое время, не волнуйся. — Негоже, чтобы наш сын работал каким-то баристой, — усмехнулся её муж, растрёпывая волосы Кеши, который уже внимательно вчитывался в договор. — С-спасибо, — немного растеряно сказал Кеша через минуту, ставя свою подпись на двух листах. — Спасибо, — уже увереннее повторил он, обнимая своих родителей. И гости вновь зашумели и подняли свои бокалы, желая выпить за нового владельца кафе «Тик-так».

***

И Кеша полностью посвятил себя своему кафе. Экзамены сданы, оставалась лишь сама подача документов, где от него уже зависело мало чего, поэтому он мог себе это позволить. Родители тоже не дремали и с рвением выполняли своё обещание помогать сыну. Мать помогала найти новых и недорогих поставщиков напитков и ингредиентов, советовала, что лучше убрать из меню, а что сейчас как раз популярно, и другие детали, связанные с внутренними делами. Отец же учил Кешу правильно заполнять все бумаги, показывал, где можно схитрить, а где стоит предельно внимательно следить за числами. Мозги парня плавились от переизбытка информации, но ему нравилось этим заниматься. Ему нравилось, что теперь у него есть собственное кафе, хоть и совсем небольшое. Родители лишь улыбались такому энтузиазму и старались побыстрее оставить все инструкции, чтобы сын мог наконец открыть кафе. Дело было не в том, что они хотели избавиться от хлопот с сыном и вернуться к своей работе, просто они хотели скорее увидеть счастье на его лице, когда внутрь зайдёт первый посетитель. Но судьба сложилась чуть иначе. Кеша закончил со всей рутиной и «обучением», успел почти кардинально изменить меню и дизайн кафе, но только на бумаге, а на деле же оставалось ещё много работы. Что уж говорить о персонале. У него бы только один официант, который остался в кафе даже после смены владельца, но по его расчётам кафе должно открыться уже к середине следующего месяца, если всё пойдёт хорошо. Но всё пошло по… Не слишком хорошо. И всё началось со звонка матери. — Сынок… — прозвучал неуверенный и какой-то подавленный голос женщины, когда Кеша поднял трубку. — Кеша, ты не мог бы подъехать? В этот момент Кеша как раз сидел в его — как же ему нравится, как это звучит — кафе и заполнял очередные бумажки на сотрудничество с пищевыми компаниями. Так что подъехать он мог. Без проблем. — Что-то случилось, мам? — спросил парень, откладывая куртку и ища взглядом свою спортивную рубашку. — Да… Нет. Ох, лучше приезжай побыстрей, — совсем удручённо закончила мать и скинула трубку. Это было поводом для волнений. Кеша закинул телефон в карман штанов, схватил рубашку, что лежала на барной стойке и вышел из кафе, конечно же, не забыв его закрыть. Сначала парень подумывал вызвать такси, но прикинув, что приедет оно не раньше, чем через пять минут, решил, что сподручнее будет за десять минут доехать на автобусе — благо не далеко. И через пятнадцать минут Кеша уже стоял возле дома своих родителей, терзаемый какой-то беспричинной тревогой. Мама была сильно подавленной, значит что-то случилось. Отец попал в аварию? Или они каким-то образом обанкротились? Или Кеша где-то сильно накосячил? Открыть дверь и просто узнать, что произошло, казалось слишком сложным, неосуществимым действием. Кеша поправил очки и нервно облизал губы, собираясь с духом. Всё в порядке. Он не косячил в последнее время, значит дело не в этом. Обанкротится сразу два обширных предприятия одновременно тоже не могут, а если бы кто был в больнице, то туда бы его и отправили. Так в чём всё-таки дело? Может, какие-то проблемы с кафе? Владелец решил вернуть своё заведение? — Хватит уже, — устало одёрнул себя парень, делая шаг к двери и уверенно открывая её. Зайдя внутрь, он услышал тяжёлые шаги отца в гостиной и тихие всхлипы матери. Ну, теперь хотя бы можно было с уверенностью отложить версию, что с ними что-то случилось. Парень закрыл дверь, и этот звук был слишком громким, как и все другие звуки в этой разрывающей тишине. Именно поэтому он захотел её разбавить тихими словами: — Эм, привет? — шаги тут же прекратились, как и всхлипы, и в коридоре показался взъерошенный отец, одним взглядом которого можно было убить целую толпу. — Что-то случилось? — Случилось?.. Ещё как, — хмуро ответил мужчина, пропуская кого-то вперёд. Ноги Кеши подкосились, а в горле резко пересохло. Ему пришлось схватиться за дверной косяк, чтобы не рухнуть в тот же миг, как их взгляды пересеклись. — Какого чёрта?.. — вырвалось у парня тихое. Это казалось дурным сном. Он же только забыл его, а тут — в собственном доме, вместе с его родителями… Родителями. — Пап?.. — неуверенно спросил он, ещё даже не зная, что хочет спросить. Он всё тебе сказал? Ты его знаешь? Ты знаешь, что я с ним переспал? Глупо. А последний вопрос он и в самом страшном сне вслух не произнесёт. — Я вижу ты его знаешь… И он не соврал нам про ваши… Отношения. Замечательно, — отец всплеснул руками и вернулся в комнату, явно не в силах сдержать гнев. А Кеша не мог сдержать страх. Он не готов вновь видеть этого человека, не тогда, когда у него всё только стало налаживаться. Не тогда, когда он избавился ото всех последствий прошлой встречи. Кого он обманывает: любой момент их встречи был бы ужасный. Потому что вновь видеть его… Это как десять шагов назад. Кеша облизнул губы и подошёл к ухмыляющемуся парню. Да, он был красив, возможно даже немного слащав для двадцатилетнего: прилизанные каштановые волосы, что когда-то так приятно холодили кожу, ярко-голубые глаза, смотрящие всегда с весельем, а сейчас лишь со злорадством, тонкие запястья с длинными музыкальными пальцами, что могли принести внеземное удовольствие, а могли прижать к кровати, что и не двинешься. Всё в нём было обманчиво и двулично. — Влад. Пошли отойдём, — всё же взяв под контроль эмоции, тихо сказал Кеша, хмуря брови. — Как пожелаешь, Кеш, — с улыбкой ответил он, первый направляясь к двери.  — И какого чёрта ты завалился ко мне домой? Ещё и родителям всё рассказал! Ты не наигрался? — зло прошипел парень, как только они оказались снаружи, где их разговор вряд ли услышат, где этот гавнюк мог быть собой. — Да ладно тебе, неужели, ты всё ещё держишь обиду? — с ухмылкой спросил шатен, облокачиваясь на стену дома и не предпринимая попытки приблизиться, чему Кеша был очень рад. — Давай без этого. — Ничего же особо не было… — Ты меня, блять, изнасиловал, и сейчас будешь утверждать, что ничего особо не было?! — вспылил парень, сжимая руки в кулак. Но тот будто бы был только рад сказанному. — Ты сильно и не противился. — Да ну нахуй?! Сколько раз я должен был произнести слово «нет», чтобы ты понял, что я против?! — Кеша невольно сорвался на крик, делая шаг к нему. Он догадывался, что его просто провоцируют, просто играют с ним, но остановить себя он уже не мог. — А на ласки ты отвечал очень охотно, — промурлыкал в ответ Влад, склоняя голову на бок. Ему приносило удовольствие потехаться над бывшим… Любовником. А Кеша было всё хуже. Он помнил это. Помнил, как охотно подставлялся под руки парня, когда тот оглаживал его торс, шею… Но не когда тот решил перейти к чему-то более серьёзному. — Ты воспользовался мной… Кеша помнил, как решил ради прикола попробовать с парнем. Потому и воспользовался немного наивным студентом, что был старше его на два года. Помнил, как гулял с ним по вечерам, помнил как они уединялись, где только можно, чтобы насладиться поцелуями друг друга… — А я немного воспользовался тобой. И Кеша безусловно помнил, как его игра перешла в нечто большое, как она перешла точку невозврата, как вставать стал только на парней. — Не думаешь, что это было достаточно честно? Помнил, как всё разрушилось в один миг. Месяц. Столько они встречались. И тот месяц он хорошо помнил. Как и вечер, когда они остались в доме родителей Кеши, чтобы хорошо провести время. Хотя, Влад это принял за возможность зайти немного дальше, чем обычно. — Ты взял своё, а я — своё. Кеша во всех деталях помнил, как его трахнули без подготовки, лишили грбённой анальной девственности при пресквернейших обстоятельствах. — Так, может, прекратишь дуться на меня? Кеша вынырнул из воспоминаний из-за прикосновения к щеке холодной руки. Они всегда были холодные. Даже когда… Парень больше не мог сдерживаться. Правая нога сама отодвинулась чуть назад, а кулак сам впечатался в солнечное сплетение шатена. Тут же холод пропал с щеки, а Влад согнулся пополам и закашлялся. Кеша сделал шаг назад, осознавая, что только что сделал. — Не прикасайся ко мне, — сухо и совсем вяло сказал он. — Ха, неужели… Ты всё такой же недотрога? — спросил Влад, поднимая голову. — Зачем ты пришёл? — Ах да, точно. Совсем забыл, — кашлянув ещё пару раз, шатен выпрямился и, кажется, стал чуть более серьёзным. — Извиниться хотел. — Пока что у тебя получается очень плохо. — Не поспоришь. Просто мне нравится, как ты бесишься, — усмехнулся тот. — Я не планировал портить тебе жизнь ещё больше, но я не знал как найти тебя по-другому. Как и то, что ты до сих пор ничего не рассказал своим родителям. — Ты решил извиниться спустя год, серьёзно? Совесть взыграла? — Ну, так сказать, мне кое-кто в этом помог, — он отвёл взгляд в сторону. — В общем, пытаюсь встать на правильный путь, очищаю карму и всё такое. Кеша удивлённо посмотрел на парня. И ему захотелось рассмеяться. Этот лицемерный говнюк встал на праведный путь? Решил измениться? Бред. — Вряд ли у тебя это получится, — горько усмехнулся Кеша. — Лучше бы не приходил сюда. — В общем, извинения не принимаются, да? — беззаботно уточнил Влад, держась за живот. — А ты типа очень расстроен этим. — Ну, я сделал всё, что мог. — Точнее, ничего. — Но с родителями и правда неувязачка вышла, — не обратил никакого внимания на его слова, и, наверное, в первый раз за их разговор, шатен искренне добавил: — Я знаю, что тебе удалось измениться намного лучше, чем мне. Так что… Удачи, Кеш, — он задумался на секунду и сказал, уже уходя: — Кстати, твой отец выглядел очень злым, так что ты поаккуратнее. — Да ты шутишь, — зло пробубнил себе под нос парень, лохматя волосы рукой. Как же не хотел он сейчас возвращаться обратно… Но разговор откладывать было нельзя. Потому что потом Кеша не сможет вновь поднять эту тему. Не сможет вновь заговорить об этом. Будь его воля, он бы прямо сейчас уехал из города, лишь бы не видеть разочарование на лице родителей. Тяжко вздохнув, он зашёл обратно в дом. — Пап? Думаю, нам нужно поговорить. — О, думаешь? — тут же со злостью встретил его отец, который, будто бы, так и не остыл за время отсутствия сына. И мать сидела всё такая же печальная и ошарашенная. Хотя, это и неудивительно: семья, жившая по всем правилам, богатая, растящая достойного наследника… А вместо него получают лишь разочарование. От таких мыслей Кеша стало совсем тошно. — Слушай, пап, — совсем подавлено начал парень, но его тут же перебили. — Просто скажи, сынок. Это… Была правда? То, что сказал тот мальчик? — спросила мать с надрывом и ему стало ещё больнее. — А, — Кеша облизнул губы, — что он сказал? — Что ты гей, — жёстко пересёк все пути к отступления мужчина. — Ну… В общем-то, — буквы всё никак не хотели складываться в нужные слова. Ох, не так он себе представлял свой "выход из шкафа"**, но врать сейчас было бессмысленно, потому он всё же выдавил: — Да, так есть. — Нужно было больше времени уделять твоему воспитанию, — сказал отец типичную родительскую фразу, раня сына прямо в сердце. Только, Кеша не ожидал, что это будет не единственный удар. Отец никогда его не бил его и души в своём сыне не чаял, потому, когда парню прилетел неслабый удар куда-то в район скулы, от которого очки слетели на пол, кажется, разбиваясь, среагировать и хотя бы поставить блок он не успел. — Бля, — удивлённо выдохнул Кеша, хватаясь за щёку. — Папа! — Если ты сейчас же не уйдёшь, то получишь добавки. Я за себя не ручаюсь, — прорычал отец, закатывая рукава рубашки. Он совсем не шутил. — Мама?.. — с угасающей надеждой спросил Кеша. — Уходи… Сынок. Он сейчас не лучший собеседник, — с печалью ответила женщина, не поднимая взгляда. — Никогда. Теперь уже никогда я не буду тебе собеседником. — Вы серьёзно? Просто вот так откажетесь от меня? Из-за того, что у меня «неправильная» ориентация? — со злым удивлением спросил парень, отнимая от щеки руку. — Сынок, — мать хотела его предупредить, но не успела. Удар в этот раз пришёлся прямо на нос. — Проваливай отсюда, Иннокентий! Кеша удивлённо коснулся носа, ощущая кровь на своих пальцах. Его ударил собственный отец. Дважды. Он медленно поднял взгляд на своего отца и нахмурился. Нет. Больше это не его родители. Они отказались от него. Видимо, ему теперь тоже нужно отказаться от них. Кеша вновь схватился за нос, в глупых попытках остановить кровь, и в последний раз окинул взглядом своих родителей. — Ясно, — прогнусавил он и, схватив с пола очки, вышел из чужого дома. Весь обратный путь до кафе он совершенно не помнил. Вроде опять на автобусе поехал и, кажется, ему там даже какая-то бабушка дала старый платочек, чтобы остановить кровь, иначе как объяснить красный кусок ткани в его руках? Как в трансе, он сел обратно за стол с бумагами и взял дрожащими пальцами ручку. — Твоё мать! — ручка полетела куда-то в противоположную часть кафе. Ему хотелось порвать все бумаги, перевернуть всё вокруг себя, но голос разума всё ещё тихо вещал, что теперь это место — его последний шанс выжить. Если сейчас он разрушит всё это, то останется без каких-либо средств к существованию. И от этого осознания становилось только хуже. Кеша на шатающихся ногах переместился к барной стойке. Где-то под ней находился лёд, который было бы неплохо приложить к носу и скуле. Но до льда он так и не добрался. Только он присел на корточки, как его просто захлестнули эмоции сегодняшнего дня. Он просто осел на пол и уткнулся в свои колени. Такое уже было несколько раз в начале года. Нужно было лишь претерпеть, переждать. Но в эти моменты Кеша думал совершенно не об этом. Он думал о том, как избавиться от этой глупой паники, от дрожи во всём теле, как вновь научиться дышать и управлять своим телом. И как избавиться от навязчивой мысли, что он никому, чёрт возьми, не нужен. Что его опять все бросили. Ничего нового, но чувствовалось всегда всё как в первый раз. И Кеша просто сидел под барной стойкой, прерывисто дыша, пытаясь справиться с панической атакой. Вся его жизнь вновь катиться к чертям из-за того же человека. Резко появляется ещё одна мысль: а вдруг, как только он всё наладит, вновь появится он и всё испортит? Так зачем тогда всё исправлять? В какую-то секунду ему показалось, что его просто вывернет прямо на пол. Или он умрёт от нехватки кислорода. И Кеша уже не был уверен, чего он хочет больше.

***

Кеша не знал, сколько ему понадобилось время, чтобы прийти в себя и полностью успокоиться, но через два часа он уже мог нормально сидеть прямо на барной стойке и строить дальнейшие планы по открытию кафе без ежеминутной мысли о суициде. Конечно, вряд ли бы он решился на самоубийство, да и, на самом-то деле, всё было не настолько уж плохо, но трудно было прекратить всё время серьёзно обдумывать этот вариант. Ему нужны были работники. Парочку надёжных официантов и хотя бы один человек на кухню (повара он уже успел найти, по рекомендациям матери, но нужен был ещё как минимум посудомойщик и помощник повара). Сам Кеша мог бы занять место баристы и по совместительству бармена. И денег платить меньше, и следить за делами будет легче. Развернуть рекламную компанию и зарекомендовать себя в лучшей форме было вторым пунктом в этом плане. Но тут проблем не было: сделать листовки о скидках и бесплатном кофе и постоять пару часов в людном месте на раздаче. Это он и сам сможет. Что ещё? Ему нужен был помощник. Заместитель. Один он не справится, ему нужен был кто-то надёжный, на кого можно будет скинуть руководство кафе, пока Кеша будет разбираться с бухгалтерией и рекламой. Вот только, не было такого человека у него. Разве что, один парень… Кеша вздохнул и, записав всё на какую-то ненужную — он на это надеялся — бумагу, стал набирать номер по памяти. Ответили ему быстро, и парень, натянув фальшивую улыбку, весело сказал: — Привет, Макс! Не хочешь ко мне в кафе официантом устроиться?