Крысомыш психованный, затопишь- оттрахаю!

Кто это там пришел? — аккуратно спросил Стасик, заранее зная ответ. — Я это тут пришел, открывай, псих! — Я бывают разные. — Блять, кончай уже! — Прозвучало как-то двусмысленно. — Сука, открой уже дверь! — Открываю уже, и незачем так орать. Стас подошел к двери посмотрел в глазок. Так он и думал, за дверью стоял во всей красе Женя. Он медленно приоткрыл дверь. — Что случилось? — тихо прошептал Стас. — Потоп случился! — прорычал Женя. Брюнет ворвался в квартиру и схватил Стасика за шею. — Женечка, не прижимай меня к стене, мне больно. — Крысомыш психованный, затопишь еще раз — оттрахаю! — Хорошо, только отпустиии, — прохныкал парень. Женя отпустил Стаса и помчался в ванную комнату с воплями « сученышточноизнасилую ». Паренек продолжал хныкать, сползая ниже по стенке на холодный и мокрый пол. Широкая толстовка мятного цвета укрывала коленки полностью. Белые шортики аккуратно сидели на худых ножках.

***

Мне было так грустно и тоскливо, когда Женя быстро ходил туда сюда и кричал длинную лекцию о том, как правильно выключать краники. Тут мои и без того некрепкие нервишки не выдержали такого эмоционального напора, и слезки медленно поползли вниз по щекам прозрачными змейками. Почему я начал плакать? Может, потому что включился режим «плачьможетбытьпожалеютипогладятпоголовке ». Кто знает. — Мыш, ты что, плачешь? — тихо спросил Женя прервав свою «интереснейшую» лекцию на самом волшебном моменте. У меня талант плакать беззвучно, лишь изредка подрагивал всем тельцем. — Ну, не плачь, — растерянно сказал Женя. Я бы с радостью, только глаза решили по-другому. Все закончилось тем, что мы обнявшись сидели на кровати. Я плакал, а Женя меня успокаивал. — Ладно, прости, только перестань плакать. Но, если затопишь…ты понял? Вот тебе мой номер, юный затопленник, если что. На этом моменте я начал истерически ржать, захлебываясь слезами. Женя аж испугался за меня. — Больной мыш, тебе сделали прививку от бешенства при рождении или забыли? Мне стало неимоверно весело и хорошо. Ну, конечно, ведь своего я добился! Мыши, они такие, стремные. Янтарные глаза с недоверием смотрели на меня, а губы закатались в полосочку, дабы не растянуться в лучезарной улыбке. Я продолжал безудержно ржать и всхлипывать. Женя долго не продержался. У него такие ровные и белоснежные зубы. Аж глаза режет. Он тоже начал смеяться. — С -смех без…причины.приз-знак дураччины, — не знаю, что в этом смешного, но Женя заржал еще громче, буквально прыснул со смеху (слюной). — Дебил, ты…т-ты плюнул мне на руку. Два дебила — это сила. Я ржу. Женя, слегка похрюкивая и запрокидывая голову, ржет. — Больные что-ли? — проворчала бабулька, проходящая мимо открытой двери моей квартиры. Не знаю, сколько мы смеялись. Но смеялись долго. Даже слишком. За несколько секунд мы успокоились и замолчали. — Я пойду домой, а ты сиди здесь. Не смей меня больше затапливать, изверг окаянный. — Прощай, лапушок, прости, больше такого не повторится. — Надеюсь, а то… — Знаю, знаю. Вали уже.

***

На следующий день пойти за хлебушком стало разумным выбором. Я надел широкий малиновый свитерок и слишком узенькие джинсы, скорее для подростков — анорексиков, а не для меня. Но, я смог в них влезть. Это было поистине приятно, но с одной стороны меня нужно немного подкормить. Итак, я иду в магазин и весело улыбаюсь вчерашнему происшествию. Войдя в магазин я съежился, ибо ненавижу попадать в неприятные ситуации. Все было нормально, пока я не решил идти обратно дворами. Вроде бы здесь моя соблазнительная пятая точка не должна была найти себе приключение, но она так выебнулась, что все у нее получилось. Я решил болтать с Женей, пока буду идти. Так я и сделал. Набрав нужный номер, я спокойно шел по дорожке. — Алло, это кто? — такой соблазнительный хрипловатый голос. — Привет, лапушок, ты чего, на работе заснул? — О, привет, мыш. Не, сегодня у меня выходной. Высыпался, пока кто-то меня не разбудил. — Прости, я не хотел. — Да ладно уж. Пока мы мирно болтали, на горизонте всплыли три огромных бугая ростом с шкаф. — Ой… — Чего такое? — Да я тут, кажется, «удачно за хлебушком сходил»… — Эй, малыш, прикурить не найдется? — скрипучий голос принадлежал «шкафу» с недельной щетиной и в грязных штанах. — Н-нет. — Ты где? — Женя, кажется, все понял. — *** улица, гаражи, — полепетал я, двигаясь назад. Мужик приблизился и одним движением выбил мой новенький телефон и вдавил его в грязь, мыском кроссовка. — Раз нет сиг, можем ли мы с тобой немного поразвлечься? — идеально поставленный вопрос. — Руки убрал, придурок. — Охохох, какие мы дерзкие! — остальные бугаи засмеялись. — Хули дверцами загромыхали, шкафы необразованные? — Повтори?! Самый большой из трех сжал мою руку и рванул на себя. Я вскрикнул от боли — чуть пакет не уронил. — Отъебись! Я ничего не соображал от шока. Меня грубо впечатали в стенку гаража, выплевывая ругательства. В голове вихрем носились различные мысли. Меня первым изнасилуют или убьют?