Близкие противоположности.

А в городе делать ему было нечего, как, собственно, и дома. Погода уже по обыкновению оставляла желать лучшего. Хотелось спрятаться под одеяло и досмотреть заслуженные сны, но осуществить этого уже не представлялось возможным. Мимо него в дом прошла соседка с пятого этажа. Она, со своими крашеными в красный кудрями, подозрительно напоминала рвавшегося с поводка пуделя. Не сложились у него отношения с этой крикливой псиной. В этот момент Дима понял, что уже минут пять стоит под козырьком, не зная, куда податься. И эта мысль его неожиданно разозлила. С каким-то странным остервенением он натянул капюшон батника на голову и, не поднимая взгляда, пошел вперед. К сожалению, эти меры предосторожности не спасли от противных капель, задуваемых ветром в лицо. "Нет, так не пойдет", - думал он, уже изрядно промокнув и запачкав кроссовки. Надо где-нибудь отсидеться. Но где? Блондин достал телефон. 09:46. Почему бы не завалиться к кому-нибудь домой? "Контакты". Ага, к кому-нибудь из друзей. Вот только к кому же? К Стасу, который вчера кинул его? Или может к Владу, к этом поехавшему наркоману? Нет уж, обойдется. Единственный человек, который принял бы его сейчас, лежит в больнице с переломом ноги, и его мать не потерпит присутствия Димы в километре от сына. Ну просто зашибись! Откуда-то справа доносится смесь глухих голосов. На уровне инстинктов парень повернулся. Ох, лучше бы он этого не делал. Даже поспешно натянутый капюшон уже не мог спасти его. - Влад, смотри! Это не твой кореш идет? Пора делать ноги. И чем быстрее, тем лучше. - Ди-и-има! Здоров! Уж слишком живо одноклассник подбежал к нему. И надвигающаяся за ним компания не внушала доверия. - Куда идешь? - он положил руку на плечо блондина, отчего последнему стало окончательно не по себе. Нельзя сказать, что в однокласснике и некогда друге он видел опасность. Не было в нем ничего такого, да и Дима был не робкого десятка. Однако положение кролика среди лисиц мало льстило ему и невольно заставляла сжимать в карманах кулаки. - По делу, - он стряхнул чужую,провонявшую сигаретами руку. - Какой занятой. Я могу подумать, что ты не рад меня видеть. - Я и не рад, - постарался ответить как можно спокойнее. - Идем, посидишь с нами, затянешься пару раз. Тебе понравится. Или боишься, что мамочка узнает? Массовка подхватила смех. Ногти до боли впились в ладонь, но уже не мог разжать рук. - Просто оставь меня. - Хорошо. Я оставлю, если ты принесешь деньги. - И не подумаю. Я тебе ничего не должен. - Завались, ублюдок. Будешь такие речи мамке толкать. Ах да, у тебя ж ее нет. И тут случилось неизбежное. Парень с такой силой ударил одноклассника в челюсть, что тот отшатнулся и упал. - Да пошел ты. Смелости у него было хоть отбавляй, но сил справится с этой оравой ему не хватило. Первый удар, второй. Их он смог избежать, но после третьего, жуткой силы в грудь, он упал. И шансы выйти невредимым с 0,1% сошли на нет. Били в живот и спину. И их не останавливали ни его хрипы, ни вытекавшая изо рта кровь. Сильнее всех бил Влад. Их взгляды встретились, и в горящих яростью глазах будто проскользнуло сознание. - Хватит с него, - объявил он, после чего поставил точку, с силой наступив Диме на руку и плюнув ему в лицо. Минут пять светловолосый продолжал беспомощно валяться на земле, пытаясь привести дыхание в норму. Выходило паршиво. Попытка встать увенчалась прострелившей руку болью и кровавым кашлем. Но надо было встать. И парень сделал это, подавляя рвущийся из горла крик. Спрятав лицо за пропитанным грязью капюшоном, Дима поковылял к дому. Уж лучше бы остался дома. Преодолевая каждую ступеньку, парень осыпал проклятьями чертов шестой этаж и вечно не работающий лифт, а чуть позже и оставленные дома ключи. - Дима, что с тобой?! - дверь открыла хозяйка дома. - Нормально все. Он на ходу стягивал умершую обувь. - Во что ты опять ввязался? Дай посмотрю. - Оставь, - он отодвинул ее в сторону и тут же скрылся за дверью ванной. И только после щелчка замка он смог наконец расслабить мышцы. Он сел прямо на кафельный пол, прижавшись спиной к двери. Парень пытался игнорировать крики и стук, которые все же прекратились после минуты бесплодных попыток. Дима смыл с себя грязь. Он чувствовал усиливающуюся боль, а изменившая цвет рука давала еще меньше поводов для радости. После этого, под пристальным взглядом неожиданно притихшей, но явно готовящейся взять реванш позже Марии парень прошел в свою комнату и упал на кровать. В этом же положении он и уснул.