Тайны

 — А вчера я увидела, как он целует девушку-омегу из Когтеврана, — печально продолжает разговор Гермиона пока Гарри помогает ей осматривать коридоры, чтоб в коменданский час никто не шастал. Вообще-то это дело Рона, но он отказался идти с подругой, после недавней ссоры. — Скажи, это нормально: целоваться с другой, когда у тебя есть девушка?! — Видимо, это семейное… — на резкость грубо ответил Гарри. Ведь он прекрасно понимал Гермиону — сам как-то застукал Джинни с другим альфой. Нет, тогда он не был так сильно подавлен, а через неделю даже вздохнул с облегчение, но чувство предательства так и не смогло пройти. Ему не было больно, как сейчас лучшей ученице школы, он не испытывал к ней особенной любви, как и сама Джинни к нему. Только, Гарри соврет, если скажет, что та не пыталась наладить с ним былые отношения, а Гарри чуть несколько раз не поддался, только бы лишь одному не быть. Он с легкостью мог начать отношения с любой другой омегой, но проще казалось так: они давно знакомы, знают друг друга хорошо, уже привыкли. После чего он отдергивал себя, ведь начинал чувствовать, словно он какой-то старик, который с ней в браке пробыл несколько десятков лет. Ну и недавний прошедший слух, отбил все желания начинать новые отношения с кем-либо. Гарри внимательно посмотрел на подругу. Лицо её было опухшим, а глаза красные, на ресницах застыли хрусталики слез, она не успела нормально привести волосы в порядок, но смогла сделать высокий хвост. Гермиона сильная и ответственная девушка, если бы ей сломали ноги, то все равно исполнила свой долг, как старосты, но даже она не сможет терпеть вечные выходки рыжего. Как же хотелось врезать Рону по усыпанному веснушками носу, чтоб знал, как Гермиону до слез не доводить. Хотя лучшим вариантов будет на него натравить братьев его старших. Но Гарри предпочел пока не лезть в отношения друзей, если всё не нормализуется. К тому же, это всего-лишу поцелуй. Не голых она их увидела, в конце концов! В глазах подруги залегла непринужденная тоска и отчаяние. И Поттер не смог не приобнять её за плечи, хоть немного дать понять, что она не одна. Гарри хотел сказать что-либо утешительное, подбодрить. Но вот только звонкий смех за ближайшим поворотом заставил проглотить все слова. Гермиона вырвалась из объятий, поспешила наказать непутевых учеников штрафным снятием очков, чтобы правила не забывали. А Гарри сначала опешил. Нет, смех ему был не знаком, даже самую малость, — такого красивого и мелодичного, ласкающий уши, он не слышал никогда, — но почему-то сердце дрогнуло, и он поспешил за подругой. Это было странно и удивительно вдвойне. Гарри мог поспорить, что прямо тут готов провалиться сквозь землю. Он был готов на всё: умереть и воскреснуть, поцеловаться с дементором, убить Волан-де-морта, хоть на что! Его уже не возможно было почти что ничем удивить! И вот это ≪почти что ничто≫ стало тем, что Теодор Нотт пытается поцеловать Драко Малфоя, а тот упирается, хотя, даже не пытается оттолкнуть, либо закатить скандал, убить, да хотя бы просто оглушить заклинанием! Он смеялся. Смеялся и казалось, что у него вот-вот треснет лицо от того, что он улыбается гораздо больше трех секунд. Поттер никогда не слышал и не видел как Малфой искренне смеется. И смех его — самый прекрасный звук на этом сером свете, крутилось в голове героя. И сама картина, что предстала перед гриффиндорцами — Гермиона была не в меньшем шоке, чем сам Гарри — была какой-то…завораживающей и в то же время постыдной. Словно они наблюдали что-то неправильное, запретное, чуждое этому миру. Хотя на деле, это просто поцелуй! — Нотт, ты меня вообще слушаешь? — какой странный голос Драко, когда в нем нету издевок и змеиного шипения, а некая…нежность? — Нас могут увидеть… — Ну…вся школа уже знает твою истинную сущность, что значит: тебе больше не нужно пить подавители, которые будут скрывать тебя и губить организм, а нам уже не придется прятаться. — весело отозвался Тео, целую бледную шею омеги, подталкивая того ближе к стене. — Можно спокойно дышать. — Да, не спорю, но нам пора возвращаться… Драко не успел закончить предложение, как Гермиона опомнилась и начала специально кашлять в кулак, для привлечения внимания. Удивительно, как два только что улыбающихся слизеринца могут за долю секунды смести с лица все веселье и надеть маски холодного безразличия и призрения. Они слегка отстранились друг от друга и внимательно посмотрели в сторону тех, кто посмел прервать их. И вражда их так же быстро сменилась от презрение на простое смирение и спокойное хладнокровие, по крайне мере у Драко. А Нотт, в свою очередь, ещё недовольно цыкнуть успех. — Уже давно отбой и вы должны оба находится в гостиной своего факультета, — строго проговорила Гермиона уже готовая снять 5 очков с каждого. Драко внимательно начал рассматривать её лицо и задержался на покрасневших медовых глазах. Он не попытался даже скрыть свою насмешливую улыбку и больно уж весело двинулся вперед, демонстративно запихав руки в карманы. Малфой наклонился к её уху и что-то прошептал, от чего гриффиндорка моментально побледнела, а потом воспылала яркой краской. Гарри нахмурился и сжал кулаки, лишь бы не податься вперед и оттолкнуть наглого хорька от подруги, хорошенько впечатать в стену. Но не мог, теперь не мог. Драко буквально отскочил от Грейнджер, как от огня и развернулся к Теодору. — Пошли уже, пока у нас есть фора! — голос был не так нежен как прежде, но и по прежнему в нем не было отголосков яда. Махнув тому призывно рукой, на что тот к кому обращались как-то удовлетворительно хмыкнул. Теодор без лишних сомнений взял за руку белобрысого, явно чего тот не ожидал, раз так заметно вздрогнул и чуть было не отдернулся. Гарри такого не ожидал ещё больше самого Малфоя, голова уже начинала болеть от огромного прилива вещей, в которые было бы просто не возможно поверить, даже когда увидел собственными глазами. Слизеринцы скрылись из виду, и всё те секунды, что Гарри за ним наблюдал, герой неотрывно смотрел на их переплетенные пальцы с горечью и некой завистью к Нотту. Гермиона после того, как Малфой ей что-то нашептал, уже не выглядела так печально, она была в смятении и чем-то встревожена, задумчива. О Роне, словно, и вовсе забыла о их недавней ссоре, или вообще забыла о его существовании, этого точно Гарри понять не мог. Продолжили они обход молча, девушка только отмахивалась на расспрос друга, и это заставляло больше гадать, что же ей там эта гадюка наговорила

***

Драко чертовски бесило то, как Поттер в открытую на него смотрит в большом зале. Специально садится напротив парня за свой стол так, чтобы видеть Драко, как бы тот не сидел: лицом, либо спиной. Специально задевает плечом, если они случайно пересекаются в коридоре. Всё делает специально, а потом слушает, вечеров в астрономической башне, как Малфоя это раздражает. У них ведь договоренность, что они теперь держатся на нейтральной дистанции для всех: не друзья и не враги, не любовники и не пара. Не любовники ведь?.. Малфой терпимо выдыхает, последний раз кидая на Гарри, еле уловимый, предупреждающий взгляд и начинает обеденную трапезу, совершенно не замечая, как тот на это только довольно фыркает. На его ладонь ложится тяжелая рука Теодора, который и так по-хозяйски его обнимала и жался, словно Малфоя кто-то может украсть, сжимает его кисть. И аристократ всеми силами старается не напрягаться, нервничать, что конечно выходит отлично, но мысли всё не как в покой не могут придти. Ему тошно даже рядом находится с Теодором (чисто только от себя, нежели от него), до ужаса стыдно и невыносимо больно, обманывать дорогого человека. В ответ он также сжимает ладонь и откидывает голову ему на плечо. Пытается сделать вид, что не видит и того, как Тео и Гарри переглядываются недобрыми искрами в глазах. Тео когда-то часто выслушивал от Драко нытье про то, как он ненавидит Гарри и многое другое. Но сейчас он понимает, что эти разговоры парню неприятны и поэтому пытается о Гарри даже лишний раз не заикнуться между беседами. Не вспоминать о нем никогда при друзьях, а только думать про себя. С Гарри они уже ведут тайные встречи около двух месяцев, после Рождества. И каждый день Драко повторяет себе, что нужно прекращать, но что-то мешает ему это сделать. Почему же жизнь так сложно. Почему он не может выбрать с кем быть. Они оба важны, оба нужны… — Пойдем завтра на свидание? — голос Нотта прерывает размышления слизеринца от чего тот даже вздрагивает и непонимание, чего от него хотят, посмотрел на него. — Я знаю, что тебе не привлекает вся эта романтика и всё такое, но мы так давно не были вместе.я имею в виду только ты и я. Без Блейза, — Забини, который как раз сидел рядом, лишь глаза закатил и продолжил беседу с другими учениками, — без Панси и Дафны… Вместе. Прогуляемся. — Я был бы не против, — улыбнулся Драко, сильней сжав ладонь парня. Они в действительности давненько не были только вдвоем, без лишних ушей и глаз. Малфой спокойно начал дышать и плавно втянулся в беседу друзей. И уже не замечал наблюдательных зеленых глаз и того, как Гарри гнет от ярости и ревности вилку, закусывая губу и пропускает мимо ушей болтавню своих друзей. Обида таится где-то глубоко внутри на весь мир. Ведь человек которого он любит, самая лучшая омега планеты, и принадлежит не ему. Он не имеет право трогать Драко, лишь проводить с ним простые разговорные вечера. И как бы не хотелось большего, Поттер убежден, что и те малые часы проведенные вместе — слишком многое.

***

После того вечера прошла неделя с маленьким хвостиком. У Гермионы и Рона более-менее сбалансировалось в отношениях, хоть от девушки и начало веять холодком. А Теодор Нотт и Драко Малфой начали показываться на людях как уже пара. Многие приняли это слишком уж близко к сердцу, что за каждым углом можно было услышать новые, горячие сплетни. Если раньше Малфою добрая ¾ школы смерти искренне желала и собственноручно была готова ему в этом удружить, то прознав про его истинную сущность, альфы поменяли взгляды корденально и просто хотели, а омеги то слезы льют, то языком чешут. Будь Гарри влюбленным омегой, тоже бы наверняка залился горькими слезами — такого кавалера упустить! После столь шокирующей новости были и те, кто пытался издеваться над волшебником, чем и показали свою глупость. Сущность сущностью, но характер тот же, как и умение унизить любого только словесно, при этом не растеряв всей своей харизмы. И как бы Гарри не отрицал, но восхищения Драко Малфой был достоин. Хорек не был похож на других омег. Чего там, Гарри долгие годы был убежден, что Малфой раз не альфа, то бета бесспорно. Он не был на вид хрупким созданием, не способным за себя постоять и защитить. А ещё каких-то полтора года назад и то был выше героя (Слава мерлину, тот сумел вытянуться наконец за лето). Ловко же он обманывал всех ничем не выдавая себя настоящего, вот только где все старания трещину дали? Не удивительно было застать аристократа в библиотеке, склонившись над учебниками и книгами. Удивительно было то, что он был один. Без других слизеринцев, без своего парня. А больше Гарри удивило то, что он снова подсел рядом с хорьком, совсем не аккуратно отодвинув стул напротив. По идее, Поттер пришел сюда лишь книгу вернуть по редким магическим существам, а такая выходка в планы не входила. Малфой недовольно оторвался от чтения и в недоумении взглянул на героя, затем медленно огляделся. Убедившись, что рядом нету его рыжего дружка и чрезвычайно умной подружки, уткнулся обратно в книгу и старательно начал делать вид, что он по прежнему, за этим столом, совершенно один. Не хотелось вступать с очкариком в разговор, а тем более в ссору. После войны Малфой всеми силами старается избегать хоть каких-то конфликтов с кем-либо, или же втягиваться в них первый. И публичная стычка с героем явно не пойдет в плюс наследнику древнего чистокровного рода при его ветхом положении в обществе. — Странно тебя видеть одного, без Теодора…за эти дни вы не разу не расставались. — Гарри был готов откусить себе язык за такую глупую оплошность. Теперь Малфой подумает, что его это так больно уж волнует. Малфой передергивает плечом, медленно переворачивает страницу своей книги, слегка закусив нижнюю губу. И вот Гарри уже было подумал, что его ≪собеседник≫ просто счел его слова, как какой-то писк пикси. — Странно видеть вашу святую троицу порознь. Вечно скандальные голубки решили уединиться, или тебя достали их постоянные выяснения отношений, что ты сбежал? — Драко аккуратно загнул уголок и закрыл книгу, встал. — Был рад с тобой поговорить, теперь, пожалуй, пойду отсюда. Не буду своей жалкой персоной тебе нагнетать, мой герой, и мешать читать. Глаза мозолить, так сказать. Говоря все это Малфой аккуратно складывал некоторые книги в стопку, другие же в сумку. Взмах палочки и сложенные книги в стопку разлетелись на свои полки. И парень поспешил гордо удалиться куда можно дальше, на что Гарри лишь недовольно цыкнул. Это что Малфой бегает от него?! Гарри вскочил с места и поспешил догнать беглеца.