Возрождение. Ученица легендарного отступника.

Зайдя в пустую, холодную квартиру, я даже слегка обрадовалась скорому переезду. Еды дома не было. Пособие платить обезьян мне перестал, как только я стала генином (шоб его лошадка залегала), а на задания я пока не ходила. Если, смотря аниме, я осуждала Какаши за то, что он не тренировал своих учеников, то сейчас я бы предпочла забить на тренировки и заработать хоть сколько-то денег. В общем, есть я не стала, а просто сходила в душ и переоделась из пропотевшей за тренировку одежды в своё любимое кимоно. Думаю, Орочимару оно нравилось. Кроме кольца змеи на спине, было на ней и то, о чем я не просила производителя. Это были две змеи, спиралями закручивающихся в нижней части кимоно справа и слева. Они повернулись друг к другу и широко раскрыли пасти, обнажая длинные клыки, с которых буквально сочился яд. Этих змей, наверное, добавил автор, у меня в заказе их не было, но в любом случае, они мне очень нравились. Выпив стакан воды, я пошла к месту встречи с сенсеем. Времени у меня было предостаточно, но обычного пути к резиденции я не знала, поэтому пришлось все равно перебираться верхними путями. После тренировки чакра восстановилась примерно на треть. Кстати о птичках. Недавно я заметила, что мой резерв начал очень быстро расти и быстрее восстанавливаться. Около резиденции меня уже ждали, хоть я и пришла гораздо раньше. — О, Сайко, ты уже здесь, — приветствовал меня Орочимару, — Я был уверен, что ты придешь раньше, — саннин был одет прямо как в каноне. Черные бриджи, короткое кимоно с фиолетовыми вставками по контуру. Мой любимый цвет. Пока сенсей о чем-то размышлял, я начала пинать попавшийся под ноги камушек, как вдруг в меня что-то прилетело. Этим чем-то оказался простой резиновый мячик. На поляне метрах в десяти от меня, я увидела детей, которые стояли под деревом и как-то странно на меня косились. Один мальчик сделал неуверенный шаг в мою сторону. Я подняла мяч и тоже шагнула навстречу. Он кинул злой и одновременно напуганный взгляд на Орочимару, затем такой же на меня, подбежал и резко выхватил мяч у меня из рук. — Мерзкая гадюка! — выкрикнул малец, развернулся и, заревев, побежал в сторону кучки родителей, стоявших неподалеку. К нему подлетела какая-то взволнованная мамаша и стала тихонько лепетать что-то утешительное. Из ее болтовни я расслышала только «змея», « опасно», «не подходи» и еще парочку очень ласковых слов. Затем эта женщина посмотрела на меня, побледнела и помчалась прочь, таща за собой ненаглядное чадо. Было обидно. Очень. А ведь я так люблю детей… — Не стоит обращать внимания, — прошелестел голос у меня за спиной и я обернулась. Увидев, в каком состоянии находится Орочимару, я поняла, чего так испугалась та «дама». Взгляд змеиных глаз горел ненавистью, а Ки пугала даже меня, уже слегка привыкшей к подобному, что уж говорить о той, кто даже шиноби не являлась, — Такие люди недостойны ничего, кроме презрения. Видишь ли, меня не очень любят в деревне, — на этих словах он скептично поморщился, — Неудивительно, что отношение ко мне перенесли и на тебя, но, повторюсь, они не достойны твоего внимания. И надо же было в такой серьезный момент моему животу проурчать странную мелодию под названием «голод». Я обхватила руками источник звука и покраснела. А смешливый хмык Орочимару над головой меня вообще добил. — Я, кажется, говорил тебе поесть, обако, разве нет? — в голосе слышалось осуждение. Я возмущенно посмотрела на сенсея. — Разве я виновата, что мы не берем задания? Деньги закончились еще три дня назад! — Орочимару нахмурился, а потом развернулся ко мне спиной. — Пошли, — бросил он через плечо и направился в противоположную резиденции сторону. — Куда? — Есть. Ты ведь любишь рамен, так? — Ну да, — я подбежала к уже довольно далеко отошедшему саннину и пошла рядом. До «Ичираку» мы дошли довольно быстро. — О, Сайко-чан, ты так давно не заходила. У тебя что-то случилось? Ой! Здравствуйте, Орочимару-сама, — Теучи поклонился. — Здравствуйте, мне две порции рамена, — змей уселся на одно из четырех свободных кресел, а я в нерешительности замерла у входа. С одной стороны, садиться на самое дальнее кресло было бы некрасиво по отношению к Орочимару, но с другой — сидеть со змеем тоже не очень хотелось. Только я решила занять место через сиденье от Орочимару, как в помещение ворвался зеленый вихрь, и, сев именно туда, куда я собиралась, прокричал что-то вроде « мне всего, да побольше». Орочимару не обратил на посетителя никакого внимания, только повернулся ко мне и приглашающе похлопал по креслу рядом с ним. Деваться было некуда, поэтому, наконец, сев, я посмотрела на Орочимару, привлекая его внимание, затем демонстративно перевела взгляд на зеленого человечка и вопросительно изогнула бровь. Орочимару улыбнулся уголком рта и одними губами сказал «не важно». Не знаю, как я поняла, что именно он произнес, но подумать об этом мне не дала поставленная передо мной миска с раменом. — Приятного аппетита, — улыбнулся Теучи и занялся другим заказом, а я набросилась на еду. Рамен закончился как-то слишком быстро, и я голодными глазами уставилась на змея, медленно поедающего лапшу. Он заметил мой взгляд, посмотрел на мою тарелку и, возведя янтарные очи к потолку, с обреченным вздохом пододвинул свою тарелку ко мне. — Сегодня же возьмем миссию. Ешь, — устало прошипел он. Я энергично закивала. Ну просто святой человек! Или не совсем человек… Быстро все съев, я поблагодарила Теучи, а потом Орочимару разок-другой. На шестой попытке выразить всю свою признательность я схлопотала подзатыльник от змея и вынужденно заткнулась. Хирузен нас ждал, видимо, довольно долго и, когда мы пришли, был явно не в духе. Обменявшись парочкой приветственных фраз с сенсеем, Хокаге таки задал вопрос о сожителе Орочимару, но по условию получения свитка я должна была сама сказать о своем якобы желании жить с саннином, поэтому пришлось перебить третьего. — Хокаге-сама, я бы хотела жить с сенсеем, — говоря это я старательно изображала Саске, делая «морду кирпичом». Хокаге сначала удивился, а потом сощурился и слегка покраснел. — Ясно-ясно, — протянул он, живо напоминая мне Джирайю, — Что ж, я не против, через пол часа твоя квартира должна быть свободна, — он повернулся к Орочимару, — Орочимару-кун, помоги Сайко с вещами. Свободны. Агх! Как же он меня бесит! Извращенец чертов!