Время Принцев

— Нам? — переспросил Рон, уже пришедший в себя. — Мы хотим спасти философский камень, а не забрать! — красный от возмущения Карл даже повысил голос. — Философский камень? — запоздало среагировала Эсме. — Здесь? В замке? Очешуеть... — Откуда нам знать, что это не вы хотите его украсть? — с вызовом спросил Рон. — Да как ты... — Клод явно ощутила, как у неё зачесались кулаки. — Знаете, мне кажется, — вмешался Мэтт, который смотрел куда-то вверх. — Что это мы можем обсудить немного подальше от дьявольских силков. Эсме, которую уже захватила атмосфера тайн и интриг, энергично закивала. — И от кого же вы собрались его спасать? — настороженно поинтересовалась Гермиона. Рон с Карлом переглянулись, как бы советуясь, стоит говорить или нет. Клод закатила глаза. — Ребята... — Снейп хочет украсть его, — выпалил Карл. — Снейп? — скептически переспросила Эсме. А потом они с Клод переглянулись и весело расхохотались. — Мерлиновы панталоны, — выдавила Клод. — Профессор Снейп... Философский камень... — Он не для себя! — запальчиво воскликнул Рон. — Он для Волан-де-Морта. Эсме резко прекратила смеяться, вздрогнув. Было видно, что Рон невольно попал в какую-то её болевую точку. — Не смей называть его по имени, — рыкнула она. — А не то что? — оскорбленный Рон, ещё хранящий в глубине души обиду и за шахматную партию, осклабился. — Стоп! — воскликнул Мэтт. Все обернулись в изумлении. — Сейчас же уходим отсюда! Выясняйте отношения подальше от этой гадости! С этими словами он схватил Гермиону и Клод за рукава мантии и, поманив шарик света за собой, отправился дальше. Остальные припустили следом, не желая оставаться наедине с этим жутким растением в кромешной темноте. Позади слышалось шебуршание и треск, издаваемые дьявольскими силками, а впереди шуршание множества маленьких крыльев, на которое никто не обращал внимания. — Снейп... Философский камень. Эта мысль могла прийти в голову только в конец спятившему олигофрену, — сердито бурчала под нос Гермиона. Она чувствовала себя раздосадованной, потому что понимала, что если камню никто не угрожает, им всем здорово влетит. Хорошо, если не дойдёт до исключения. И во всём будет виновата она, Гермиона Грейнджер. — Кому? — подозрительно переспросил Рон, подозревая, что ничего хорошего девочка в их адрес не сказала. — И что нам теперь делать? — поинтересовалась Клод, чувствуя себя идиоткой. Зачем они вообще сюда полезли? Зачем вообще Гермиона им об этом сказала? Уж она-то точно знает, что кому-кому, а нынешнему Лорду Принцу философский камень и за просто так не сдался. К тому же, у них ещё дополнительные должны быть по трансфигурации сегодня... — МакГонагалл нас убьёт, — констатировала она. Потом немного подумала и добавила, глядя на гриффиндорцев. — И вас тоже. Гермиона нервно икнула, представив разочарованный взгляд профессора МакГонагалл и стремительный взлёт камней в факультетских часах в обратную сторону. — Что это? — настороженно пригляделся Карл. За поворотом проем открывал вид на огромное помещение с высокими потолками. Там парило множество ключей разных форм и размеров. Одни летали медленно, как отъевшиеся мухи, другие, наоборот, с бешеной скоростью носились под потолком. — О-о-о, — простонала Гермиона, глядя на противоположный край залы. — Похоже, один из них открывает эту дверь. — Вы уверены, что нам вообще нужно туда идти? — усомнилась Клод. — Может, мы просто пойдём обратно?.. — В комнату с силками? — Эсме передернулась. — Ну уж нет, лучше философский камень, — она широко улыбнулась. Клод вздохнула в ответ на этот её азартный огонёк в глубине глаз. — И как мы достанем нужный ключ? — уныло вопросила Гермиона, всё ещё обозревая необъятное пространство. Клод осторожно покосилась на Мэтта. Тот старательно делал вид, что его здесь нет. — Ой, смотрите, там метла! — в восторге воскликнул Карл. — Ты на ней летать-то умеешь? — Разумеется, — оскорбился Карл. А потом пакостливо ухмыльнулся и обернулся к Мэтту. — Эй, дружище, а ты нам не хочешь показать мастер-класс? А то из нас все были на уроках полетов на метле... За исключением тебя. Мэтт, панически боявшийся высоты, уязвлённо дернул уголками губ. — Как тебе не стыдно, — ахнула Гермиона. Карл пожал плечами, полностью её игнорируя. — Ну так что, покажешь класс? Мэтт поджал губы в недовольстве, но смолчал. Все смотрели на него. Мальчик пристально уставился на высокие своды. Внезапно он поднял руку с волшебной палочкой и, сделав резкий взмах кистью, выкрикнул: — Акцио! Из скопления крылатых ключей со звоном вылетел один и понёсся прямохонько в подставленную руку Мэтта. Тот ловко поймал его и аккуратно расправил крылышки чудо-предмету. — Как ты это сделал? — слегка осипшим голосом спросила Гермиона. Глаза её были широко раскрыты, а выражение лица слегка обиженным. — Это программа четвёртого курса. — Первого семестра третьего курса по старой программе, — поправил Мэтт и пожал плечами небрежно и слегка смущенно. Повернувшись спиной к застывшей компании, он прошёл к двери у противоположной стены. — Съел сандалик? — довольно усмехнулась Эсме, глядя, как Карл пнул в воздухе ключ. Тот не ответил. Когда замок в двери щелкнул, и дверь открылась, все глянули на Мэтта. Тот убрал удивительно покладистый ключ в карман и приглашающее распахнул дверь. Эсме нырнула в неизвестность первая. В следующем помещении царил полумрак. Когда Эсме шагнула вперёд, освобождая дорогу остальным, то на стенах вспыхнули факелы, залив комнату светом. Они стояли на краю огромной шахматной доски. Эсме, стоявшая впереди, непроизвольно поежилась. Фигуры были огромными, тем более для нее. Даже долговязый Рон не доставал до их верхушек, что уж говорить о Эсме и её росте? К подавляющему размеру каменных изваяний добавлялось ещё и жутковатое отсутствие лиц у белой половины, расположенной аккурат напротив чёрной, за которыми стояли первокурсники. Клод ступила вперёд, приблизившись к белым фигурам. Те резко выступили в ряд и, вытащив мечи, загородили проход. Девочка в ужасе отшатнулась. — И что нам теперь делать? — прошептал Карл, разглядывая грозный меч, заткнутый за пояс у одной из фигур. — А где здесь выход, интересно? — нервно рассмеялась Клод. — Я хочу эклер и на дополнительные по трансфигурации. Гермиона озадаченно на неё поглядела. Мэтт хмыкнул. — Чтобы пройти к следующей двери, нам нужно выиграть партию, — проговорила Эсме, в задумчивости разглядывая чёрные скульптуры. — И некоторых из них не хватает. Полагаю, нам самим придётся стать фигурами. Её взгляд наткнулся на Рона. — Играть буду я, — безапелляционно заявила девочка. — С чего это? — оскорбился Рон. — Я выиграл ту партию, значит мне и играть. — Нихрена ты не выиграл, тупая башка! — рассвирепела Эсме. — Устала уже повторять, что партия не была окончена! Неужели ты и эту информацию уяснить не способен? — Тихо! — рявкнула Клод, которой уже начинали сдавать нервы. — Орёте тут, как истеричные родственники на похоронах. Бросьте жребий. Она вытащила из кармана сикль, окинула собравшихся вокруг неё ребят взглядом и подбросила его, поймала, вопросительно посмотрела на соперников. — Орёл, — выпалила Эсме. — Решка, — досадливо отозвался Рон. Монета снова взлетела в воздух, кувыркаясь и поблескивая в свете факелов, и тихо приземлилась обратно на ладонь Клод. — Орёл, — констатировала она. Рон досадливо махнул рукой, а Эсме самодовольно ухмыльнулась. Распределив между ребятами клетки на игровом поле, она осклабилась. — Начинайте, господа. Белый конь скакнул вперёд, перелетев через передние ряды. Всадник натянул поводья, и конь резко затормозил, заржав и пристукнув передними копытами. Партия началась. Эсме, аки дирижёр, точными движениями точеной руки маэстро направляла громоздкие чёрные фигуры. Она была полностью захвачена игрой, просчитывая сценарии возможных тактик. — Мне чертовски не хватает белых перчаток, — подмигнула она Клод, перебегая на несколько клеток вперёд мимо девочки. Было видно, что происходящее доставляет ей удовольствие. У самой Клод почему-то дрожали колени. Фигуры рядом внушали какой-то благоговейный страх. И, когда первый чёрный рыцарь пал от меча белого всадника, девочка уже с полной серьезностью задумалась о ничтожности шансов выйти из этой комнаты невредимыми. — Ну что, мистер я-самый-крутой-шахматист, готовы послужить на общее благо? — иронично выгнула бровь Эсме, неожиданно снова оказавшаяся где-то рядом. — на Е5. — Не знаю, что ты делаешь, — прокомментировал Рон, вставая на указанную клетку. — Но мне это не нравится. — Расслабься, — снова поддела его Эсме. — Эсме, — тихо позвала Клод. — Ты видишь, что они делают с фигурами? — она указала на груду бессознательных воинов у края доски. — Ты уверена, что это не опасно? — Уверена, — серьезно ответила девочка, и невольно её уверенность передалась и Клод. — Я знаю, что это за фигуры. Не тушуйся, — она ободряюще улыбнулась подруге своей редкой и короткой мягкой улыбкой, а потом повернулась к Карлу, — Ваше высокопреблагородие, — девочка отвесила шутовской поклон. — Не соблаговолите ли передвинуть задницу на три клетки вперёд? — Всё для вас, — уязвлённо огрызнулся Карл. В следующий момент белая фигура приблизилась к Рону и, положив ему на голову ладонь, отнесла за пределы доски уже бесчувственное тело. Ребята тупо наблюдали за происходящим. — Всё под контролем, — сообщила Эсме. — Мэтт, твой ход. Извини. Мальчик кивнул и покорно встал на указанную клетку, прикрыв глаза. В следующее мгновение и он оказался за пределами поля. — Гермиона, на H6! — белый слон встретил девочку почти с оскалом. Клод зажмурилась, надеясь, что всё происходящее вокруг — красиво слаженная иллюзия. — Так, теперь мой черёд, — Эсме улыбнулась и прошествовала к белому королю. Казалось, она полностью увлечена игрой и даже не замечает всего, что происходило вокруг. Карл смотрел на неё со смешанным ощущением благоговения, ужаса и презрения. Клод и сама сомневалась, что подруга сейчас вменяема. Глаза девочки светились каким-то маниакальным огнём, однако вместе с тем было видно, что она счастлива каким-то своим странным и непонятным счастьем. Оно заставляло её светиться изнутри. — Мой король, — она присела в легком реверансе. Возвышающаяся над хрупкой девочкой фигура сняла с массивной головы корону и бросила её к ногам студентки-первокурсницы, отыгравшей свою экзаменационную партию. Она подняла корону. Во взгляде, которым она окинула свой трофей, было какое-то выражение... Клод бы сказала, что это щемящая тоска и тихая грусть, но слишком уж непривычно было видеть печать этих эмоций в вечно колючих глазах подруги. Да и вообще было непривычно видеть не вечно недовольную Эсме, а такую, какой она была сейчас. — Я останусь с ними, — внезапно сказала Эсме, оторвав взгляд от мраморной короны. Клод заприметила там вновь появляющиеся колючие огоньки. — Идите вперёд. — Может, нам всё-таки стоит всем остаться здесь? — вновь предприняла попытку дождаться преподавателей Клод. — Но тогда Снейп завладеет философским камнем! — шикнул на неё Карл. Клод прикрыла глаза ладонью, стараясь задавить вдруг вспыхнувшую внутри манию убийства. — И что, мы вот так вот оставим вас здесь? — спросила она у Эсме. Та пожала плечами. — Они будут с Шейк. Идём, Принц, осталось всего две комнаты. Или я пойду один. — Идиот, неужели ты так спокойно бросаешь друга без сознания в этой дыре? — с презрительной гримасой горечи воскликнула Клод. — Он будет с Шейк, — упрямо повторил Карл. — Мерлин... Ты мне противен, — сморщила нос Эсме. Потом перевела взгляд на Клод. — Этот клоун всё равно уйдёт сейчас. Лучше, если он будет не один. Карл фыркнул и, развернувшись на пятках, без единого слова пошёл к двери за спинами расступившихся белых фигур. Клод положила руку на плечо Эсме в знак поддержки. Та снова улыбнулась не свойственной ей мягкой улыбкой. Затем она отвернулась и, облокотившись спиной о боковую часть доски, положила голову Мэтта себе на колени, пытаясь растормошить. В следующий комнате их встретил такой отвратительный запах, что Клод не была бы уверена наверняка в чистоте собственного сознания, если бы не зажала вовремя нос. Даже глаза слезились, пока она всматривались в полумрак. Наконец удалось разглядеть распростертого на полу огромного тролля, значительно превосходившего по размерам того, который разгуливал по замку в Хэллоуин. Тролль явно был без сознания, а на его голове багровела гигантская шишка. Не желая никак комментировать происходящее, Клод скользнула побыстрее в следующее помещение, спиной почувствовав, как Карл, несколько мгновений назад куксившийся от неприятного запаха, последовал за ней. В новой комнате не было ничего сверхъестественного. В центре стоял стол, а на столе разномастные пробирки с различным содержимым. — Задание Снейпа, — с необъяснимой неприязнью в голосе прошептал Карл. Клод решила никак не комментировать это заявление. Но, когда они подступились к столу, стало совершенно очевидным причастность отца Клод к этим мистическим фокусам. Фиолетовый, взметнувшийся вокруг стола, огонь не мог сделать даже Фритьеф. У него стабильно он получался ультрамариновым, но такого цвета мог добиться только Лорд Принц. Каким образом Клод не знала, но подозревала, что в этом деле замешаны и зелья. — Мы в ловушке! — отчаянно выдавил Карл, страшась и желая одновременно подойти к пламени. Клод схватила пергамент, материализовавшийся из ниоткуда на столе, когда вспыхнуло пламя. «Впереди опасность, то же позади, Но две из нас помогут, ты только их найди. Одна вперед отправит, еще одна — назад, В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд. Ты хочешь здесь остаться на долгие века? Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана. Во-первых, как бы ловко ни скрывался яд, Найти его несложно — от вина левый ряд. Второе — в крайних бутылях налито не одно и то ж, Но если вперед тебе надо, помощи зря ты ждешь. Затем ни в большой, ни в малой смерти ты не найдешь, А если из второй слева и второй справа глотнешь, сам убедишься — налито одно и то же в них, Хотя на взгляд они разные, но это уже в-четвертых.» — Полная безвкусица, — пробормотала Клод, заподозрившая Дамблдора в авторстве сего опуса. — Что это? — сунул через плечо девочки нос Карл. — Молчи уже, болезный, — поморщилась Клод, шаря глазами по пробиркам. Она несколько раз прочитала пергамент, барабаня кончиками пальцев по столу и двигая бутылочки взад-вперёд. Наконец впереди остались лишь два фаворита. Клод взглянула на маленькую бутыль. — Нечестно, — вдруг расстроенно пробормотала она, и Карл насторожился. — Что нечестно? — Не мешай, если не хочешь хлебнуть первоклассного яда, — недружелюбно буркнула Клод. Про себя она кусала локти. Маленькая баночка должна была отправить выпившего вперёд. Вторая — назад. Но это было невозможно. Отослать Поттера назад не выйдет. Его, конечно, можно обмануть, но тут Клод становилось откровенно жаль Эсме, на дух не переносившую эту парочку. Пойти самой обратно будет малодушно. Клод ненавидела выказывать слабость, и страх, очень привлекательно предлагавший идти назад, просто необходимо было откинуть. В противном случае Клод пришлось бы перестать себя уважать. «Одна назад... Другая вперёд... Но кто это сказал?» Клод выпрямилась, осенённая внезапной догадкой. «Какая разница огню? Впереди он или сзади?» Девочка откупорила пробки и принюхалась. Тонкий нюх определил совершенно одинаковую основу. Следом, повинуясь какому-то вдохновению, она порывисто содрала пробки с остальных колб. Те пахли по-разному. Совершенно очевидный одинаковый запах был всего у двух пробирок. — Держи, — Клод протянула Карлу маленький сосуд, а себе взяла второй. — Выпей и пошли. — Не отрава? — подозрительно принюхался Карл. Клод пожала плечами и опрокинула в себя содержимое пузатой бутыли. Затем, в момент откинув всю нерешительность, шагнула в пламя, чувствуя, как лёд стремительно расползается по внутренностям. Огонь был тёплым и ласково грел замёрзшие конечности, искрясь и переливаясь. Сделав ещё шаг, Клод обнаружила себя у очередной двери. Позади стоял Карл, удивленно разглядывая руки. Клод, не дожидаясь, пока он очухается, шагнула через последний порог.

***

В центре сумрачного помещения стоял человек, завёрнутый в тёмно-лиловую мантию. На голове у него красовался тюрбан. — Квиррелл? — обалдел позади Карл. Клод судорожно вздохнула. «Избегайте всякого зрительного контакта с профессором Квиреллом и директором Дамблдором.» — повторились в голове эхом слова отца, сказанные ещё в начале года на отработке. Квиррелл. — Что ещё? — с явным недовольством спросил их учитель. Вернее, не учитель. Бедняга-Квирелл всегда говорил тихо, немного резковато и постоянно заикался. Этот же человек обладал уверенным и статным голосом. — Мистер Поттер и... Мисс Принц? Какое неожиданное пополнение в наших рядах, м? Квиррелл улыбнулся. Лицо его, обычно конвульсивно дергавшееся, на сей раз выглядело абсолютно нормальным. — Но я думал... — ошеломленно пробормотал Карл. — Я думал... что Снейп... — Северус? — Квиррелл расхохотался, и это было не его обычное дрожащее хихиканье, но ледяной, пронзительный смех — Да, Северус выглядит подозрительно, не правда ли? Похож на огромную летучую мышь, парящую по школе и хватающую невинных учеников. Он оказался мне полезен. При наличии такого Снейпа никто не мог заподозрить б-б-бедного за-за-заикающегося п-п-профессора Квиррелла. — Но он подозревал, — тихо сказала Клод. Однако, её услышали. — Верно, — подтвердил Квирелл. — Да, девочка. Он уже был уверен в том, что это я, и даже пытался выведать, как далеко я готов зайти. Он с самого начала меня подозревал. Пытался меня напугать, — он снисходительно улыбнулся. — Как будто это было в его силах! Ведь на моей стороне сам лорд Волан-де-Морт... И Гарри Поттер. Сердце Клод пропустило удар. — Чушь, — выкрикнул Карл. — Мой брат мёртв! — Неужели? — Квиррелл приподнял одну бровь, изображая удивление. — Что ж, так даже лучше. Внезапно он резким движением вынул из-за пазухи волшебную палочку и направил её прямо в лицо Карлу. Взмах, и мальчик отлетел к стене, бесформенной грудой свалившись у арки, ведущей в комнату с фиолетовым пламенем. — Девочка Принц, — не успела Клод что-либо предпринять, как, совершенно беспомощная, оказалась под прицелом палочки могущественного колдуна. — Ты что-то знаешь... — Что вы сделали с Гарри? — хрипло спросила она, пытаясь казаться храброй, однако чувствуя, как все поджилки трясутся в ожидании чего-то страшного. — Подойди ко мне, — он поманил её рукой. — Твой брат в порядке, с ним ничего не будет. Он должен помочь мне найти то, за чем я сюда пришёл... — он неопределённо пожал плечами. И тут Клод заметила. Гарри стоял за спиной Квирелла, закрытый от постороннего взгляда полами плаща спятившего профессора. Он смотрел куда-то в глубину зеркала блестящими глазами и не обращал совершенно никакого внимания на происходящее вокруг. — Гарри! — крикнула Клод в надежде, что будет услышана. Квиррелл посмотрел скептически. — Он ничего не слышит. Я наложил заклинание, которое поможет ему не отвлекаться от своей миссии, — Квиррелл нетерпеливо цокнул языком и прикрикнул: — Подойди же ко мне! Ноги сами понесли Клод против её воли. — Принц... Могущественная фамилия, принадлежавшая некогда могущественным людям. Однако, вот незадача... Род был прерван. И последний полноправный Лорд скончался. Последнюю из Рода Принц скрепили узы брака с простецом, и она умерла жалкой смертью в грязной магловской дыре. От былого могущества осталось лишь безумие, оставившее в истории свой отпечаток. О судьбе Рода рассказывают детям сказки, чтобы они ещё в детстве отказались от идеи предать семью и ослушаться Главу Рода, — он приподнял пальцами подбородок Клод, но та упорно отводила взгляд. — Что же за тайну вы храните, Принцы? Почему Гарри Поттер вошёл именно в этот Род? Кто смог принять титул Лорда? Ведь это не так просто. Волшебник должен быть мало того, чистокровным, но и обладать внушительной магической силой. Единственный известный мне наследник, который мог бы претендовать на этот титул, полукровка. И едва ли он смог воспитать четверых наследников — подумать только! — одного возраста. Кто вы, мисс Принц? Клод молчала. — Кто этот Лорд? У кого хватило могущества и смелости, чтобы претендовать на тайны, подобные тайнам Принцев? Проклятье, посмотри мне в глаза! — Квиринус... — Мой господин, — внезапно Квиррелл потерял весь интерес, сосредоточив внимание на одном только голосе, суховатым шелестом проникшим в сознание. — Мало времени... Я чувствую, как оно истекает... Плевать на девчонку. Займись камнем. — Да, мой повелитель... Да, философский камень, — Квиррелл зачастил и отвернулся от Клод, вновь вставая за спиной Гарри. — Мальчишка должен достать камень... Но почему так долго? Клод прикрыла глаза, пытаясь успокоить колотящееся в груди сердце. Она боялась. Черт, она боялась так сильно, что почти видела собственными глазами со стороны, как её дрожащие ноги подгибаются, и она летит прямиком на пол, царапая о шершавый камень пальцы рук и колени. Гарри не ошибся. В комнате присутствовал кто-то намного более могущественный, чем Квиррелл. Этот кто-то ощущался на интуитивном уровне. Как тикающая бомба. Она схватилась пальцами за край мантии, запахивая её, чтобы не было видно второй руки, выбравшейся из рукава и сомкнувшейся на медном вороне.

***

Северус почти не заметил ни огромного цербера с очаровательной кличкой, ни дьявольских силков, ни комнаты с роем ключей. Они с Гандес пролетели по этой полосе препятствий, как по американским горкам — быстро, с бушующим в крови адреналином, но без реальной опасности попасть впросак. Когда на горизонте замаячила доска МакГонагалл, Снейп с мрачным удовлетворением отметил про себя, что они почти вплотную подобрались к цели. А потом увидел груду поверженных чёрных фигур у края игрового поля, а рядом три распростертых тела, обладателей белоснежной, кудрявой каштановой и рыжей шевелюр. Рядом сидела девочка, студентка когтеврана, Эсмеральда Шейк, если ему не изменяла память. У всех четверых в волосах запутались каменные крошки, а мантии были испачканы в пыли. Шейк одной рукой придерживала голову бессознательного Мэтта, а во второй сжимала белую мраморную корону, очень тяжелую на вид. Однако, не казалось, что мисс Шейк прилагает много усилий для удержания столь громоздкого предмета, несмотря на собственные ничтожные габариты. Без лишних слов Северус бросился к Мэтту с девочкой, а Гандес присела рядом с Уизли и Грейнджер, мягко ощупывая багровую шишку на лбу мальчика. — Что вы здесь делаете? — бесцеремонно рыкнул Северус, размахивая волшебной палочкой и диагностируя состояние. — Мы хотели их остановить, — Эсме флегматично глянула в сторону веснушчатого Рона. Казалось, она совсем не испытывает интереса к происходящему вокруг. — Зачем? — Они бы погибли ещё в силках, — Эсме тяжело вздохнула. — Кто ещё здесь? — Клод пошла дальше с Карлом Поттером. — Почему? Почему они вообще туда пошли? — Карл уверен, что философский камень сегодня попытаются украсть. — Это забота взрослых, а не первокурсников. — Вы когда-нибудь пробовали остановить состав на полном ходу, профессор? — Карл Поттер не вагонный состав, мисс Шейк. Он избалованный дурень с ветром в голове. — Не стоит, профессор Снейп, — внезапно вмешалась Андарлия Гандес, придерживающая в этот момент голову Гермионы. Рон уже парил в полуметре от пола на наколдованных носилках. — Они стали лишь жертвами обстоятельств. Такие штуки не залёживаются долго на одном месте. Они хотят, чтобы их нашли. Северус хотел бы сказать пару ласковых и профессору Гандес, но сдержался, краешком сознания понимая, что это действительно так. Дети более восприимчивы к действию магического поля предмета, поэтому автоматически становятся лёгкими жертвами. Палочка заплясала в руке, плетя разные диагностические чары. Как он и предполагал, ничего страшного или критичного здесь не было. Мэтт просто был без сознания, а у Шейк он смог обнаружить только чрезвычайную измотанность. Выпрямившись, Северус мельком глянул на Гандес и сказал: — Я отправлю патронус МакГонагалл. Вас я попрошу остаться и дождаться её. Андарлия кивнула, не высказав никакого недовольства. Профессор зельеварения поднялся и, вытащив склянку из широкого кармана мантии, перекинул её рунологу. Та ловко поймала и уставилась заинтересованно. — От ушибов и кровоподтёков, — буркнул Северус и в следующий миг выпустил из волшебной палочки серебристый дым, преобразовавшийся в какое-то животное. Эсме не смогла точно определить силуэт, но в том, что у животного этого четыре копыта, было уверено всё её существо. Затем Снейп, не сказав боле ни слова, быстрым шагом направился к противоположной двери. Дёрнувшиеся было на защиту двери черепки от белых фигур он разбил на ходу, даже не вздрогнув.

***

Северус влетел в помещение и тут же отбил заклинание, летящие прямо ему в голову, выставляя блок за блоком на череду атак. Краем глаза он рассмотрел Поттера, жалко растянувшегося у стены, привалившуюся к колонне Клод и откуда-то взявшегося Гарри, не отрывавшего взгляда от мутноватого стекла. — Северус, — оппонент растянул губы в усмешке, разведя руки в приветствии. — Однако, какой сюрприз. — Осторожно, Квиринус, — невозмутимо предупредил Снейп. — Одно движение, и от вас не останется мокрого места. — Так ли это? — небрежно пожал плечами сошедший с ума преподаватель ЗоТИ. — Ты неглупый человек, Северус. — Именно поэтому я заряжу вам Авадой в лоб прежде, чем вы успеете пикнуть. Квиррелл досадливо цокнул языком, поморщившись. А потом резко вскинул руку с волшебной палочкой, но красная вспышка полетела не в профессора Снейпа, а в студентку Клод Принц, сразу же упавшую на пол, чудом не скатившись по ступенькам вниз с судорожным криком. Это длилось всего несколько мгновений, после чего действие чар прекратилось, так как теперь уже Квиррелл был вынужден ставить блоки на яростные выпады профессора зельеварения. — Ни с места, профессор Снейп. Если вы, конечно, не хотите убить студентку. И родственницу по совместительству, я так понимаю, верно? — Вас это не касается. — Занятно. Как должно быть паршиво понимать, что где-то родной Род обрёл Главу. Защитника, опору... Знать, что Род возрождается из пепла... Но вас эта семья отвергла, Северус Снейп. Вы не нужны даже собственным родным. Как иронично. — Мне плевать, — равнодушно отозвался Северус, не пошевелив и бровью. — Вы, Квиррелл, независимо от глубины моих родственных чувств отсюда уйдёте только в Азкабан или в преисподнюю. — Ваша самоуверенность меня веселит. — Вы не получите философский камень. Вдруг, будто из ниоткуда и отовсюду сразу послышался нетерпеливый шелестящий голос: — Чего ты ждёшь? Убей его... И в тот же момент Квиррелл стремительно атаковал. Завязалась схватка. Заклинания летели и отлетали от выставленных барьеров, воздух искрился от магии, дуэлянты были полностью сосредоточены друг на друге. Взмах, вдох, выпад, блок, выпад, поворот, шаг, выпад, выдох. Они кружили в каком-то бешеном танце, не в силах прервать его. Клод не могла на это смотреть. Она вообще по большей части старалась не смотреть. Но по какой-то причине взгляд то и дело останавливался на фигуре Гарри. На его взъерошенных по обыкновению волосах и совсем необыкновенно стеклянных застывших глазах. В один момент, когда Снейп оттеснил Квиррелла от зеркала, Клод решилась. Будто прыгает в ледяной омут с головой, девочка сбежала со ступеней, стараясь не обращать внимание на пробудившуюся боль в ноге, стараясь не думать ни о чем, кроме того, что ей необходимо добраться до брата. Она оттолкнула его. И в тот момент, когда Гарри отлетел от собственного отражения, в комнату внезапно ворвался Дамблдор, отбросив Квиррелла от Снейпа, который в тот же миг тяжело осел на ступени, оступившись на прилетевшей откуда-то каменной крошке. Не обращая внимания на бессознательного Квиррелла, Дамблдор подлетел к Гарри и вцепился ему в плечо. — Что ты видел в зеркале? — мягко, но при этом требовательно и достаточно сурово вопросил старик. Гарри растерянно озирался по сторонам. — Ты видел камень? — Нет, — Гарри потупил глаза в пол. Сперва Клод подумала, что он смущён и обескуражен, но потом поняла. Хитрюга помнил наказ названного отца. — Что ты видел? — Я видел своё отражение, профессор Дамблдор. Директор школы чародейства и волшебства Хогвартс выпрямился. — Гарри, ты знаешь, почему профессор Квиррелл использовал именно тебя? — Наверное, я просто случайно оказался под рукой, — Гарри покраснел. Дамблдор вздохнул. Он ободряюще сжал плечо Гарри и повернулся к поверженному профессору ЗоТИ. В этот момент что-то произошло. Что-то покинуло тело Квиррелла и, минуя атаки быстро среагировавшего Дамблдора, скрылось в темноте дверного проёма. — Да-а-а... — протянул пожилой директор, глядя вслед расползающейся темной дымке. Клод сидела на ступеньке и тяжело дышала. Гарри старался от неё не отставать. Карл Поттер по-прежнему был без сознания. А Северус Снейп про себя отчаянно матерился.

***

Макс сидел за второй партой в классе трансфигурации над листом пергамента с недописанным эссе и нервно грыз кончик пера, с переменным успехом выплёвывая обкусанные кусочки. Он нервничал. Не сказать, чтобы он был таким уж противником перемен. Макс одобрял движение в любом виде, особенно если в конечном пункте его ждала еда, но и само по себе движение ему было не противно. А перемены сами по себе подразумевают движение. Однако, к таким переменам он был не готов. Макс был человеком привычки. И сейчас его привычный мир рушился. Во-первых, он пришёл на трансфигурацию первый. Во-вторых, остальные опаздывали. Ладно, Гарри. Ну, с натяжкой можно было понять Клод и, возможно, Эсме. Адиль, насколько он знал, отпросилась. Но Мэтт! Это был уже удар ниже пояса. И от кого? От собственного близнеца! К тому же, занятие уже 15 минут, как началось. А МакГонагалл, ровно в назначенный час распахивавшая обычно дверь в класс, до сих пор не появилась. И ещё некоторую нервозность внушал тот факт, что он не успевал дописать эссе. Постоянно доделывая всё в последний момент, Макс привык, что всё равно всё успевал. А тут даже на ум ничего не приходит. Он снова выплюнул кончик пера. И куда же все пропали? Ещё немного помучав эссе, Макс отложил его и уставился на тикающие часы, стоявшие на преподавательском столе. Когда и это наскучило, его взгляд перекочевал на волшебную палочку. Вздохнув, Макс принялся за практические задания. Отработав всё с энтузиастом заучки-отличницы, Макс положил палочку на парту. Прошло ещё полчаса. Сначала была мысль уйти. Но занятия-то не отменяли. Почему никого нет? Или он что-то пропустил? Да нет, МакГонагалл самолично предупреждала, что, если он опоздает или опять придёт с недописанным эссе, то следующее домашнее задание увеличится по объёму вдвое. Макс пришёл вовремя. Вспомнив про эссе, он в спешке его домучил. Прошёл час. Ещё никогда ему не было так скучно. Сидеть в одиночку в пустом классе, не зная, чем заняться и мучаясь в неведении... Заприметив на полке интересную книгу, Макс тут же её сграбастал. Полистал немного. Поставил на место. Потом, аккуратно посмотрев на дверь, взял в руки один из любопытных приборов МакГонагалл, покоившихся на столе. Повертел в руках и положил на место, ибо даже приблизительно не представлял, что это такое. Сел обратно за парту, изнывая от скуки, прикрыл глаза, размышляя, чем бы таким заняться. И сам не заметил, как провалился в обволакивающие объятия Морфея... ...Профессор МакГонагалл шла в свои покои измотанная и уставшая. С самого начала она знала, что затея с философским камнем закончится паршиво, как и вышло. Семеро первокурсников в Больничном крыле, один мёртвый преподаватель и разрывающая на части головная боль. А сколько впереди ещё работы. По зачистке помещений, по их восстановлению... Голова шла кругом. Однако, сейчас у неё было всего одно желание — поскорее оказаться в своих покоях. Миновав несколько лестничных пролётов и коридоров, Минерва остановилась против двери в класс трансфигурации, ведущего в её кабинет, а кабинет к смежным с ним покоям. Внизу между полом и дверью нервно мигала полоска света пляшущего пламени свечи. Краем сознания удивившись, потому что почти наверняка профессор была уверена в том, что погасила свет, МакГонагалл всё-таки открыла дверь и шагнула внутрь, обозревая помещение цепким взглядом. И тут же ещё шире распахнула глаза в удивлении. На второй парте рядом с исписанным листом пергамента сопел Максвелл Принц. Самый шебутной и проблемный ребёнок из всей когтевранской компании первогодок спал на парте в классе трансфигурации над эссе в ожидании дополнительной пары, пока вся разумная часть их компании лазала по подвальным помещениям Хогвартса в поисках философского камня. Минерва моргнула. Ещё раз. Наваждение не пропало. Поэтому, усилием воли заставив себя перешагнуть порог, она подошла к дремлющему мальчику. — Мистер Принц... Макс вскочил, судорожно моргая. — Профессор! — он покраснел. — А я тут... Эссе принёс. Вот, — он подвинул лист пергамента. — И я пришёл вовремя. Честно. Какое-то время она просто молча стояла. Макс нервно ёрзал на стуле, не зная, что сделать и сказать. А потом впервые за день Минерва тепло улыбнулась. — Идите спать, мистер Принц. Я посмотрю ваше эссе, не переживайте. — Да? — он пару раз хлопнул ресницами. — О. Это здорово. Профессор, а у нас сегодня не было занятия, да? — Не было, мистер Принц. Извините, я не успела предупредить. — Ничего, — он поднялся, смущенно дёрнув себя за прядь волос. Скинул всё с парты в сумку, оставив лишь эссе. — Ваши братья сегодня ночуют в Больничном крыле, но не волнуйтесь, уже завтра они вернутся в свои спальни. — Что-то случилось? — вскинулся Макс. Он выглядел таким удивлённым, что так и читалось продолжение фразы: «И без меня?» — Ничего непоправимого. Вы завтра сами всё узнаете. А теперь идите спать. Если встретите мистера Филча, скажите, что идёте от меня. — Да, профессор. Макс подобрал сумку и пошёл к выходу. У двери профессор его окликнула: — Мистер Принц. — Да, мэм? — У вас на щеке чернильное пятно. Макс залился краской. — Спасибо, — буркнул, щупая щёки по очереди. — До свидания. — Доброй ночи. Макс вышел из класса и пошёл к гостиной Когтеврана, позёвывая на ходу и пытаясь разглядеть в мутноватых стёклах окон чернильное пятно, попутно думая, что заставило перекочевать Мэтта с Гарри в Больничное крыло. Быстро добравшись до места назначения, он с рекордной скоростью переоделся и запрыгнул под одеяло, в миг выключив измотанный за день активностью мозг и уснув. А профессор МакГонагалл прежде, чем потушить настольную лампу, ещё какое-то время стояла и бездумно читала строчки сданного эссе.