Объединение

Flashback

Ранчо МакКэрол

      Легкий ветер развивал волосы Клементины. Она шла по небольшому полю, держа в одной руке нож, а в другой пистолет. Открытое пространство сильно напрягало девушку, так как рядом не было места, в которое можно спрятаться. Если начнут стрелять, то придется либо падать на землю, либо идти под пули. Оба варианта, если честно, не очень хороши.       Чуть вдалеке виднелся большой дом, который вообще напоминал амбар. Но Клементина выпотрошила из людей всю информацию, имеющиеся на ранчо, и выяснила, что это все-таки дом. Всю информацию, кроме местоположения Эй-Джея. О, при мысли об растяпе сердце Клем начинало сильно болеть. То от воспоминаний, то от сильного страха за мальчика. Хочется все сделать в лучшую сторону, но иногда получается наоборот.       Брюнетка постоянно оглядывается. Ей кажется, что за ней кто-то следит. Ее кто-то преследует, чтоб неожиданно, когда она не подозревает, напасть на нее со спины и вонзить нож в ее горло. Ей так кажется, она просто нервничает.       Поле почти закончилось, как она слышит двух мужчин разговаривающих между собой. Они шли неподалеку от того дома, в который Клем и хотела проникнуть. Черт, они как раз не вовремя. Клем быстро падает в траву, остается надеяться, что ее не видно. — Ты слышал про девчонку, которая уже около двух дней ходит по ранчо и убивает наших людей? — как раз говорят именно про нее. Это не удивительно. Сейчас каждый на этом сранном ранчо говорит про нее. — Конечно слышал. Как про нее можно не слышать. Эта девка убила половину нашего народа, знаешь. — Интересно, почему Лорд не хочет просто собрать всех, словить эту девчонку и к чертям убить ее? — загадочное имя «Лорд» уже дает понять Клементине, что именно он является главным здесь. — У него есть на то причины это точно, — кивает второй мужчина останавливаясь. — Просто так он не будет нас истреблять. Лорд бы и сам это мог сделать, ты сам знаешь. — Он наверняка желает с ней встретиться, потому что она совершила такое. И видимо она провернула все это в одиночку. Это пиздец, друг. Я б тоже хотел встретиться с таким человеком, который просто перерезал горло половине населения. — Ну да, ну да. Иметь такого друга, наверно, все хотят. — Да, всегда рядом с тобой защита будет… Мдя, обсуждать то, что Клем убила половину населения ранчо МакКэрол, при этом радуясь этому? Черт, это могут делать только эти дебилы. Она убила ваших друзей. Возможно, убила кого-то из ваших близких. А вы говорите, что хорошо иметь такого друга, как она. Браво!       Мужчины стали болтать вообще на темы, не интересовавшие Клементину. Ее сейчас интересовало то, чтоб как-то пробраться к этому красному, как амбар, дому. Эти мужчины стояли недалеко от входа, что очень сильно мешало брюнетке. И они не уходят. Стоят и болтают, действуя им на нервы.       Клементина не может резко напасть на этих мужчин, потому что их двое, а она слишком мала, чтоб хоть как-то им противостоять. Хотя если бы можно было стрелять, то ей было бы попроще, но выстрел привлечет слишком много внимания, поэтому нужно искать другие варианты.       Мужчины замолкают и застывают на месте. Из-за этого Клем напрягается и сжимает в руках пистолет с ножом. Их глаза бегают, они не знаю куда смотреть. Брюнетка пытается всмотреться в их глаза, но из-за интенсивного движения глаз увидеть четкую картинку не получается.       Неожиданный удар по затылку заставляет Клем случайно нажать на курок пистолета. В глазах потемнело, а где-то на фоне послышались чьи-то жалобные крики. Девушку перевернули на спину так резко, что прогремел еще один выстрел. Чей-то приглушенный стон снова разнеся около ушей Клементины. Удар по виску. Окончательная темнота…

Настоящее время

Александрия

— Я люблю тебя! — еще раз выкрикнул Карл. — Я готов повторять это снова и снова! Клем медленно ступала назад, обратно к ребятам, но позволить себе повернуться лицом она не могла. Сзади было слышны возмущенные вздохи Энид и коронное: «Стоп. Что?», от которого брюнетка немного ухмыльнулась.       После сказанный слов Карл почувствовал большую уверенность в себе и его шаги в сторону Клементины были увереннее, быстрее и устойчивее. — Ох, Карл, скажи, что ты это говоришь только для того, чтоб она вернулась, — послышался голос Энид сзади голубоглазого, когда тот только-только собрался с силами и почти побежал в сторону брюнетки. — Мне жаль, Энид, — чуть повернув голову в ее сторону, говорит Карл, одновременно снимая свою шляпу. — Но я говорю правду. Граймс младший не стал слушать возмущения своей уже бывшей девушки и, выдохнув, бежит в сторону Клементины. Та стоит на месте, немного опустив голову вниз, и пытается понять слова Карла, которые он сказал минуту назад. Она не верит этим словам, хотя она так желала их услышать.       Голубоглазый подбегает к брюнетке и останавливается буквально в сантиметре от нее. Кончиком носа Карл касается щеки девушки. Парень чувствует запах ее кожи и то, как легкая улыбка появляется на ее лице. Как самому не сдержать улыбку? Коротко выдохнув, Граймс младший медленно обвивает руку вокруг талии Клементины. Брюнетка лишь чуть улыбается, но не позволяет себе большего.       Они стоят так около минуты, ничего друг другу не говоря. Им уже было наплевать на то, что уже темнеет, а сзади них стоят несколько человек и ждут их. Карл поворачивает свое лицо Клементине и прикасается к ней своим лбом, прикрывая глаза. Клем закрывает свои глаза, наслаждаясь этим коротким и таким приятным моментом. Она поворачивается к нему, также прислоняясь своим лбом ко лбу голубоглазого.       Карл открывает глаза и несколько секунд наблюдает за Клементиной. Она счастлива, по крайней мере сейчас. Парень оглядывается в сторону ребят, все стоят и будто ждут продолжения. Ну, все, кроме Энид, она уже успела куда-то запропаститься. Видна глупая улыбка Юджина и Данте, которые, видимо, рады за подростков. Иисус стоит с нейтральный лицом, но легкая улыбка все равно видна на его лице. Только Мэгги стоит в замешательстве, с распахнутыми глазами, не зная как нужно на все это реагировать.       Карл, вернув свой взгляд обратно к Клементине, аккуратно целует ее. Поцелуй длился несколько секунд, после чего в его голову приходит самая необычная мысль: — А давай спрячемся, — с энтузиазмом произносит Граймс младший, отрываясь от таких желанных губ девушки. — Хочешь уйти из Александрии со мной? — с недопониманием спрашивает Клем, выпрямляясь. — Нет. Давай просто спрячемся где-нибудь на ночь. С рассветом просто пойдем искать наших, — голубоглазый улыбается и натягивает свою шляпу. В его глазах появился огонь. — Знаешь… — Клементина чуть хмуриться, косясь на компанию людей из Хилтопа и Юджина. — А давай… Только когда? — Прямо сейчас. Карл быстро оглядывается, а затем хватает Клем за руку и прячется с ней за стеной самого ближайшего дома. Пару раз шикнув, Граймс младший тихонько выглянул из-за угла и стал наблюдать за негодующими лицами его друзей.       Улыбка Юджина резко сменилась хмуростью, он прищурился и вглядывался куда-то в даль. Зрение запросто может ухудшиться, если сидеть в темной комнате на протяжении нескольких лет. Единственным источником света тогда у него была лампа, которая зажигалась только в тех случаях, когда кто-то спускался вниз. Радостное выражения лица Данте сменилось искренним недопониманием, он выглядел достаточно смешно. Иногда он кажется каким-то необразованным дурачком, который то и дело, что улыбался. Но его недопонимание показывало, что он может думать и пытаться решить определенные проблемы. Мэгги просто стояла и смотрела в пустоту. Через несколько секунд она дергается, отряхивая голову, а затем оборачивается назад и, видимо, направляется к Энид. Ее лицо исчезло с глаз еще очень давно, но, походу, Мэгги знает где она находиться. Напряг подростков больше всего Иисус, который медленно продвигался в сторону места, где они и находились. Он шел так, что заставлял все тело напрягаться, чуть ли не дрожать. Когда Иисус злой или серьезный, становиться страшно.       Карл аккуратно подталкивает Клементину дальше, чтоб она начинала уходить. Граймс младший использовал тот момент, когда Иисус с задумчивым видом остановился, взявшись за свою бороду. Наверно, его охватила какая-то грандиозная мысль, с которой надо как можно быстрее поделиться с остальными.       Добравшись до другой стороны стены, голубоглазый останавливает Клем и очередной раз выглядывает. Никого нет, все чисто. Парень кивает сам себе, а затем чуть подталкивает брюнетку. Все сейчас заняты, конечно, так что обращать внимание на то, что два человека из их группы пропало незачем. После очередного толчка Клементины от Карла, девушка не выдержала и отошла от голубоглазого на пару шагов. — Ты надоел меня толкать, — шепотом произносит она, махнув руками. — Тебе будет приятно, если за тобой идут и постоянно толкают и толкают, толкают и толкают. Клем встала за спиной Граймса младшего и стала с силой толкать его вперед, при этом постоянно повторяя фразу: «Нравиться?». Издав приглушенный смешок, Карл успокаивает брюнетку и признает, что это довольно-таки неприятно. Улыбка появилась на лице Клементины и со взглядом победительницы она продолжила идти вперед.       Мотнув головой, голубоглазый следует за ней. — Стоять, детишки, — послышался голос за их спинами. Карл от неожиданности поднял руки наверх и повернулся в сторону звука, показывая свою безоружность. А вот Клем наоборот схватила свой нож, но вот оборачиваться не стала. Пусть сами подходят, так сказать.       Девушка почувствовала, как руки Граймса опустились вниз, это дало ей понять, что перед ним стоит не просто какой-то незнакомец, а известный всем человек. — Думали убежать, а? Приятный голос Иисуса заставлял не только расслабиться, а также закатить глаза из-за его серьезности и самоуверенности. Уж слишком сильно мужчина себя переоценивает. Никто, конечно, не сомневается в его боевых, дипломатических способностях, но иногда его «хвастовство» переходит все границы. Хотя все прекрасно понимают, что он делает это все специально, дабы подшутить над самим собой. Край его сарказма наступает тогда, когда одну ногу он ставит на какой-нибудь камень, а потом, с очень задумчивым видом, прикладывает руку к своей бороде. Черт возьми, чудесное зрелище.       В таких моментах он и в правду похож на Иисуса. — Ну да, — Карл улыбается своему собственному ответу. — Хотя это только формально. Мы просто переждем ночь, спрятавшись в каком-то доме, а потом, утром, пойдет искать наших. — Я так понимаю, что к нам вы утром не вернетесь? — Глупый вопрос, — Клементина встревает в этот милый разговор. — Когда ты вернешься, то просто скажи, что нас не нашел. И все. — Хочешь, чтоб я соврал? Ехидная улыбка Иисуса заставила немного взбеситься Клем. Ох, он что тянет время? — Да, я хочу, чтоб ты сделал это. Давай… Сломай свои принципы, — Ровиа тихо посмеялся, после несколько раз кивнул головой. — Хорошо, как скажете. Я не видел вас, а вы не видели меня. — Договорились. Брюнетка протягивает руку Иисусу и тот с улыбкой поживает ее. Затем Карл хватает Клем за руку и ведет вперед, оставляя их друга одного. Хотя тот медлить не стал и сразу направился обратно к ребятам, докладывать о том, что никого из ребят найти не смог.       Граймс младший вел Клементину быстро. Он успел позабыть, что у нее вообще-то две раны на двух руках, причем разница в ранениях значительная. Пришлось девушке несколько раз напоминать о своих болячках Карлу, чтоб тот хотя бы тянул ее руку не так сильно. Про ходьбу лучше молчать, останавливаться голубоглазый, кажется, и не собирался.       За время беговой ходьбы Клементина думала, куда же ее видеть Карл. Было столько вариантов мест, где можно переночевать, что из-за этого просто разрывалась голова. Карл мог повести девушку обратно в тот крохотный домик-сарай, располагающийся посреди леса, а мог повести и в какой-то дом из Александрии. Возможно, что парень просто искал дом по приличнее и по крепче. Такие, к удивлению, были. Никаких выбитых дверей и окон, веранды стояли в целости, не учитывая перевернутые столы, находящиеся как раз на веранде. Вот только есть вероятность, что внутри дома может твориться такое, что не захочется даже глаза открывать.       Подходя уже к окраине Александрии, Карл резко остановился, заставляя Клементину буквально навалиться на него. Она мягко приземлилось своим лицом в шляпу Карла, тем самым еще и погнув немного свою кепку. Быстро оторвавшись от шляпы своего друга, девушка поправляет свой головной убор и головной убор Карла. У парня теперь шляпа располагается криво, но кого это вообще волнует.       Он выглядывает на дорогу, дабы убедиться в отсутствии ребят. Все чисто. Видимо, Иисус решил отвести ребят в более безопасное место, чем Александрия. Находиться здесь не так хорошо, хотя лучше, чем тот домик по среди леса. Тут хотя бы можно спрятаться где-то и убежать. Там тебя просто прижмут к стене и откусят кусок твоей шеи.       Выходя на дорогу, Карл несколько раз оглядывается по сторонам. Он замечает нескольких ходячих вдалеке. Граймс говорит Клементине оставаться на месте и никуда не уходить, пока тот справляется с двумя-тремя ходячими вдалеке. Изначально Клем не хотела отпускать парня, так как монстров было достаточно много и он мог просто-на-просто не справиться с ними. Но серьезный голос и взгляд голубоглазого заставили брюнетку удостовериться в том, что для него эти ходячие раз плюнуть.       Пока Карла не было, девушка стала оглядывать местность, где она находиться. Было темно, так что разглядеть что-то очень четко было просто невозможно. Сделав пару шагов вперед, она чуть лучше видит два дома, стоящих справа и слева от нее.       Правый дом, как и левый был двухэтажный. Только вот правый дом был более ухоженным и красивым. Где-то стояли цветочки, посаженные специально. В углу стоял миниатюрный столик, за которым мог посидеть только один человек. Да и сам дом был не обшарпанный, утром на него смотреть, наверное, еще лучше, чем вечером. В общем, красота, которую лучше видеть, чем описывать.       Левый дом был не таким красивым, как правый. Выглядел он, как гадкий утенок. Клементине сразу захотелось снести этот дом к чертям, а потом отстроить новый, более красивый. Его стены были немного сломаны, никаких цветов и других безделушек не было. Был стол, но, во-первых, около него даже стула не стояла, а во-вторых, этот столик уже сам по себе разваливается. Смотреть на этот дом было не так приятно, как на правый. В тот хотя бы войти хочется.       Когда Карл довольно шел обратно, до Клем дошло, что этот обшарпанный и не самый приятный со стороны дом — ее дом. А дом, находящийся рядом — дом семьи Граймс. И вот тут Клементина закрывает глаза, сдерживая смех, и бьет себя несколько раз по голове рукой. Как до такого можно было докатиться, неизвестно. — Боже, — тихо шепчет она себе под нос, отрицательно махая головой и сдерживая смех одновременно. Подходит Граймс младший. Он видит необычное состояние Клементины и без лишних слов просто приподнимает одну бровь. Заметив это, брюнетка махает рукой в знак того, что все нормально. Карл жмет плечами. — Пойдем в дом? — неожиданно спрашивает парень. — А ты действительно этого хочешь? — отвечает вопросом на вопрос брюнетка, выдохнув. Голубоглазый нервно вздыхает, а затем берет девушку за руку и ведет в свой дом. Они быстро взбираются по лестнице и заходят в дом. Карл закрывает дверь, потом он куда-то уходит. Недоумевающая Клем несколько раз хлопает глазами и пытается все уложить у себя в голове.       Осмотрев дом вместе с Граймсом младшим, брюнетка понимает, что тут не так уж и много забрали. Что-то осталось, а что-то нет. Казалось бы, если б забрали все важные вещи, а не нужные оставили, то это было бы нормально. Забрать все драгоценные вещи и, формально, оставить людей ни с чем. Ведь не имея карты, воды, еды и всего прочего, выжить просто нельзя. Но, походу, люди из Ричмонда считают немного по-другому. Большинство каких-то припасов осталось. Карта, лежащая на столе, даже с места не сдвинулась. Пропали вещи, вроде подушек и одеял. Остальное осталось. Удивил, Ричмонд, удивил.       Карл подходит к столику и кладет на него свою шляпу, которая занимает практически все его пространство. Глубоко выдохнув, парень плюхается на диван, прикрывая глаза. Клементина пока интенсивно ходила по дому и что-то усердно смотрела. — Они меня удивили, — произносит Карл, смотря на камин перед ним. — Согласна, — послышался крик брюнетки из другой комнаты. — Интересно, почему они забрали так мало вещей. Нет, это хорошо, нам ведь лучше. Но обычно все по-другому. — Может, им уже просто не лезло, поэтому они и пощадили наши дома. Голос Клементины становился то громче, то тише. Она постоянно перебегала из комнаты в комнату, что-то собирая и складывая. Карл на это сильно не обращал внимания. Главное, чтоб голос был слышен. — Хотя насчет своего дома я не знаю, — продолжила девушка. — Мы там не были. — Хочешь сходить? Карл оборачивается назад и ловит Клем посредине гостиной. В ее руках был какой-то ящик, а на плече висело что-то вроде одеяла или пледа. Брюнетка на секунду задумалась, нахмурив брови, но потом отрицательно помотала головой и отказалась от предложения Граймс младшего. Тот спорить не стал. Не будет же он уговаривать пойти Клементину в ее собственный дом. Захочет — сама пойдет, перед этим предупредив конечно же.       Дальнейшие разговоры были в основном о том, куда эта группа из двух человек двинется для поиска своих друзей. Самый быстрый и ближайший вариант был буквально за стеной. Покинуть город можно сразу выйдя из дома, просто надо чуть пройти вперед к большой и самостоятельно воздвигнутой стене, в которой Ричмонд успел пробить дыру. Еще была идея вернутся обратно к главным воротам, но эта идея отпала практически сразу, как появилась. Первое это то, что там еще могут быть Мэгги и остальные, с которыми встречаться сейчас не очень хочется. Второе, даже если думать логически, то побежать вперед, когда на тебя идут несколько огромных машин, в которых сидят еще пять огромных мужчин с огромными пушками — не лучшая идея. Тебя просто раздавят или расстреляют. А может и то, и то. В общем, никто не побежит к главным воротам и искать там нечего.       Все время обсуждения плана Клементина все бегала из комнаты в комнату. И каждый раз, когда она появлялась в гостиной, в ее руках постоянно было что-то новое. С каждым разом Карла все больше и больше напрягал тот факт, что Клем уже больше пятнадцати минут не может наконец остановиться и отдохнуть. За это время, пока она занималась неизвестными делами, голубоглазый успел разжечь огонь в камине, покрутить свою шапку, еще раз осмотреть гостиную, он уже почти заснул. Но какая-то болтовня девушки себе под нос постоянно заставляла проснуться. — Что ты делаешь? — не выдержав, спросил Граймс. Клементина подходит к нему, с двумя подушками и одним одеялом, после чего бросает одну подушку и одеяло рядом с Карлом, а вторую подушку она бросает в Карла, от чего тот немного ухмыльнулся. — Сейчас в тебя тоже полетит, — поднимая подушку, Граймс уже был готов кинуть. — Я не для этого тут двадцать минут по дому бегала. Брюнетка опять уходит из гостиной, но на этот раз не на долго. Она возвращается уже совсем скоро с ящиком, который Граймс младший уже видел раньше. Карл, отложив подушку в сторону, приподнимает одну бровь: — Что это? — Я собрала все медикаменты, оставшиеся в доме, и сложила их в этот ящик. В очередной раз просмотрев все его содержимое, я решила, что тебе нужно сменить повязку. — О, Клем, только не сейчас, — эта идея явно не радовала голубоглазого. Он не любил все, что связано с его глазом. — Тут не так светло. — Послушайте, молодой человек, специально для вас я отрыла фонарь, который будет служить нам долго и счастливо, пока я меняю твою повязку. — Ты подготовилась к каждой моей отговорке? — Я слишком хорошо тебя знаю. Выдохнув, Карл снимает старую повязку со своего глаза, после чуть отворачивает голову в сторону. Ему все же не нравиться то, что Клементина будет менять ему повязку. С такой дырой на него просто невозможно смотреть. Парню самому не приятно, а тут еще и Клем старательно пытается дотронуться до его раны. От каждого прикосновения брюнетки Граймс младший дергался и отворачивался.       Клементина чуть улыбалась и, брав Карла за подбородок, поворачивала его лицо к себе. — У каждого свои шрамы, — аккуратно произносит девушка, дезинфицируя рану вокруг. — Мне кажется это, — голубоглазый указывает на свою рану. — Гораздо хуже обычного шрама. — Это просто ты так думаешь, Карл. Каждый шрам по своему… Прекрасен. Парень поворачивается к девушке. На его лице читается недопонимание. Он не верил этим словам. Граймс младший убирает руку Клементины от своего раненного глаза. — Ты думаешь. Что это красиво? — Я думаю, что это делает тебя тобой, Карл. Ты был бы совершенно другим, если бы у тебя не было этого шрама, так? — парень кивнул. Шрамы сложная штука. Они ведь бывают разные. Есть такие отметины, которые буквально видны из далека. И да, люди часто обращают на такое внимание, так как для них это просто что-то новое. Именно из-за этого они и начинают шептаться друг с другом, показывать пальцем на выделяющегося от них человека. Это нормально, только для тех, кто и показывает пальцем. Тем, кто все это терпит, гораздо труднее, только теперь не только в физическом, но и в психологическом плане.       Но есть немного другие шрамы, до которых еще нужно добраться. Это самые страшные и неприятные отметины. Есть те вещи, которые не наносят физического вреда вообще, но на душе оставляют такие раны, что избавиться от них не получиться никогда. И эти отметины будут преследовать тебя всю жизнь. — Не стоит бояться этого шрама. Если ты боишься его, то, получается, что ты боишься и самого себя. — Просто… Просто я все не могу к этому привыкнуть. Я как будто бы лишний, знаешь. Все могут оценивать ситуацию полностью, а я только на половину… Клементина вздыхает, доделывая повязку, а после на минутку плюхается на диван рядом с Карлом. — Ты особенный, — девушка прокручивает повязку у себя на пальце. — Вот и все. Как ты можешь бояться самого себя, если ты не боишься ходячих? Легкая улыбка появляется у подростков. Граймс младший конечно же знает, что Клем ему льстит, но это все равно приятно. — Откуда ты знаешь, что я не боюсь ходячих? — По тебе видно. Карл медленно прикасается к руке Клементины, она уже сплетает их пальцы вместе.       Ребята держаться за руки, наблюдая за тем, как впереди них горит камин. Маленькие искорки вылетают за пределы камина, но они настолько ничтожны, что не успевают коснуться пола. — У тебя есть шрамы? — вдруг спрашивает Граймс младший, разрывая такую приятную тишину. — Конечно есть… Только их не видно, — брюнетка поворачивается лицом голубоглазому. — Скрытые шрамы? — Ага. Карл пододвигается к девушке и прикасается к ее губам. На какое-то время они забывают, что не доделали процедуру. Брюнетка откладывает повязку на кровать и уже освободившейся рукой прикасается к щеке парня. Легкая дрожь пробегает по всему телу и все негативные мысли вылетают. Хочется думать только друг о друге, что они и делают. Граймс младший снимает кепку с Клементины, потом он притягивает ее к себе, а затем, опомнившись в каком виде он сейчас находиться, резко отстраняется от нее.       Клементина несколько раз моргает, отходя от неожиданного головокружения. Карл осматривает гостиную уже десятый раз, но он так и не позволил себе повернуть свой взгляд на Клем. Она все прекрасно понимает. Взяв повязку в руки, девушка пододвигается к голубоглазому и одевает ему повязку. Тот ее аккуратно поправляет. Будто бы они сейчас не целовались. — Тебе не стоит этого бояться, — тихо произносит брюнетка, находясь в сантиметре от уха парня. Девушка целует Карла в щеку, а затем встает с дивана и бросает в него подушку с одеялом. Улыбаясь, она забирает другую подушку и направляется наверх. Карл удивленно ее окликает, на что она лишь ухмыляется. — Ты будешь спать здесь, пока не поймешь, что твой шрам тебя не портит, — отвечает она, останавливаясь посреди лестницы. — А если всю ночь буду тут спать? — Граймс младший приподнимает одну бровь, ожидая услышать ответа. — Значит, что ты осмысляешь весь наш ночной разговор. Это даже хорошо. Пожав плечами, Клем все-таки поднимается по лестнице и заходит в комнату, плюхаясь на кровать, она ни капли не сомневается в своих словах.       Карл смотрел на костер на протяжении трех минут. Он сидел в обнимку с подушкой, с распахнутыми глазами и не имея понятия что делать. Внизу становиться одиноко и парень негодует, почему Клементина так и не позвала его наверх. Пришлось думать над тем, что предложила девушка. Другого варианта все равно нет. Окончательный итог был в том, что есть люди, у которых и руки нет, но они ходят и улыбаются. Считают себя полезными и никогда не унывают. А не иметь руки гораздо хуже, чем отсутствие глаза. Так что нужно уже привыкнуть к тому, что ты немного не такой как все.       Когда до парня дошло, что он все же все уравновесил и понял, он быстро поднялся с дивана, потушил огонь в камине, потом взял подушку, одеяло и светильник, голубоглазый быстро поднимается наверх. Открывая дверь, он пытался одновременно не уронить одеяло и включить светильник. После прохода в комнату, Карл видит Клементину, которая еще даже не сомкнула глаз. — Ждала меня? — Граймс младший улыбается. — Очень. Клем отодвигается и хлопает по пустому месту на кровати. Карл ставит светильник на тумбочку, а одеяло с подушкой бросает на кровать рядом с девушкой. Упав рядом, он не успел ничего сказать, как Клем уже накрыла его одеялом и прижалась к нему. — Просто спи. На этом их день закончился. Карл не спорил, а просто приобнял Клементину и прикрыл глаза, медленно погружаясь в сон. Это был, отчасти, неплохой день.

***

      Клементина и Карл спали так долго, как не спали никогда. Их не будили шорохи, пение птиц, солнце пробивающиеся через окно и все прочее. Они просто спали, прижавшись друг к другу, и больше ничего не замечали. Ребята не имели никакого понятия какое сейчас время. Может сейчас утро и они могут еще немного поспать. Так, в общем-то, ребята и думают. Они спят, им хорошо, так что вставать и искать друзей не надо.       После многочасового сна первой все же проснулась Клем. Хотя она еще минут десять-пятнадцать не встала с кровати, смотря в потолок. Мыслей утром пока никаких не приходило, так что можно еще пару минут полежать в постели до полного пробуждения. Появившееся лучи солнца, уже конкретно заставили брюнетку подняться с кровати. Она медленно вылезает из объятий Карла и поднимается с кровати. Одев куртку и обувь, Клем несколько раз проводит рукой у себя по голове, чтоб найти свою кепку. Несколько секунд она стоит в недоумении, но потом вспоминает где и при каких обстоятельствах она оставила свою кепку.       Перед тем как окончательно покинуть комнату, девушка проверяет свое оружие. Пистолет и нож на месте, так что можно спокойно идти вниз. Там как раз и лежали головные уборы ребят. Шляпа Карла мирно лежала на столике около камина, а кепка Клементины лежала на кровати. Подойдя к дивану, брюнетка поднимает свой головной убор и долго-долго всматривается в нее, вспоминая через что прошла эта кепка. Не у каждого, если честно, есть какой-то предмет, которой может напомнить тебе о старых деньках.       Пока Клементина углублялась в воспоминания, на фоне увеличивался какой-то невнятный звук. Такое ощущение, что что-то горело. Было какое-то непонятное шипение, которое очень сильно напрягало. Когда же Клем обратила на это внимание, она сначала проверила кухню, может это и вправду там что-то сломано, но это оказалось не так. Теперь стало не очень приятно находиться в доме с каким-то непонятным звуком, исходящим непонятно откуда. Было предположение, что это ходячий рычит, но обычной их вой четкий и слышен издалека, так что это непонятное шипение точно издает не ходячий. Клементина двинулась к Карлу.       Быстренько поднявшись в спальню, брюнетка забегает в комнату и начинает интенсивно толкать Граймса младшего из стороны в сторону. Тот через три секунды распахивает глаза, а через две секунды подскакивает с кровати. Он мотает головой из стороны в сторону, а рукой пытается взять пистолет. — Спокойно, все не так плохо, — Клементина успокаивает друга, щелкнув пальцами перед ним. — А что тогда стряслось? — Карл нервно дышит и поднимается с кровати. — Там какой-то звук, причем невероятно непонятный. И это не ходячий. Клем с серьезным лицом ткнула в грудь парня, показывая, что она не настолько глухая и тупая, как он сейчас думает. Карл тяжело выдыхает, но потом улыбается уголками губ. — Ну пойдем посмотрим. Они выходят из комнаты, держа пистолеты в руках. Карл, медленно спускаясь по лестнице, вслушивается в этот непонятный шум. Когда парень и вправду услышал этот звук, то он удивленно повернулся к Клементине, а она со взглядом: «Я же тебе говорила», толкнула его вперед.       Ребята спустились вниз и остановились. Надо разобраться откуда идет звук. Вначале он был непонятным. Таким шипящим и ужасно прорезающим слух. Уши так и умоляли отойти уйти из этого места как можно дальше, но любопытство Клем и Карла превышало любую боль. — В ванне, — тихо произносит Граймс младший. Он махает рукой, подзывая за собой девушку, и начинает двигаться в сторону ванной комнаты. Звук становился четче, но не громче. Это шипение было похоже на… Змею? Ох, черт, если это и вправду змея, то можно уже рыть гроб Клементине. — О, надеюсь это не то, что я думаю, — вздрагивает брюнетка, помотав головой. — Откуда тут змеи? — Мы еще точно не знаем змея ли это, так что спокойно. Ребята подходят к ванне. Сразу входить они не стали, лучше еще раз послушать этот непонятный звук перед тем, как войти в комнату. Карл прислоняется ухом к двери и немного хмуриться. Через несколько секунд его глаза округляются, а сам он резко отрывается от двери. Клем кивает в его сторону, а тот, молча, говорит ей, чтоб она послушала этот звук.       Шипение, скрипение и маты. Кто-то периодически тихо сквернословил, а другой человек его успокаивал. Второй человек говорил больше внятных слов, чем первый. — Там люди? — Клем говорит еще тише. — Если там люди, то это хуже, чем змея. — Возможно. Так, ладно… Вставай сзади меня, если что готовься стрелять. Брюнетка кивает и встает позади друга. Голубоглазый перезаряжает пистолет, несколько раз выдыхает, а потом распахивает дверь. Он хмуриться и направляет пистолет вперед. Палец уже был на курке и, если бы кто-то сделал какое-то лишнее движение, то он бы стрельнул. Как же хорошо, что он этого не сделал.       Граймс младший опускает пистолет. Клементина сначала ничего не понимает, так как стоит за спиной Карла, но потом она выглядывает из-за него и также опускает пистолет. — О, Боже мой — Клем отходит от Карла. На холодном кафельном полу лежал Дэрил, истекающий кровью. Вокруг него бегала Кэрол и пыталась залатать широкие раны охотника. Крови было много. Да и ран на теле охотника было донельзя много. Кэрол на секунду отворачивается, чтоб позвать подростков к себе, о за это время охотник перестал издавать любые звуки.