Мой полицейский

      Из открытого окна доносится звук мощного мотора. Выглядываю на улицу. Харука как раз паркуется.       Буквально через минуту слышу голоса Харуки и Сецуны в гостиной.       Все. Я готова. Защелкиваю на шее цепочку, подаренную Харукой, и выхожу.       Харука встал с дивана: – Мичиру, ты восхитительна. – Он протягивает букет белых роз. Его лицо озаряет широкая улыбка, и я вижу задорную искорку в серо-зеленых глазах. – Спасибо. Поздравляю с победой. – Пустяки. – Он смущается. – Как ты себя чувствуешь? Я когда увидела, так испугалась! – Перед глазами картина аварии. – Вполне нормально. Немного спина болит, но это пройдет.       Внимательно смотрю на него. Не врет ли?       Сецуна смотрит на нас и улыбается: – Хорошего вам вечера. Не задерживайтесь уж слишком долго. – Но я прекрасно знаю ее. В глазах моей подруги грусть. Она всегда одна... Одиночество — ее второе имя. Сколько раз я пыталась найти ей пару или просто вытащить погулять, развеяться — ни в какую.       И сейчас я иду на свидание, а она снова остается одна.       Нет, Сецуна никогда не жалуется, но... Я ведь не слепая.       Мне хочется побыть с Харукой, но я не хочу оставлять подругу. Я уверена, что Харука поймет.       Он терпеливо стоит рядом.       Смотрю ему в глаза. Наш немой разговор длится несколько секунд. Он улыбается и подмигивает мне. Он понял... – Мичиру, а почему бы нам не остаться дома? Если, конечно, Сецуна не против? И на улице дождь все усиливается... – Отличная идея! – Подхватываю его слова. – Да и тебе поберечь спину надо.       Сецуна подозрительно смотрит на меня: – Вы же хотели пойти в ресторан? – Закажем ужин сюда. Это не проблема. – Харука вопросительно поднимает бровь. Я согласно киваю, даря ему поцелуй. Харука достает телефон...       Хватаю Сецуну за руки и тащу на кухню: – Харука, мы сейчас. – Он согласно кивает, набирая номер. – Мичиру, ты что задумала?       Обнимаю свою лучшую подругу: – Ничего особенного, Сец. Просто мы посидим все вместе, как и полагается друзьям. Сегодня такой хмурый день... Я не хочу, чтобы у тебя было такое же настроение. – Дорогая, все хорошо. Идите гулять. – Это не обсуждается. – Твой гонщик не обидится? – Нет. – Я уверена, что Харука все понимает и не против провести вечер втроем.       Сецуна крепко обнимает меня в ответ. Я вижу в глубине ее глаз слезы. Ей действительно приятно, что мы остались. – Спасибо, Мичиру, – тихо шепчет она. – Сегодня я действительно что-то не в своей тарелке. Как-то все не так. – Обещаю, вечер будет хорошим. – Не сомневаюсь. – Сецуна быстро проводит по лицу, смахивая слезинки. – Давай приготовим наш знаменитый чай. – Харука? – Выглядываю в комнату. Харука, сняв пиджак, расстегнув верхнюю пуговицу рубашки и ослабив петлю галстука, сидит на диване. Руки гонщика свободно лежат на коленях. Он выглядит таким по-домашнему милым, что я невольно залюбовалась им. – Харука?       Тено слегка заметно дернул головой, словно выныривая из сна: – Ужин доставят через полчаса. – Очень хорошо. Выпьешь чая? По нашему фирменному с Сецуной рецепту. – Буду рад попробовать. – Полицейский еще сильнее потянул петлю галстука.       Подхожу ближе: – Да сними ты уже эту удавку. – Развязываю галстук. Он ловит мои ладони и, легонько сжимая, целует каждый палец, едва касаясь губами. – Ты очень красивая, Мичи. – Чувствую, как по телу пробегает легкая дрожь, щеки начинают гореть от его близкого дыхания, а ноги подкашиваются. Он назвал меня Мичи… Значит, я ему небезразлична. Хочу сказать что-нибудь в ответ, но не могу совладать с голосом. Волосы пшеничного цвета касаются моего лица, кружа голову... – Харука... – Целую его в ответ. – Извини, что сорвала сегодняшний вечер. Не хотелось оставлять Сецуну одну, она чем-то расстроена. – Ничего не говори, Мичиру. Как хочешь, так и будет. – Спасибо. – Слышу, что Сецуна зовет меня. – Мы скоро. Отдыхай.