Мой полицейский

      Смотрю вслед Харуке. Он улыбнулся мне, но что-то тревожит его, что-то мучает и не дает покоя.       Тетя Мика не отпускает меня ни на шаг, знакомит с женами известных политиков. Мне хватило и пяти минут, чтобы понять, что она милая женщина, любящая своего мужа и Харуку. – Мичиру, не волнуйся, Дзинэн не даст Харуку в обиду. – А? Что? Извините, Мика-сан, я отвлеклась.       Женщина смеется: – Ничего-ничего. Знаешь, когда я впервые попала на такой ужин, мне тоже было не по себе. – Доверительно сказала она. – В последнее время Харука совсем не бывает у нас, мы редко видимся. Я волнуюсь. Всегда смотрю гонки с его участием, но в последний раз он меня так напугал, что у меня едва не случился сердечный приступ.       Перед глазами встают кадры аварии, и дрожь пробегает по телу: – Это действительно было страшно. – Вот и я о том. Сколько раз просила бросить это занятие, но… Харука не может без гонок. Сколько раз он попадал в аварии, но всегда сравнительно легко отделывался. – К нам подошел невысокий полный мужчина лет 50, и тетя Мика оживилась. – Знакомься, Мичиру. Это доктор Цуруки Рен. Рен – это Мичиру Кайо, подруга Харуки. Знаешь, дорогая, если бы он брал деньги за лечение Харуки, то стал бы богатым человеком.       Мужчина добродушно засмеялся: – Что ты такое говоришь, Мика-сан? Вы же мои друзья. – Он галантно склонил голову. – Очень приятно, мисс Кайо. – Мне тоже, Цуруки-сан. – Дорогая, пойдем, я покажу тебе сад. – Честно говоря, я рада этому предложению.       Раскланиваясь гостям, Мика-сан вывела меня во двор. Сад был небольшим, но красивым. Обязательным элементом японского сада является вода. Представление японцев о рае, сложившееся ещё в седой древности, – это прекрасный сад с водными пространствами, покрытыми священными лотосами. Конечно, сейчас другое время, но отношение к воде в Японии по-прежнему остаётся благоговейным. Посреди садика расположился небольшой прудик, окруженный камнями и сакурой.       С первого взгляда видно, что этим садом занимаются с любовью. Захотелось написать картину. – Очень красиво, Мика-сан. Вы настоящий специалист.       Женщина засмеялась: – А что мне остается делать, когда муж весь день пропадает на работе? Раньше хоть Харука скрашивал ожидание… Мичиру, а ты давно знаешь Харуку? – Почти два месяца. Он занимался расследованием кражи моей машины.       Мика-сан засмеялась: – Как романтично. – Женщина посмотрела на часы. – Я должна идти. Через 10 минут подавать ужин. Не задерживайся.       Прикрыв глаза, наслаждаюсь легким теплым ветерком, гуляющим по саду. А вот и мой Ветер. – Я тебя потерял. – Харука садится рядом. – Здесь красиво. Твоя тетя знает толк в садоводстве. – Ага, есть такое. – Харука вздыхает. – Что-то случилось? – Пристально смотрю в серо-зеленые глаза. – Мне предложили другую работу. – Жду объяснений. – Предлагают перейти в Главное полицейское управление Японии, фактически стать телохранителем первых лиц государства и приезжающих глав иностранных государств.       Харука молча ковыряет ботинком землю. Вспоминаю кадры новостей, рассказывающих об официальных визитах. Перед глазами люди в черных костюмах и темных очках, с вечно сумрачными лицами, толпящиеся рядом с вип-гостями. Не могу представить себе Харуку в такой роли. – И что ты решил? – Ну, ответ я пока не дал. – Харука потягивается, разминая плечи. – Скорее всего – нет. – Почему? Ведь это мечта очень многих. – С этой работой ты не принадлежишь сам себе, никакой личной жизни. – Харука внимательно смотрит на меня, и я почему-то начинаю нервничать. Мне кажется, что я знаю, что он хочет сказать, но он молчит. Однако его взгляд говорит о многом. Он встает, и я почему-то тоже поднимаюсь следом. Мы стоим лицом к лицу. Харука откидывает со лба прядь волос, делает глубокий вдох, словно собирается нырнуть. – Я люблю тебя, Мичи. – Он смотрит мне в глаза. Они серьезны, как никогда.       Господи! Что мне ответить?! Ведь я знала, к чему это приведет! – Харука, я…       Он берет меня за руку: – Прости, что вот так свалил на тебя это… Пожалуйста, не говори ничего. Мичиру, я не прошу у тебя ответа сейчас. Прежде, чем ты что-то скажешь, я должен тебе кое-что рассказать. Это важно. Но сейчас не время и не место. Я… – Харука, Мичиру! Где вы? Идите скорее в дом! – Голос тети не дал ему договорить. Мне показалось, что это он был рад этому. Да и я тоже.       Харука взял меня за руку и повел внутрь. Большинство гостей уже были за столом. Тетя посадила меня рядом с собой. Харука сел с другой стороны. Он улыбался гостям, шутил.       На первый взгляд он казался беззаботным и веселым. Но когда он смотрел на меня, касался меня, то в его глазах отражалась вселенская боль и… страх.       Страх того, что он признался мне.       Страх того, что я отвергну его.       Я тоже пыталась делать вид, что ничего не произошло. Но получалось плохо. – Мичиру, дорогая, что с тобой? – Тетя Мика склонилась ко мне. – Ничего, Мика-сан. Все хорошо. – Ты сама не своя с тех пор, как вы вернулись. Что сделал Харука? – Почему Вы так решили? – Беру в руки бокал, стараясь успокоиться, но руки заметно дрожат.       Женщина грустно улыбнулась: – Я не слепая, Мичиру. Вы оба не в себе. – Она кивнула в сторону сидящего рядом блондина. Харука о чем-то рассказывал доктору Цуруки, его глаза лихорадочно блестели, да и вел он себя как-то не естественно весело. – Обычно Харука не пьет больше бокала вина, а сейчас приканчивает уже третий, а ведь он за рулем. – В голосе женщины слышалась тревога.       Я и сама заметила то, о чем говорила тетя. Но что мне было делать с этим?       Опустив руку, касаюсь колена Харуки, и он тут же оборачивается. – Харука, давай выйдем на воздух? Здесь очень душно.       Харука помогает мне подняться. В его движениях не было и намека на выпитое. Беру его под локоть, и мы выходим во двор.       Сажусь на скамейку под развесистой сакурой, а Харука опускается передо мной на корточки: – Тебе лучше? – И это не дежурный вопрос. – Да, спасибо. – Медленно провожу кончиками пальцев по его щеке, и он закрывает глаза. – Харука, нам надо поговорить. – Знаю. – Моя рука оказывается в его. – Мичиру, ты очень много значишь для меня. С первой нашей встречи я не могу найти покоя, не могу перестать думать о тебе. Где бы я ни был, чтобы ни делал, все мысли возвращаются к тебе. Дошло до того, что во время гонки меня не покидает твой образ. – Он сильнее сжал мои пальцы, продолжая согревать их теплом своей руки. – Господи, Мичиру, я просто брежу тобой!       Я понимаю то, о чем он говорит, потому что испытываю такие же чувства. Но есть одна вещь, которая не дает мне полностью отдаться своим чувствам.       Он все также сидит на корточках, смотря на меня снизу вверх. – Харука, понимаешь, я тоже к тебе не равнодушна. Ты очень много для меня сделал. – В серо-зеленых глазах вопрос. – Благодаря нашему знакомству я написала несколько новых композиций и картин. Ты сам видел, что людям на выставке они понравились. Ко мне вернулось вдохновение. – Говорю совсем не то, что хочу сказать, а он – услышать. – Харука, я… – Это трудно сказать. Я боюсь снова быть обманутой. – Ты дорог мне, но…       Вдруг с улицы раздаются крики, звон разбитого стекла и… выстрелы…       Харука тут же поднимается. В лунном свете отражается вороненая сталь пистолета, сжимаемого сильными пальцами. – Мичиру, спрячься в саду. И не выходи, пока я не разрешу! – Он срывается с места, полы пиджака развеваются за спиной словно крылья.       Боже мой, что же случилось?