Мой полицейский

      Прорычав в последний раз, мотор заглох. Продолжаю сидеть в машине, уткнувшись лбом в руль. В голове странная пустота и боль в груди.       Почему? Что случилось?       Перед глазами стоит картина, увиденная всего несколько минут назад.       ... Мичиру, которую обнимает высокая рыжеволосая девушка, куда-то идет с ней...       Но ведь она казала мне, что у нее репетиция и поэтому она не может поужинать со мной вечером. Как это понимать?       Я хотел сделать ей сюрприз, подождав у Консерватории, а она...       То, как обнимала ее эта рыжая, совсем не было похоже на объятия подруги. Скорее это напоминало объятия очень близких людей.       Тяжело вздохнув, покидаю машину и поднимаюсь в квартиру.

***

– О, Харука! Ужинать будешь? – Сецуна почему-то сегодня рано. – Нет, спасибо. – Закрываюсь в комнате. Я ничего не хочу. Мне больно и страшно. Я ревную. Да, ревную... Почему Мичиру не сказала мне? Мне надо успокоиться. Вот она вернется и все объяснит. Ведь все будет хорошо. Я просто накручиваю сам себя.       Переодеваюсь в шорты и майку, беру перчатки и спускаюсь в спортзал.       Надо выпустить пар.       На мое счастье посетителей почти нет. Иду в угол, где висит боксерская груша, и начинаю методично лупить ее, вымещая злость.       Бок и плечо немедленно напоминают о себе. Ничего. Физическая боль не так страшна.       Удар правой, левой. Перед собой вижу не коричневую кожу висящего снаряда, а фигуру этой рыжей, что обнимает мою девушку. Мою! Только мою! – Тено-сан, Вы же ее совсем разнесете. – Вытираю рукавом пот с лица и оборачиваюсь. – Может устроим спарринг? Если Вы в состоянии после ранений. – Рад Вас видеть Кимура-сан. – Перевожу дыхание. – Я в порядке.       Кимура надевает перчатки: – Тогда приступим? Давно мы не встречались на ринге. – Это точно.       Встаем друг перед другом в стойку и через секунду начинаем бой. Переминаюсь с правой ноги на левую, стараясь равномерно распределить вес. Левая рука, согнутая в локте, выставлена вперед, правую, также согнутую в локте, держу перед грудью.       Не люблю нападать первым и потому жду удары соперника. Кимура не заставляет себя ждать. Обмениваемся ударами, но ни один из них не достигает цели, так как с защитой у обоих все в полном порядке.       Чувствую, что левая рука становится все тяжелее и тяжелее, движения замедляются. Из-за этого пропускаю удар в лицо и лечу спиной на пол.       Благо тело, тренированное годами, знает, что делать. Падаю не на всю спину, а на лопатки, успеваю развести руки в стороны, гася удар.       Но после падения в глазах темно, а левое плечо немеет и резкая боль разливается по телу. Непроизвольно из горла вырывается стон.       Кимура склоняется надо мной: – Харука, ты в порядке?       Сажусь, тряся головой и прогоняя шум и пустоту: – Нормально. – Кимура помогает мне встать. – Продолжим? – Ты уверен? – Он с сомнением смотрит на меня. Киваю и встаю в стойку.       Мы продолжаем бой, но я понимаю, что смогу продержать еще пару минут. От силы три, но не больше. Да и то, только жгучая боль в сердце придает сил.       Надо заканчивать этот бой. Проигрывать я не люблю. Не в этот раз.       Выдвигаю левое плечо вперед, поднимаю локоть на уровень плеча. Затем отвожу правое плечо назад и прицеливаюсь сопернику в подбородок. Развернув ладонь к корпусу, наношу удар кулаком. Мой любимый хук правой.       Кимура снова пропустил и упал на пол.       Отвожу руку назад и опускаю руки. Все. Бой окончен.       Кимура с трудом смеется: – Ты снова выиграл, Харука. – Он поднялся, и мы пожимаем друг другу руки. – Поздравляю. – Киваю в ответ и медленно вылезаю с ринга, поднырнув под канаты. Плечо и бок болят, сердце болит. Хочется забиться в укромный уголок и никого не видеть. Кимура осторожно кладет руку мне на правое плечо. – Харука, что случилось? – Ты о чем? – Вытираю лицо полотенцем. – Все хорошо. – Не умеешь ты врать. – Кимура садится рядом. – Поругался со своей скрипачкой? – Не то, чтобы поругался... Есть проблемы. Я видел ее с бывшим. Может я зря накручиваю себя... Что делать, Такуя? – Ты с ней говорил? – Отрицательно качаю головой. – Поговори, а потом уже думай. Может они случайно встретились? Мало ли совпадений в мире? – Да, понимаю. Пойдем?       Прощаемся с Кимурой у лифта и расходимся по своим квартирам.

***

      Как оказалось, Мичиру только что пришла. Она улыбается мне, но я вижу, что ее что-то гложет, что она что-то скрывает от меня. Когда я спросил ее, почему она так задержалась, Мичиру ответила, что сегодня у них была длинная репетиция.       А ведь я видел, что это за репетиция.       Отказываюсь от ужина, после душа и горсти лекарств ложусь спать. Сон не идет, но я делаю вид, что сплю. Мичиру осторожно ложится рядом. Она долго ворочается и тяжело вздыхает. Ей тоже не спится.       Но я боюсь спросить ее.       Боюсь услышать ответ.       Кажется, Мичиру, наконец-то, заснула. Встаю, одеваюсь в темноте и покидаю квартиру.       Ночной город ждет меня. Седлаю верный БМВ и несусь по пустынным улицам.       Когда я не знаю, что делать, то всегда гоняю на мотоцикле. Ветер, мой друг и союзник, помогает мне собраться с мыслями, расставить все на свои места, принять правильное решение.       Несколько минут, и я оказываюсь за городом, автоматически выбирая дорогу, ведущую на побережье в мое укромное местечко. Не останавливаясь, съезжаю с асфальтового покрытия на песок. Колеса буксуют, скорость падает, но я упорно еду вперед. Достигаю воды и заезжаю в воду до середины колеса. Вода попадает в трубу, и машина глохнет. Опускаю ноги в воду и останавливаюсь.       Ну и зачем я это сделал? Угробить мотоцикл решил?       Хотя сейчас мне все равно. Появляется стойкое желание скрыться с головой в пучине вод, чтобы все проблемы остались где-то далеко.       Возвращаюсь на берег, опускаюсь на песок, вытягиваясь во весь рост. Хочется забыться, стереть вчерашний вечер из сердца. А если бы я ничего не увидел? Что тогда?       Но почему она ничего не сказала?       Может поговорить с Сецуной? Ведь они с Мичиру очень близки.       Я не знаю, кто та девушка, что обнимала Мичиру, но интуиция подсказывает, что это Нацуми. Та, из-за которой Мичиру хотела покончить с собой.       Конец сентября, ночи становятся холодными, и я чувствую, что замерзаю. Надо возвращаться. Но домой я не хочу ехать. Не хочу сейчас никого видеть. Тогда что? В участок. Работа найдется всегда...

***

      С того дня, как я увидел Мичиру в компании рыжеволосой девушки, прошло три дня. За это время ни я, ни она ни разу не заикнулись об этом. Мичиру возвращалась домой с репетиций позже обычного, я же старался совсем не появляться дома. Спать я могу и в участке.       Но, если быть честным, то я не спал почти трое суток. Короткие мгновения, когда приходил сон, каждый раз прерывались видением того, как та рыжая девица обнимает и целует мою Мичиру.       Мою ли?       Я и сам уже не знал, где явь, а где сон. Не знал, что происходит. Шеф подозрительно смотрел на меня. И, похоже, нажаловался дяде. Тот только что звонил, осторожно пытаясь выведать, что со мной происходит. Конечно, так я и расскажу.       Мое расследование продвигалось успешно, и уже можно было брать Кагеро и его сообщников, в том числе и Юми.       Осталось только одно. Гонка.       До нее еще 3 недели.       И сегодня я чувствую себя еще более не готовым к гонке, чем после ранения...