Мой полицейский

      Харука заснул. Осторожно вытираю кровь, все еще стекающую по подбородку. Ох, не нравится мне это. Несмотря на его слова, распахиваю полу пиджака и проверяю, нет ли ранений. Рука сама собой натыкается на оружие. Почему же он не достал пистолет?       Может, тогда Нацуми не стала бы прибегать к такому развитию событий? – Мичиру! – Ко мне подбежала Сецуна. – Где вы ходите? Пора домой, а вы... – Она замерла, окидывая взглядом открывшуюся картину. – Что случилось? – Нацуми пыталась... – Голос предательски дрогнул. – Со своим другом пыталась убить Харуку. – Он ранен?       Качаю головой: – Нет. Ребра... – Сецуна понимающе кивает. Оборачиваюсь и утыкаюсь подруге в грудь. – Как она могла? Как она посмела пойти на это?! Я ненавижу тот день, когда встретила ее. – Не хочу даже произносить ее имя. Сецуна поглаживала меня по волосам, успокаивая. – Ты тысячу раз была права, Сец, когда говорила, что я связалась не с тем человеком. Какая же я дура была, не понимая этого. – Эх, милая, все влюбленные немного сумасшедшие. Посмотри на Харуку. Он готов глотку перегрызть за тебя любому. А я? Влюбилась, как школьница и не могу контролировать себя, когда Мотоки рядом. – Спасибо, Сец. – Обнимаю ее, вытираю слезы. – Надо ехать домой. Зови ребят. – Мейо кивает. Сажусь рядом с Харукой, обнимая и укладываю блондинистую голову себе на плечо.       Всю дорогу домой мы молчим. Ни Мако, ни Мотоки не задают лишних вопросов, лишь изредка посматривая на спящего.       Мотоки ведет машину хорошо, но я уже так привыкла ездить только с Харукой, что манера вождения других меня раздражает. Нет той легкости, уверенности, надежности, что у Тено.       Но сейчас выбора нет.       Когда Мотоки паркует машину в гараже, Харука приоткрывает глаза и осматривается. Нежно целую его в висок: – Мы дома. – Харука понимающе кивает и осторожно выходит из машины. Несмотря ни на что, джентльмен в нем всегда начеку. Харука помогает мне выбраться из недр автомобиля.       Дома немедленно укладываю Харуку спать и, как только он засыпает, переодеваюсь в домашний халат и усаживаюсь у камина с бокалом вина. Мне хочется побыть одной, но этому не суждено сбыться. – Можно? – Рядом присаживается Мако. Киваю. Какое-то время мы молча смотрим на огонь, думая о своем. – Мичиру, можно спросить? – Снова киваю. – Ты не обижаешься на меня?       Удивленно смотрю на девушку: – За что? – Я вижу, как ты смотришь на Харуку, когда... когда он общается с девушками. – Я все еще не понимаю, к чему она клонит. Макото собирается с духом. – Мне нравится Харука. – Она опускает взгляд.       Делаю глоток вина: – Я тебя понимаю. Харука — замечательный. – Ты не ревнуешь? – Она удивлена.       Ставлю бокал на столик: – Нет, Мако. Я верю Харуке, знаю, что он любит меня. Ты уж прости, но для него не существует других женщин. Он любит флиртовать. Такой уж он, мой Хару, но я в нем не сомневаюсь. Так что я не ревную. Особенно к тебе. – Почему? – Ты мне как младшая сестра. И Харука тоже относится к тебе, как к сестренке. Не переживай из-за этого. Меня печалит только одно... Безответная любовь очень болезненна. Тебе надо встретить свою половинку. Знаешь что? Скоро будет гонка, и мы пойдем на трек. У Харуки в команде есть такие симпатичные мальчики. – Подмигиваю Мако, и она улыбается. – Спасибо, Мичиру! – Девушка скрывается в своей комнате.       Вскоре на диване рядом со мной оказывается Сецуна: – Грустишь? – Не получается. – Парирую в ответ. – Тю, как грубо. – Сецуна подмигивает. – Ты знаешь, милая, что продала 15 из 20 картин? И заработала круглую сумму. – Это наше совместное достижение. Так что и деньги не только мои. И вообще, не хочу сейчас об этом. – В отблесках огня вижу рыжие волосы Нацуми, красный цвет вина напоминает кровь. Вздрагиваю. – Что с тобой? – Обеспокоенный голос Сецуны врывает меня из сна наяву. – Я все еще боюсь, что она появится снова. И снова попытается что-нибудь сделать Харуке. – Харука сможет сам о себе позаботиться. Подумай лучше о себе. Сегодня вы еще легко отделались.       Все. Хватит об этом. Надо сменить тему: – Сец, ты готова к романтическому путешествию? – Понимаешь, Мичиру, я... – Э, нет, дорогая! Так не пойдет. Вы завтра же с Мотоки едете отдыхать и решать свои амурные дела. Хватит мне уже тут отлынивать. Вас не будет всего пару дней. Никуда твое кафе не денется. Мако прекрасно с ним справится. Я ей помогу.       Сецуна смущенно смотрит на меня: – Я боюсь, Мичи. А вдруг ничего не получится? – Да с чего ты взяла? Если не поедешь, потом всю жизнь будешь себя корить. – Встаю. – Все, я спать, а то Харука там один. – Темноты боится? – съязвила Сецуна. – Даже не буду отвечать на такое. – Уже у двери оборачиваюсь. – И в следующий раз проверяй воротничок рубашки своего Мотоки, а то так его помадой испачкала, что... – Едва успеваю закрыть дверь, как в нее врезается диванная подушка. – Не спится?       Вздрагиваю и оборачиваюсь. Харука лежит, закинув руки за голову, и с едва заметной улыбкой смотрит на меня. – Ты почему не спишь? – Строго спрашиваю, сбрасывая халат и забираясь под одеяло. Успеваю заметить огонек в глазах Харуки. – Даже не думай. Тебе нужно отдохнуть. Я не хочу, чтобы ты попал в больницу. – Харука кладет голову мне на плечо. – Что тебя беспокоит? – Медленно перебираю его волосы. – Сам не знаю. – Признается Тено, обнимая меня за талию. – Сец сказала, что мы продали 15 картин! – Это ты продала. Твои работы так нравятся людям. А я же просто болтался вокруг. – Если бы не ты, Нацуми такое устроила бы... – Мне даже страшно это представить. – Спасибо, что защитил меня. – Харука что-то бормочет в ответ. Вот так, значит, не спится ему! Стоит мне обнять его и немного погладить по голове, как он тут же засыпает. Улыбаюсь. Ну и пусть. Это хорошо.